Глава 6. Откровения

Элизабет.

Уже с утра по всему дому разливается сладкий запах тыквенного пирога и кленового сиропа. День Благодарения. Пожалуй, мой любимый праздник после Рождества. Мама с Карен крутятся по кухне, колдуя над индейкой. Папа сам лично поехал встречать из аэропорта Натали, а я на подхвате. Что-то вроде: «Дай сахар, дай специи, забери цветы у курьера.» Помогая в приготовлении десерта, я жду сообщения от Кимберли. Надеюсь, папа будет в достаточно позитивном настроении, чтобы отпустить меня к ней на день с ночёвкой. Подруга вчера уже все уши ему прожужжала, когда мы вместе приехали из школы, что взяла несколько просто наикрутейших фильмов, и у нас будет тонна попкорна. На самом деле, завтра за мной должен заехать Дрю. Услышав телефонный звонок, я побежала в гостиную. – Это тебя, Лиз, – улыбнувшись, мама протянула мне трубку. – С праздником, Суон! – И тебя, Дрю! – Завтра утром я буду у твоего дома, помнишь? – Подожди ещё. Отец дома, – я расплылась в лёгкой улыбке, услышав его. – Время задабривать его тыквенным пирогом! Попробуй, говорят, эффект потрясающий! – Буду иметь в виду, – я хихикнула. – Как дела у хорошей девочки? – Хорошая девочка делает глазурь для пирога. – Получается? – Плюс-минус. А ты чем занимаешься? – Только приехал, сегодня же семейный день, – протянул он. – И кто ещё из наш хороший? – я засмеялась. – Конечно ты. Ты была близко от телефона? – Ну, трубку взяла мама, а что? – Знаешь правило 6 гудков? – голос Дрю стал слегка игривый. – Правило, что нельзя звонить больше 6 гудков? – я закатила глаза. – Именно. Об этом нам говорит этикет. – И сколько ты держал телефон? – Ровно 4 гудка. На 5 его взяла твоя мама. – То есть, если бы через 6 гудков никто не подошёл, ты бы положил трубку? – рассмеялась я. – Несомненно. – А если ты очень хочешь услышать человека? – я мерила шагами комнату, размышляя над словами Дрю. – Тогда я сброшу и наберу снова, – он помедлил, – Через какое-то время. Вдруг, тогда ты захочешь меня услышать?– Может, я итак хочу тебя услышать? – Хорошо. Тогда я буду звонить тебе ровно 3 гудка, и ты будешь снимать трубу. Идёт? – А если я не слышу? Может, я сплю, делаю уроки или гуляю? Или телефон лежит в другой комнате? – Ладно. Сколько тебе надо? – 4 гудка? – я задумалась, глядя перед собой. – Не намного больше. – 5 гудков. – Идёт. Я жду 5 гудков, и если ты не отвечаешь, то я кладу телефон, – в его голосе всё ещё чувствовалась ухмылка. – Ладно. Звонишь мне ровно 5 гудков. И я буду знать, что это ты. – Договорились, Суон. До завтра. Не забудь про магическую силу тыквенного пирога. – Да, я помню, – я положила трубку, и, вернувшись за стол, задумалась.

Может, я ошибаюсь насчёт него? И он, правда, намного лучше? Или просто я хочу так думать? А наш новый тайный знак с 5 гудками? С чего Дрю вообще завёл эту тему? Неужели, у нас уже появляются какие-то общие знаки, понятные только нам? 

– Давай сумку, – он протянул руку, – Точно проблем не возникнет? – Не возникнет. Я же иду к подруге на ночь, – я беззаботно улыбнулась и села в машину.

Я никогда не обманывала родителей, может быть, раз, не более того. Поэтому, они вряд ли что-то заподозрят. Хотя, какая разница? Я ничего ужасного не делаю. У нас с Дрю не романтическое свидание за городом, мы просто едем небольшой компанией в его дом. Вряд ли, за танцами и беззаботной болтовнёй что-то последует. – То есть, теоретически твои родители против, чтобы ты с кем-то встречалась? – Дрю сел за руль, вставив ключ в зажигание. – Нет, не хочу их волновать лишними подробностями. В данном случае прикрытие – лучшая идея. – Привезу обратно в целости и сохранности, – он улыбнулся и подмигнул мне. – Верю. А Кимб и Рэй сами доедут? – Да, Рэй знает, как ко мне ехать. – Кимб теперь его девушка? – Не знаю, Лиз, сама скажи, – Дрю открыл бардачок, – Посмотри, что там есть. Выбери музыку. Я послушно начала рыться в бардачке машины, перебирая диски. – Держи, – я протянула ему диск The Rolling Stones.

Когда мы приехали, нас уже ждали Рэй и Кимберли. Я поймала себя на мысли, что она довольно органично смотрится с лучшим другом Дрю. И, кажется, они наслаждаются обществом друг друга. Хотя, не могу не заметить, как стремительно у них всё развивается. Вчера ещё они были вместе на осеннем балу, сегодня Кимб уже едет с Рэем за город. – Привет! – я лучезарно улыбнулась ей, – Что ты делаешь? – Лиз, кто-то же должен за тобой присматривать, – подруга игриво подмигнула мне, – К тому же, он очень горячий, – она расплылась в довольной улыбке, – Такое нельзя упускать. – Ты здесь не только из-за меня. – Читаешь между строк. А что вы с Дрю? Просто так? – Просто так. Мы друзья, – я поймала насмешливый взгляд аквамариновых глаз Кимберли. – Просто друзья? – Да, – я беззаботно пожала плечами, мысленно прокрутив свой ответ в голове.

Я хочу так думать, или так оно и есть? Именно поэтому я еду к нему на ночь в компании другой парочки? С другой стороны, между нами ничего не было. Мы не пара, уж точно. Кимб с Рэем другое дело. Пусть делают, что хотят.

Распаковав вещи, мы включили музыку в гостиной на первом этаже, оставив вместо верхнего света светящиеся шары. Здесь довольно приятно. Огромный трёхэтажный особняк с двумя лестницами, ведущими в разные части дома. В гостиной бар, а сама комната размером с зал, в котором можно было бы устроить дискотеку, чем мы, собственно, и собираемся заняться. Я сняла балетки и прошлась босиком по тёплому полу с подогревом.

Дрю.

Я смотрю, как Элизабет ритмично двигается под музыку. Несколько выпитых стаканов виски с колой удачно расслабили нас обоих и сразу же сняли небольшую неловкость, возникшую в первые минуты. Лиз довольно близко ко мне, её глаза закрыты, и она периодически откидывает распущенные волосы назад, двигаясь в такт музыке. Мой взгляд остановился на её вишнёво-красной кофте, которая красиво обтягивает её талию, что можно заметить слегка выпирающие рёбра. И так удачно подчёркивает её грудь. А у Суон хорошенькая женственная и при этом хрупкая фигурка. Я удалился к бару за стаканом виски. Лиз точно хватит, а я могу позволить себе ещё один. Вернувшись, я увидел, как она сидит на крыльце с Рэем, который положил ей руку на плечо и что-то говорит, пристально глядя ей в глаза. – Почему ушла? – я подошёл к ним. Лиз тут же вздрогнула от неожиданности и обернулась. – Решила проветриться. Я уже иду. – Рэй, можно тебя на минутку? – я жестом позвал друга, – Какого чёрта ты удумал? – у меня непроизвольно вырвалось лёгкое шипение. – Просто проверяю, настолько мягкая почва. Что, ночью воспользуешься её эйфорией? – Ничем я не собираюсь пользоваться, - я закатил глаза, – Мы отлично проводим с ней время, как ты видишь. – Вижу, что ты сделаешь ей больно. – Не кажется, что это слегка тебя не касается? - я угрожающе посмотрел на друга. Рэю явно не стоит в это лезть. – Я всего лишь предупреждаю, – он отвёл взгляд и направился в гостиную к уже довольно пьяной Кимберли.

– Всё в порядке? – я осторожно приобнял Элизабет, – Пойдём в дом? – Что ты делаешь? – она коротко кивнула и сильнее прислонилась ко мне. – Пытаюсь завоевать немного внимания самой прекрасной девушки. И прошу всего один шанс, идёт? – Идёт, – я заметил, как её взгляд скользнул по моей расстегнутой рубашке. – Пойдём наверх.

Элизабет.

Чувствуя свои слегка ватные ноги, я шла наверх, сжимая руку Ди. В голове продолжают звучать слова Рэя. «Насколько хорошо ты его знаешь?» И правда, насколько? Мне показалось, что Рэй был чем-то обеспокоен. И зачем он меня об этом спрашивает? Они ведь с Дрю лучшие друзья. Кому, как не Рэю знать и понимать намерения его друга? Плюс ко всему, я ответила, что хочу узнать Дрю. И ведь это так. Он мне интересен. Теперь я вижу, что за его внешним цинизмом, наглостью, самолюбием и равнодушием что-то есть. Вот только что? После нескольких минут на крыльце с Рэем голова стала более ясной. Хотя в ушах всё ещё грохочет музыка из колонок на первом этаже. Надеюсь, Кимб с Рэем выключат всё, прежде чем лягут спать.

Мы зашли в одну из комнат, ещё более уютную, чем гостиная внизу. Приглушённый свет от торшера и наполовину занавешенные шторы создают приятную домашнюю атмосферу. Я коснулась кончиками пальцев мягкого ковра, который тут же приятно окутал ноги. Посреди комнаты стоит огромный бильярд. – Бильярд? – я радостно запрыгнула на край. – Умеешь? – Дрю встал рядом, всё ещё не отпуская мою руку. – Немного. В детстве хорошо играла. – Можем сыграть. Или... – он ловким движением взял пульт и включил музыку, – Потанцуй со мной. – Мы же танцевали внизу, – я с интересом посмотрела на него. – Не так. По-другому. Несколько раз переключив радиостанции, он остановился на мелодичной песне. И на всю комнату разлилась «Celine Dion I Surrender». Притянув к себе, он закружил меня в медленном танце. Положив руки на плечи Дрю, я на несколько секунд закрыла глаза. Внутри всё вспыхивает пламенем. Я двигаюсь ему в такт, ощущая его руки у себя на талии, от которых тепло приятно разливается по телу. Высокий звучный голос Селин: "Я сдаюсь!" Сдаюсь. Я сдаюсь.

Когда музыка закончилась, мы остановились, оставаясь в таком положении ещё секунд 5. – Отличный танец, – я резко облокотилась на край бильярда. – Голова не закружилась? – Дрю встал напротив меня. Он так близко ко мне, что становится страшно. – Нет, всё отлично. Будем ложиться? – Ты хочешь спать? – Не знаю, – я мягко улыбнулась, понимая, что если сейчас не лечь, то эта ночь точно сведёт меня с ума. – У меня есть идея получше. Я сейчас, – Дрю быстро вышел из комнаты. Вернувшись через несколько минут с пледом и двумя большими подушками, он подмигнул мне. – Будем спать на полу? – я удивлённо посмотрела на него. – Нет, на этом диване, – он бросил подушки и плед на большой диван в конце комнаты. – Ты никогда так не делала? – заметив моё небольшое замешательство, он нахмурился. – С подругами. – Значит, на сегодня я твоя подружка, – его губы расплылись в лукавой улыбке, – Если я тебе надоел, то могу уйти и уложить хорошую девочку спать. – Нет, не надоел, – быстро нашлась я. Мне слишком интересно, что будет дальше. Оказаться с этим парнем под одним пледом на диване? Может, всё дело в том, что я выпила два стакана джека с колой, но подобная перспектива меня не пугает. – Тогда можем принести фонарик и пугать друг друга страшилками или просто поговорить, – он приоткрыл окно, впустив лёгкий прохладный ветер в комнату. – Хорошо, – я сняла верхнюю кофту и устроилась на диване. Дрю осторожно сел рядом, взяв часть пледа, – Всё равно жарко, – я помахала ладонью вокруг своего лица. – Ты можешь снять что-нибудь. – На что ты намекаешь? – Лишь на то, что тебе следует снять что-то, в данном случае, мне кажется, что юбку. Я отвернусь, – он улыбнулся. – Вот и отвернись, – я быстро стянула джинсовую юбку и, закрыв ноги пледом, повернулась к Дрю.

Выключив свет, мы устроились поудобнее и откинулись на подушки. Не могу перестать рассматривать его. Эта тёмная рубашка, расстёгнутая на половину, обтягивает шикарную фигуру Дрю. Какие у него широкие плечи. Я вспомнила, как мы обнимались в парке. В животе вспыхнуло жаром и, кажется, отразилось румянцем на моих щеках. Хорошо, что мы в темноте.– Сказочная ночь, тёплая, – я мечтательно посмотрела в сторону окна, чтобы отвлечься от мыслей о Дрю. Он так близко, что я могла бы лишь слегка вытянуть руку и дотронуться до его лица. Я поймала себя на мысли, что хочу это сделать: дотронуться до его лица, до его рук. – Да. Причём любая ночь несёт в себе больше волшебства, чем утро или день. В детстве особенно, – Дрю уставился в потолок, закинув руку за голову. – Самая романтичная и красивая это рождественская. Я в детстве только этого праздника и ждала. Кругом волшебство, ёлка, конфеты, подарки. Всегда ждала Санту... – Ты в него верила? – он нахмурился. – Верила лет до 6. А ты? – Никогда. Я знал, откуда берутся подарки. – Тебя никогда родители не пытались заверить в обратном? – я невольно рассмеялась, но тон Дрю стал немного жёстче. – Нет, как-то не помню такого. – И что ты делал в Рождество?– То же, что и все. – Для меня Рождество – это красивые разноцветные свёртки в блестящей бумаге, которые родители заворачивали накануне. Домашние имбирные пряники, носочки с конфетами и маленькими сувенирами, – я расплылась в улыбке, погрузившись в детскую ностальгию, – Я помню, как вставала в морозное утро и бежала к камину, а на нём уже весели эти самые носочки. И в каждом были разные маленькие подарки. Мама всегда клала туда разные безделушки. Потом это обязательный рождественский ужин, где каждый надевал красный колпачок. Рассказы Натали про её частную школу и закрытые вечера в ней. А у тебя? – Мать уезжала на какой-нибудь приём, а я читал сказки сестре и укладывал её спать. – Разве это не прелесть? – я восхищённо охнула. – Прелесть? Нет. Мне было 10, и я один сам запаковывал подарки. Поэтому мне никогда не нравились эти цветные обёртки, – губы Дрю сжались в полоску. – Извини. Я не то хотела сказать... – я повернулась к нему. На секунду между нами было лишь небольшое расстояние и повисшая в воздухе тишина. Вдруг тишину нарушили довольно громкие и протяжные стоны в соседней комнате. Я смущённо хихикнула, глядя на Дрю. – Как будто, они не могли потише, – он покачал головой. – Я думаю, что не стоит идти и просить их об этом. – Полностью согласен. Лиз, – Дрю понизил тон, – Могу задать очень личный вопрос? – он повернулся ко мне. – Конечно, можешь. – У тебя ведь этого никогда не было? – тон Дрю стал осторожным, словно он сказал вслух что-то запретное. – Да. А что? – я внимательно посмотрела на Дрю. На самом деле, я ожидала подобного вопроса. – Ничего, просто спросил, – он отвёл взгляд. – Что, в школе обсуждают мою девственность? – В нашей школе всех обсуждают. – Я ничего не скрываю, Ди. И не стыжусь этого, тем более. – Я не говорю, что этого надо стыдиться. Наоборот. Это похвально, – он сделал акцент на последнем слове. – Поэтому мне без разницы, обсуждают это или нет, – вздохнула я, – Просто я не считаю, что стоит начинать заниматься этим лет в 14, а к 17 уже иметь приличный список тех, кто побывал в твоей постели. Если бы я вела образ жизни как та же Сандра, то меня бы уже также половина школы переимела. – Довольно жёстко, – Дрю ухмыльнулся. – Но ведь это так. Знаешь, я просто хочу, чтобы всё было по-особенному. – Уверен, у тебя так и будет. – Можно встречный вопрос? Что насчёт тебя? Во сколько ты? Дрю хитро посмотрел на меня. – Может, у меня тоже ничего не было?– Не отрицай очевидное. – Мне было почти пятнадцать. И я больше всего хотел убежать из дома. Мы смотрели на звёзды на капоте её машины, курили, сбегали с уроков и просто были свободны, – он тяжело вздохнул, – Скажешь, что рано?– Нет, ну, то есть, я бы никогда не поверила, что ты девственник. Да и ты парень, про парня нельзя сказать "шлюха". – Ты мне это неоднократно говорила, – Дрю закатил глаза. – Я не так говорила. – Смысл же такой. Лиз, – Дрю привстал на локти и внимательно посмотрел на меня, – Те слухи, которые ты слышала про меня - не выдумки. Меня, действительно, мало с кем из девушек связывают или связывали другие отношения. И я сейчас впервые в постели с девушкой просто лежу и разговариваю. – Ты когда-нибудь влюблялся? – Не думаю. – Не думаешь? – Не думаю, что испытывал что-то подобное, – он отрицательно покачал головой. – Почему? – Так складывалось, Лиз. Я не слишком эмоционален, – Дрю задумался, - Слово влюблённость или любовь здесь, определённо, неуместны. – Тогда почему мы с тобой сейчас просто лежим здесь и говорим? – С тобой у меня другие отношения, – отрезал он. – Почему? – я посмотрела ему в глаза, надеясь найти там истинную причину. – Потому что. С тобой интересно, да и мы занимаемся иными вещами. – А с другими? – С большинством говорить совершено не хочется, – он ухмыльнулся. – Но ты бы мог, если бы захотел, меня напоить, наговорить мне кучу прекрасных слов и просто сделать со мной всё, что угодно. – Я против насилия. Это низко. – Но большинство девушек, с которыми ты...ты же знаешь, что они хотели бы большего. – Многим свойственно ожидать больше, чем им могут дать. Я думаю, что ты понимаешь, о чём я, Суон. Хотеть тело – не значит хотеть душу. – Да, – я кивнула и снова посмотрела в сторону окна, пытаясь осмыслить услышанное. Кажется, Дрю только что начал открывать мне душу, рассказывая то, что, вряд ли, говорит остальным. И он сказал, что у нас другие отношения. Что это значит? Я посмотрела в окно. Свет от фонаря отражается небольшой освещаемой полоской на лице Дрю. А сам он смотрит в потолок, задумчив и расслаблен. Я поймала себя на мысли, что любуюсь им. Проговорив пол ночи, мы уснули уже к рассвету.

Я открыла глаза. Солнце уже во всю светит из приоткрытого окна. Дрю рядом нет. Скинув плед, я неторопливо встала, ощутив лёгкий холодок по телу, и, надев юбку, спустилась вниз. – Рэй, доброе утро, – я зевнула. – Доброе утро, – он отвлёкся от чашки с кофе и посмотрел на меня, – Лиз, я должен извиниться за вчерашние звуки. – Всё в порядке, забудь, – отмахнулась я.

Я выпила стакан воды и направилась в ванную. Вещи Кимберли на стиральной машинке, а в душевой шумит вода. Надеюсь, она не будет против, если я почищу зубы и быстро уберусь из ванной. Просмотрев полки в шкафчике, я попыталась найти зубную пасту. Кажется, вода в душевой перестала течь. – Кимб, ты не знаешь, где... – я повернулась в сторону душевой и резко вздрогнула. – Лиз, ты не подашь мне полотенце? – Дрю вскинул бровями, невинно мне улыбнувшись. – Д-д-да. Конечно, – заикаясь, я закрыла одной рукой глаза, а другой потянулась за полотенцем, – Держи. – Спасибо, – он взял полотенце, и, обернувшись им, подошёл ближе ко мне. – Извини, мне очень неловко, – я всё ещё стояла, прикрыв глаза одной рукой, не решаясь посмотреть на него. – Да брось, Лиз! Ничего страшного не случилось, – его тон стал абсолютно беззаботный, словно эта ситуации его даже позабавила. – Я-я думала, это Кимберли. Здесь её вещи. Неудобно получилось, – я всеми силами попыталась скрыть смущение. Он только что был передо мной голый в этой самой душевой! – Голый перед тобой я, а неудобно тебе! – Дрю рассмеялся, – Я не видел Кимб. Кстати, что ты искала? – Пасту. Зубную. Пасту. – Держи, – он открыл ящик и протянул её мне. – Спасибо. – Собирайся, я буду в гостиной. Оставшись в ванной одна, я быстро сходила в душ и переоделась, пока кому-нибудь ещё не пришло в голову постучаться ко мне.

После завтрака мы попрощались с Кимберли и Рэем, договорившись, что она придёт ко мне через пару часов, и вместе с Дрю поехали в сторону моего дома. – Спасибо за выходные, – я постаралась выдавить как можно менее смущённую улыбку. После утреннего казуса мне до сих пор хочется провалиться сквозь землю. – Тебе спасибо. До завтра, – Дрю нежно чмокнул меня в щёку. – До завтра, – я поймала его взгляд и невольно вздрогнула. Кажется, только что у меня по телу пошли мурашки. Нужно спокойно зайти в дом и перестать краснеть перед ним.

Хорошо, что родители не озаботились, где я была прошлой ночью, и с радостью поверили в ложь про ночёвку с Кимберли. Поднявшись на цыпочках к себе в комнату, я бросила сумку на кровать и уткнулась носом в подушку. Моя щека до сих пор горит от губ Дрю, а внутри всё начинает дрожать. Я только что осознала всё, что произошло. Я провела ночь в его доме, с ним на одном диване под пледом. Самую интимную и откровенную ночь в моей жизни. Пытаясь сосредоточиться, я зажмурилась. Всё напрасно. Я не могу думать ни о ком и ни о чём, кроме Дрю.

Через час у меня в коридоре уже пританцовывала Кимб с двумя пакетами попкрона и шипучкой. – Я взяла новый фильм, надеюсь, ты не против комедий? – Кимберли протянула мне диск. – Вовсе не против. Я бы с удовольствием посмеялась. А где Мишель? – Сказала, что поедет куда-то с мамой. Нам же больше достанется, – Кимберли взяла два стакана в шкафу на кухне и пошла за мной, – Так, Лиз, не тяни. Как всё прошло? Я хотела уже камеру в вашу комнату вешать! – она открыла бутылку шипучки и вопросительно уставилась на меня, удобно устроившись на диване. – Лучше бы в свою повесили. Мы пол ночи ваши стоны слушали! – я закатила глаза.– Что, хотела тем же заняться с Дрю? – Кимберли захихикала. – Иди ты! Ничего я не хотела! – я отмахнулась от неё. – Да конечно! Ты вчера с него глаз не сводила. Ну как? Вы хотя бы целовались ночью?– Нет, не целовались. – Как это? А что же вы тогда делали вдвоём? Хочешь сказать, за вечер Дрю ни разу не пытался тебя поцеловать? – её взгляд резко наполнился негодованием. Да, Кимб обожает горячие подробности и очень расстраивается, когда их нет. – Ну-у, мы говорили, очень здорово говорили, почти всю ночь, так откровенно, – я пожала плечами, – Спали на одном диване... – Отлично, Лиз, ты спала вместе с парнем, но умудрилась не целоваться с ним при этом! Я уже хотела попкорн открыть, думала, будет хлеб и зрелища, а ты... – она покачала головой. – Перестань! Это же не обязательно. Мне хотелось узнать его лучше. – И как? Узнала? – Да, – я опустила глаза, почувствовав, как под рёбрами всё снова вспыхнуло пламенем, – Знаешь, Кимб, это была самая романтичная ночь в моей жизни. – Даже так? – Да, он прекрасно танцует, и с ним так интересно, у него шикарная фигура и... – мои щёки снова предательски залились краской. – Подруга... – Кимберли расплылась в улыбке, – Кто-то влюбился! – Нет, я не влюбилась, – я нерешительно покачала головой, – Я каждую минуту о нём думаю, Кимб. Со мной такого никогда не было. – Влюбилась, влюбилась, – она, улыбаясь, следила за моей реакцией. – Это плохо, я теперь как все, – на секунду мне стало даже немного грустно. Я так старательно подчёркивала свою неприязнь к Дрю все эти годы, а теперь сама без ума от него, как вечная толпа его смазливых фанаток. – Почему плохо, Лиз? Знаешь...как это ни странно, но, похоже, Дрю ты тоже небезразлична. – Ну спасибо тебе, Кимб! – я охнула, – Как это ни странно!– Нет, нет. Не в том смысле, Лиз, – она затараторила, – Я к тому, что ему свойственна немного другая модель поведения...если ты понимаешь, о чём я...Он зовёт тебя к себе в загородный дом, дарит огромные букеты, в школе только крутится возле тебя, водит по ресторанам. И последнее время он так на тебя смотрит...Это точно не просто...так – Он может позволить себе пол школы водить в рестораны и дарить любые букеты, Кимб, – я открыла пачку попкорна. Слова Кимберли неприятно крутятся в голове. Вдруг, это и правда, неспроста? И намерения Дрю не такие уж и безобидные? С каких пор я стала так уверена в нём? – Это бред, Лиз. Со всеми остальными у него свидания на одну ночь. – Он сказал, что у нас с ним другие отношения, – я вздохнула. – Вот именно! – Кимберли закатила глаза. – А ещё я видела его голым, – я смущённо опустила глаза на пачку с попкорном. Мой словесный поток сегодня просто нескончаем. – Та-ак, подробности за подробностями просто! Лиз, ты умудрилась переночевать с парнем в одной постели и при этом не целоваться с ним, а также увидеть обнажёнку! Каким образом? Ты просто уникальна!– Это случайно вышло. Я зашла в ванную, когда он был в душе, а я думала, что там ты. – Это когда? Утром? И как? Увидела всё, что надо? – Кимберли хихикнула. – Я его не разглядывала! – я вскрикнула. – Перестань скромничать, Лиз. Не разглядывала она! С ума по нему сходит, но не разглядывала! И что будешь делать? – тон подруги стал серьёзнее. – А что я должна делать? – Хотя бы не бегать от него. – Я и не бегаю, ну...практически. А вы с Рэем? Теперь, получается, вместе?– Получается, – она кивнула, – Он очень даже неплох в постели. – Не хочу знать подробности, Кимб! – я встала с кровати и пошла ставить фильм. Что-то мне подсказывает, что, как было раньше, уже никогда не будет. И это касается не только моих чувств к Дрю.

Легли мы за полночь. Выключив свет в комнате, я смотрела на окно, из которого пробивался в комнату свет фонаря. Может, Кимберли права, и мне не стоит бегать от Дрю? Я же обещала дать ему шанс. И разве все мои действия не говорят о том, что я сдалась? Слушая храп Кимб, я отвернулась на другую сторону кровати. Хотелось бы мне также быстро засыпать.

Дрю.

– Как прошли праздничные выходные? – Джаред вышел из машины и направился в мою сторону. – Отлично. Ездили за город. – И как твоя недотрога? Смог её уложить? – Пока нет, – я пожал плечами с весьма равнодушным видом. Джаред не мог не задать подобный вопрос. Едва мы начали нормально общаться с Элизабет, так пол школы, видимо, уже ждёт, когда я с ней пересплю. – Серьёзно? Она настолько сопротивляется? Слушай, может у неё там как у пластмассовой куклы? И ты зря стараешься? – Джаред, прикрой рот, – я резко осёк друга. Не то, чтобы мне есть какое-то дело, но по отношению к Лиз это грубо. – Дрю Рэммер решил познать прелесть отношений? – он окинул меня удивлённым и слегка даже глуповатым взглядом. – Если когда-нибудь решу, то не в этой жизни, – отмахнулся я и направился в сторону класса, не желая больше обсуждать эту тему.

С чего мне защищать Элизабет? Джаред прав, я сам считал её ханжой практически с момента нашего знакомства. Вся эта девственность, которую Лиз так бережёт для своего принца. Просто нелепо. Она верит в дурацкие сказки. Верит, что принцы существуют. Наивная маленькая девочка. Однако, теперь, зная её отношение ко всему этому, я не могу вот так ей воспользоваться. А ведь прошлой ночью у меня была такая возможность. Элизабет провела ночь в моём доме, мы спали под одним пледом, говорили обо всём на свете, но дальше этого ничего не зашло. И это странно, потому что, мне не свойственно заводить откровенные беседы с девушкой, вместо того, чтобы просто раздеть её.

– Привет, Ди! – она вышла из класса и направилась в мою сторону. – Привет, Суон, – я осторожно поцеловал её в щёку. Вчера подобный поцелуй её довольно сильно смутил, – Не выспалась? – у неё такая нежная мягкая кожа, губы слегка накрашены розовым блеском. Мне вдруг безумно захотелось узнать, какие они на вкус. – Да, вчера Кимберли приходила. Как ты узнал? – она смущённо улыбнулась. – Очень заспанный вид у тебя, – да, Элизабет, действительно, выглядит крайне трогательно сейчас. – А ты сам как? – Хорошо, – я задумчиво взглянул в сторону кабинета. С каких пор между нами эта неловкость? – Мне сегодня надо подольше остаться - тренировка. – Конечно. Готовься к игре. – Тебя отвезёт Колин, да? – Мы договорились ещё утром, – Лиз виновато пожала плечами. – Хорошо. Мне пора, – я задержался глазами на ней и пошёл в сторону своего класса.

Снова этот Колин. Мне всё больше хочется поставить парочку синяков этому неудачнику, но, к сожалению, я не могу этого сделать. Он намного слабее меня, да и Элизабет, явно, не оценит подобный поступок. Чёрт. С каких пор меня волнует, что подумает Элизабет Суон? И волнует ли меня это вообще? С каких пор меня так злит присутствие в её жизни Колина Маерса, что я готов набить ему морду? Закинув сумку на стол, я сел за парту. Перед глазами всё ещё лицо Элизабет. Нужно поскорее выкинуть её из головы до следующей встречи. Раньше мне это не составляло труда, так в чём сейчас проблема? Может, в том, что я лучше узнал её, и из безликой куклы она всё больше становится похожа на живого человека? Кажется, что-то изменилось после нашей поездки ко мне домой.

Элизабет.

Меня то и дело клонило в сон на уроках. Рисуя всякие узоры в тетради, я пассивно слушала материал, иногда оглядывая класс. Встретившись взглядом с Колином, я быстро отвела глаза. Не представляю, о чём мы будем говорить, когда поедем домой на его машине.

– Лиз, ты сегодня нелюдимая, – он дружелюбно улыбнулся, повернув ключ зажигания. – Я просто не выспалась, – я пожала плечами. Странно, что эта ложь далась мне так легко. – Что делала? – Кимберли приходила вчера, ели попкорн и смотрели кино. – А вообще как выходные? Остальное время надо было спать. – Да, я так и делала, – я снова отвела взгляд. Это неприятное чувство неловкости никуда не хочет деваться. Хотя, я знаю, что ни в чём не виновата. – Колин, я пойду домой, уроков много, – я вышла из его машины и направилась к дому. – Хорошо, увидимся, – Колин тяжело вздохнул, но всё же кивнул.

Дома я впервые за долгое время решила разобраться в комнате. Перебирая старые диски, кассеты, книги и прочие вещи, я старалась погрузиться в это с головой. Подобные занятия отлично отвлекают от навязчивых мыслей. В данном случае от мыслей о Дрю и чувстве вины перед хорошим другом. – Элизабет, к тебе гости, – за дверью послышался голос мамы. Открыв мою дверь, они зашли в комнату вместе с Колином. – Привет, – я улыбнулась, сидя в окружении множества вещей. Глупо было врать ему насчёт большого количества уроков, а самой заниматься уборкой. – Я не помешаю? – он сел рядом на пол, сдвинув в кучу стопку видеокассет. – Нет, у меня уборка, видишь? – Ты же сказала, что у тебя уроки. Поставим музыку? – он протянул мне диск Breaking Benjamin. – Давай, - я принялась перекладывать книги, пытаясь не встречаться с Колином глазами и не отвечать на его комментарий, – Если увидишь серию О' Генри - дай мне их, хорошо? – Да, как скажешь, – Колин кивнул. Покопавшись в стопке книг, он протянул мне несколько штук, оказавшись совсем близко ко мне. В этот момент он решительно коснулся моих губ. Я облокотилась на руки, чтобы не упасть. Сегодня он какой-то слишком настойчивый. – Колин, нет, – я отстранилась. – Почему? Лиз, в чём дело? – Не в тебе. – Дело в нём, – Колин опустил голову, растерянно глядя перед собой. – Почему в нём? – Он от тебя не отходит, да и ты этому только рада! – Колин, прости! – я вздохнула. Это всё, что я могу ему сказать. Он прав. Я идиотка, которая, вполне возможно, потом пожалеет об этом, но сейчас хочет только одного – чтобы на месте Колина здесь сидел Дрю. – Я понял. Можешь не провожать, – он встал и направился к двери, оставляя меня наедине с горой книг.

*******

Всю неделю Колин старательно избегал встречи со мной даже в школе, и отводил глаза каждый раз, как мы пересекались. Я не могу его за это винить. Он понял, что я сделала выбор не в его пользу. Вряд ли, мы бы продолжили также ненавязчиво общаться после всего того, что было. – И почему ты не едешь домой? – Дрю вопросительно посмотрел на меня, прислонившись к капоту своей машины и сложив руки на груди. – Жду Кимберли. Поеду с ней, – я пожала плечами. – А как же Колин Маерс? – его губы изогнулись в подобии усмешки, но глаза даже не мигнули. Это не подкол. Дрю спрашивает про Колина не просто так, и от этого только хуже. – Поедет один, – отрезала я. – Ты совсем не умеешь хитрить, Суон. Садись, – он усмехнулся, открыв передо мной дверь машины. – На что ты намекаешь, Ди? – я пристально посмотрела на него. – Да так, ни на что особо. – Дрю захихикал. Кажется, его настроение заметно улучшилось после того, как я дала понять, что не жду Колина и не поеду с ним.– Может, пойдём на пляж? – я вопросительно посмотрела на него, – Сейчас там так тихо. – И что мы будем там делать? – он подмигнул мне ехидным взглядом. – Хочу тебе показать кое-что. Не всё же тебе меня водить по интересным местам, – я решительно запрыгнула к нему в машину.

Оставив его Порш у начала дороги, мы направились вдоль по побережью. – И что ты хотела мне показать? – Дрю осмотрелся. – Погоди, ещё немного, – я кивнула на небольшую спасательную будку рядом с пирсом, – Никогда здесь не был? – Вдоль пляжа много таких, – он равнодушно пожал плечами. – Эта особенная, – я осторожно провела указательным пальцем по надписям на одной из стен будки. Некоторые из них уже почти стёрлись. Какие-то незнакомые инициалы, сердечки, или непонятные, зашифрованные фразы, – На других нет этих надписей. – Это ты писала? – взгляд Дрю стал скептическим, – Зачем? – Не только я. Большинству из этих записей уже много лет. Это же память. Однажды, ты сюда вернёшься, и захочешь вспомнить этот момент. – Вряд ли для этого нужно портить будку, – усмехнулся он. – Никто ничего не портит. Что ты как зануда? – я обиженно надула губы. – Суон, это глупо!  Детские шалости. – Да, ты же сорокалетний мужчина.  Прости, забыла, – я закатила глаза. – А ты маленькая девочка, которая занимается всякой ерундой. – Тебе бы тоже не мешало иногда заниматься подобной ерундой, а то слишком взрослого из себя строишь! А мы одного возраста! – я подняла вверх указательный палец, изображая как можно более важный вид. – Я старше тебя на полгода. – Меньше. У тебя день рождения 10 февраля, а у меня 4 июля. – Почти полгода. – Не меняет сути, – я покачала головой. Какой Дрю сейчас упрямый. Мы и правда, как дети, спорим о какой-то фигне. – Давай, – я протянула ему маркер, – Почему бы не позволить себе хотя бы одну глупость? – И что ты хочешь, чтобы я написал? – Дрю вопросительно посмотрел на меня. – Что угодно. Это ведь твоя напоминалка, поэтому пиши, что хочешь. – Даже не представляю. – Я могу отвернуться, чтобы тебя не смущать, – я хихикнула и картинно закрыла глаза рукой, развернувшись к океану. – Ладно, – он взял у меня маркер. Минуту я честно сидела спиной к Дрю, борясь с желанием посмотреть, что он там пишет. – Готово. – Смотреть нельзя? – Ты же сказала, что это личное, – его губы изогнулись в хитрой улыбке. – Ладно. Как знаешь, – согласилась я и уже встала, направляясь к его машине. – Ты никак домой собралась? – он обогнал меня и прислонился к своему Поршу, одарив меня всё той же хитрой, игривой улыбочкой. – Вообще-то да, собралась. – Значит, придётся изменить планы, потому что ты едешь ко мне. – Что? – я рассмеялась, – Ты, что, меня похищаешь? – Именно так. Всего на пару часов. – Мне есть чего опасаться? – прищурившись, я изобразила подозрительный взгляд. – Суон, для девушки, которая спала со мной на одном диване, ты слишком много осторожничаешь, – он открыл дверь машины, кивнув на место рядом с собой. А ведь Дрю прав. После того, как я умудрилась спать с ним под одним пледом в его загородном доме, мне вряд ли стоит строить из себя мисс-неприступность. Просто его предложение довольно неожиданно и слишком волнительно. Да и я, кажется, потеряла уже всякую осторожность в его присутствии.

Дрю быстро открыл дверь, выключив сигнализацию. – Проходи. – Да, твой дом выглядит иначе, – я озиралась по сторонам. У него просто огромный дом с множеством комнат и прекрасным видом на Ньюпорт. Не зря вся школа так любит вечеринки здесь. – Просто сейчас тут нет толпы, грохочущей музыки, прожекторов и адового количества алкоголя, – он усмехнулся, – Пойдём, – Дрю взял меня за руку, ведя вверх по лестнице, – Заходи. Едва я вошла, в глаза сразу бросился довольно необычный интерьер. Цвет стен в комнате темнее, чем стен в остальном доме, в углу большой книжный шкаф, а сами стены украшены различными артами из чёрно-белых фотографий с эффектами сепии и других. Над письменным столом блестящими кусочками выложены орнаменты, которые переходят узором к окну, а за счёт настенного освещения играют разными цветами. – Это? – я не смогла сдержать восхищения в голосе. – Моя комната. Да, – кажется, Дрю слегка позабавил мой восторженный тон. – Я не была здесь раньше. – Я стараюсь закрывать её на время вечеринок. Не хочу, чтобы здесь тусовались посторонние люди. Или, того хуже, валялись в моей кровати. – Здесь очень красиво, Ди, - я продолжала любоваться необычными орнаментом, – Ты сам сделал? – Да, – он кивнул, – Иногда я катаюсь за город. Ну знаешь, бывают моменты, когда хочется побыть наедине с самим собой...– У тебя бывают такие моменты? – я удивлённо посмотрела на него. – У всех они бывают, Суон. Так вот, я однажды заехал в один очень маленький музыкальный магазинчик, а там как раз привезли партию бракованных дисков. В итоге, я купил их за 5 что ли долларов или около того. И тогда у меня появилась идея, как их можно использовать. – Очень талантливо, – я улыбнулась. – Спасибо. - Внушительная коллекция. - я подошла к стойке с CD дисками. – Да, у меня ещё есть пластинки 80-х годов, некоторые из них подлинники и в единственном экземпляре. – Думаю, они очень много стоят. – На это не жалко тратить деньги. – А это что? – я потянулась к полке, схватив одну из стоящих там книг, – Ноты? – Да. Отдай, – Дрю протянул руку за книгой. – Ты играешь? – Иногда, – неохотно согласился он. – Ты играешь на пианино? – мой рот слегка открылся от изумления. – Да. Я учился в музыкальной школе, – Дрю кивнул, – Ну зачем ты вообще туда полезла?– И ты никогда об этом не говорил. Сколько стаж? – Шесть с половиной лет, – он вздохнул. – С ума сойти, – я села на его кровать, всё ещё пытаясь переварить новую информацию. – Зачем об этом кому-то говорить? – Потому что это очень круто. Ты играешь на пианино, сам занимаешься декором своей комнаты, у тебя здесь огромный шкаф с книгами, коллекция музыкальных альбомов, которые я даже не видела. Никогда бы не подумала, что... – Очередное открытие? – он сел рядом на кровать, наблюдая за моей реакцией. – Да, если честно. Квотэрбек, исполняющий Шопена на пианино – это что-то ну слишком необычное. Сыграй мне что-нибудь. – Ты точно этого хочешь? – Дрю нахмурился. – Да, очень, – я кивнула и решительно встала с кровати. – Хорошо, пойдём.

Дрю.

Я не хотел, чтобы Элизабет увидела ноты. Никто в школе не знает, что я вообще умею играть. Да и зачем кому-то об этом знать? Об этом и о многом другом. А сейчас мы идём вниз, и она просит ей сыграть. Снова с этой девушкой я делаю что-то впервые. Едва я сел за рояль в гостиной, она положила голову мне на плечо и закрыла глаза, слушая, как я играю Ноктюрн. – У тебя отлично получается. – Нравится? – я повернулся в её сторону, сужая расстояние между нами до нескольких сантиметров. – Очень, Ди , – она подняла на меня глаза, и у меня внутри всё натянулось как струна. Довольно странное и непривычное чувство. Я раньше не замечал, какая она на самом деле красивая. Этот аккуратненький немного вздёрнутый носик, который она всегда смешно морщит, когда смеётся, пухленькие губки, гладкая нежная кожа. Я провёл рукой по её щеке. Элизабет закрыла глаза. – Красивое произведение. – Как ты, – аккуратно убрав прядь волос с её лица, я притянул её к себе, и наши губы соприкоснулись. Последние несколько дней мне безумно хотелось это сделать. Лиз вздрогнула, но тут же ответила на мой поцелуй, обняв меня за плечи. А я не ошибся, у неё, правда, очень нежные губы. И я уже схожу по ней с ума. В кармане у меня завибрировал телефон, заставив отстраниться от Элизабет. Ненавижу такие моменты. – Извини, – вздохнул я и достал телефон. – Дрю, ты дома? – в трубке раздался резкий голос отчима. – Да, я дома, – я посмотрел перед собой. Джордж всегда появляется очень кстати. – Отлично. Мы с Хилари будем через 5 минут. – Кто это? – спросила она, когда я закрыл телефон. – Сестра приехала с отцом. – Я не вовремя? – на хорошеньком лице Лиз тут же отразилось смущение. – Нет, всё в порядке, – я улыбнулся, проведя пальцами по её нижней губе. Жаль, что нас так быстро прервали. Мне бы хотелось, чтобы этот поцелуй был дольше.

Через несколько минут в дверь позвонили, и мы направились вниз. Кажется, эта ситуация смутила Элизабет. Она тихонько идёт за мной, опустив голову.

– Я был уверен, что мы забыли ключи, – едва переступив порог, Джордж, не глядя на меня, сунул мне в руки пару сумок и прошёл в коридор. – Я была в таком большом океанариуме, покажу столько фотографий! – моя младшая сестра с восхищёнными криками начала крутиться вокруг меня. – У тебя гости, смотрю, – Джордж повернулся к Элизабет, окинув её внимательным взглядом. Как мне показалось, с долей интереса. – Да, Джордж, это Элизабет, – я кивнул в её сторону, быстро взяв инициативу в свои руки. Хватит на сегодня с Лиз неловких ситуаций. – Очень приятно, – он расплылся в дежурной вежливой улыбке, которая принята в нашей семье. – Взаимно. – Лиз, это Хилари, – сестра тут же перестала носиться. – Привет. – Привет, – Хилс также с интересом принялась изучать Элизабет. Да, это не удивительно. Мой отчим не особенно привык знакомиться с моими подружками. Обычно они одеваются утром и тихо исчезают, поправляя свою размазанную косметику и стараясь не попадаться на глаза. А моя сестра, к счастью, в это время спит. – Хилс, иди сама свои вещи разбери, – я кивнул на пакеты, – Я что ли за тебя это буду делать? Через пять минут мы с Лиз снова поднялись в комнату. – Ты называешь его по имени, и вы не похожи, – Элизабет окинула меня задумчивым взглядом. – Мы и не должны быть. Он мой отчим. – А твой отец? – Лиз тут же осеклась, словно сказала что-то неприличное. – Мы не общаемся, – отрезал я. – Извини. – Ничего. Он объявляется раз в год или раз в полгода, дарит какие-нибудь дорогие игрушки. Машина его подарок. А больше мы не видимся, да и нет особого желания, если честно. Я не сильно люблю говорить о своей семье, но раз уж она спросила. Впрочем, она первый человек, с кем я вообще это обсуждаю. Тема моих отношений с моим непутёвым, эгоистичным отцом мало кого касается. – Извини, что я вот так вот спрашиваю. – Ничего, это давно не больная тема, – я улыбнулся. – Мне надо домой, – она грустно опустила голову, – У тебя очень здорово. – Пойдём, отвезу тебя.

У её дома мы пару минут молча стояли на крыльце. – Спасибо, что зашла. – Да, мне у тебя очень понравилось. – Это хорошо. Увидимся. – Конечно, – Лиз хотела развернуться, но я тут же обнял её и притянул к себе. – Лиз. Знаешь, ты первая девушка, с которой у меня так, – Элизабет вопросительно посмотрела на меня, – Я просто хочу сказать, что...мне хорошо с тобой. – Мне тоже, – голос Элизабет дрогнул, а на глазах выступили слёзы, сделав её просто невообразимо красивой. – До завтра, Лиз, – в какой-то момент я снова хотел поцеловать её так же, как и у меня дома, но решил, что поцелуя в щёку будет достаточно. Элизабет смущена. А я просто не знаю, что с этим делать.

Я поднялся к себе в комнату, бросив взгляд на диски, которые достала Элизабет. В голове неприятно пульсирует. Эта девушка узнаёт обо мне всё больше и больше, и это не может не напрягать. Такое ощущение, что она всеми силами пытается подобраться ближе. И, что удивительно, ей это удаётся. И я, кажется, даже хочу этого. Мне нравится делиться чем-то с ней. Рассказывать ей то, о чём бы я не стал говорить никому другому. Да и никому нет до этого дела. Нужно быть полным идиотом, чтобы считать, что кому-то из окружающих есть до тебя дело. Всем до самих себя. Так было всегда. Все эти подружки-однодневки, с которыми я зависал после вечеринок. Мне было совершенно наплевать на то, что они подумают или скажут. С ними не хотелось чем-то делиться, что-то им рассказывать. Да и зачем, если достаточно просто обыкновенного секса, который не оставит после себя никаких эмоций и воспоминаний. Так почему с этой девушкой всё иначе? С каких пор мне важно её мнение и то, что она скажет? Почему она так, чёрт подери, хочет залезть ко мне в душу? Почему ей не наплевать на меня, как всем остальным? Зачем ей это нужно? А мне? Элизабет Суон обыкновенная заносчивая задира, мечтающая о прекрасном принце из сказки. О принце, которым я никогда для неё не стану. Вряд ли, между нами что-то может быть по-настоящему. Один из нас скоро займёт место другого в Принстоне, и мы в любом случае расстанемся. Намного проще следовать старой схеме: я пересплю с Элизабет, поставлю ещё одну галочку в своём списке побед и забуду про неё раз и навсегда. Всё. Конец. Больше мне ничего от неё не надо. К чему все эти сопли?

Элизабет.

Я доехала до дома и, едва успев выйти из машины, вспомнила про вечеринку родителей, которую отец запланировал на вечер. Это объясняет, почему у дома уже стоит несколько незнакомых машин. На секунду это отвлекло меня от мыслей о Дрю. Я мечтательно закрыла глаза, на губах всё ещё ощущается тепло от его поцелуя. Кажется, это был лучший поцелуй в моей жизни. Нельзя думать о нём каждую минуту, хотя это сложно. Стоит вспомнить его прикосновения, как внутри всё моментально вспыхивает, а сердце начинает бешено колотиться. Вот так меня угораздило по уши влюбиться в этого парня. В того, кого я презирала со средней школы, в того, кто мой негласный соперник в получении гранта.

Я направилась к дому, в надежде, что смогу улизнуть в комнату хотя бы через пару часов после приёма.

На следующий день я едва не опоздала в школу, просидев с родителями до самой ночи. Кажется, время сегодня тянется ну очень долго. Сидя на каждом уроке, я нервно считала минуты до звонка. Не терпится увидеть Дрю. Странно, что между уроками мы даже ни разу не пересеклись. Вчера Дрю был таким внимательным и трепетным со мной. Он сказал, что я первая девушка, с которой у него подобные отношения, что ему хорошо со мной, а сейчас, такое ощущение, что он специально избегает встречи. У его класса не так много уроков сегодня, и он вполне мог бы найти время, чтобы пересечься со мной. Что пошло не так после вчерашнего поцелуя? Я нервно замотала головой. Нужно отогнать подобные мысли подальше, иначе просто изведу себя.

После уроков я осталась в библиотеке, чтобы собрать материал для реферата по экономике. – Лиз, – позади прозвучал голос Дрю. – Привет! – я тут же вскочила со стула. Соскучившись за день по Дрю, я готова была буквально наброситься на него, но в момент осеклась, решив не торопить события, – Я не видела тебя весь день, – вид у Дрю слегка уставший. – Да, извини, готовлюсь к игре, – отмахнулся он, – Как прошёл день? – карие глаза блеснули теплом. – Долго. Очень долго, – я подошла ближе к Дрю, заметив, что он немного напрягся, продолжая на меня смотреть. Его губы плотно сжаты, а глаза мечутся по залу. – Всё в порядке? – я внимательно посмотрела на него, желая рассмотреть причину такой реакции. – Что? – мои слова словно вывели его из ступора, – Всё в порядке, Лиз, – его лицо снова стало спокойным и уверенным. Он мягко улыбнулся. – Я скучала, – я придвинулась вплотную к нему, взяв Дрю за руку. Теперь он снова окинул меня пристальным и напряжённым взглядом, но через пару мгновений резко впился в мои губы, прижав меня к полке с книгами. Я закрыла глаза, в то же время удивляясь его резкости. Сейчас его поцелуи не имеют ничего общего со вчерашней нежностью. Его язык изучает мой рот, а сам он даже немного покусывает мои губы. Я почувствовала, как дыхание Дрю участилось, как вдруг, он также резко отстранился от меня, словно между нами прошёл электрический разряд. – Извини, Лиз, – долю секунды он смотрел мне в глаза, – Я не могу, – Дрю тяжело вздохнул и быстрым шагом направился к выходу, оставляя меня в одиночестве. Ещё несколько минут я стояла, словно окаменевшая, также прижавшись к полке и пытаясь понять, что произошло. В висках застучало, я попыталась сглотнуть, а на глазах тут же выступили слёзы.

Дрю.

Быстро преодолев школьный двор и стоянку, я резким движением открыл дверь и сел в машину, уставившись перед собой. Что это за хе*ня только что была?! Пытаясь контролировать эмоции, я с размаху ударил по приборной панели. Да, это слабо помогает в данной ситуации. Я посмотрел на руки, затем долю секунды на глаза в зеркало. Кажется, впервые я не могу совладать с собой, всё самообладание летит ко всем чертям. Сколько я себя помню, я никогда не чувствовал ничего подобного. Ни с одним человеком. Никто не вызывал у меня таких эмоций.

Сколько я слышал слезливых признаний от своих подружек, с которыми я просто хотел развлечься, а спустя какое-то время они начинали доставать меня звонками, видимо, считая, что раз я их трахаю, то они могут делать то же самое с моим мозгом. Каждый раз я равнодушно выслушивал подобные признания и исчезал из их жизней. Тогда мне казалось, что это так низко. Как можно вообще так унижаться перед кем-то? И как тогда всё было просто. А сейчас я сам пытаюсь справиться с самим собой и с этой непонятной бурей внутри. И это всё из-за неё. Что эта девушка со мной сделала? Почему от одной мысли о ней всё просто начинает вскипать? Некоторое время я, не отводя взгляд, смотрел на приборную панель. Затем завёл машину и поехал в противоположную сторону от школы. Нужно просто снова взять себя в руки. Как всегда. Но что-то подсказывает, что как раньше уже не получится. Что-то изменилось. И это изменилось из-за неё. Элизабет. Я глубоко вдохнул. Все эти дни я просто боялся признать очевидное, пытался это подавить в себе, но больше я это делать не могу. Я никогда не испытывал подобного чувства. Так откуда мне знать, что это именно оно? Но я знаю. Элизабет Суон. Данная мысль разрезает голову. Я не мог влюбиться в Элизабет Суон.