Глава 20

Вот уже сутки, как Джо забрал Кристину из бара. Он сидел на крыльце дома Кэннонов в Неваде, ожидая восхода солнца.Кристина спала, укрывшись лоскутным одеялом, сделан­ным еще ее прабабушкой. Она была совершенно истощена и физически, и морально. Только сна и покоя было недостаточ­но, чтобы восстановить силы. Она нуждалась в своей семье.И семья была здесь, рядом, готовая и способная по­мочь. Кэнноны встретили ее так, как, он знал, и должны были встретить. Не задавая вопросов. Без упреков. С рас­простертыми объятиями. И самое чудесное заключалось в том, что так же встретили и его, Джо, и Маринину дочку, словно и он, и младенец тоже были членами семьи.Джо прислонился к перилам, прислушиваясь к звукам просыпающейся земли.Здесь он был дома. На этой земле, которая не умела про­щать. С этими людьми, способными простить многое. С жен­щиной, которую он любил так давно, что уже не мог вспомнить то время, когда он жил без этого чувства. С новорожденной малюткой, которая так нуждалась и в нем, и в Кристине. И все это имело для него огромное значение, большее, чем тысячи других вещей, которые могли лишь казаться важными и исче­зать в мгновение ока. Земля, семья - вот та единственная реальность, которая имеет силу и протяженность во времени.Он всегда это знал. Теперь эта истина стала доступна и Кристине.Если бы только это знание не было приобретено ценой смерти юной женщины, наделенной сильным характером и отзывчивым сердцем.- Ты сегодня рано встал, сынок. - Сэм вышел на крыль­цо, едва небо стало розоветь на востоке. - Не спится, Джо?- Не хочется пропускать такое, - ответил Джо, ука­зав рукой в сторону восходящего солнца.- В этом что-то есть! - понимающе кивнул Сэм.Джо встретился взглядом с отцом Кристины:- Я бы сказал, эта земля стоит того, чтобы за нее бороться.Сэм улыбнулся:- Слышал, ты для нас кое-что сделал в Вашингтоне?- Пока только подготовил почву. Еще многое предсто­ит сделать. Ваш брат земледелец - упрямое племя, но и противник у вас не из легких - правительство.Джо вкратце изложил план борьбы за снижение налогов с пастбищных земель.- Они намерены сражаться с нами до конца, но это не беда. У нас есть время, да и терпения не занимать, - сказал Сэм.- Терпение вам пригодится, - согласился Джо. - Бой предстоит нешуточный. Сэм похлопал Джо по спине:- Рад слышать это от тебя, сынок. Нам здорово тебя не хватало последние несколько лет. Джо кивнул в сторону дома:- Наверное, вы этого не ждали, Сэм?Да, скорее всего для этих людей стало полной неожи­данностью их с Кристиной возвращение, к тому же еще и с ребенком, который не принадлежал ни тому, ни другому.- Когда поживешь с мое, перестанешь ждать от жизни чего-то и научишься принимать то, что она тебе преподно­сит. И поверь, так жить куда приятнее.- Я люблю ее, Сэм, - тихо сказал Джо, - и я хочу снова взять в жены, если она согласится.- Не могу решать за свою дочь, сынок, но знай, что мы все за тебя. - Сэм улыбнулся, взглянув на солнце, поднимающееся из-за горизонта. - Так когда ты собира­ешься просить ее руки?

- Расслабься, - сказала Нонна, протягивая Кристине бутылочку. - Ты слишком нервничаешь. Она знает, чего хочет, и своего не упустит.- Как она может знать, чего хочет? - спросила Кри­стина. - Ей всего три недели.Малышка сама потянулась к бутылочке со смесью.- Ну что я тебе говорила? - спросила Нонна.- Я ничего не вижу.- Она потянулась за бутылочкой.- Это просто рефлекс, мама. Она слишком мала, что­бы понять, чего хочет.- Не учи меня, дочка. Уж в этом я разбираюсь. Я вырастила семерых детей. Эта малютка хочет есть.Кристина смотрела, как ребенок жадно сосет молоко.- Надо проверить, выпила ли она норму, - сказала Кристина.Нонна похлопала ее по плечу.- Сиди и корми ее. Она сама знает, сколько ей надо. Не пытайся усложнять жизнь. Растить детей - дело про­стое, если подходить к нему с точки зрения здравого смыс­ла. Господь Бог наделил нас мощными инстинктами в том, что касается ухода за младенцами. Следуй инстинктам, и все у тебя получится.- Послушать тебя, так все выходит легко и просто, мама, - с вздохом сказала Кристина. - А вопросов так много. Не переедает ли она? А может, недоедает? Ждать ли, пока она срыгнет после еды, или нет? Слушай, как тебе удалось всех нас поставить на ноги?- Лучшие годы моей жизни были отданы вам, детям. И, - добавила Нонна, многозначительно взглянув на дочь, - более тяжелого призвания я не знаю.- Я верю, - ответила Кристина, поглубже усажива­ясь в кресло. - Легче поставить шоу на телевидении.И провалить его, но это уже другая история, в подроб­ности которой Кристина не хотела сейчас вдаваться.Нонна вышла, чтобы загрузить стиральную машину, оставив Кристину наедине с ребенком и своими мыслями.- Ты вернешься, как только поутихнут все разговоры, - сказал Кристине ее адвокат; этому предшествовали длитель­ные обсуждения возможных тяжб и судебных процессов - результат опубликования в прессе сенсационных фактов. - Мы вернем тебя на беговую дорожку.Владельцы масс-медиа вложили в Кристину слишком много времени и денег, чтобы так просто ее отпустить.- О тебе вспомнят. Поверь мне.На самом деле Кристине было все равно, вспомнят ли о ней или просто стряхнут ее, как пыль с рукава. Здесь, в Неваде, вместе с Джо и младенцем она на удивление чув­ствовала себя на своем месте. Распорядок жизни большой семьи, ежеминутные хлопоты, связанные с заботой о мла­денце, - все это внезапно стало насущной необходимостью, такой же естественной, как воздух. Она не задавалась вопросом, почему она здесь, чего хочет и что будет завтра.Впервые она увидела красоту той жизни, которой жила с детства. Суровую красоту. Мелкие фермеры, такие как ее отец, работали в тяжелых условиях. Им требовалась по­мощь бесплатных рабочих рук. Джо всегда это понимал. А вот Кристина только теперь осознала это.Конечно, впереди их ждало немало проблем. Скоро вол­шебство первых недель жизни на ранчо рассеется, и это тоже было понятно. Хотя грядущие трудности не восприни­мались как бедствие. Кристина жила настоящим, жила чув­ствами и инстинктами, и это казалось ей восхитительным.Чувство, не покидавшее ее много лет, будто она тут чужая, исчезло без следа, и она позволила себе наслаждаться новым единением с семьей, наслаждаться любовью к Джо и его ответ­ным чувством. Пусть ей выпало пережить боль, но ничто в мире не дается без риска и боли, а любовь всегда сопряжена с вели­чайшим риском... особенно если любишь младенца, который тебе не принадлежит. Но джинн уже был выпущен из бутылки. Кри­стина не могла повернуть назад, запереть свои чувства, эмоции и ощущения в тесную клетку, в дальний темный уголок души. И самое главное, больше не стремилась к этому.

Двумя днями позже Джо предложил Кристине прогулку к пруду на южной окраине пастбища. Схватил ее, сидящую на веранде, за руку, посадил в машину и увез. Накануне прошел дождь, и богатая, жирная земля размякла, вздохнув свободнее после иссушающих осенних ветров. Небо было того глубокого синего цвета, который можно увидеть лишь к западу от Миссисипи. Солнце только-только перевалило зенит, и вокруг пруда легли тени.- Вот это в народе называется запретными радостями? - спросила Кристина, расстилая под тополем зеленое одеяло. Она легла, с наслаждением потянулась и добавила: - Я чувствую себя страшной грешницей.- Марта обещала присмотреть за ребенком. - Джо присел рядом на одеяло.- Она еще сказала, что ей необходима практика. Кристина повернулась на бок, опираясь на локоть.- Кстати, о ребенке. Девочке нужно дать имя.- Я знаю, - сказал Джо, - но...Он внезапно замолчал, Кристина тоже решила не продол­жать этого разговора. Они были всего лишь временными опе­кунами, ничего больше. Дать имя ребенку - означало превысить их с Джо полномочия: у девочки были отец и дед.Кристина улыбнулась, не желая омрачать такой пре­красный день неприятными мыслями, и, хлопнув в ладоши, сказала;- Никаких серьезных разговоров: этот день только для нас двоих!Волосы Джо поблескивали на солнце, и она заметила се­дые пряди у него на висках. Сердце сжалось от грусти, боли и сладкого чувства сопричастности к тому, что припорошило сединой его черные кудри. Жизнь - чудный дар, и эта седина - веха прожитых лет - лишний раз напоминала о том, что надо дорожить каждым отпущенным мгновением жизни.Джо заглянул Кристине в глаза.- И все же нам надо кое-что прояснить.Сердце Кристины учащенно забилось. Я не хочу, что­бы все это вдруг кончилось, думала она, кончилось имен­но тогда, когда я, кажется, обрела то, что искала.- Я думала, что тебе здесь нравится.- Верно, - сказал Джо, глядя на Кристину очень серьезно, слишком серьезно, более серьезно, чем ей того бы хотелось. - Но осталась одна проблема, решить которую мы еще не пытались.- То, что мы оба безработные на сегодняшний день? - со смехом спросила Кристина.- То, что мы не женаты.У Кристины перехватило дыхание.- Джо...- Не может быть, чтобы тебя удивили мои слова, - сказал он, повернув ее к себе. - Не может быть, чтобы ты не спрашивала себя, куда мы оба идем.- Я знаю, куда нас приведет эта дорожка, - прошеп­тала Кристина, - но после всего того, что случилось...- Жизнь коротка, - сказал он, словно озвучивая ее собственные мысли. - Будь я проклят, если смогу про­жить эту жизнь без тебя. Мы и так потратили впустую слишком много лет.- Мы вместе, а все остальное - не важно, - сказала Кристина, целуя его в губы. - Мы здесь, одни, и я никог­да не любила никого так, как тебя...- Нам надо пожениться.- Мы были женаты. И разве это что-то изменило для нас тогда? Возможно, Джо, нам надо попробовать обойтись без лишних церемоний.- Это как? Просто жить вместе и знать, что в любой момент можно уйти?- Я не это имела в виду.- Тогда, черт побери, объясни, что ты имеешь в виду.- Я бы скорее предпочла потерять тебя, чем знать, что ты будешь сожалеть о своем выборе. Я слишком люблю тебя, чтобы лишить счастья отцовства.- Ты мне нужна, Кристина, именно ты, и я готов, принять судьбу такой, какая она есть. Я уже говорил тебе об этом. Не знаю, как еще объяснить.- Ты все хорошо объяснил, - стараясь не распла­каться, сказала Кристина. - Остается верить, что ты по­нимаешь, что делаешь.Они испытывали страсть и желание, но кроме этого было нечто новое; глубокое чувство неизбежности быть вместе, чувство невозможности повернуть назад, чувство общности будущего.- Иди ко мне, - сказал он, привлекая ее к себе. Кристина улыбнулась, лукаво и грустно одновременно.- Сделай меня, ковбой!Джо опрокинул ее навзничь и склонился над ней.- Нам надо обговорить новый контракт, - прогово­рил он, запуская руки под ее свитер.- А если я не захочу нового контракта? - Кристина старалась не обращать внимание на те ощущения, которые дарили его пальцы, скользя по коже.- Я постараюсь убедить тебя в его преимуществах, - сказал он, накрывая ее собой. - Добавлю массу дополни­тельных льгот.- О, льготы - это как раз то, что мне нужно, - сказала она, протянув руку к молнии на его джинсах. - Особенно если учесть, что моя карьера закончена.- Ты, как кошка, падаешь на четыре лапы.- Удачное приземление - дело случая. Кто даст га­рантию, что все сойдет гладко?Он накрыл ладонями ее грудь, большими пальцами лас­кая соски до тех пор, пока они не затвердели.- Ты снова вернешься к журналистике. Эпистолярный жанр - твоя стихия. - Джо слегка отстранился и посмот­рел на нее. - К тому же ты наконец-то выбросишь куда подальше эти чертовы контактные линзы.Кристина медленно расстегнула молнию.- Возможно, я привыкну быть безработной, и мне это даже понравится.- Только не это, - сказал Джо. - Ты слишком хоро­ша для того, чтобы сидеть без работы. Для правительства это было бы непростительной тратой природных ресурсов.- То же могу сказать про тебя, - заметила Кристина, - в смысле природных ресурсов.Он застонал, когда Кристина взяла в руку его пульси­рующую желанием плоть.- Так давай не будем растрачивать их попусту.- Ты читаешь мои мысли, - ответила Кристина. И с этого момента они уже ни о чем не говорили и вряд ли о чем-то думали.

Сэм ждал их на крыльце. Джо, прищурившись, разглядел на застекленной веранде Нонну и Марту с малышкой на руках.- Эй, Сэм! - крикнул Джо. - Я же сказал, что верну ее к комендантскому часу.Кристина с удивлением увидела гору чемоданов возле входа.- Ты что-то хочешь нам сказать, папа?- Вам позвонили, - сказал Сэм, обращаясь к Джо.- Из Госдепартамента?- Да. Я записал номер. Они сказали, что дело серьезное.- Они упомянули Рика? Он?..- Кажется, им не очень-то хотелось говорить обо всем со мной, сынок. Позвони-ка и все расспроси сам.Черт возьми, хорошая мысль. Так почему же так не хочется набирать номер?- Позвони, - сказала Кристина. - Они, вероятно, ждут твоего звонка.- Я знаю, - ответил Джо, проведя рукой по волосам.Интересно, сообщили ли они Рику о Марине или оста­вили это для него.Помощник секретаря или не имел права, или не хотел вдаваться в подробности. Он лишь проинструктировал Джо о том, что он должен быть, в аэропорту ASAP и привезти с собой ребенка и паспорт.- Я намерен взять с собой не только паспорт, - ска­зал Джо, - но и еще мою бывшую жену.Нонна и Марта заканчивали упаковывать вещи, не за­быв про запасы еды и одежды для ребенка.- Тут была небольшая кожаная сумка с вещами Мари­ны. Я, кажется, оставила ее в спальне.- Вот она, рядом с чемоданами, - откликнулась Марта. - Мы постарались ничего не забыть.Сестры обнялись, и Джо видел, что Кристина едва сдер­живает слезы.- Передайте Нэт, Сюзанне и всем остальным, что нам очень жаль, что пришлось уезжать вот так, не попрощав­шись. Поцелуй каждого от меня, ладно, Марта?Марта кивнула, шмыгнув носом.- Берегите себя, - сказала она, обнимая Кристину. - И особенно эту маленькую куколку.Кристина положила ладонь на заметно округлившийся живот сестры.- И тебе того же, сестричка.- Поскорее возвращайся домой, - прошептала Марта.- Обещаю, - сказала Кристина. Нонна и Сэм, как тяжело им ни было, буквально затол­кали Кристину с ребенком в машину, где их уже ждал Джо.- Позвоните при первой же возможности, - напут­ствовал их Сэм.- В Женеве телефон не проблема, - сказал Джо, помахав им рукой из приоткрытого окна,- Чудеса случаются, - крикнул на прощание Сэм. - Только надо в них верить.- Я люблю вас, - сказала Кристина, помахав всем на прощание. - Всех-всех.Обернувшись к Джо, который уже успел завести двига­тель, она попросила его пристегнуть ремень.- И ты пристегни.- Марина не любила пристегиваться. Мне всегда при­ходилось ей напоминать.Джо осторожно накрыл ее руку своей. В горле у него стоял ком, и он даже не пытался говорить. В зеркало задне­го вида он посмотрел на спящего в люльке на заднем сиде­нье младенца. Ты полюбишь ее, Рик, подумал он. Быть может, так же сильно, как любим ее мы.

Женевское озеро необыкновенно красиво. Так говорят все, кто его видел. Может, оно и так, но только Кристина не замечала красоты окружающей природы, тех роскошных пей­зажей, которые проносились мимо них, когда их везли в услов­ленное для встречи место. Возможно, когда-нибудь она вспомнит заснеженные вершины Альп и лазурную синеву воды и восхи­тится, но только не сегодня. Сегодня она могла думать лишь о Марине, чья юная жизнь так трагически оборвалась.И еще о маленькой девочке, ставшей частью ее, Крис­тины, жизни.Так не должно было случиться, и Кристина с самого начала знала, что не следует привязываться к этому кро­шечному созданию, но она сама сделала свой выбор, и те­перь пришел час расплаты.- Как ты думаешь, куда нас везут? - прошептала Кристина Джо.Они втроем, Джо, Кристина и ребенок, сидели на зад­нем сиденье служебного лимузина.- Похоже, они хотят, чтобы мы этого не знали, - также шепотом ответил Джо.- И ты не нервничаешь?- В первый раз нервничал, а потом привык.- Забавно. Я уже забыла, какая это опасная профес­сия - репортер.- Да, об этом как-то не задумываются, но вообще-то без риска в нашем деле не обойтись. Кристина прижала к себе ребенка.- Лимузин, а сиденья как в старом автобусе. Стран­ные эти люди все-таки.- Машина служебная. К тому же против нас лично они ничего не имеют. Просто об этом не думают, и все.- А надо было бы подумать. Неужели они не понима­ют, что ребенок подвергается опасности?Джо ничего не сказал. Да и к чему? Через несколько минут он предстанет перед лицом человека, спасшего ему жизнь, и он до сих пор не знал, что будет ему говорить. «Я сожалею» не слишком подходящие слова. Да и вообще, можно ли найти подходящие слова для такого случая?Водитель остановил автомобиль у высокого каменного дома на окраине Женевы. В некоторых местах камни носили следы побелки, но краска сохранилась плохо, и казалось, что камен­ный дом врос в глыбы окружающих гор, слившись с ними.У дверей их встретили двое мужчин в военной форме. Точно так же Джо встречали несколько месяцев назад, ког­да жизнь его сделала крутой вираж.- Прошу вас, садитесь, - предложил один из воен­ных, указав на два стула у крашеной стены. - Долго ждать не придется.Кристина с ребенком на руках поморщилась.- Да уж, весьма теплый прием, и, главное, как удобно, - протянула она, оглядывая спартанскую обстановку.Джо тоже не захотел садиться. Нервное напряжение требовало выхода, и он принялся расхаживать по неболь­шой комнате.За дверью послышались шаги. Кристина посмотрела на Джо. В ее серых глазах застыл страх. Дверь распахнулась, и на порог шагнул Рик. Он выглядел постаревшим, его лицо осунулось.Он знает, подумал Джо. Он знает, и сердце его разбито.Они обнялись. Неловко, но с искренним чувством, так, как обнимаются мужчины, которым трудно бывает подыс­кать слова для выражения своих чувств.- Ты тут ни при чем, - сразу сказал Рик. - Такова была Божья воля.Он успокаивает меня, подумал Джо. Он не представ­лял, как будет реагировать Рик. Что за чувства будут пре­обладать в нем. Гнев? Неспособность поверить в страшное? Но Джо и предположить не мог, что Рик способен прини­мать судьбу с такой фатальной покорностью.- Мы не знали, что она беременна, - запинаясь про­говорил Джо. - Может, если...- Нет смысла задаваться вопросами, - перебил его Рик. - Я когда-то роптал на судьбу, когда потерял Елену, но назад ее все равно не вернешь.- Ты изменился, мой друг.- Да, изменился, - ответил Рик. Он был почти у власти, и эта власть стала для него похоронным колоколом.Рик обернулся к Кристине, и она сразу прониклась сим­патией к этому человеку. И все же она не спешила рас­статься с ребенком, прижимая девочку к себе еще теснее.- Мне кажется, что я вас давно знаю, Кристина. Кристина вымученно улыбнулась:- История с лавиной уже стала нашим семейным преданием.Рик протянул руки к девочке, затем, словно в нереши­тельности, замер. Кристина, поняв причину его смятения, сама протянула ему девочку и беспомощно посмотрела на Джо. Джо обнял ее за плечи. Она опустила голову ему на грудь. Так они стояли, быть может, несколько секунд, по­казавшихся всем вечностью, глядя в сторону сверкающего озера и не видя ничего.Рик нарушил молчание первым.- Красивое дитя, - сказал он хриплым от волнения голосом.- И умное, - добавила Кристина, улыбнувшись. - Моя мама уверяет, что она понимает слова.Кристина торопливо смахнула слезу и наклонилась, что­бы взять небольшую кожаную сумку с вещами Марины.- Я думаю, вы должны взять это. Малышка заплакала, протянув ручки к Кристине, и та по­далась ей навстречу. Рик вернул плачущую девочку Кристине.- Подержите, пожалуйста, пока я посмотрю. - Он открыл сумку.- Все будет хорошо, - шепнул Джо Кристине.- Я знаю, - так же тихо ответила она. - Но все равно тяжело.Рик вытащил конверт из-под белья на дне сумки.- Что это? - шепотом спросила Кристина у Джо.Тот недоуменно пожал плечами.Рик развернул письмо и прочел его. Затем отвернулся, стараясь овладеть собой.Кристина и Джо переглянулись. В этот момент на поро­ге показались помощники Рика.- Самолет ждет. Нам надо торопиться.Рик кивнул, по-прежнему стоя к ним спиной. Вот оно, подумала Кристина, жадно вдыхая чудесный младенческий запах.Рик повернулся и протянул руки к ребенку.- У нее глаза Марины.- И ее подбородок, - сквозь слезы пробормотала Кристина.- И ее характер, - добавил Джо.Рик улыбнулся и затем, к удивлению Кристины, протя­нул ребенка Джо.- Таково желание моей дочери.- Нет, - сказал Джо. - Она твоя внучка. Она принадлежит тебе, твоему народу.Кристине его доводы казались не слишком убедитель­ными, да и Джо говорил без особой уверенности.- Ей нужен дом в стране, где не рвутся снаряды и не свистят пули, - твердо заявил Рик. - Ей нужны родите­ли, которые помогут ей стать сильной женщиной, способной на сопереживание.- А как насчет ее отца? - спросила Кристина, боясь услышать ответ. - Не может он...Рик покачал головой:- Зи был убит через несколько недель после того, как Марина уехала в Штаты. Если бы Джо не согласился же­ниться на ней, она бы разделила судьбу Зи, и эта девочка так никогда и не появилась бы на свет.Рик протянул им Маринино письмо.- Такова воля моей дочери. Она полюбила вас обоих, и я не имею ничего против. Рик опустил голову.- Я выйду на минуту. Примите решение.У Кристины и Джо просто не было слов. Они боялись, что все это сон и сейчас они очнутся. Письмо Марины было напи­сано простым и ясным языком. Она любила их и нуждалась в них так же сильно, как они нуждались в этой малышке.Девочка открыла глаза и улыбнулась, и впервые за не­сколько недель они рассмеялись с легким сердцем.Рик вернулся несколько мгновений спустя.- Вы приняли решение?Он выглядел удивительно ранимым для человека, кото­рый был рожден королем.- Мы назовем ее Мариной, - сказал Джо.- Если вы не против, - добавила Кристина.Рик наклонился и поцеловал Кристину в лоб. Кристина увидела слезы в его темных глазах... и надежду. И она предпочла запомнить последнее.Помощник Рика вновь появился на пороге.- Нам пора, - более настойчиво произнес он.- Как насчет ее будущего? - спросил Джо. - Она ведь особа королевской крови.- Когда она вырастет, никакого трона уже не будет, - уверенно произнес Рик. - Мы - вымирающие наследники престола, и так, наверное, тому и быть. Дайте ей настоящую жизнь. Настоящее, а не призрачное будущее. Любите ее так, как она в том нуждается.С этими словами он ушел.- Скажи мне, что я сплю, - сказала Кристина, когда они остались втроем в пустой комнате.- Нет, ты не спишь, - ответил Джо. - Помнишь, что сказал нам на прощание Сэм?- Верьте в чудо, - прошептала Кристина. Но это было не чудо, это была ее жизнь, их жизнь, и это было больше того, о чем она смела мечтать.- Марина Мак-Марпи, - с улыбкой сказал Джо. - Мне нравится, как это звучит.- Семья Мак-Марпи, - вторила ему Кристина, пря­мо глядя в глаза Джо. - Это звучит еще лучше.- Пошли, - сказал Джо, поднимая с пола сумку с памперсами. - Пора домой. Домой. Это слово ей нравилось больше всего.