У лестницы

Перемена между второй и третьей парой. Главная лестница Эдема — мраморная, широкая, с коваными перилами, которые стоят как годовой бюджет маленького города. Здесь всегда людно. Ученики трутся у стен, делая вид, что заняты телефонами, но на самом деле наблюдают.

Элита заняла верхнюю площадку. Лучший обзор, никому не разрешено подниматься выше трёх ступеней, где стоят они. Тэхён опирается плечом о колонну, Т/и рядом — так близко, что почти касается локтем. Чонгук и Лиса стоят чуть в стороне, но Лиса уже успела поправить воротник его рубашки — жест собственницы. Чимин и Розэ перебрасываются фразами о новой коллекции какого-то дома. Дженни снимает видео для тиктока, небрежно демонстрируя браслет с бриллиантами.

— …и я сказала ему, что его отец должен нам, — лениво продолжает Тэхён историю, начатую ещё в коридоре. — Он побледнел так, что слился со стеной.

— Бедный мальчик, — притворно вздыхает Розэ. — Учил бы лучше математику, чем долги папы.

Чимин хмыкает.

— Долги папы для него и есть математика.

Тишина на секунду — ровно чтобы все усмехнулись. И тут же воздух меняется.

Со стороны бокового крыла поднимаются две девушки. Одинаковые причёски, одинаковые мини-юбки, одинаковый наглый блеск в глазах. Си Мэй и Си Мия — близняшки, которые появились в Эдеме в прошлом году и сразу попытались втереться в доверие к элите. Неудачно. Но они не из тех, кто сдаётся.

— Ой, Ким Тэхён! — щебечет Си Мэй (или Мия? — они всегда путают, но сегодня старшей прикидывается Мэй). Она подплывает к нему, игнорируя ледяной взгляд Т/и. — Ты так круто выглядишь в этом пиджаке. Форма тебе идёт… даже лучше, чем без неё, — она опускает ресницы и проводит пальцем по его рукаву.

Тэхён молчит. Полсекунды. Две.

Потом он медленно переводит взгляд на её палец, который всё ещё касается его пиджака, и говорит тихо, но так, что слышат все на лестнице:

— Убери руку. Или я уберу её сам. Вместе с запястьем.

Мэй вздрагивает, отшатывается. Её лицо заливается краской.

Тэхён делает ровно один шаг — не к ней, а мимо. К Т/и. Он останавливается вплотную, разворачивается спиной к близняшке и возобновляет разговор, будто ничего не случилось:

— Так на чём мы остановились? А, долги. Скажи своему отцу, что Сон Хёк не выкупит ту партию. Пусть ищет другого покупателя.

Т/и кивает, не глядя на Мэй. Пантера не тратит время на тех, кого уже съели.

А Мия, вторая близняшка, тем временем делает шаг к Чонгуку. Она уверена в себе — у неё длинные ноги, пышные волосы и полная уверенность, что ни одна девушка не устоит перед её обаянием. Она наклоняет голову, готовясь сказать что-то сладкое.

— Чонгук-оппа…

Она не успевает.

Лиса оказывается между ними быстрее, чем Мия моргает. Тайская наследница улыбается. Вежливо. Дружелюбно. Опасно.

— Ой, извини, — голос Лисы мягкий, как шёлк. — Ты, наверное, новенькая? Нет, погоди… мы же учимся вместе с прошлого года. Ты просто забыла. (Она наклоняется чуть ближе, понижая голос до шёпота, который слышат все.) Чонгук занят. Четыре года. Мной. Поняла?

Мия застывает с открытым ртом. Лиса берёт Чонгука под руку и прижимается щекой к его плечу. Тот даже не смотрит на близняшку — его взгляд прикован к Лиссе, и в нём читается лёгкое раздражение, но не на неё, а на того, кто посмел отвлечь.

— Лиса, — тихо говорит он. — Не трать на неё энергию. Пойдём. Тэхён, мы в 404 через десять минут?

— Да, — отвечает Тэхён, не оборачиваясь.

Чимин с Розэ переглядываются и синхронно качают головами. Дженни наконец отрывается от телефона и делает фото близняшек — для «архива».

— Милые, — звонко говорит она. — Но в следующий раз, когда подойдёте к моему брату, я выложу это фото в сеть с подписью «образец пластической хирургии, которой не поможешь». Вопросы?

Мэй и Мия синхронно мотают головами и почти бегом спускаются по лестнице, натыкаясь на ступени.

Элита даже не провожает их взглядами.

— Так что там насчёт Сон Хёка? — возвращается к прерванному Тэхен

— Он пытается продать подделку под видом оригинала, — отвечает Т/и спокойно. 

Тэхён кивает и только сейчас, повернув голову, замечает, что Т/и стоит к нему непривычно близко. Он не отодвигается. Она тоже.

Чонгук шепчет Лиссе на ухо:

— Ревнуешь?

— А ты бы хотел? — шепчет она в ответ, и в её глазах — тёплый, знакомый огонь.

— Нет, — Чонгук улыбается уголком губ. — Я бы сам её убил.

Лиса легонько бьёт его по груди и смеётся. Розэ закатывает глаза, но с улыбкой. Чимин уже звонит кому-то, решая параллельно вопрос о поставках — работа никогда не останавливается.

Дженни наконец выключает телефон и объявляет:

— Я хочу латте. Кто со мной?

— Все, — отвечает Тэхён, отлипая от колонны. — В 404. Есть разговор.

Они уходят  ввосьмером — не разделяясь. Близняшки остаются внизу лестницы, кусая губы.

Си Мэй смотрит вслед Тэхёну и Т/и.— Эта сука…

Мия дёргает сестру за руку.— Молчи. Они всё слышат.

Но элита уже далеко. Для них этот инцидент закрыт. Забыт.

Как и положено тем, кто правит.

---

Конец сцены.