Глава 18. Фрэнк

Подбегаю к гребаной кошке, а она примостилась на ногах Оленёнка и зализывает ей раны. Уму не постижимо, я ждал самого худшего и понял, что испугался за неё. Сердце бьётся в груди так и норовит выпругнуть. Дышать стало тяжело. Закрываю глаза и устало провожу рукой по лицу. Ну и нахрена я сюда её притащил ?

- Моника, хватит, слезай с неё.

Пантера меня не слушается, Оленёнок гладит её по голове разбитыми руками, а Моника только и рада. Мурчит от удовольствия на весь дом.

- Хватит, пошла вон отсюда.

Говорю спокойно, сквозь зубы и наконец животное меня услышало, смотрит как на предателя, разворачивается и идёт на диван. Легла и смотрит теперь на Оленёнка как на предмет своего обожания. Такая же характерная как она. Нашли друг друга.

Перевожу взгляд на девушку, она так и осталась лежать на полу прикрыв глаза.

- Ты тоже вставай, я провожу тебя в комнату.

Оленёнок не открывая глаза громко и чётко произнесла:

- Нет.

- Ты решила раз не сдохла на ринге, сдохну от чего-нибудь другого? Вставай!

Я начанинал терять терпение.

Она резко открыла глаза и поднялась на локтях. - А ты заставь меня.

Ради сохранения мира, на то короткое время, что она будет здесь находиться, я решил испытать судьбу и протянуть ей оливковую ветвь мира. Но в этот момент, когда она смотрит на меня своим прожигающим взглядом с полулыбкой на лице. Практически сломал эту ветвь попалам.

Как раздражает.Чувствую как она влияет на меня, кровь становится обжигающей, бурлит под кожей, и разносит яд злости по всему телу. Думаю, пора умерить свой пыл, а заодно и её проучить. Разворачиваюсь и иду в ванную. Включаю холодную воду, для лучшего эффекта, на кухне беру лёд и высыпаю всё в одну кучу. Возвращаюсь к Оленёнку, подхватываю на руки. Когда ладони касаются рёбер, она издаёт болезненный стон.

Вот чёрт.

Мышцы на руках напрягаются, сжимаю челюсть до хруста и смотрю только вперёд. Если бы она не убила их, вернулся и закончил начатое. Единственное различие, не страдал бы хуйней, а достал ствол - выстрел в голову и проблема решена. Бросаю взгляд на Оленёнка, разбитая бровь, губа, лицо начинает отекать. Возможно я сошёл с ума, но даже сейчас, мне кажется она безумно красивой. Эта девушка сочетает в себе, непримеримый характер и волю, которой позавидуют многие мужчины.

Раскрываю дверь ногой, вода льётся отдавая шумом в ушах. Эмилия замерла в руках и тяжело задышала, чувствую как прожигает мое лицо, не отрывая взгляда.

- Ты не сделаешь этого Фрэнк. Её ноздри раздулись, а лицо исказилось гневом.

Перевожу на неё взгляд, какие же глаза, как целый океан, округленный умиротвореным штилем, только вот взгляд не сулит ничего хорошего.

- Ещё как сделаю, Оленёнок.

Подхожу к ванной и прямо с ней опускаюсь в ледяную воду. Ложу её на себя и крепко придерживаю, пока она пытается выбраться. Кричит оскорбления, обещания скорой смерти, бьёт ладошками по плечам, брыкаеться, ногами расплескивая воду. А я просто любуюсь ей. Гнев ей к лицу.

- Ты такая красивая.

Девушка замирает в моих объятиях и смотрит в глаза слегка приподняв брови.

- Что ты сейчас сказал?

Не отрываю от неё глаз, смотрит, а глаза округлились, соблазнительные и такие чертовски горячие губы приоткрылись, взывая к себе, моля о поцелуе. Наверное думает, что я головой ударился, и возможно она будет права.

- Ты красивая Эмилия.

- Ты видимо головой ударился где-то? С каких пор ты считаешь меня красивой ?

Ну вот, говорил же, что она так подумает, хотя мне кажется, что так и есть. Как подругому понять мой интерес ?

- А я разве говорил, что ты не очень?

- Ты говорил мне только о своей долбанной мести! Отправил на бой с Титаном, забрал мой дом и взорвал машину!

Эта информация меня удивила. Поскольку ни машину, ни дом я не забирал. Есть у меня подозрения, кто это может быть. Но не нравится, что во всем этом, замешан я.

- Машину я не взрывал. - Притянул ближе, от одной мысли, что она могла погибнуть от того взрыва, становится не по себе.

- Да я уже знаю, - Эмилия демонстративно закатила глаза, и положила голову мне на плечо и тихо почти шёпотом сказала, - Фрэнк верни мне мой дом.

Я даже не сразу понял о чем она попросила, закрыв глаза вдыхал терпкий запах шоколада. Я точно сойду с ума от него, и стану зависим о этого запаха. Если уже не стал. Делаю последний вдох, шумно выдыхаю аромат и поднимаю голову.

- Какой ещё дом ?

Эмилия ерзает, расплескивая воду за края ванны.

- Мой дом, который ты у меня отнял.

Не припоминаю, чтобы забирал его. Что скрывать, конечно были такие мысли, но получив, очень любопытную информацию, эти мысли быстро выветрелись из моей головы.

- Я не забирал твой дом Оленёнок. Она поднялась, нагнулась к моему лицу, пытаясь узнать правду. Капли ледяной воды, тоненькими струйками стекали по телу, девчонка взглянула на меня из под опущенных ресниц и положила руку на грудь.

- Тогда кто же это сделал, Фрэнк?

Этот взгляд, я уже говорил, что своим взглядом она может поставить на колени любого? Так вот - я в их числе.

- С этим разберусь, даю слово.

***

В кабинете трое, я, Лео и Габриэль. Последний напялил черную экипировку, воткунув стволы по всему телу. Глаза блестят как у бешенного волка. Габриэль, парень не простой, и своеобразный. Светволосый, подстриженный под "ноль", но короткие волоски уже стали вылазить из головы. Татуировки покрывают все тело, только лицо осталось чистым. Каждое его новое убийство отражалось в виде рисунка на теле. Однажды он поделился этой частью своей жизни, искренне веря, что отобранная жизнь имеет право, чтобы о ней кто-то помнил, и неважно насколько плох этот человек. Габриэль не итальянец, но служит верно и законы чтит, а в наше время это редкость. Поэтому он остался в моих рядах, хотя у него есть некоторые проблемы, но плюсы их явно перевешивают.

- Капо, чего мы ждём, солдаты готовы напасть, семья Бонано давно нарывалась. - Габриэль сжал кулаки, вызывая у меня улыбку, нетерпеливый малый. Единственное что ему всегда не хватало это терпения.

- Нам не нужно торопиться и принимать поспешных решений, мне показалось странным, что мужик так легко его выдал. - Лео достал графин и разлил виски по стаканам.

Выпив залпом, ставлю на стол стакан. - Мне тоже так кажется, если бы я хотел кого-то подставить, то сделал тоже самое.

- По моему, Луккезе мутит воду. - Лео налив ещё порцию, откинулся в кресле.

- Эмилия сказала, я забрал её дом.

Глаза младшего босса округлились, а стакан на пару секунд завис в руке.

- Именно, поэтому нам нужно найти кто это сделал. А пока навестим семью Боннано. Лео ты со мною, возьмешь шесть солдат, пусть окружат территорию дома. - Встал с кресла, достал пистолет, вытащил магазин, мысленно пересчитывая патроны.

- Габриэль, если нас не будет больше часа, спускай отряд, сегодня расклад такой, они жертвы а ты с солдатами палачи. Кто будет рыпаться, убить. - Глаза Габриэля зажглись диким пламенем, мне показалось, час он не выдержит.

- Да, капо.

Как то неправдоподобно он ответил. Не верю я ему, эх, не верю. Полюбому вытворит что нибудь.

- Запомни, не раньше часа.

- Я понял. - Габриэль махнул головой. Вижу его предвкушающий вид, глаза заблестели, на лице улыбка и понимаю, ну его на хер, нужно будет выйти раньше. Не хватало мне войны, не с тем семейством.

***

Захожу в дом Викензо, пару солдат при виде меня, теряются, не зная, что им делать. Правильно, не стоит в это лезть. Подкуриваю сигарету и иду в сторону музыки. Дом Бонано, это двухэтажный особняк, безвкусно обустроенный, разными статуэтками и картинами.Разукрашенные красные ковры, застилают почти все пространство, вызывая только рвотный рефлекс. Стряхиваю пепел прям на него, не жалея антиквариат, возможно ковер веницианской эпохи и стоит целое состояние, но мне глубоко плевать. Я здесь не затем, чтобы ценить ублюдское искусство. Все двери в золоте и украшены головами львов.Золото здесь везде, не удивлюсь, если унитаз с раковиной у этого старого уебка, тоже сделаны из чистого золота.

Открываю очередную золотую дверь, и вхожу внутрь. Огромный зал, гиганский угловой диван, на нем толпа раздетых девушек и мужчин. Стоны женщин перекрикивают громкую музыку. Влажные звуки, донососятся с каждого угла. Некоторые девушки стоят перекинутые через диван, пока их трахают по несколько человек, сменяясь конвеером. На нём же сидят солдаты Бонано, один из них направил автомат на девушку. Наблюдая и ублажая себя, пока она старательно вылизывает и сосёт оружие, как настоящий член. Одна из "особей женского пола", стоит шатаясь возле стола, опуская лямку платья одной рукой, а другой масируя вагину. Очередной мужчина подходит, задирает юбку и нагнув её над столом, вгоняет член. Ещё одна стоит на коленях. Женщину поливают виски, кончая на лицо, а она жадно слизывает все до последней капли.

Мужчины вливают алкоголь в себя, не утруждаясь стаканами, им же поливают девушек, смеясь над их жадностью. Девушки запивают какие-то маленькие круглые таблетки, чем найдут на стеклянном столе. А после, закатывают глаза и по новой ложатся под солдат.

И во всем этом мраке, я заметил одно. У всех женщин мутные глаза, покрытые пеленою. Они не понимают, что происходит. Некоторые из них, на столько молодо выглядят, будто им нет, не то, что бы восемнадцати. Судя по внешности, им едва перевалило за шестнадцать. Сжал кулаки, с каждым шагом, усиливался гнев, бурлящий во мне как раскаленная лава. Бред. Я запретил трогать несовершеннолетних. И да поможет им Бог, если они блять, нарушили это правило.

Прохожу мимо толпы, стараясь обходить каждого человека и не к чему не прикасаясь. От одного вида, мне хочется залезть в душ и смыть весь этот смрад. Одна из девушек кинула на меня свой взгляд, облизнулась и пошатываясь направилась ко мне. Лео без лишних слов оттолкнул её. Это хорошо, иначе я бы просто вырубил её. Никто не имеет права прикасаться ко мне.

Подхожу к ванной комнате, толкаю её ногою, дверь распахивается и ударяеться об стену. Ну блять, чего и стоило ожидать. Золотой унитаз, золотая раковина, и прозрачная золотая душевая. В ней очертания двух тел. Подхожу ближе, и от увиденного кровь стынет в жилах. Старый гондон, трахает девочку в душе, затянув горло ремнем. Он натягивает его как поводок, из-за чего девушка выгнулась в неестественной позе, закинув голову к потолку. Её лицо посинело, а глаза навсегда застыли устремившись в потолок. Блять, да она мертва. Сукин сын, трахает мёртвую девочку. Он даже не замечает меня, закрыв глаза наслаждается процессом, тяжело вдыхая через рот, при каждом движении.

Киваю головой Лео.Он без слов понимает меня, закрывает дверь, идёт в сторону Викензо. Достаю глок, сталь и хром легко ложиться в руки, как влитой, ожидая когда совершиться правосудие. Лео отрывает Боннано от процесса, удерживая руки уебка за спиной. Он вытаращил на меня свои мерзкие глазенки, оглядывая с ног до головы.

- Фрэнк, какой приятный сюрприз, что ты здесь делаешь? - С блаженной улыбкой на лице, спросил Викензо.

- Всё зависит от тебя, Боннано, что я здесь делаю.

Он заметно напрягся в руках Лео, глаза забегали в разные стороны.

- Я ничего не делал тебе Фрэнк. И не забывай, ты находишься на моей территории и в моем доме. Лучше меня отпустить, пока не нажил себе проблем. - Его лицо изменилось, выдавая, страх, который он пытался тщательно скрывать.

Я сделал пару шагов и нагнувшись к нему, пытаюсь себя сдержать, но не выдержав, хватаю его за шею, передавливая кислород.

- Молись, поскуда, я покалечу весь тот сброд, которых ты называешь солдами. Я предупреждал, что будет, если ещё хоть один ребёнок попадёт к тебе в руки?

Боннано задражал, пытаясь сказать хоть слово, стал заикаться, повторяя фразы несколько раз, на лице выступил пот, градом стекая на шею.

- Фрэнк, Фрэнк, я, я, я, не знал, понимаешь, не знал. Она, она, она сказала, что взрослая, - его глаза бегали из стороны в сторону, в посках подходящего ответа, - она взрослая, взрослая. - Выдохнул он, пытаясь сам поверить в свою ложь.

- Оглянись долбаёб. - Я указал рукой на бездыханное тело девушки. - Она мертва.

Лицо Викензо побелело, медленно он повернул голову и увидел уже синий труп девочки. На вид ей было лет тринадцать, миловидное личико, каштановые волосы. Совсем юная, маленькие худые ножки, а грудь еще даже не успела округлиться. Разодранное горло, видно как девочка, боролась, пытаясь руками оттянуть ремень пережимающий кислород. Между ног, засохшая кровь, которая каплями стекала по худым бедрам. На нежном девичьем теле синяки, от грубых мужских пальцев.

Гондон! Старый уебок, я не дам тебе спокойно умереть, ты будешь страдать, так же, как и эта девочка, будешь молить о пощаде. Прикрываю глаза, не могу больше на это смотреть, она не заслужила такого, её жизнь только начиналась.

Викензо медленно переводит глаза на меня. Теперь там бушует чистый ужас.

- Прости, прости, прости меня.

Я еле себя сдерживал, мне нужна эта ебаная информация, но теперь это становится не таким важным.

- Зачем ты взорвал машину на моей территории?

Боннано тяжело задышал, действие наркотиков заканчивалось, его пробивали судороги, глаза постоянно закатывались, а голова дергалась.

- Я, я не делал этого, этого, да и зачем, зачем, мне лезть к тебе, тебе. Мне, мне у себя хорошо, хорошо. - Викензо начало трясти мелкой дрожью, он перевёл взгляд на раковину, где был рассыпан белый порошок.

Поймав его взгляд, я подошёл к раковине.

- Ты хочешь нюхнуть, старый ты говнюк?

- Да, да. - Он яростно затряс головою. - Пожалуйста, Фрэнк.

Махнув головою Лео, обнимаю Викензо за плечи и веду к раковине.

- Ну раз хочешь, пойдём.

Как только мы подошли к раковине, перехватываю его за шею и бью головой об стол. Нос хрустит, ломаясь, кровь стекает на порошок, но Викензо не обращает внимания на боль, хватает его лапами и втирает в зубы.

Вот же ебанное животное.

Всё так же держа за шею, бью его ещё сильнее, а потом ещё, и ещё раз, весь мой гнев находится в моей ладони, распаляя и сжигая все вокруг. Вся раковина и стол в крови, Викензо потерял сознание, а я не могу остановиться. Удар. Удар. Удар.

- Остановись, или ты его убьёшь и даруешь слишком лёгкую смерть.

Слова Лео отрезвляют, окатив ледяной водой. Отпускаю жирное тело и оно с громким звуком падает на пол.

Достаю сигарету, подкуриваю делая долгую затяжку.

- Ты прав, мой дорогой друг, ты как всегда прав, он не заслуживает лёгкой смерти.