Глава 22. Эмилия

Спрыгнув с его ног, испуганно смотрела на Фрэнка. Я медленно пятилась, выставив руки, страх поглатил каждую частичку моего тела. До выстрелов, ещё чувствовала биение своего сердца, сейчас же оно испуганно замерло.

- Зачем ты это сделал ?

Пыталась сделать голос ровным, не выдавая своего страха, но он предательски дрожал. Испытывать к этим людям жалость, я не собиралась. В моей памяти ещё свежо воспоминание их мерзких взглядов, расматривающих каждую часть открытого тела. Но смерть людей за, то что они видели, не является поводом для убийства. Они просто оказались не в то, время и не в том, месте. Но это не значит, что я буду чувствовать свою вину за их смерть.

- А зачем ты пришла сюда ?

Фрэнк не отрываясь смотрел на меня и если бы можно было просверлить дырку взглядом серых глаз, я бы уже была мертва. Я пыталась нащупать за что же ухватиться. Куда бежать? Что я могу сделать, против вооружённого человека? Мысленно пыталась собраться, нельзя показывать свой страх, а ещё очень боялась отвести от него взгляд. Мне казалось, стоит только отвернутся, сделать лишний вздох, моргнуть. И последует, последний выстрел, прямо в моё бешенно колотящиеся сердце. Если можно провалиться на месте, то лучше это сделать сейчас! Избежать этой участи. Зачем только я это затеела. Дура! Самая настоящая дура.

- Это не повод, убивать всех подряд.

Я незнала куда деть свои бесполезные руки. Мне хотелось их спрятать или скрестить на груди. Но боялась дышать, не то что пошевелится. Остановилась на приличном расстоянии от Френка. И все же посмела отвести взгляд, не много, сместив на его руку с пистолетом. Она безвольно повисла. Френк тяжело вздохнул, опустил голову, двумя пальцами помасировал переносицу. А я шумно вдохнула, оказывается я затаила дыхание и все это время не дышала.

Он отложил пистолет на стол. Медленно поднялся с кресла. Засунул руки в карманы и ступая аккуратно, четко выверенными шагами, направился в мою сторону.

- Оленёнок, я убивал и за меньшее. Тебе придётся смириться с этим.

Фрэнк приблизился ко мне, в его серых глазах бушевала буря, челюсть напряжена. Мои мысли беспорядочно кружились в голове. Кажется именно сейчас, поняла что, попалась в его ловушку. Нет он не собирается меня убивать. Я для него игрушка, мягкая поддатливая. Меня можно загнать в угол, и даровать частицу долгожданной свободы. А потом показать на что, ОН способен. Напомнить, моему разуму и сердцу, что я здесь и рядом с ним, только потому, что он этого хочет.

Я и сама не заметила как отступала назад, пока не споткнулась о мёртвое тело. Фрэнк схватил меня, притянул к себе положив руку на талию.

Ну вот и всё, моё бедное сердце не выдержит такого ритма. Вдыхаю запах пороха и лесного дождя, и кружиться голова, добавились нотки шоколада и я начинаю сходить с ума. Френк хватает за подбородок и поднимает мою голову. А мне страшно смотреть в его глаза.

Я понимаю, как просто было бы влюбиться в него. Он то отталкивает, то притягивает меня к себе. Мне казалось он тоже воюет сам с собою. Но я не нужна ему, и никогда не буду. Все это ради мести, а мои чувства никогда ничего не значат. Мне нужно оттолкнуть его, уйти из его дома, из его жизни. Только почему стоит мне об этом подумать, грудь пронизывает боль, и эта боль пострашнее физической. Она ощущается по другому, я горю и тону одновременно, не хватает кислорода. И выхода тоже нет.

Не хочу, не хочу, не хочу всего этого.

Не хочу влюбляться, не хочу быть рядом, не хочу быть кому-то нужной.

- Оленёнок, открой глаза.

Его голос.... он добьет меня окончательно, он сейчас такой нежный, бархатный, мне становиться трудно дышать. Открываю глаза и вижу пристальный взгляд серых глаз.

- Умница. А теперь послушай меня внимательно. Извиняться, за то что произошло, не буду. Я и так сделал достаточно. Более, чем достаточно. Проявив доброту.... Жалость....Прощение.... И все ради тебя Эмилия....Только, ради тебя...

Фрэнк отпустил меня, обошёл и вышел из кабинета. А я так и стояла, не в силах поверить, что только что услышала. Что он имел ввиду под словом прощение? Неужели.... Неужели это, то о чем я думаю? Нет, не может быть. Мне показалось. А может он просто манипулирует мной, сказав, то что я хотела услышать?

- Бред.

Двумя руками провела по голове, убирая выбившиеся волоски. Это незатейлевое движение помогло выйти из ступора. Что-то тёплое коснулось ноги. Перевела взгляд на ноги, густая теплая кровь добралась до моих туфель, проникая и задевая чувствительную кожу. Я вскрикнула, перепрыгнула на "чистое место" и сжав зубы, двумя пальцами сняла и выкинула туфли.

****

На следующий день, мы с Моникой вышли на улицу из дома. Я чувствовала упадок сил, после стычки с Фрэнком. Ночью я плохо спала. Мне снился сон, где Фрэнк выстрелил в меня, глумливо улыбаясь. И так шесть раз. Я вставала посреди ночи, обливаясь холодным потом. Звук выстрела, настолько реалистично звучал в моей голове, что после пробуждения, ещё час сидела и вслушивалась в ночную тишину.

Особняк Фрэнка представлял собой четырехуровневое строение с двумя полноценными жилыми этажами, мансардой и цокольным этажом.На последнем находился огромный гараж, но меня туда не пускали.

Я пошла по зелёной территории дома, дорожка расходились в две стороны, повернув на право, спустилась по аллее. Разнообразие деревьев меня поразило до глубины души, здесь и лимоны, и мандарины, и даже грейпфруты. А в огромных вазах, растут декоративные гранаты.Спускаясь все ниже по тропинке, заметила выстроенные вряд магнолии. Её аромат витал в воздухе, напоминая мне времена, когда родители ещё были живы. В нашем саду, они тоже росли. А между их ветвей стояла небольшая качель, на которой, так часто качал меня отец.

Кора этих неожиданно прекрасных растений имеет небольшие шипы, которые используются снующими тут ящерицами разных цветов, как опоры для передвижения.А под всей этой красотой, стоит огромная белая беседка. По её кованным перилам, в горшках висят маленькие розовые цветы, похожие на розы. Сверху прикрепленна огромная вуаль, закрывающая от назойлевых насекомых. Идеальное место. Можно укрыться в прохладе деревьев. А благодаря вуали, человеку нужно подойти в плотную, чтобы тебя заметили.

Мы с Моникой прошли внутрь беседки и присели на лавочки обитые мягкой тканью. Лёгкий ветерок, проникал через вуаль лаская кожу, а запах цветущих деревьев щекотал ноздри.

Умиротворение.

Вот что я чувствовала. Здесь никто тебя не побеспокоит, будто ты одна в целом мире. Не нужно думать, переживать. Из моих мыслей меня вырвал, нежный, бархатистый голос, словно громом проникший в мою идилию.

- Раньше, в этой беседке мы собирались всей семьёй, пили чай, обедали. - Фрэнк зашел в беседку и сел в противоположную сторону. - Мы с братом, часто убегали и прятались в тени магнолий, пока солдаты отца нас пытались найти.

М-да, а я только подумала, про спокойствие и умиротворение.

Взглянув на Фрэнка я ощутила, прилив страха. В моих снах, он выглядел по другому, жестокий взгляд, улыбка до ушей. От которых мурашки идут по коже. Но сейчас, я понимаю, что это был просто сон. Фрэнк положил руки на столе, скрестив пальцы. В глазах ни намёка на жестокость, а на лице мягкая, но грустная улыбка.

Я неожидала таких откровенностей от него. Заправив прядь за ухо, я не отводила глаз от дикой кошки, продалжая её гдадить. В любом случае не надеялась даже, что-либо узнать о его семье. Но один вопрос мне не давал покоя.

- А где же твоя мать? - Я поёрзала на лавке, понимая, что лезу не в своё дело.

Мне хотелось узнать, хоть немного о нём. Раскрыть тайну его прошлого. Сделать его более... понятным для меня. Я подняла голову и посмотрела на него.

Фрэнк вздохнул и откинулся на перила, небрежно раскинув руки в стороны.

- После смерти отца и сына, она уехала в Рим, не желая больше возвращаться на Сицилию, и иметь дело с мафией.

Он пальцами постукивал по перилам и отвёл голову в сторону. У меня сложилось впечатление, что я просто его раздражаю, но он пытается быть хорошим.

Я поддалась вперёд, положив руку на стол.

- А почему же ты остался, разве дело только в мести?

Фрэнк, опустив руки, нагнулся и дернув плечами ответил мне.

- Ты права, дело не только в этом, но тебя это не должно касаться.

Он отвернулся и позвал одного из прислуг, который быстрым шагом шёл в сторону дома. Человек вздрогнул, обернулся и низко склонив голову стал внимательно слушать. Фрэнк попросил принести кофе и фрукты.

Он снова откинулся на перила закинув ногу на ногу.

- Попьешь со мною кофе?

Я со всеми своими актерскими данными, пыталась скрыть удивление. Раз он такой открытый сегодня, я хочу ответы на свои вопросы. До этого у нас было мало времени на разговоры.

- Только если ответишь на мой вопрос.

Он широко улыбнулся одними губами и цокнул языком.

- Ну что ж, валяй Оленёнок.

Обрадовавшись, совсем забыла, что хотела спросить. Моника подняла голову и повернув в другую сторону, мирно мурчала, пока я гладила её.

- Что у тебя за шрам на лице ?

Нам принесли кофе, с небольшого чайника разлили по маленьким кофейным кружкам. Фрэнк не торопился отвечать. Он задумчиво держал кружку в руках. Отпив глоток, я поняла, что это самый лучший кофе в мире, слегка терпкий, с ноткой шоколада. Для меня это было еще одно открытие, так как я начала замечать, что в этом доме, шоколад присутствует во всем. В кофе, в сигаретах, на кухне часто готовят шоколадные десерты.

Когда я решила, что он мне не ответит, Фрэнк неожиданно заговорил.

- Дело в Монике. Однажды, мне привезли поставку новых автоматов. Они грузились в огромные деревянные ящики, и полагаю Монику специально посадили в один из них. И по несчастливой случайности, я открыл именно тот, где была она. Голодная и злая. Она выпрыгнула, занеся лапу и поцарапав лицо. Я успел ухватить её, и перекинуть через себя. Но дикое животное вневоле, почувствов свежую кровь, сходило с ума. Пантера шла на меня, пока не оказалась в двух метрах, прыгнув, она широко раскрыла пасть. И в эти моменты, ты действительно начинаешь верить в Бога. Потому что, - Фрэнк, закатав рукав на правой руке, выше локтя, показал мне глубокие шрамы от зубов животного - , по другому это не могу объяснить. Я засунул руку ей в пасть по самое горло, перекрывая кислород. Моника, потеряла сознание, но смогла выжить. И я оставил её себе, как напоминание, никогда не расслабляйся, ты ещё не знаешь, что ждёт тебя впереди.

Фрэнк отпил кофе из чашки и прикурил сигарету, выпуская сладкий аромат шоколада. А я сидела и смотрела на Монику, понимая, что совсем перестала её ассоциировать с диким животным. Она милая, добрая и игривая. Мне кажется, пантера не может напасть. Хотя мои инстинкты говорили о другом при первой нашей встречи. Будто почувствовав мои метания, Моника подняла голову и облизнула руки, а затем головой уперлась в ладошку требуя ласки. И как такое милое животное, может напасть?

Фрэнк, потушив сигарету, встал и присел рядом со мной.

- Послушай, Эмилия, я знаю, что тебе сейчас будет сложно, но постарайся вспомнить, твой отец когда нибудь говорил тебе, о какой-то секретной информации, может быть ты что-то слышала?

Он пристально за мной наблюдал, за каждым мускулом на моем лице, за ленивым поглаживанием пантеры. Словно считал, каждый мой вдох и выдох, ожидая реакции.

И в этот момент я понимаю, что Фрэнк держит меня рядом, только из-за этой, чёртовой флешки! Я уже подумала, что нравлюсь ему, что он возможно тоже, что то чувствует. Злость начала закипать во мне, Моника поднялась с колен и беспокойно зашипела, а я повернулась к Френку и злорадно улыбнулась.

- Что, тоже охотишься за флешкой моего папочки?

Фрэнк сдвинул брови в недоумении и ухмыльнулся мне, расправив плечи.

- А почему я не должен охотиться за ней ?

Я резко поднялась, сжав кулаки и задевая пантеру. Кошка в свою очередь беспокойно заёрзала, озираясь по сторонам.

- То есть, если бы, она была у меня, убил? А может быть мучил меня, отправив на допрос?

Мои слова были пропитаны ядом, я с ненавистью смотрела на Фрэнка, мечтая врезать ему.

- Мегера. - Прошипел он сквозь зубы. - Мои допросы, тебе слишком бы понравились и ты бы просила ещё.

- Ах ты, чёртов ублюдок, я покажу тебе допросы. - Накинувшись на него с кулаками, я не смогла нанести не один удар. Он перехватил мои руки и нагнул над столом.

От беспомощности положения, меня разрывала обида. Столько тренировок и столько боев. А меня сокрушил один единственный мужчина, которого я даже ударить не могу. Поднимаю руки, но нанести настоящий и стоящий удар не в силах. В глубине души я это понимаю, но причину своего поведения, не хочу и не буду признавать.

- Эмилия, если ты будешь каждый раз на меня накидываться с кулаками, я не смогу рассказать тебе самого главного. Возьми себя в руки.

Фрэнк скрутил руки за спиной и плотно прижался всем телом. Доказательства его, "предостережений" упиралось в мою поясницу. Я начала тяжело дышать, каждый вдох, давался с огромным трудом. Моника спрыгнула с лавки, оскалив пасть начала рычать. Я попыталась успокоиться, сделать медленный вдох. Нет мне не было страшно, но меня пугало, то что я чувствовала, когда он так держал. Соски затвердели упираясь в деревянную крышку стола, и болезнено заныли. Ноги стали ватными, а в голове в красках разыгрались всевозможные картины. Я сказала сквозь зубы, пытаясь, выдать за возбуждением - злость.

- Убери от меня руки.

Он медленно провел рукой от поясницы до основания шеи, моя кожа покрылась мурашками от этого лёгкого движения. Схватив за косу и намотав на кулак, он резко поднял меня и прижал к себе. Между ног всё запульсировало, я желала, чтобы он прикоснулся ко мне. Пыталась свести ноги вместе, чтобы хоть как то убрать это чувство. Мне казалось каждая частичка кожи вспыхнула огнём. Натянутые волосы, вызывали эйфорию, я хотела откинуться на его плечо. Почувствовать как он запускает одну руку в лоно, а второй ласкает грудь. Вопреки мечтаниям, Фрэнк нагнулся к моему уху, невесомо провел носом по шее и почти шёпотом сказал.

- Не злись, Оленёнок, пойдем пройдёмся, мне нужно тебе кое-что рассказать.

Он оторвался от меня, развернулся и засунув руки в карманы, ушёл недожидавшись меня. А я не то чтобы злилась, я была в праведном гневе, мне хотелось догнать и задушить его. Его огромная рубашка, стала мне тесной, я закатала рукава, мне хотелось растегнуть и снять с себя. Швырнуть куда подальше. Хотя нет, сначала разорвать в клочья, а потом сжечь.

Преисполненная чувством злости к этому уроду, поплелась следом, нервно поправляя рубашку.

- Ты знаешь кто такой Стефано Луккезе?

Фрэнк шёл впереди меня и задал свой вопрос не оборачиваясь, будто уже был уверен, что я отвечу.

Я перестала возиться с рубашкой и нагнала Фрэнка. - Смутно знакомо его имя. Знаю, что он один из правящих семей в Сицилии.

Гамбино посмотрел на меня, явно подметив раздражение, продолжил. - Он хочет встретиться с тобою, думаю это по поводу флэшки.

Ещё один, со своей чёртовой флешкой, как же они меня достали. Как будто весь мир крутиться вокруг этой флешки.

- На хрен он мне сдался, нет её у меня.

Фрэнк обернулся в поисках подтверждения слов, заметив мои поджатые губы и сдвинутые брови он перевёл взгляд.

- Я знаю, что у тебя её нет. Думаю он хочет повторить попытку твоего убийства.

Фрэнк погладил Монику по макушке. - Просто не пойму, почему все это на прямую или косвенно касается меня.

Я вопросительно изогнула бровь. - В каком смысле ?

- Ну вот смотри, взрыв машины произошёл на моей территории, он знал, что я не оставлю это просто так, Стефано выжидает, что я предприму. В день открытия отеля, он потребовал, чтобы я передал тебя в его руки. А после происходит взрыв у меня под носом!

- Может он просто хочет поговорить? - Старалась не нервничать и спокойно дышать.

Ещё один человек хочет моей смерти. Я уже совсем не рада, что сюда вернулась. Я теребила край рубашки и задумчиво покусывала нижнюю губу. Моника бегала от Фрэнка ко мне, задевая хвостом.

- Конечно, поговорить, чтобы убить тебя Эмилия! - Фрэнк повысил голос, обернулся и зашагал в сторону дома, прикуривая сигарету.

Не хочу в это верить, как можно оказаться в мире, где тебя буквально все хотят убить? После смерти родителей, я только и делаю, что борюсь. Моя жизнь превратилась в сущий ад, когда нибудь я смогу действительно расслабиться?

К Гамбино подошёл один из его солдат и что-то тихо сказал, смерил меня взглядом и ушёл.

Фрэнк повернулся ко мне и засунув одну руку в карман, другой указал на дом.

- Пойдём, Оленёнок. У нас гости.