12 глава грустный конец

**Битва в Крепости Бесконечности**

Воздух в Крепости Бесконечности дрожал от напряжения. Столпы сражались изо всех сил — вокруг звенели клинки, сверкали техники дыхания, но Доума лишь улыбался своей пугающе безмятежной улыбкой. В руках он держал два золотых веера с узором лотоса — острые, как бритва, смертоносные в его руках.

Ты стояла рядом с Муичиро, спина к спине. Вы уже несколько часов отражали атаки демона, но он казался неуязвимым.

— Как ты ещё не устал, чудовище? — выкрикнула ты, переводя дыхание.

Доума рассмеялся — мягко, почти ласково:— О, я мог бы играть с вами весь день. Но, пожалуй, пора закончить эту забаву.

Он взмахнул веерами — не резко, а почти грациозно, будто танцевал. Но от этого движения воздух вокруг него заледенел, а пространство наполнилось острыми ледяными лезвиями.

Муичиро рванулся вперёд, пытаясь отвлечь демона:— Уходи! — крикнул он тебе. — Я задержу его!

Но ты не могла бросить товарищей. Ты бросилась в атаку, используя дыхание клевера — лепестки закружились вокруг тебя, создавая иллюзию защиты.

Доума лишь слегка наклонил голову, наблюдая за тобой с любопытством:— Какая смелость… или глупость?

В следующий миг он исчез — и появился прямо перед тобой. Его веера сверкнули в воздухе, и время будто замедлилось.

**Первый взмах** — веер рассек твоё плечо. Ты почувствовала резкий, жгучий удар, кровь брызнула на камни, окрашивая их в алый.**Второй** — разрез прошёл вдоль бока, разрывая мышцы и ткань. Боль начала нарастать, отдаваясь пульсацией в висках.**Третий** — он крутанулся, и второй веер перерезал бедро. Ты упала на колени, но всё ещё пыталась подняться.

Доума склонился над тобой, его улыбка стала шире:— Так трогательно… Но пора заканчивать.

Его веера замелькали в воздухе с невероятной скоростью — 27 молниеносных ударов, каждый точный, каждый смертельный. Тело не успевало осознать боль — только холод стали и ощущение, как что‑то внутри обрывается.

С каждым ударом органы начинали распадаться:* **Лёгкие** разорвались первыми — ты почувствовала, как воздух с хрипом вырывается из груди, а изо рта хлынула кровь.* **Печень** треснула под ударом веера, горячая волна боли обожгла правый бок.* **Селезёнка** лопнула, словно перезрелый плод, усиливая внутреннее кровотечение.* **Почки** были рассечены одним точным движением — острая боль пронзила поясницу, ноги онемели.* **Кишечник** разорвался на части, внутренности начали вываливаться наружу, смешиваясь с кровью.* **Сердце** дрогнуло в последнем ударе и остановилось — ты почувствовала, как жизнь покидает тело, а мир вокруг темнеет.

Ты рухнула на землю, разделённая на части, кровь растекалась лужей вокруг, образуя причудливые узоры на каменном полу. Последнее, что ты увидела, — лицо Муичиро. Он закричал — не яростно, а так, будто его душа разорвалась в тот же миг:— НЕТ! — его голос эхом разнёсся по залу.

Он бросился к тебе, упал на колени, попытался поднять то, что осталось. Руки дрожали, глаза были полны ужаса и отчаяния.— Т/И… Т/И, очнись! Прошу, очнись… — его голос сорвался, слёзы катились по щекам.

Доума наблюдал за этой сценой с лёгким любопытством:— Как трогательно. Но смерть — это освобождение, разве нет?

Муичиро поднял голову. В его глазах больше не было мягкости — только ледяная ярость. Он встал, сжимая меч так, что побелели костяшки. Вокруг него заклубился туман дыхания тумана, а в сердце горела единственная мысль: отомстить. Ради тебя.

Остальные столпы замерли на мгновение, потрясённые увиденным. Мицури закрыла лицо руками, сдерживая рыдания. Танджиро сжал кулаки до хруста, его глаза наполнились слезами. Гёмей склонил голову в скорби, а Томиока стиснул зубы, готовясь к новой атаке.

Но Муичиро уже не слышал их. Он сделал шаг вперёд, его меч засиял холодным светом.— Ты заплатишь, — прошептал он. — За это ты заплатишь.

---