Страх Ли

Отложив всё лишнее, Чанбин начал собирать шприц для укола. Сосредоточившись на этом занятии он не заметил, как Феликс незаметно соскользнув с колен, куда-то смылся.

— Феликс, что за детские игры, давай быстро на кровать, — Феликс, услышав голос старшего парня со строгими нотками, весь сжался, пытаясь стать как можно меньше. Неожиданно Ли закашлялся.

Прислушавшись, Со понял, что звуки из гостинной и пошел туда. Зайдя в помещение, Чан увидел, как Феликс тихо всхлипывает, спрятавшись за диваном.

У Чанбина, от такого вида младшего сжалось сердце. Он очень не любил видеть, как его парень плачет. Со хотел как-то помочь и отказаться от подобного рода лечения, но если врач так сказал, значит нужно. Поэтому Чанбин мог разве что успокоить Феликса перед предстоящей процедурой.

— Малыш, ты чего плачешь? — спросил Со и обнял младшего, прижимая его голову к своей груди. Феликс уткнулся лицом в такое родное тело и продолжил всхлипывать.

— Феликс, это не больно, немного неприятно и всё, — поцеловав в макушку, сказал Чанбин, пытаясь успокоить плачущего парня. — Тш-ш, мой хороший, всё в порядке, — Со погладил Феликса по голове, легко улыбаясь.

Чанбин продолжал успокаивать Ли и минут через пять, он уже не плакал, только изредка шмыгал носом.

— Все, малыш, пойдем в комнату, — Чанбин поднялся с пола и закинул Феликса себе на плечо, тот немного поёрзал, но после все-таки перестал. Он уже понял, что этого не избежать, поэтому почти смирился.

Чан положил младшего на кровать животом вниз. Вначале он начал вырываться и ёрзать, но старший сел ему на бедра, после чего слегка ударил по заднице, чтобы Феликс наконец прекратил дёргаться. Это сработало, и Ли покорно улёгся носом в подушку, принявшись ждать своей несчастной участи.

Чанбин стянул штаны вместе с трусами и провел рукой по половинкам, которые вновь остались без единой защиты. Младший сразу напрягся, ожидая как в кожу вопьется игла, но этого не произошло.

Старший начал успокаивающе гладить поясницу и как-то все-таки смог заставить Феликса расслабиться. Ли и сам удивился, осознав, что мышцы расслаблены.

Сняв колпачок, Чан проверил отсутствие воздуха в шприце. Взяв ватку, пропитанную спиртом, Чанбин провел ей по верхней части правой ягодицы, оставляя после себя неприятный холодок. Поняв, что собирается сделать Со, Феликс сделал попытку прикрыться, но его руки тут же были прижаты к кровати.

Неожиданно для младшего, в его кожу врезалась острая игла, которая рассекая кожу, заходит внутрь. Ощущение не из приятных, можно даже сказать болезненное, поэтому Феликс вновь шмыгает носом, а в глазах опять начинают появляться слезы.

Услышав шмыганье, Чанбин хочет скорее закончить, но нельзя. Лекарство надо вводить медленно, иначе останется синяк или шишка, чего старший точно не допустит.

Поэтому ему остаётся только поглаживать тело любимого парня, чтобы хоть как-то его поддержать. Ему жаль Феликса, ведь таких уколов будет ещё шесть.

Вначале Со думал, что младший капризничает, просто из вредности не хочет делать укол. Но когда у Феликса случилась истерика, Чанбин понял, что тот реально до жути боится, что никак не делает ситуацию лучше.

Чанбин между тем закончил вводить лекарство и приложив ватку к месту прокола, подтянул Ли штаны. Перевернув того на спину, Чанбин начал целовать личико младшего, убирая выступившие слезы.

— Молодец, мой хороший, умничка, — сказал Чан, продолжая оставлять легкие поцелуи на лице Феликса.

— Люблю тебя, — немного охрипшим голосом сказал Феликс, прижимаясь к старшему, который тоже его безумно любит.

— Я тебя тоже, до жути, — Чанбин слегка усмехнулся, после чего широко улыбнулся.