«Домой...»

Колик, словно безумный зверь, держал Владу, приставив пистолет к её виску. Его глаза горели маниакальным огнём, азарт смешивался с бешеной агрессией. Руки ходили ходуном. Турбо и Вахит замерли, зная, что от этого психа можно ожидать чего угодно.

– Пусти её, – процедил Вахит, стараясь сохранять хладнокровие. – Ты и так её покалечил.

– Не хочу, – хихикнул Колик, и этот смех звучал жутче любого крика. – Что ты мне сделаешь?

Взгляд Вахита скользнул по измученному лицу Влады. Она опустила глаза, в которых плескался невыносимый ужас, и тихо плакала. Её жизнь словно рухнула в пропасть. Целую неделю её истязали, мучили... Но она держалась, цеплялась за жизнь, терпела всё, чтобы выжить.

Туркин, крадучись, просунул руку в карман, нащупав знакомую тяжесть кастета. Надо быть готовым ко всему.

– Руку с кармана убрал! – взревел Колик, впиваясь стволом пистолета в голову девушки. – А то ей сделаю больно!

– Мразь... – прошептала Влада, закашливаясь.

Словно от этих слов, Колика сорвало с цепи. Он выстрелил в потолок, оглушив всех. Затем начал трясти Владу из стороны в сторону, словно тряпичную куклу.

– Я мразь?! – кричал он, брызжа слюной. – Скажи спасибо, блять, что ты ещё чистая ходишь!

Вахит и Туркин облегчённо выдохнули. Одна проблема решена, но впереди – что-то гораздо страшнее. Видя, как Колик швыряет девушку, Вахит не выдержал и бросился на него. Турбо, не раздумывая, последовал за ним.

Раздался выстрел...

Влада зажмурилась, инстинктивно прикрыв голову руками. В следующий момент её отбросило к стене. Удар был сильным, голова раскололась от боли, в глазах потемнело. Старые раны вновь закровоточили. В кого выстрелили? Она не знала и не могла понять. Но страх, который преследовал её всю эту неделю, отступил.

Оказалось, что пуля попала в стену, а пистолет уже вырвали из рук Колика и повалили на бетон. Туркин держал его руки, а Вахит стоял прямо над ним, сжимая в руке оружие.

В глазах Колика вспыхнул животный страх. Теперь пистолет был направлен на него.

– Последние слова говори, – процедил Вахит, в его голосе слышалась только ненависть. – Мразь...

– Я люблю, – прошептал Колик, – люблю тебя, Влада.

Влада услышала его слова и открыла глаза. Зря она это сделала. Раздался оглушительный выстрел, и алая кровь брызнула на стены.

Колик мёртв. Пуля попала точно в голову. Он умер с мыслью о любви, хотя любовью это назвать было нельзя – лишь абьюз, длившийся слишком долго.

Влада зарыдала от боли – физической и моральной. Лежа на грязном бетоне со связанными руками и в разорванной одежде, она тихо всхлипывала.

Туркин и Вахит подбежали к ней и присели на корточки. Туркин был весь в крови предателя, а Вахит едва сдерживал слёзы за сестру.

Туркин достал кастет из кармана и перерезал верёвки на руках Влады. Затем снял с себя куртку, бережно посадил её и накинул куртку на плечи.

– Прости нас, – сказал Вахит. – Я не должен был уходить...

– Вахит, пацаны не извиняются, – процедил Туркин. – Ты чё?

– Ты еблан? – огрызнулся Вахит, поворачиваясь к нему. – Это моя сестра...

Туркин тут же замолчал, виновато опустив голову.

– Домой... – хрипло произнесла Влада, её голос почти не звучал. – Пожалуйста...

Вахит тут же подхватил её на руки. Влада, собрав последние силы, вцепилась в его шею. Туркин лишь поправил на ней свою куртку. Они оставили тело Колика гнить в этом проклятом месте и ушли домой.

Путь до дома был долгим и тяжёлым. Каждый прохожий оборачивался на них, но им было плевать.

Дома Вахит сразу же положил Владу на диван в зале, снял куртку Валеры и накрыл её тёплым одеялом.

Туркин смотрел на неё с каким-то странным выражением лица, словно она была чем-то запачкана. В голове вертелись слова Колика. Он не мог отделаться от мысли, что тот сказал правду.

Влада тут же провалилась в сон, обессиленная пережитым. А парни позвонили Вове и попросили его срочно приехать.

Через пять минут Вова уже был у них на кухне, выслушивая сумбурный рассказ о похищении Зималетдиновой.

– Вы дебилы? – закричал Вова, а затем, вспомнив, что Влада спит в соседней комнате, понизил голос. – Зачем вы Колика вальнули? А если жёлтые придут, с меня спросят!

– Вов, я боялся за сестру, – оправдывался Вахит. – Я хотел её спасти.

– А если она грязная? – словно гром среди ясного неба, раздался голос Валеры из дверного проёма.

Парни резко повернулись к нему. Вахит пришёл в ярость. Он был вместе с ним, слышал слова Колика, но не успел ответить, как его перебил Вова.

– Так, спокойно, – сказал Вова. – Я сейчас звоню Наташе, она придёт и всё узнаем.

Не давая сказать больше ни слова, Вова подошёл к стационарному телефону и набрал номер Наташи, прося её о помощи.

Наташа, живущая по соседству, прибежала через десять минут. Схватив аптечку и всё необходимое, она быстро обрисовала парням план действий и направилась к Владе.

Затворив дверь в комнату, она присела на диван рядом с девушкой и тихонько погладила её по руке, но жест оказался напрасным. От прикосновения Влада тут же вздрогнула и отпрянула, словно от огня.

– Вы кто... – прохрипела она, испуганно глядя на Наташу, – что вы тут делаете?

– Спокойно, я Наташа, – мягко ответила та, стараясь её успокоить, – я врач, просто осмотрю тебя...

Влада, казалось, немного расслабилась, видимо, к девушкам сейчас было больше доверия.

Осмотр затянулся на целый час. Наташа тщательно зашивала рваные раны, обрабатывала порезы, перематывала бинтами.

– Скажи мне, пожалуйста, – прошептала Наташа, наклонившись ближе, – только не кричи, он тебя там не трогал? – её голос был тихим и участливым, – твои друзья просто очень обеспокоены... Я скажу, что осмотрела тебя там, и всё.

Влада слегка удивилась, что кто-то вообще об этом думает, но не закричала, была готова к этому вопросу.

– Чистая я... – вновь прохрипела она, – он сказал, что я не для этого и что я непривлекательная...

Наташа, хоть и удивилась про себя таким словам, лишь кивнула и ободряюще улыбнулась.

Закончив осмотр и оказав первую помощь, Наташа вышла к парням на кухню.

– Ну что? – нетерпеливо спросил Туркин, – Чистая?

Вахит тут же толкнул его в плечо, осуждая.

– Чистая, – подтвердила Наташа, – выдыхайте.

Парни облегчённо выдохнули. Девушке Адидаса можно было верить, это знали все.

– А раны как? – спросил Вахит, беспокойно нахмурившись, – сильные?

– Ужасные... – Наташа склонила голову, в её голосе слышалось сочувствие, – будто её не просто надрезали, а проводили операцию... Пришлось зашивать.

Вахит ахнул, его сердце сжалось от боли за сестру. Вина разъедала его изнутри за то, что ушёл тогда и оставил её одну на несколько дней. Туркин же сидел и ухмылялся, довольный тем, что Влада "чиста", и он может продолжать относиться к ней, как и прежде.

Вова пожал руки парням, забрал Наташу, и они ушли. Туркин тоже решил уйти, день выдался тяжёлым. Попрощавшись с Вахитом, он исчез в ночной тьме.

Вахит остался один. Закрыв дверь на замок, он сполз по ней вниз, и по щеке скатилась единственная слеза горечи. В голове роились сумбурные мысли, боль была невыносимой. Несмотря на то, что он – часть группировки, он, прежде всего, человек, и он боялся потерять её так же, как потерял отца... Ведь отец был для него примером, а Влада – его точная копия.

Собравшись с духом, он встал и тихонько заглянул в комнату. Влада лежала на диване, такая спокойная и тихая, будто ничего и не было... Но изрезанное тело говорило об обратном.

Сев на пол рядом с диваном, он принялся рассматривать её лицо, волосы, брови, ресницы – каждую деталь. Так он просидел долго, не в силах оторвать взгляд. Наконец, он лёг на пол рядом с ней и уснул. Теперь Вахит обязан её защищать и быть рядом. Такую маленькую и беззащитную он больше никому не отдаст.

Утро пришло бесшумно, сквозь щели между шторами пробивались робкие лучи солнца. Вахит проснулся на полу, затекшим и разбитым. Боль в спине отзывалась эхом вчерашних событий. Он поднялся, стараясь не шуметь, и подошел к дивану. Влада спала, её лицо было бледным и умиротворённым, как у ребёнка.

Он присел рядом и долго смотрел на неё. На висках виднелись синяки от удара о стену, на руках – следы от верёвок. Его сердце сжималось от жалости и ярости. Он никогда не простит себе того, что случилось.

Вахит тихонько вышел из комнаты и направился на кухню. Нужно было что-то приготовить, накормить Владу. Он открыл холодильник – там было почти пусто. Лишь несколько яиц, кусок сыра и початая банка соленых огурцов.

Он вздохнул и закрыл дверцу. Нужно было идти в магазин. Но оставлять Владу одну не хотелось.

В этот момент в дверь постучали. Вахит насторожился. Кто это мог быть так рано?

Он выглянул в глазок. На площадке стоял Вова.

Вахит открыл дверь.

– Как она? – спросил Вова, проходя на кухню.

– Спит, – ответил Вахит, – только проснулся.

– Я вот чего, – Вова достал из кармана пачку денег и протянул их Вахиту. – Это тебе на первое время. Надо её на ноги поставить.

Вахит взял деньги, поблагодарил Вову.

– Ещё, – Вова помолчал, – я поговорил с отцом. Он поможет вам уехать. У него есть знакомые в деревне, далеко отсюда. Там тихо, спокойно. Вам дадут дом, работу.

Вахит удивлённо посмотрел на Вову.

– Ты серьёзно?

– А что мне ещё делать? – ответил Вова, пожав плечами. – Я обещал, что помогу.

– Спасибо, Вов, – искренне сказал Вахит.

– Ладно, я пошёл, – Вова встал из-за стола. – Если что, звони.

Вова ушёл. Вахит остался один на кухне. Он сжал в руке пачку денег и посмотрел в окно. Впереди ждала неизвестность. Но он знал одно – он сделает всё, чтобы Влада была счастлива, даже если это означало, что им придётся начать жизнь с чистого листа, вдали от Казани, вдали от группировок, вдали от прошлого.

Он вышел из кухни и направился в зал. Влада всё ещё спала. Он присел рядом с ней на диван и тихонько взял её за руку.

Она открыла глаза и слабо улыбнулась.

– Ты здесь, – прошептала она.

– Я всегда буду рядом, – ответил Вахит. – Обещаю.

__________________________________

Пока писала эту главу рыдала.Как думаете, ребята смогут уехать из Казани или же обстоятельства изменяться? Тгк: https://t.me/tyrkinaq