Глава 5

Я не знаю, как такое произошло. Я не могу перестать убирать телефон уже неделю. Мы переписывались, созванивались несколько раз за день, буквально на пару минут, только бы услышать друг друга. Милое общение с каждым днём становилось всё ближе, но было то, что напоминало о себе слишком настойчиво и слишком терзало меня — его возраст. У нас целых десять лет разница. Я понимала, что это неправильно. Неправильно, что семнадцатилетняя школьница общается со взрослым мужчиной. Однако я не хочу прекращать, ведь он единственный человек, с которым мне стало комфортно впервые в жизни настолько, что я не могу думать ни о чём другом, кроме него.

О: Бетти, если ты не против, я бы хотел встретиться...

С этого сообщения мы стали гораздо ближе. Настолько, что я не заметила, как наше общение затянулось уже на целый месяц. Мы стали вместе ходить гулять, однако я попросила мужчину об одной вещи. Я хотела, чтобы мы гуляли в местах, где было бы не слишком много посторонних людей. Меня всё ещё смущала ситуация, что такие разные по возрасту люди гуляют вместе. Я боялась, что это может вызвать очень много вопросов. Это могло привлечь слишком много внимания. И хотя в нашем общении не было ничего противозаконного, мне всё равно казалось, что есть в этом что-то очень запрещённое.

***

Я сразу понял страх моей маленькой Бетти... она не хотела лишнего внимания, вопросов и проблем. Я тоже этого не хотел, однако я смог бы решить любой вопрос одним своим словом. Я смог бы избавиться от любых проблемных людей и обстоятельств так, чтобы это выглядело максимально естественно. Ради Беатрис я готов сделать всё, что она скажет. Если она скажет мне, что не хочет внимания — я готов. Главное, чтобы ей было хорошо и комфортно рядом со мной.

Впервые я почувствовал странное желание защитить кого-то. Как будто я мог быть опорой, стеной, поддержкой для человека, который гораздо слабее меня. Но мне всегда было чуждо это ощущение. Будто что-то инородное в моей жизни, от чего нужно скорее избавиться. Но я не хочу...

***

Остин и Беатрис гуляли уже не один раз. Девушка уходила из дома под предлогом того, что идёт гулять с подругой из класса, поскольку осознала, что совсем скоро уйдёт из школы навсегда и больше никогда её не увидит. Родители удивлялись этому, ведь девушка всегда была нелюдима и отстранена от таких прогулок, однако с радостью отпускали дочь, лишь бы она погуляла, а не сидела дома.

Мужчина хотел приятно удивлять девушку на прогулках, но была одна большая проблема — он не знал, что может понравится семнадцатилетней девочке. Незаметно узнать у кого-то из окружения было бы очень сложно и странно, поэтому ему приходилось сидеть ночи напролёт и придумывать, как устроить девушке незабываемые впечатления. Лишь бы увидеть её улыбку.

Каждая их встреча была особенной. Остин организовывал всё так, чтобы девушке было весело, но и безопасно. Это было довольно сложно, ведь везде много народу. Однако им удавалось выбрать место и время, чтобы они могли побыть наедине или чтобы людей было совсем мало. Беатрис впервые чувствовала себя такой нужной для кого-то. Она чувствовала заботу от другого человека и ей это было не безразлично. Девушка начала замечать, что с каждой новой прогулкой она раскрывается чуточку больше, рассказывает о себе интересные факты. Но это быстро напрягло девушку, ведь она всегда была осторожна, скрытна, а сейчас дала слабину, изменяет своим принципам, даже если немного. Внутренняя тревога всё ещё не покидала девушку. Живя в условиях полной изоляции от близкого общения с людьми, Беатрис чувствовала опасность в социуме. Как будто ей сделают больно, если узнают все её слабые стороны. И единственный выход — прятаться, отступать. Но это странное чувство... невероятное желание высказаться, поделиться эмоциями, впечатлениями, переживаниями... и всё это она вынуждена прятать внутри себя. Пытаясь контролировать себя в высказываниях, Беатрис переводила вопросы на мужчину, чтобы не выдавать о себе слишком много. Ей хотелось узнать и о мужчине что-то новое, чтобы, так сказать, тоже иметь на него компромат. Но это всегда заканчивалось провалом. Даже на самые "незаметные" вопросы Остин находил отмазку и умело переводил тему разговора.

Остин устраивал для Беатрис замечательные встречи, которые поражали девушку. Но всё же она чувствовала смущение и хотела тоже удивить мужчину в благодарность за его труд. Девушка также хотела сделать что-то приятное для Остина, но не знала, что именно. Как она могла удивить его? Идей совсем не было, как и достойного бюджета. И всё же Беатрис старалась, усердно думала, следила за мужчиной и тем, что ему нравится, чтобы подобрать что-то ему по вкусу. На каждой встрече она подмечала и запоминала, какая еда ему нравится, какие развлечения его привлекают. Но это давалось с трудом. Он очень скрытный человек. Беатрис даже не знает, где он работает. Она стеснялась спрашивать, а сам Остин не поднимает эту тему. Никогда.

"Вдруг мы ещё не так близки, чтобы делиться подобным?"

***

Я заметил странное поведение Беатрис ещё в первые дни её слежки за мной. Она пыталась узнать обо мне больше. Но я не мог раскрыться перед ней полностью. Слабость, безответственность, опасность. Я всё ещё должен быть бдителен, даже рядом с этим ангелом. Слишком много предательств я натерпелся. Я не хочу вновь пострадать... А ещё потому что если она узнает, что я преступник, то это полностью разрушит наши взаимоотношения. Совсем. Я не хочу её терять. Поэтому вынужден скрывать правду, чтобы в конце никому не было больно.

И всё же один раз она смогла отблагодарить меня. Моя маленькая хитрая Бетти подложила мне в машину книгу, о которой я ей рассказывал, и самодельный небольшой торт в милой коробочке. Я ещё долго смотрел на этот подарок, ведь подобное я получаю впервые. Для меня подарки существовали только во время светских встреч с коллегами, и то это были бессмысленные бездушные дорогие подарки. А сейчас мне дарят книгу и самодельный тортик. Это... так нежно. Так необычно. Во мне что-то будто дало трещину, но я стараюсь её сдержать. Пока рано...

***

Вновь рабочая неделя. Офис, совещания, документы — я снова в своей естественной среде обитания. За последний месяц общения с моим ангелом я будто слишком расслабился, потерял бдительность и отвлекся от работы, которая требует дисциплины, собранности, трезвого взгляда. Именно поэтому я пью уже вторую чашку кофе перед встречей с коллегами. Обычно каждая наша встреча была долгой и раздражающей из-за ненужных соплей. С пеной у рта люди, называющие себя профессионалами, пытаются добиться лишней копейки. Бесит.

За окном ливень, гроза, сумасшедший ветер. Город скрыт за всей этой пеленой. Мне нравится этот хаос. Он будто прячет меня от всего мира, и я могу спокойно размышлять, готовиться к новым событиям, пока весь мир скрывается по домам. Будто зверь в засаде, готовящийся к нападению.

Придя в тот же большой кабинет для совещаний, я занял своё место спиной к городу, незаметному в огромном панорамном окне. Сразу же за мной тихо вошёл Саймон. Весь собранный, спокойный.

— Гости уже близко, господин Остин, — произнёс он с лёгкой хрипотцой.

— Приготовь им кофе.

Саймон буквально через две минуты вернулся с подносом, на котором стояло пять кружек крепкого кофе, и поставил на большой круглый стол, после чего молча развернулся и покинул кабинет. Я вновь остался один. Прикрыв глаза, я погрузился в размышления о предстоящем разговоре. Сегодня обсуждается оружие, и это, я чувствую, затянется до позднего вечера. Все хотят урвать себе лакомый кусочек за маленькую цену, но это почти нереально. Во всяком случае, именно этим людям это пока не удавалось. Может сегодня им повезёт и я буду добр и щедр..? Маловероятно. Слышу шаги и вижу, как пятеро мужчин появляются и занимают свои места, после чего мы начинаем разговор.

***

Когда уже это всё закончится? Мы сидим уже пять часов, обсуждая одно и то же по кругу. Не выдержав, я спокойно, но хрипло произношу:

— Уважаемые коллеги, я предлагаю остановиться на моём последнем предложении. Лучше варианта договориться вы уже не сможете найти. Вы меня знаете не один год, знаете, что я вас никогда не обману и не кину. Давайте остановимся на последней упомянутой сумме и оружие ваше.

— И вы поймите, Остин, мы всегда умели договариваться. Понимаем, рынок нестабилен и вы желаете получить больше выгоды, но и мы не согласны на меньшее.

— Я не говорю о меньшем. Я лишь предлагаю вам прислушаться к умному человеку и не лезть в более опасные связи.

Один из мужчин, самый крайний, тихо под нос пробубнил:

— Подлец.

Я сразу посмотрел на этого мужчину опасным и грозным взглядом, будто прожигая его насквозь от услышанной фразы. Но в следующий миг лишь слабо улыбнулся и продолжил уже более грубым голосом:

— Да что вы говорите? Так нагло заявлять мне прямо в лицо, что я деру с вас деньги, хотя сами понимаете, что я ещё очень лоялен к вам. Как грубо, — говоря всё это, я медленно достал пистолет и вдруг — выстрел. Мужчина, сидевший сбоку от остальных, откинулся назад, с тяжёлым грохотом упав со стулом вместе. Тело его немного сотряслось, но затем полностью замерло, взгляд стал пустым, дыхание остановилось.

Мужчины не дрогнули, однако их взгляды резко помрачнели от произошедшего. Один из мужчин, молчавший до этого, поправил галстук и заговорил.

— Вы умеете отвечать на зло злом с гордо поднятой головой. Мы согласны на ваши условия, однако впредь попросим не быть столь резким.

— Вот и договорились.

***

Поздний вечер, красивый вид из окна, тихая музыка на фоне... Я пересчитывал деньги, попивая медленными глотками янтарный виски. На фоне этого тихо и осторожно уборщицы приводили кабинет в порядок после случившегося. Труп мужчины уже был где-то далеко на свалке, но напоследок он всё же успел оставить не совсем приятное напоминание о себе. Кровь осталась на большом и дорогом ковре тёмными пятнами, ещё не до конца засохшими. Однако уборщицы, за чьими плечами был внушительный опыт, умело отмывали всё, доводя вид ковра до идеала. Они уже привыкли к своей работе, поэтому без единой эмоции выполняли её, даже если дело было связано с избавлением от улик, что делало их золотыми работницами. Пересчитав деньги, я отдаю их Саймону, дабы тот скрыл их в тайнике. А я развернулся в кресле к окну, смотря на тонущий в тумане и дожде город. Слабая улыбка проступила на лице. 

"Надо продолжать в том же духе. Нельзя терять хватку."