Глава 7

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Мы шли ещё около пяти минут. Мои ноги ужасно устали - босоножки на каблуке совсем не подходили для такой прогулки по траве. Каждый шаг давался с трудом, а страх, что откуда-нибудь выползет змея, не покидал меня. Я постоянно озиралась по сторонам, в то время как Даня, казалось, находил всё это невероятно забавным.

Вскоре мы остановились возле маленького деревянного домика. Он выглядел довольно старым, но ухоженным. Светлые стены местами потемнели от времени. Вокруг домика росли невысокие кусты, создавая ощущение уединённости и спокойствия.

- Заходи, аккуратно, - произнёс он, с трудом открывая тяжёлую дверь, которая, казалось, приросла к косяку за долгие годы.

Скрип старых петель эхом разнёсся по округе, словно дом нехотя впускал незваных гостей. Я осторожно переступила порог, боясь споткнуться о неровный пол. Внутри царил полумрак, и глаза не сразу привыкли к тусклому свету, пробивающемуся сквозь небольшие окна.

Даня вошёл следом, аккуратно закрывая за собой дверь. В помещении было прохладно, пахло деревом и пылью.

Внутри царил настоящий хаос. По углам валялись старые, потрёпанные детские игрушки - какие-то куклы, побитые плюшевые звери, сломанные машинки. На столе громоздились стопки пожелтевших фотографий, но из-за толстого слоя пыли невозможно было разглядеть, кто на них изображён.

Стены были обшарпаны, местами отходили старые обои, обнажая потемневшие от времени доски. В воздухе витал затхлый запах заброшенности, пыли и чего-то неуловимо гнилого.

- Что за место? - выдала я, осматриваясь.

- За этот час мы должны узнать друг друга поближе.

- Чего? - усмехнулась я, не поняв смысл его слов.

- Ты сама сказала, что то, что было на крыше, очень мало. А для более глубокой атмосферы я привез тебя сюда, - парень выглядел очень спокойным. Он смотрел своими бездонными глазами прямо в мои, вызывая во мне желание слушать его все больше и больше. - Но я бы хотел начать с тебя, принцесса.

Я отвернулась, делая вид, что рассматриваю игрушку, но на деле я просто испугалась. Я понимаю и понимала всегда что вся моя жизнь - сплошная пустота, в которой присутствовал всегда лишь Влад. Но ставить Даню в такие подробности я ещё не готова.

- Мне нечего рассказывать. У меня совершенно обычная жизнь.

- Ты опять начала с банальщины, - он постелил на пыльный и старый разодранный диван плед и сел на него.

- А что тебя интересует? - лениво спросила я, присев рядом.

- Расскажи мне о своей семье. Если ты не хочешь, я пойму.

- Нет, все хорошо. Всю свою жизнь я провела в Москве. А там школа, там друзья и... - я на момент сделала паузу, - первая любовь. - Данил повернул голову на меня и стал внимательно слушать. - Мои родители - это вообще странные люди. Мне порой кажется, что я их не совсем знаю. Если брать их в целом, то они прекрасные люди, но их прошлое... Из-за того, что они не были примерными детьми для своих родителей, они воспитывают меня в строгости, чтобы я не стала наркоманкой и алкоголичкой, как когда-то они, чтобы не пила где-то с алкашами на заброшках и не стала проституткой, - я говорила все на одном дыхании. В груди больно покалывало, кислорода не хватало.

- Лин...

- Нет, слушай, - мое лицо не выдавало никаких эмоций. - И нет, те следы, что ты увидел, оставили не о они. И ни в коем случае не мой брат. Макс - моя защита. Человек, на которого я всегда могу опереться. Какое бы паршивое у тебя не было настроение, он поднимет его в сию минуту. Он, конечно, тот еще бабник, но ни за что не поднимет руку на девушку.

- Тогда откуда? - последовал вопрос, который поставил меня в тупик.

Я пропустила самый большой фрагмент своей «веселой» жизни. Он заметил, как я замешкалась, и ничего не сказав, подсел ближе, осторожно прижав к себе. Я вновь почувствовала тепло и приятную заботу.

- Послушай, если ты боишься кого-то, кто-то тебе угрожает...

- Нет, конечно нет. Все не так. Просто я не могу пока рассказать тебе.

- Я хочу помочь.

- Я знаю, - улыбаясь, отвечаю, и беру парня за руку. - Спасибо тебе.

- Я ничего не сделал.

- Нет, сделал, - мы посмотрели друг другу в глаза и оба замолчали. Находясь так близко, мы могли услышать наше дыхание, что вызывало мурашки у обоих. - Кажется, твоя очередь, - слегка отодвинувшись, проговариваю.

- Я получил ответы не на все свои вопросы.

- Время идет, у нас меньше часа.

Брюнет томно вздохнул и опрокинул голову на спинку дивана.

- Все детство мы с сестрой провели с бабушкой. Предки отказались от нас, но сдать в детский дом не хотели, так как не хотели портить о себе мнение. Бабушка нас и вырастила. А когда мне было семь, её не стало. Родителям пришлось нас забрать. Я скучал по бабушке, до конца не верил, что её больше нет. Я всегда уходил из дома и прибегал сюда. Здесь не поменялось ничего, я ничего не трогал. Даже игрушки не разобрал. Все оставил. Наверху на кровати по-прежнему лежат её вещи. Я не притрагивался к ним, а родителям уж тем более не было дела. Думаю, теперь ты понимаешь почему мы приехали именно сюда, - Даня выглядел очень напряженно. Конечно, открывать душу кому-либо непросто.

Казалось бы, такой веселый и жизнерадостный человек, что никто и не подумал бы о том, через что ему пришлось пройти. Расти без родительской любви, смерть бабушки, сестры. Я поняла, что мои проблемы, по сравнению с его, просто ничего.

- Нам всегда приходилось слышать их ссоры, крики. Он избивал маму прямо на наших глазах.

У меня пошли мурашки после услышанного. Они были такими детками...

- Самым больным было наблюдать за тем, как они притворялись хорошей любящей парой, счастливой семьей с прекрасными детьми на публику. А сейчас отец совсем один. Мать с другим, а он приезжает ко мне и удивляется, почему же я так холоден к нему. Представляешь, ему вдруг захотелось позаботиться обо мне, - он усмехнулся и встал с дивана, подойдя к маленькому окну, всунув руки в карманы.

Я неспешно направилась к нему. Он рассматривал фотографию, которая лежала рядом на столешнице.

- Можно? - неловко задаю. Даня молча кивнул.

На фотографии была милая пожилая женщина. Она держала в руках двух-трехлетнюю малышку. «Алина...», - сразу поняла я. На следующем снимке был уже совсем крошечный Данил.

Я отложила фотографии и стала дальше разглядывать дом: игрушечные машинки, маленькие куклы. Смотря на все это и осознавая всю историю, меня пробивало на слезы.

- Ладно, давай выезжать, - он через силу натянул улыбку и двинулся к двери.

Я не спеша следовала за ним. Голова была кругом. До сих пор не могу отойти от его рассказов. И как же паршиво от мысли, что я ничем не могу ему помочь. Хочется дать достойной поддержки, но какой же из меня плохой собеседник...

Где-то через час мы стали подъезжать к моей улице. Сказать честно, мне больше всего сейчас хотелось быть рядом с ним, не возвращаться домой и провести с ним еще немного времени. Но, черт, у него какие-то дела.

- Мы же ещё встретимся? - тревожно спрашиваю, заглядывая парню в глаза. Я всегда стесняюсь задерживать взгляд именно на глазах, но его как-то необычно притягивали, манили.

- Конечно, - голос прозвучал нежно.

Его темные густые волосы красиво развивались на ветру. Они спадали ему на лоб и он каждый раз поправлял их рукой.

- Дань, мне жаль, что у тебя было такое детство... - не знаю что натолкнуло меня на эти слова именно сейчас, но разойтись без комментариев я не могла.

- Не бери в голову, сейчас все хорошо, - улыбка засияла на его лице, но потом так же бесследно исчезла.

- До встречи?

- Обязательно!

Я первая потянулась к Дане и обвила шею. Его руки уверено заключили мою талию, прижав к себе плотнее. Как мне нравится его запах.

- Пиши если что. Удачи. - ласково пролепетал он напоследок.

Двигаясь по тропинке, которая вела к моему дому, я все размышляла об истории Миронова. Я специально попросила его остановить чуть дальше, чтобы никто нас не увидел, хоть родители еще должны быть на работе. Да и пройтись пешком в одиночестве не помешало бы. И я бы до конца пути копалась в своих мыслях, если бы меня не побеспокоили. Меня резко схватили, завернув за угол и прижав к бетонной стене. Что за чертовщина?

- Какого черта ты творишь, Влад?! - испуг охватил меня с пяток до макушки, увидев столь знакомое мне лицо.

- Я соскучился по тебе, ангел, - он поцеловал меня в щеку, переходя к шее, оставляя за собой неприятные ощущения.

- Хватит, перестань, сейчас увидят, Влад... - я пыталась оттолкнуть парня от себя, уворачиваясь от поцелуев.

- Разве тебе не нравится? - прорычал он сквозь зубы.

- Нет, не нравится!

- Тот парень у тебя не вызывал отвращения.

- Ты с ума сошел?! Какой парень?!

- Не пытайся меня обмануть, я видел тебя с ним в машине.

- Ты следишь за мной?! Да ты больной на всю голову... - я нахожу в себе силы оттолкнуть его. Его звериные глаза прожигали во мне дыру. - Знаешь почему он не вызывает у меня отвращения? Потому что с ним мне комфортно! Потому что я чувствую себя с ним в покое. Потому что он не псих, - ткнула его в грудь. - Потому что у него не сорвет крышу и он не станет приставать к своей девушке против её воли, - к глазами уже подступали предательские слезы, а Влад уже был на грани. Вся его злоба и ненависть медленно скапливались, и одно неверное слово - он взорвется. - Он не станет причинять боль друзьям своей девушки просто потому, что они с ней общаются. Он - не ты, Влад. Вот и вся причина, почему он не вызывает у меня отвращения, - закончив свою речь, я отвернулась, но его грубая рука схватила меня за запястье и развернула обратно.

- А теперь вспомни далекий две тысячи семнадцатый год, малыш. Я был точно таким же рядом с тобой, разве нет, ангел? Я же таким тебе и понравился, - он выглядел как самый настоящий зверь, только что загнавший свою добычу в клетку. Один его безумный взгляд заставлял дрожать все тело, как лист бумаги.

- Ч-что ты хочешь этим сказать? - обрывисто задаюсь вопросом.

- Просто напоминаю тебе.

- Вы совершенно разные. Он не станет таким как ты никогда.

- Каждый раз, - он стал приближаться ко мне, сжимая свои кулаки. Вены на руках давно выглядывали, - когда ты кого-то защищаешь, мне хочется собственными руками придушить этого щенка. Я просто хочу чтобы ты помнила об одном: ты - моя. И просто не дай Бог я еще раз увижу его рядом с тобой, тогда не то, что я, его уже больше никто не увидит. Я же понятно объяснил?

Я не выдерживаю. Я не выдерживаю такого напора и просто убегаю, давясь собственными слезами.