Глава 8

  Алина.Сумасшествие. Чистой воды. Я согласилась пойти с Марком. Когда-то я слышала, что каждый человек по-своему безумен, похоже, и меня не миновал этот недуг. Иначе, как ещё объяснить, что я наплевав на всё: убеждения, гордость, здравый смысл, пошла за ним? Ведь совсем недавно я, заливаясь горькими слезами, задыхаясь от душевной боли, слала все мыслимые и немыслимые проклятия на его голову. И вот, стоило ему прийти, подарить несколько ласковых взглядов и улыбок, немного объясниться, как я обо всём забыла. Может, он всё же колдун? Когда я сморю в его глаза, мне кажется, я просто растворяюсь в нём, перестаю принадлежать себе. Возможно, я просто устала страдать. Весь этот месяц, я жила и дышала мыслями о нём и была глубоко несчастна оттого, что его нет рядом. И вот он, моя золотая мечта, пришёл и зовёт с собой... Наверное, после я не раз прокляну свою слабость и глупость, однако отказаться сил в себе я не нашла. Ведь это и есть счастье — просто быть рядом с ним. Любоваться им, слушать его голос и вдыхать неповторимый аромат его тела. Просто я люблю его, глубоко и совершенно безнадёжно. Пусть ему мои чувства не нужны, но я хочу ухватить этот кусочек счастья для себя, насладиться моментом, пока есть возможность.Мы приехали в уже знакомую квартиру, где жил любимый. Как и прежде тут царили потрясающий порядок и чистота. Удивительное качество для парня. Может, у него кто убирается? Невольно в голову полезли горькие мысли о женщинах... Усилием воли прогнала их прочь, ведь сразу перед глазами вставала убийственная сцена увиденная вчера. Нет, не хочу. Сейчас он со мной, рядом. Есть только я, он и эти два дня. Я просто не имею права омрачать их ненужной ревностью.Мы вместе приготовили ужин, после чего посмотрели фильм. А потом... Потом он поцеловал меня. Глубоко, страстно, сплетаясь своим языком с моим, в древнем, как мир, танце. Меня пьянил вкус его губ, прикосновения заставляли плавиться мое тело. Сходя с ума от безумной страсти, я послушно выгибалась в его руках. Неконтролируемый стон сам сорвался с губ, когда Марк обнажил мою грудь и легонько подул на ставший невыносимо чувствительным сосок, потом другой. А потом его губы накрыли острую вершинку, вызывая дрожь во всём теле. Позабыв про стеснение и стыд, я льнула к любимому, была покорной в его руках. Позволяя ему ВСЁ.— Господи! — не удержала я крик ужаса, увидев две фиолетовые гематомы на совершенном теле. Мне казалось, моё собственное начало болеть в тех же местах. Протянув руку, коснулась синяков кончиками пальцев. — Тебе очень больно?— Мне не больно, малыш, — ответил Марк жарким шепотом.И снова сводящий с ума поцелуй. Я забыла кто я, где я, и зачем я. Не было ни сомнений, ни печалей, ни бесконечных размышлений. Только безумное наслаждение и чистое счастье, которые струилось по венам от близости любимого. Я вскрикнула от лёгкой боли, когда Марк вошёл в меня первый раз, но весь дискомфорт от слияния быстро сошёл на нет. Я всё дальше уплывала от реальности, познавая новые грани эротической эйфории. Снова и снова я отдавалась ему со всей страстью, на которую была способна, самозабвенно, без остатка. Я сгорала в огне первобытной страсти, не задумываясь о том, что от меня останется только пепел, когда этот костёр окончательно погаснет.Утро было прекрасным, лишь потому что Марк был рядом. Он улыбнулся мне озорной, мальчишеской улыбкой, заставляя меня задохнуться от счастья.— С добрым утром, малыш, — лёгкий поцелуй в губы.— С добрым, — ответила я, пребывая где-то на седьмом небе. — Кто первый в душ?— Ммм, — его глаза лукаво блеснули, — может вместе?Я залилась краской смущения, от бесстыдных образов, проскользнувших в воображении. Но, как оказалось, воображение у меня хлипкое, потому что реальность превзошла все самые смелые ожидания. Сначала его ласки и прикосновения были почти невинными, ласковыми и невесомыми, но постепенно становились всё смелее и откровеннее. С ним я переставала быть скромной и разумной девочкой Алиной, превращаясь в безумную, бесстыдную самку, жадную до его прикосновений и тела в целом.— Моя маленькая нежная девочка, — шептал он мне в ухо, одной рукой лаская обнажённую грудь, другой чувствительную горошину между ног, заставляя реальность отступать под напором чувственного экстаза. — Я хочу тебя сзади. Позволь мне, малыш.Конечно же, я согласилось. Да разве я могла ему отказать хоть в чём-то, пребывая в эротической нирване? Я вообще мало чего осознавала кроме того, что хочу, чтобы всё это никогда не заканчивалось. И всё же я чуть протрезвела, когда почувствовала его палец там, где его быть не должно.— Марк, — выдохнула я, невольно напрягаясь, — что ты делаешь?— Расслабься маленькая, — ответил он мне, прикусив мочку уха, вызывая новый разряд возбуждения, — Я буду осторожен, обещаю. Тебе понравится. Просто доверься мне.А дальше... Вспоминать это было откровенно стыдно. Как оказалось, не совсем ещё стеснительность отказала мне. Но я так и не смогла сказать ему «нет», вверив ему и свое тело, и свою душу, и своё сердце.Он долго ласкал моё тело, вызывая потоки чувственных мурашек и одновременно неловкость, от ощущения его пальцев в «запретной зоне». И всё же, Марк действительно имел огромный опыт в постельных утехах, так вскоре смог снова заставить меня забыть о таких понятиях как «нельзя» и «стыдно». Снова я сгорала дотла в его руках, мечтая лишь об одном — слиться с ним воедино, стать его неотъемлемой частью.Меня отрезвила боль. Резкая, неожиданно острая, когда Марк стал погружаться в меня. Из глаз брызнули слёзы, и я инстинктивно рванулась из объятий любимого.— Тшш, — произнёс он, замерев, и повернув моё лицо к себе, невообразимо нежно поцеловал в губы, — потерпи чуть-чуть, малыш. Скоро будет очень хорошо.И я терпела, сцепив зубы и глотая невольные слёзы, пока он аккуратно погружался в глубины моего тела. Казалось, он просто разорвёт меня. Останавливаясь, любимый целовал меня и говорил, какая я восхитительная, его маленькая и нежная девочка. Теперь я уже мечтала, чтобы всё наоборот побыстрее закончилось. Однако, Марк сдержал обещание, когда боль от проникновения осталась позади, он своими потрясающими руками и губами, снова зажёг огонь страсти в моей крови. Снова я сходила с ума от безумной страсти, позабыв обо всём на свете.А после он меня вымыл, прикасаясь к моему телу с умопомрачительной нежностью и заботой. А я не находила в себе сил поднять на него глаза. Проснулся запоздалый стыд. Конечно же, живя в современном мире, я слышала о подобном виде секса, но была уверена: я таким заниматься точно не буду. Это казалось слишком неправильным, каким-то извращением, чем-то запретным и грязным. И Марк заметил мою зажатость после душа.— Алина, — позвал он меня, — посмотри на меня.Я не послушалась, старательно пряча глаза. Слишком сильно было смущение, слишком велик страх увидеть разочарование в любимых глазах.— Малыш, — он взял мой подбородок кончиками пальцев, — ты чего?А я не могла вымолвить и слова. Просто смотрела на него пребывая в полном внутреннем раздрае.— Ну, чего ты себе надумала, глупая? — ласково так, — Дай догадаюсь, сексуальные страсти утихли, и ты изводишь себя дурацкими «так нельзя, это неправильно» и всё в этом духе, верно?Я лишь беспомощно моргнула, поражаясь его проницательности.— А теперь послушай меня. Я твой мужчина и со мной за закрытыми дверями, когда мы наедине, нет таких понятий как «стыдно» и «недопустимо». Ты очень чувственная и страстная натура, и этим просто сводишь меня с ума. Произошедшее между нами прекрасно, и не смей даже думать иначе. А сейчас нам нужно позавтракать.И мне стало легче, да что там, просто гора с плеч свалилась. Я словно заново ожила. Подарив ему благодарный поцелуй, направилась на кухню, вскоре Марк ко мне присоединился. После завтрака, мы отправились гулять по городу. Сегодня погода, не в пример вчерашней, была просто чудесной. Светило солнце и было очень тепло.Во время прогулки мы болтали обо всем на свете и одновременно ни о чём. Я была просто счастлива и мне хотелось улыбаться всему миру. Удивительно, как может окрылять любовь. Сейчас любые тревоги и сомнения, просто проходили мимо меня.У Марка зазвонил телефон, он ответил и после короткого разговора, чуть хмурился. У меня же сердце упало. Неужели что-то случилось и наши выходные закончились?— Алина, звонил Лёха, у него небольшие проблемы и он просит помочь. Я не могу ему отказать. Наши планы по-прежнему в силе. Просто ты можешь отправиться ко мне или немного погулять одна. Я постараюсь недолго. Как освобожусь, позвоню тебе, — сообщил мне парень.От его слов я испытала двоякое чувство. С одной стороны — облегчение, ведь он не ставит крест на наших планах. С другой разочарование, от того, что его друзья со своими проблемами отнимают у нас минуты и часы, которые мы могли бы провести вместе. Стараясь ничем не выдать своего расстройства, я сказала, что немного погуляю.Я бродила по улочкам и смотрела на людей. Некоторые были какими-то мрачными и злыми, другие наоборот поражали своим благодушием. Но больше всего моё внимание привлекали влюблённые парочки. Невольно я размышляла насколько серьёзны отношения у тех или иных людей. У многих ли из них действительно всё серьёзно. Есть ещё такие как мы, кто отбирает у судьбы крохи времени, чтобы насладиться минутами счастья. Мысли постоянно стремились свернуть на куда более мрачную стезю. Насколько я правильно поступила, согласившись пойти с Марком? Что будет, когда выходные закончатся? Не обманывает ли он меня? Нет-нет! Нельзя об этом думать сейчас! Скоро он освободится от своих дел, и мы снова будем вместе.Когда я шла мимо вещевых рядов, мне на глаза попалась палатка с мужскими футболками. Внезапно меня буквально пронзило острым желание купить ему что-нибудь на память о себе. Почему бы не футболку? Вся его одежда слишком однотонная, пусть в его гардеробе появится яркое пятно.Вскоре у меня в руках был пакет с яркой футболкой жёлтого цвета и абстрактным принтом в виде разноцветных пятен краски. Конечно он не выйдет в ней куда-либо, но мог бы носить её дома и вспоминать обо мне...Марк позвонил спустя два с лишним часа, и мы договорились встретиться у фонтана. Я ждала его с нетерпением ребёнка и как только увидела, устремилась навстречу. Мне хотелось как можно быстрее вручить свой маленький презент.— Это тебе, — улыбаясь протянула я ему пакет. — Просто я тут подумала, у тебя всё такое однотонное... Тебе не хватает ярких красок. И даже если ты не решишься выйти в ней куда-либо, то можно носить дома...Мой энтузиазм увядал буквально на ходу. На лице любимого не было и тени радости. Он словно окаменел и с каким-то неверием и даже отрицанием смотрел на мой подарок. От него исходило ощутимое, отнюдь не радостное напряжение.— Марк, это просто футболка. Маленький подарок. Мне просто хотелось сделать тебе приятно. Она ни к чему тебя не обязывает, — закончила я почти шепотом.— Прости, малыш, — улыбнулся парень как-то натянуто, неестественно. — Просто я не ожидал... Мне редко дарят подарки, и я совсем не умею их принимать. К тому же, ты поставила меня немного в неловкое положение, ведь это мужчины должны дарить женщинам подарки. Может, я куплю что-нибудь тебе?Хотелось ли мне иметь что-то подаренное Марком? Безумно! Я бы хранила эту вещь как величайшее сокровище мира. Но не так. Не вырванное чуть ли не силой, без капли души. Поэтому я отрицательно покачала головой.— Спасибо, Алина. Мне правда очень приятно. Просто я такой вот дурак, который постоянно всё портит.Но я почему-то не верила его словам. Не было в них искренности. Настроение сильно упало. У меня сложилось впечатление, словно своим стремлением сделать приятно любимому человеку, совершила чудовищную, непопровимую ошибку. Только я так и не могла понять, в чём она заключается. Ведь это же был совершенно искренний порыв от всей души.Мы продолжили нашу прогулку. Как и прежде говорили обо всём и ни о чём, мне было хорошо, но прежней лёгкости я не ощущала. Я злилась на себя. Ну не понравился ему мой подарочек, разве это повод накручивать себя? Ведь всё хорошо. Вот он, идёт рядом и рассказывает случай со дня рождения лучшего друга. На улице по-прежнему ярко светит солнце, и вообще, всё замечательно.В очередной раз мой мобильный разразился мелодией входящего звонка. Девчонки со вчерашнего дня обрывали мне телефон, видимо беспокоились. Но я не находила в себе сил ответить и ограничивалась смсками. Сейчас же решила, хватит, пора ответить и успокоить подруг. Они же не просто так названивают. Переживают. Им не всё равно, где я и что со мной. Заверяя Катю в том, что со мной всё в порядке, беспокоиться не стоит, и я взрослая девочка, чтобы сама решать, как мне жить и с кем общаться, я немного отстала от любимого.— Марк! Вот ты где! А я искала тебя! Ты обещал позвонить и просто пропал...Неожиданно ворвался в моё сознание звонкий женский голосок. Быстро попрощавшись с подругой, я увидела как яркая, явно крашенная блондинка подбегает к Марку и целует его прямо в губы. Парень словно в ступор впал, а очнувшись, оторвал девушку от себя. Бросив мне короткое «я сейчас» отошёл с ней на приличное расстояние. Разделяющие нас метры и легкий шум из людских голосов и шелеста листвы, не давали мне расслышать, о чём они говорят. Марк стоял, засунув руки в задние карманы джинсов, а девушка что-то говорила, яростно жестикулируя руками. Я смотрела на них и чувствовала, как улетучиваются остатки хорошего настроения и расползается по венам горечь. Он и ей обещал позвонить и не выполнил обещание. Сколько ещё таких, как я или она? Может, и таких как я, с кем он периодически встречается и развлекается у него несколько? Верить в такое отчаянно не хотелось. Такие мысли были смерти подобны, поэтому я гнала их прочь, не позволяя осесть в голове и отравить сознание. Вскоре я увидела, как девушка ударив Марка по лицу, пулей устремилась в неизвестном направлении, а парень, потирая место удара, направился ко мне.— Домой? — спросил он, оценив выражение моего лица.Я мрачно кивнула. До его квартиры мы добирались в тягостном молчании. Марк думал о чём-то своём, я же отчаянно боролась с сомнениями, осаждающими мою душу. Я люблю его, а значит должна верить ему, если не хочу всё испортить. Но почему мне так тяжело?— Марк, — не выдержала я, когда мы подошли непосредственно к его дому, — кто эта девушка?— Что? — вынырнул из своих дум любимый.— Девушка в парке, кто она? — повторила я вопрос. — Как я поняла из услышанного, ты ей тоже обещал позвонить и тоже не позвонил.— Малыш, — мягко улыбнулся парень, — не бери в голову. Она сама настойчиво пихала мне свой номер телефона, пришлось пообещать, чтобы отстала. А так она никто, просто случайный эпизод. Да я даже имени её не помню. Не думай об этом.Но вопреки его словам, мне стало ещё хуже. Как так можно? У меня не было сомнений, в каком ключе состоялось их «знакомство», а он говорит, что даже не запомнил как её зовут! Разве так делается? Или у Марка это в порядке вещей? Невольно вспомнились слова Вики, что у него чуть ли не каждую ночь новая женщина. Эта мысль обожгла болью.— А тогда, ну после боя, зачем ты... Ну с той девушкой, — запинаясь и путаясь в словах, задала я новый вопрос.— Алина, ну зачем это тебе? И эта девушка, и та — они всего лишь способ приятно провести время, сбросить напряжение. Ты не мужчина, поэтому не сможешь этого понять, — поморщившись отозвался он.— А я? Кто я, Марк? — задала я главный, самый пугающий меня вопрос.— Ты моя малышка, от которой я без ума, — тихо произнёс он, снова гипнотизируя меня своими колдовскими глазами. — Если бы моя жизнь была иной, я был бы рад пообещать тебе весь мир, но не могу этого сделать. Сейчас я могу обещать тебе себя и ещё сутки с лишним наедине.И он меня поцеловал. Его поцелуй снова лишил меня и воли, и разума. Заставил забыть обо всех сомнениях, снова полностью довериться ему. Как добрались до квартиры не помню. В моей памяти были лишь обжигающее наслаждение, горячее дыхание и жажда большего. Он взял меня прямо в прихожей, приспустив мои джинсы. Продолжили мы в его постели. А потом вместе отправились в душ, где Марк решил избавить меня от «оральной невинности». Я кричала, срывая голос, сходила с ума от страсти, ощущая как его губы и язык порхают по влажным складочкам моего естества. А потом мучительно краснела в смущении и восхищении, смотря на его напряженный пенис. Я знала, чего он хочет, но природная стеснительность сильно мешала. И всё же я решилась. Вначале робко обхватила головку губами, провела по ней языком, вызывая судорогу в его теле. Это меня приободрило, и я стала смелее. Смотрела, как содрогается совершенное тело, как его пальцы изо всей сил впиваются в края ванной, на которой он сидел, как напряжено его лицо, искаженное наслаждением, напополам с мукой. И это вселяло в меня веру в собственные силы. Я ласкала его самозабвенно, полностью отдаваясь процессу, млея от осознания, что это я заставляю его испытывать это. Под конец любимый не выдержал и положил мне руку на затылок, задавая ритм, и я подчинилась. Мне было приятно, что Марк счёл важным предупредить меня о приближающейся разрядке и предоставил выбор как поступить мне, но я не желала прекращать. Я хотела познать ещё одну грань вкуса своего любимого мужчины. К тому же, я где-то читала, что мужчинам приятно, когда женщины не брезгуют подобным. Он вскрикнул, его пальцы сжались в кулак, в моих волосах, и я ощутила на языке терпкий вкус его спермы. Мне он понравился, и я проглотила всё до последней капли. Позже он целовал меня, страстно и нежно одновременно. Снова топил меня в океане своей страсти, а я была просто счастлива душой и телом.Поужинав, мы посмотрели очередной фильм. Когда фильм кончился, переключили на музыкальный канал. Там звучала нежная и проникновенная песня. Сделав погромче, Марк пригласил меня на танец, и мы танцевали. Мне казалось, я попала в сказку. Счастье было таким острым, необъятным, что на глазах выступали слёзы. А ночью мы снова любили друг друга. Я не могла назвать происходящее между нами словом «секс». Во всяком случае, с моей стороны это была любовь сильная, чистая, искренняя в её физическом проявлении.Воскресенье прошло в том же ключе: душ с приятным эротическим приключением, завтрак, прогулка. Правда, погода неожиданно испортилась, и нам пришлось вернуться домой. Но мы не унывали, снова с головой ныряя в чувственный омут. А когда мы брали перерыв от любовных игр, то говорили. Правда, к моему огромному сожалению, в основном беседы почти не несли никакой важной информации. Если я была готова рассказать Марку о себе всё, то он не спешил открывать мне душу. Он категорически отказывался рассказывать что-либо о своём детстве. Всё, что мне удалось у него узнать, что он сирота и Лёха ему заменяет семью, Марк считал парня братом. Это расстраивало меня. Мне хотелось знать о любимом как можно больше. Хотелось стать частью его жизни. Разделить с ним и радость, и боль, но он держал дистанцию. Мне оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь он доверится мне и расскажет свои тайны.Время стремительно летело вперед, я молила его подождать, но оно было неумолимо. Чем ближе был вечер, тем острее я ощущала предстоящую разлуку. От этих мыслей боль буквально пронзала на сквозь, и я цеплялась за Марка, стремясь надышаться им впрок, запечатлеть его образ на сетчатке глаз.Однако, как бы я не мечтала, чтобы выходные не кончались, они подошли к концу, и вечером Марк привёз меня к общежитию. Я хотела было остаться на ночь, до утра понедельника, но любимый сказал, что ему надо к Лёхе по делам. О том, какие могут быть дела у него ночью, старалась не думать. Меня накрыло дежавю, когда любимый склонившись ко мне, поцеловал меня в губы и произнёс:— Я позвоню, малыш.Я вышла из машины, и смотрела как она отдаляется от меня, увозя человека, ставшего центром моей вселенной. Чем больше разделяло нас метров, тем стремительнее росла дыра в груди. Мы не успели толком расстаться, а я уже схожу с ума от тоски по нему. Сильнее всего пугала неопределённость наших отношений. Мне оставалось только верить, что в этот раз Марк не обманет. Но червь сомнений всё равно грыз душу, усиливая душевные терзания. Нет, он обязательно позвонит. Я люблю его, и он тоже испытывает что-то ко мне. Я не могу ошибаться, я чувствую это.