33-Добро пожаловать

Комната была похожа на застывший сон таксидермиста. Под низкими сводами потолка, в слабом свете масляных ламп, за стеклянными витринами и просто на потемневших дубовых полках замерли десятки чучел животных. Лис с оскаленной пастью, барсук в вечной готовности к рытью, совы с блестящими стеклянными глазами, следящие за каждым движением из своего пернатого царства. Воздух был густым и спертым, пах пылью, старой древесиной и едва уловимым сладковатым ароматом консервантов.

— Зато атмосферно, — разорвал тишину голос Хаджуна. Его пальцы скользнули по шершавой шкуре медвежьей головы, вмурованной в стену.

— Ну, а как иначе? — тут же откликнулся Ален, с гордостью осматривая своеобразную коллекцию. — Всё здесь выполнено в аутентичном традиционном стиле! Никакого намёка на безвкусный модерн.

Его слова повисли в воздухе, но им не суждено было долго эхом отзываться под сводами. Из дальнего угла, из-за массивной витрины с тропическими птицами, донёсся чей-то зов:

— Эй, Ален! Сугасава здесь?

ВЕА разом повернули головы на звук. Из полумрака на них смотрели ребята из Akanayatsura — их позы были расслабленными, но взгляды живые и любопытные. Казалось, эта комната странностей была для них привычным делом.

Обмен приветствиями был прерван так же внезапно, как и начался.

Пронзительный, леденящий душу крик — «А-а-а-а-а!» — разрезал затхлую атмосферу, заставив всех вздрогнуть.

Из-за тяжёлой портьеры в глубине зала выскочила Катя из «Romateil», её лицо было бледным как полотно, а глаза широко раскрыты от ужаса.

— Катя, блин, не ори как резаная! — следом за ней появилась её подруга, знакомый женский голос звучал с примесью досады и беспокойства. Остальные члены группы неспешно вышли из-за занавеса, явно привыкшие к подобным всплескам эмоций.

— А кто виноват, что здесь темно, как в склепе, и в добавок это легион чучел?! — выпалила Катя, с дрожью в голосе и сжимая кулаки. — Они все... смотрят!

— А может, у нас просто кое-кто трусиха? — поддразнил её Набу, беззаботно ухмыляясь и кивая в сторону безобидного чучела енота.

— А может, и так! — фыркнула Катя, с вызовом закатив глаза, но не смогла сдержать нервную улыбку. Она отряхнула свою одежду, будто стряхивая с себя остатки страха, и её взгляд скользнул по комнате, пока не остановился на группе ВЕА и Akanayatsura. Её выражение лица мгновенно сменилось с испуганного на радостно-удивлённое.

— О, Салю-ю-ютки! — протянула она, уже сияя, и сделала шаг вперёд, приветственно маша рукой. Взгляд её скользнул по Алену, и в её глазах мелькнул знакомый огонёк. — Ален, я так и знала, что найду тебя в самом жутком уголке этого замка. Искал вдохновение для новой песни?

Набу покачал головой, обмениваясь с остальными понимающей улыбкой. Похоже, вечер только начинался.

Комната, куда их в итоге проводили, была разительным контрастом с таксидермическим кабинетом. Вместо духоты и полумрака — легкий аромат сандаловой древесины и свежезаваренного зеленого чая. Мягкий свет от бумажных фонарей «сёдзи» заливал пространство, отражаясь в полированной поверхности низкого стола в традиционном японском стиле. За ним, на татами, расположились все ребята, образовав пеструю и шумную компанию.

Пока они рассаживались, взгляд Кати выхватил в нише токонома, среди изящной икебаны, знакомый предмет.

— О, кукла дарума! — усмехнулась она, указывая на круглую красную куклу с нахмуренным лицом и иероглифами удачи по бокам. — Смотри, Мио, твой духовный двойник. Такой же круглый, злой и несгибаемый.

Прежде чем Мио нашлась что ответить, в комнате воцарилась тишина. К ним присоединилась владелица отеля, женщина с лицом, испещренным морщинами-историями, и села во главе стола. Ее голос, тихий и скрипучий, как старый пол, заворожил всех.

«Вы, наверное, слышали легенды об этом месте, — начала она, обводя присутствующих темным, пронзительным взглядом. — Но самая древняя из них — не о людях. Она — об Изумрудном жуке олене»

Она сделала паузу, давая словам просочиться в сознание слушателей.И начала байку об этом жуке мол он приносит удачу и богатство.В комнате повисло благоговейное молчание, нарушаемое лишь потрескиванием свечи. Все мысленно пытались представить себе магического зверя.

Катя, всегда чувствовавшая себя не в своей тарелке во время таких мистических историй, тихо нервно рассеялась и наклонилась к Мио, сидевшей рядом.

— Понятно Стань жуком— и тебе будут поклоняться, — прошептала она, подпирая подбородок рукой. — А если я, к примеру, стану божьей коровкой или красивым жуком-оленем... Мне тоже будут приносить дары и строить храмы?

Мио, не отрываясь от своей чашки с чаем, сделала неторопливый глоток и поставила ее на стол с тихим, но четким стуком.

— Нет, — ответила она с ледяным спокойствием, поворачиваясь к Кате. — Я тебя прихлопну. Газетой.

— Фууу! — Катя откинулась назад, скрестив руки на груди, с наигранно обиженным видом. — Сама жестокость! Ни капли романтики. Ты бы в древней Японии точно стала злым самураем, который разгоняет всех местных божков.

Уголки губ Мио дрогнули в едва заметной улыбке, в то время как владелица отеля смотрела на них с загадочным, почти одобрительным выражением лица. История была рассказана, но ощущение, что самое интересное еще впереди, лишь усилилось.

Владелица отеля, словно опытный торговец на базаре, выдержала драматическую паузу, а затем ее лицо озарила деловая улыбка. Мистическая атмосфера мгновенно рассеялась, словно дым.

— Легенда легендой, но удачу можно и поймать! — объявила она, смотря на них с хитрой искоркой в глазах. — Для прагматичных молодых людей у нас есть специальные предложения: усиленные ловушки и... э-э-э... Сочки для приманки! По очень доступной цене! Гарантия!

Она произнесла это с такой уверенностью, будто предлагала не магические артефакты, а свежие овощи на рынке.

Харуто, который до этого момента скептически хмурился, не выдержал. Он фыркнул, едва не поперхнувшись глотком чая.

— Пфф... Кто поверит в этот бред? — процедил он, ставя чашку с грохотом. — Только законченный идиот купится на такую...

Он не успел договорить. Словно по мановению неведомой силы, две тени сорвались с мест с криком «Мы не идиоты, мы — практики!». Это были Ален и Ито. Их глаза горели огнем азарта и верой в легенду, которая оказалась столь удобно подкреплена коммерческим предложением.

— Прости Ито! Богатство не ждет! — крикнул Ален, уже хватая со стола брошюру с ценами.

— А НЕТ, ЕСТЬ ТАКИЕ! — выдохнул Харуто, глядя вслед их стремительно удаляющимся спинам. Он снова поднес чашку к губам, но его рука дрожала от смеси негодования и смеха. Он смотрел на остальных, ища поддержки, в то время как владелица отеля с довольным видом отсчитывала сдачу с только что полученной купюры.

Атмосфера в комнате была тёплой и шумной. За низким столом кипели свои мини-драмы: Катя доказывала что то Мио,  Харуто с показным безразличием изучал потолок, а владелица с довольным видом подсчитывала выручку от продажи .Этот уютный хаос был наружен скрипом раздвижной двери.

В проёме стояли новые фигуры. Комната на мгновение затихла, почувствовав изменение энергии. Это была группа «Халтерек». Их появление всегда было событием — они не входили, а возникали, принося с собой волну прохладного ночного воздуха и лёгкое напряжение.

Ребята за столом невольно обратили на них внимание. Неловкую паузу прервала Хазайка. Она была существом социальным, и её инстинкты гостеприимства сработали мгновенно.

— Ох, проходите, не стойте в дверях! — её голос, звонкий и тёплый, рассеял натянутую тишину. Она подвинулась, освобождая место на и жестом, полным простодушной щедрости, пригласила их присоединиться. — Места хватит на всех. Вы как раз к чаю успели.

Её предложение повисло в воздухе, мостик между двумя мирами, которые только что столкнулись в этом уютном, ярко освещённом пространстве.

— Давно не виделись, — произнес он, кивком , и в его словах прозвучала не формальность, а констатация факта, за которым могла стоять целая история совместных дорог.

Ханна, окинула взглядом собравшихся, и ее внимательные, словно сканирующие пространство глаза, почти сразу выхватили знакомые силуэты Хаджуна и Энн. Но между ними зияла пустота, где она ожидала увидеть третьего.

— А где Ален? — спросила она без лишних предисловий, ее прямой взгляд перешел с Энн на Харуто, будто она уже знала, что именно у него будет ответ.

Харуто, который как раз  изучал дно своей пустой чашки, фыркнул. Он откинулся назад, демонстративно положив руки за голову.

— Этот идиот, — начал он с преувеличенной усталостью, будто рассказывал басню о глупости, — повелся на байку о том самом Изумрудном Дуке. Внял голосу предприимчивой хозяйки и, вооружившись верой в чудесапомчался его ловить. Ито, само собой, составил ему компанию в этом великом предприятии. Охота на призрачного жука, по-видимому, показалась ему стоящим времяпрепровождением.

Пока Харуто говорил, на противоположной стороне стола сидела девушка по имени Луна. Она не принимала участия в общем разговоре, а тихо наблюдала.Ее светлые,голубые  глаза, казалось, были прикованы к узору на стене,  Услышав слова Харуто, она  лишь тихо и недовольно хмыкнула. Этот звук — короткий, резкий, полный скрытого смысла — был красноречивее любых слов. В нем читалось и презрение к легковерию Алена, и раздражение и возможно, горькое понимание того, на что готовы люди, прельщенные призрачной надеждой. Этот хмык был маленьким, но ярким штрихом, добавившим новой краски в общую картину.

Тихий прохладный вечер медленно опускался на старинный отель, окрашивая небо в цвета увядающего персика и холодного индиго. Воздух был свеж и прозрачен, пах влажной хвоей и далеким дымком. В одной из общих гостиных, залитой мягким светом бронзовых ламп, царила своя атмосфера — сосредоточенного мужского спокойствия. Здесь, у массивного бильярдного стола с темно-зеленым сукном, Торт и Саймон вели свою неторопливую дуэль. Стук костяных шаров и негромкие реплики были единственными звуками, нарушавшими торжественную тишину.

Эту идиллию нарушил взрыв девичьего оживления. Дверь распахнулась, и в комнату ввалилась группа «Romateil», вернувшаяся с вечерней прогулки. Их щеки горели румянцем от горного воздуха.

— Здесь просто невероятные виды! — воскликнула одна из девушек, сбрасывая накидку с искрящимися от восторга глазами и с легкой, беззаботной улыбкой. — Прямо как со старой японской гравюры!

Взгляд Мио, привыкший подмечать детали, скользнул по комнате и задержался в углу, где в тени абажура двигалась высокая фигура.—Ого, профессор Саймон? И вы здесь? — удивилась она, узнав мужчину, который отрабатывал изящные подачи ракеткой для большого тенниса против стены. Казалось, даже на отдыхе он не мог расстаться с отточенными движениями своей игры.

Прежде чем Саймон успел ответить, Катя, чей взгляд уже оценивающе скользнул по Профессору  игриво подмигнула ему.—Вам так идет ваш халат, — кокетливо протянула она, делая ударение на слове «идет». — Очень... свободный покрой. Прямо дзен-настроение передает.

Со стороны могло показаться, что Хаджун проигнорировал ее реплику. Он даже страницу в книге перевернул с невозмутимым видом. Но тот, кто знал его лучше, мог бы заметить, как побелели его костяшки на пальцах, сжимавших книжный переплет, и как напряглась едва заметная мышца на его челюсти. Внутри него все закипало от молчаливой ярости. Этот «комплимент» был шитом, уколом.

Чувствуя нарастающее напряжение, Катя, всегда умевшая находить выход из любого положения, тут же переключила внимание.—А что, девочки, не пора ли нам? — обвела она подруг заразительным взглядом. — Горячие источники под звездами ждут не дождутся нас!

Ее предложение было встречено одобрительным гулом. Смех и болтовня снова заполнили комнату, пока группа девушек, словно стайка пестрых птиц, не выпорхнула в сторону сада, оставив за собой шлейф духов и ощущение мимолетного, но яркого вихря. В гостиной снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь размеренным стуком бильярдных шаров.

Ночь над горячими источниками была бархатной и усыпанной звёздами. Легкий пар стелился над поверхностью воды, смешиваясь с прохладным воздухом и создавая ощущение нереальности происходящего. Вода, обласканная земным теплом, была густой и мягкой, обволакивая тела усталостью и благодатью.

— Как расслабляет... — тихо выдохнула Катя, запрокинув голову на гладкий камень. Её мышцы, зажатые за день, постепенно отпускали напряжение, растворяясь в целительном тепле. Закрыв глаза, она прислушалась к тихому шепоту воды и ночи.

— И вправду, — так же тихо, почти эхом, откликнулась Луна. Она сидела чуть поодаль, и звёзды отражались в её задумчивых глазах, глядевших в небо. Казалось, она растворялась в этой атмосфере, становясь её частью.

Идиллическую тишину нарушил уверенный, игривый голос, прозвучавший из-за пара, словно из другого измерения.

— Как водичка? Можно к вам присоединиться?

Девушки повернули головы на звук. Из клубов пара, словно два ночных видения, материализовались Лилит и Руби. Лилит стояла на краю источника с лёгкой, вызывающей ухмылкой на устах. Её поза была расслабленной, но во взгляде читался вызов. Рядом, словно яркое пятно, сияла улыбкой Руби.

— Приветик! — радостно воскликнула последняя и, не дожидаясь приглашения, как резвая рыбка, грациозно соскользнула в воду, поднимая фонтан тёплых брызг.

Но взгляд Кати был прикован не к ней. Её глаза, мгновение назад полные умиротворения, сузились, а тело снова напряглось, будто она готовилась к бою.

— Ты! — вырвалось у Кати, и в её голосе прозвучало неподдельное раздражение, резко контрастирующее с недавним спокойствием.

Лилит лишь томно потянулась, её движения были плавными и полными кошачьей грации, и медленно, наслаждаясь каждой секундой, погрузилась в воду рядом с Катей.

— Ах, Кролик... — прошептала она, чуть ли не мурлыкая, и её голос был сладким, как яд. — Неужели ты так по мне скучала? Не нужно скрывать свои чувства.-Идиотка -произнесла Катя не обращая на неё внимание.

_________________

Вот такая получилась глава, продолжение напишет Луна.