Неизвестность

(от лицо Кастери)

Гулкий звук шагов отражался от бетонных стен подземного зала.— Где тело? — спросил я хрипло, и мне тут же кивнули в сторону покрытого брезентом силуэта.

Это был третий за день. Убит. Без предупреждения. Без следов.Улики указывали на человека, который давно должен быть мёртв.Я сжал зубы.

— Подставной? —— Думаем, да. Но он что-то знал. Умер слишком быстро.

Я опустился на корточки. Лицо мертвого... нет, мне не знаком. Но на его запястье — крошечный шрам. Такой же я видел в одной из старых папок.

— Найдите его семью. Выкопайте всё, что можно. У меня плохое предчувствие.

Я поднялся, поправил часы на запястье. Секунды капали. Я не чувствовал усталости — я в ней жил. Но сегодня было иначе.Я хотел домой.Не просто в дом. Я хотел её.

Азалия.Её запах, её тишина, её взгляд, от которого хотелось то разрушить весь мир, то стать его щитом.

Я вернулся домой позже обычного. Весь день — в переговорах, грязных сделках, перегретых офисах и холодных подвалах. Один звонок сменял другой. Один приказ — следующего. Всё как всегда.

Но когда я вышел из машины и поднялся по ступеням особняка, ко мне подошёл один из охранников.Смолк. Медлил.

— Говори, — бросил я раздражённо.

— Она была у вас в кабинете, — осторожно сказал он.Я резко повернулся к нему:

— Когда?

— Примерно полтора часа назад. Сейф... был закрыт. Но... кажется, она его открывала.Он замолчал, будто ждал, когда я взорвусь.

Я не взорвался.Просто прошёл мимо. Медленно. Тихо. Холодно.А внутри всё уже кипело.

Я медленно открыл дверь в свой кабинет.С порога — сразу понял.

На ноутбуке — она. Её досье.Папка "Azaliya. Confidential" открыта, как насмешка.Флешка — с краю стола, аккуратно положена, как будто она даже не пыталась прятать.

Мои плечи напряглись.Я подошёл ближе, глядя на экран.

Фото. Скрины. Камеры. Маршруты.Каждый шаг, который она делала за последние месяцы — был передо мной. Я собирал всё. Изучал. Анализировал.Контролировал.

И теперь она знала.

Не просто догадывалась — точно знала.Охрана. Слежка. Файлы.Я следил за ней, как за врагом. И при этом хотел, чтобы она стала моей женой.

Я опустился в кресло. Сжал виски ладонями.В голове всплывали её глаза — растерянные, упрямые, злые. Как она стояла здесь? Дрожали ли её пальцы, когда она листала эти файлы? Рассматривала каждую строчку. Видела, что я знал о ней больше, чем знали её друзья. Больше, чем она сама.

Я вспомнил, как сегодня утром хотел просто поехать к ней. Не как глава мафии. Не как мужчина, у которого весь город на поводке.А как человек, который хотел увидеть, как она улыбается, когда впервые за несколько дней почувствует тепло солнца.Я даже приказал поднять охрану, когда узнал, что по городу ходят слухи о новом заказе. Я хотел её защитить.Но защитил по-своему.Как животное. Как чудовище.

Она была в моей клетке. А я даже не объяснил, почему.

Я взял флешку. Повернул в пальцах.Она не удалила данные. Не разослала их. Не ушла.Она просто... оставила. Чтобы я знал, что она всё видела. И не простит.

Я поднялся, посмотрел на часы.

21:13.

Я знал, она в комнате. Знал, что злится. Может, даже плачет. Или думает, как вырваться.Но я не мог зайти к ней вот так. Не с грязью на руках. Не с этим досье между нами.

Вместо этого я медленно прошёл к бару, налил себе виски. Первый глоток — обжёг горло.Второй — заставил сердце дернуться.Я выдохнул.

Ты сам её потеряешь, Салерьи.Если не начнёшь говорить правду.

Но смогу ли я?

_______

Утро началось с тишины.

Окна были распахнуты, и лёгкий прохладный ветер трепал белые шторы, словно кто-то невидимый гладил их пальцами. Я лежала на спине, уставившись в потолок. Сон не шёл. Слишком много мыслей, слишком мало ответов.Кастери всё ещё был странно отстранён. Ходил молча. Не задавал вопросов. Не смотрел. И я уже начинала привыкать. Почти.

Я встала рано. На часах было всего восемь. Дворник где-то внизу сыпал гравий на дорожку. Кто-то тихо разговаривал по телефону в холле. Мир жил своей жизнью, а моя — застывала.

Сегодня была вечеринка у одного из главных мафиози. Я случайно услышала это от охраны, когда проходила мимо. Сначала не придала значения — всё равно меня никуда не зовут. Я — аксессуар. Гостья в этом доме.Но ближе к десяти в комнату зашла Лия с тихим:— Господин Салерьи велел подготовить вас. Сегодня вы поедете с ним.

Я обернулась на неё, прищурилась.— Куда?

— На встречу. Вечеринка. Он хочет, чтобы вы были рядом.

Это было странно. После того, как он почти не разговаривал со мной три дня, — и вот так внезапно?Я не знала, зачем. Не понимала. Но — не стала спрашивать.

⸻

К полудню я уже сидела перед зеркалом.Макияж был мягким, но выразительным — акцент на глаза. Взгляд — холодный, даже если внутри всё путалось.На мне было чёрное платье длины миди, с открытой спиной и тонкими бретелями, которое подчёркивало фигуру и обнажённые ключицы.Я надела серебряные серьги и едва заметный браслет.Туфли на высоком каблуке заставляли идти медленно, будто бы грациозно.Волосы я убрала в низкий пучок, оставив несколько свободных прядей у лица. И когда взглянула на себя в зеркало — внутри щёлкнуло.Я выглядела как женщина, рядом с которой опасно говорить глупости.

Но я всё ещё ничего не знала.

⸻

Мы ехали молча.Кастери сидел рядом, смотрел вперёд. Пальцы напряжённо сжимали подлокотник.Я бросала на него взгляды — он был слишком собран. Слишком закрыт.Только у входа, когда он помогал мне выйти, его рука скользнула по моей талии чуть дольше обычного.И он прошептал:

— Ты рядом со мной. Не забывай этого.

Я не поняла. Но кивнула. Словно не придавая значения.

⸻

Вечеринка проходила в загородной вилле — роскошное здание, наполненное сигарами, дорогими духами, голосами и опасным вниманием.Все были элегантны. Улыбки — фальшивые, движения — выверенные.Я шагала рядом с Кастери. Он не отпускал меня ни на шаг.Но почти не говорил. И я снова чувствовала себя потерянной.

Через час после начала он отвлёкся — кто-то подозвал его на разговор, и он, сказав коротко "жди", ушёл.Я осталась у столика с бокалом шампанского. Пыталась выглядеть уверенно.И тут — к столику подошёл мужчина.

Высокий, в светлом костюме, с усмешкой на губах.— Вы — Азалия, да? Жена Салерьи?

Я вздрогнула от прямоты.— Пока не жена, — ответила, чуть улыбнувшись.

Он засмеялся.— Тем лучше. Значит, можно говорить свободно.Он был слишком раскован.— Что вы здесь делаете? Не похоже, чтобы вам нравилась эта публика.

— Мне действительно... сложно привыкнуть, — призналась я.

— Ага. Вы — чужая среди своих. Очень видно, кстати.Он подмигнул и взял бокал.— Но в этом есть свой шарм. Вы — как свет в этом сером дыму.

Я засмеялась. Впервые — искренне.Смешно, глупо, легко.На секунду забыла, где я.Я даже не заметила, как кто-то остановился в нескольких метрах.

Но Кастери — заметил. Всё.Мою улыбку. Как я к нему наклонилась. Как засмеялась. Как прикоснулась рукой к бокалу, который держал тот мужчина.

И в следующее мгновение удар прогремел, как выстрел.

Кастери резко подошёл и со всей силы ударил того мужчину в челюсть.Тот рухнул назад, разбив бокал. Все вокруг застыли.

Я вскрикнула:— Кастери, ты что творишь?!

Он смотрел на меня — взгляд горел.— Ты не должна так смеяться с чужими.

— Что?! Ты издеваешься?! Я просто разговаривала! Ты ударил его просто потому, что я смеялась?!

— Потому что ты никогда так не смеялась со мной.

Я замолчала.Он подошёл ближе, схватил меня за локоть.— Уходим.

— Я не пойду. Ты устроил цирк!

— Я сказал — уходим.

— Не трогай меня! — я вырывалась, но его хватка стала крепче.

— Азалия.

Его голос был ледяной. Он схватил меня за руку, притянул ближе, развернул — и, не обращая внимания на десятки людей, повёл сквозь толпу, как будто меня уже не существовало — только его злость, его ревность, его собственнический инстинкт.

Я сопротивлялась. Кричала.— Пусти! Что с тобой?!Но он был неумолим.

Он усадил меня в машину. Громко хлопнул дверью.Сел рядом. Молча.Я дышала тяжело, сжав кулаки.

Он смотрел вперёд.Челюсть сжата. Вены вздулись на руках.— Ты не понимаешь, — прошептал он, тихо, но срываясь. — Ты понятия не имеешь, насколько всё опасно.

А я смотрела на него, не узнавая.И впервые — испугалась.

Машина резко остановилась у ворот. Дождь, начавшийся ещё по пути, теперь лил стеной. Гром гремел где-то над особняком. Всё было напряжено — даже небо.

Я выскочила первой. Не обернувшись. Не дожидаясь, пока он что-то скажет.Ноги дрожали, пальцы сжимали ткань платья. На душе было так мерзко, что хотелось кричать.Внутри особняка было темно, лишь редкие лампы освещали коридоры. Я почти бежала вверх по лестнице, слыша, как его шаги догоняют меня — тяжёлые, быстрые.

— Азалия! — пророкотал он позади. — Остановись.

— Оставь меня в покое! — выкрикнула я, даже не оборачиваясь. — Что с тобой происходит?! Ты не имел права...

— Он не должен был ТЕБЯ касаться, — его голос был хриплым, пропитанным яростью, но я не остановилась.

— Я не тряпка, Кастери. Не вещь. Не подпись на договоре. Я человек!

Я влетела в свою комнату и захлопнула дверь — со всей силы. Сердце колотилось. Я прижалась к спинке двери, сжав губы.

Секунда. Две. Тишина.А потом —БУМ!

Резкий звук. Что-то разбилось о стену внизу. Я вздрогнула.

Потом ещё один удар.Хлопок. Скрежет. Глухой гнев.Он не сдерживался. Он срывался.

Я спустилась по лестнице — медленно, дрожа всем телом, но не могла не видеть.В кабинете горел свет. И из приоткрытой двери — доносились глухие звуки.

Он стоял у камина. На полу — осколки бокала. На стене — след от ударенного стакана.Книги были скинуты с полки. Стекло треснуло.Он стоял, вцепившись пальцами в стол, плечи ходили вверх-вниз. Дышал, будто боролся с самим собой.

Я сделала шаг — но не зашла.Он поднял голову. Взглянул.В его глазах было то, чего я раньше не видела. Не просто злость. Не просто ревность.

А отчаяние.

— Ты не должна была смеяться, — прошептал он. — Не с ним. Не там.

Я отвернулась.— А ты не должен был причинять боль. Мне. При всех.

Я ушла. Снова. Медленно.А он остался стоять там — среди хаоса, который сам и устроил.

_________

Я закрыла за собой дверь и прижалась лбом к прохладной стене.

Руки дрожали.Грудь сжималась так сильно, будто внутри всё поломали.Я больше не могла держать всё в себе.

И, когда тишина окутала комнату — я разрыдалась.

Беззвучно, как умеют плакать только те, кто устал бороться. Слёзы катились по щекам, но я их не вытирала. Просто стояла. Долго.

Потом скинула платье, так и бросив его на пол, и завернулась в плед.Не хотелось ни умываться, ни есть. Хотелось только одного — чтобы сердце отпустило.

Я не поняла, что было страшнее: его ревность или его взгляд. Этот отчаянный, поломанный взгляд, будто он сам не понял, что с ним.

⸻

А внизу, в своём кабинете, Кастери сидел, не отрывая взгляда от стены.

Стакан так и остался на полу.Осколки — тоже. Он не позволил слугам войти. Он никого не пускал.Рубашка была расстёгнута, а волосы — растрёпаны. Его руки дрожали.

Он смотрел в одну точку. Не моргая. Не шевелясь.

Он ненавидел себя. За каждый крик. За то, как схватил её. За то, что снова сделал больно.Он чувствовал, как что-то выходит из-под контроля, но остановить себя не мог.

— Ты идиот, — прошептал он в темноту, обхватив голову руками. — Ты снова всё испортил.

Ночь прошла без сна. Он не шевелился. Не пил. Не ел.И даже не заметил, как рассвело. Только когда свет пробился в окна — он медленно встал и... поднялся по лестнице.

Тихо. Осторожно. К её двери.

Но не постучал.

Просто замер, почти прижавшись лбом к дереву, будто мог услышать её дыхание сквозь толщу.Он не знал, что сказать.Он даже не был уверен, имеет ли право хоть что-то говорить.

Он просто стоял.

А за дверью — Азалия смотрела в потолок.Она тоже не спала. Только тихо плакала, пока сердце сжималось от неизвестности.

_______если вам понравилось, то прошу проголосовать ♥️