Партизаны

Леса задыхались в свинцовой испарине,Где каждый овраг - это шрам той войны;Там партизанское злое призвание -Выгрызать мир из зубов тишины;

Враг был силён, но гнилее - предатели,Те, кто за лавры S.S. меняли свой род;Но даже когда в дом ломились каратели,Кто-то за правду в KZ шёл на эшафот;

​Прабабушка в тиши ночной, украдкой,Пекла для леса тёплый, ржаной хлеб;И рисковала жизнью, без оглядки,ттСреди слежки, предательства и бед;

Но выследили. Ворвались в дом внезапно;Били берёзой - жестоко, больно, наповал... Две недели встать не могла - тело было неподвластно,Каждый вздох с жуткой болью её сковал;

Но не сломалась. Вынесла. Стерпела;Ради того, чтоб хлеб дошёл в леса;В избитом теле воля костью затвердела,Мучительной смерти назло закрывая глаза;

​А прадеда в солдаты не призвали -Сказали: «Инвалид, не годен ты»;Но разве те, кто в штабе заседали,Знали, на что способны и они?

Он стал опорой в партизанском крае,Но в тот мороз попал в смертельный плен;Их гнали голыми, по насту притирая,На верную погибель средь бетонных стен;

​Суровая зима. Смертельный, вязкий хлад;Стояли в ряд: брат, отец и он;Вдруг у подонков разум сдал назад?И в этой тишине заклинило патрон;

Schutzmann опустил ружьё, сорвав сценарий,И приговор исполнить не решил;«Идите». Случай? Или в личный бестиарийОн каплю жизни всё же допустил;

​Я не жила тогда. Не видела, не знаюТой горечи и той свинцовой тьмы;Но по рассказам близких воскрешаюВсё то, через что с честью прошли они;

Победа - это не плакат красивый,А стойкость тех, кто не предал своих;И этот хлеб, и этот снег застывший -Всё это в нас. В живых и молодых.

2026 год

Никитенко Александра Васильевна