Внутренний голос

С Настей со вчерашнего дня мы не разговаривали. За завтраком я механически гоняла ложкой хлопья по тарелке. Аппетита не было. В голове снова и снова крутились её слова.«Ты ему не пара».

А вдруг она права? Может, всё это какой-то глупый розыгрыш? Может, мы с девчонками просто напридумывали драконов, принцесс и любовь с первого взгляда? Может, они просто решили подшутить надо мной?Так, стоп. Дима обнимал меня вчера и выглядел вполне серьёзно, когда говорил, что я ему нравлюсь.

- Вась, ты сегодня какая-то подозрительно тихая. С тобой всё в порядке? – Нэт легонько толкнула меня локтём.

- Да, да, всё норм... - я положила очередную ложку с хлопьями и молоком в рот.

Но внутри снова завёлся противный голос.«Как ему вообще может нравиться такая страхолюдина и тупица? Малолетка. Ещё и целоваться не умеет...»

Я застыла.Точно. Целоваться. Я же не умею целоваться! Это конец. А что, если я ему реально нравлюсь? Тогда это проблема. Если вдруг он действительно захочет меня поцеловать, это будет величайший позор XXI века.Конечно, дома я тренировалась по роликам из интернета. На помидорах. Потом на персиках. Но это было так странно и несуразно. Опыт общения с фруктами никак не приближал меня к успешному общению с людьми.

Глупая. Влюбилась в парня и даже не умеет целоваться. Да какой тебе встречаться с кем-то? Тебе в саду сидеть на горшке. Ничего у тебя с ним не выйдет.

Вернувшись в корпус, мы встретили Сашу.

- Пойдёшь ночью с Димой гулять? Мы с Нэт уже договорились, – бросил он.

- Кто договорился? - возмутилась Наташа. - Я ни с кем ни о чем не договаривалась.

- Да ладно тебе, малая. Я всё устрою.

- Саша!

- Ты что, с дуба рухнул? – наехала я на парня. - Я, конечно, буду рада, если Лена обнаружит одну беглянку ночью, и Злюку заберут в психушку. Но если нас будет двое, то её инфаркт хватит. Не хочу брать грех на душу.

- После отбоя. В двадцать два тридцать. Ждите, - он подмигнул и ушел. Желание убить этого парня росло с каждой минутой.

К вечеру паника в голове из-за предстоящих событий уже бушевала смерчем и нарастала с каждой минутой. И даже в тот момент, когда меня позвали на сцену, чтобы вручить грамоту за первое место среди других выступающих на конкурсе песни, вихрь тревоги не умолкал. Я стояла на сцене и отчетливо видела счастливое лицо Димы. Он вскочил со стула раньше всех и хлопал так, будто победил сам. Улыбался до ушей, а я стояла камнем и снова была как будто не здесь. Я спустилась со сцены, подошла к своему месту. Ребята из отряда поздравляли меня, кто-то хлопал по спине, кто-то улыбался до ушей. А я смотрела со стороны на то, что происходит. Как будто это не со мной. И как будто это не я. Села на своё место и постаралась исчезнуть. Если меня не будет, то и чувств не будет.

На часах 21:30.

Я сидела на краю кровати. Локти упирались в колени. Пальцы судорожно сжимали покрывало. Меня одолевало смятение, вперемешку с нерешительностью и безумием. Два параллельных решения разрывали на части. Быть хорошей девочкой? Или хоть раз сделать то, что хочется?

- Что думаешь? – Нэт уселась ко мне на краешек кровати.

- Не знаю, – я уставилась в стену, надеясь увидеть там знак «идти» или «не идти». Хоть что-то, какую-то подсказку. Но стена безразлично и холодно переливалась голубой краской.

- Я поддержу любое твоё решение, - Нэт прижала меня к себе.

- О чем это вы? – интересовалась Лина.

- Парни позвали нас погулять ночью, - буднично сообщила Нэт.

- В смысле? С ума сошли? И они и вы! – Лина подпрыгнула как ошпаренная.

- Немножко, - честно призналась Наташа.

- Вас же убьют!

- Если никто не узнает – никто нас не убьет!

- Я бы не была на вашем месте так уверенна. Особенно это касается тебя, Василиса... - процедила холодом Настя, молчавшая всё это время.

- Тебе не жить, подруга! – ярость клокотала в груди, я собиралась встать, но Наташина рука усадила меня обратно.

- Девочки. Да сколько уже можно? Какая муха вас укусила? – Наташа тоже была на взводе.

- В смысле «вас»? – разозлилась я, - она первая начала.

- Ей богу. Хватит! Настя, смирись и живи дальше. Не стоит из-за парней портить отношения с подругами. Ведь парни, как поезда. Ушел один – придёт другой. А ты, Вась, учись конструктивно справляться со своими эмоциями. Не знаешь, куда деть свою злость – поори в подушку, порви бумагу или побей стенку. Люди не сливная яма для твоих эмоций. И ответственность за твои чувства только на тебе.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Встала с кровати и отбивая марш пятками по полу прошагала в ванную. Взяла полотенце и скрутила его так, что ладони стали болеть от напряжения. Крик прорывался наружу, но рассудок не покидал сознание. Рот открылся в диком оскале, связки напряглись, но не сомкнулись, извлекая беззвучный душераздирающий вопль.

Щетка с пастой коснулись дёсен и зубов. Вода охладила лицо и текала маленькими каплями по щекам. Пижама скользнула на плечи и обхватила тело. Стало легче. Но в сердце всё-ещё что-то щемило.

22:05- Спокойной ночи, девочки, - заглянула к нам Маша.

К её приходу Наташа уже лежала в тёплом спортивном костюме и скрывалась в просторах «пододеяла». Настя, как всегда, отключилась первой - ей, кажется, было бы всё равно, если бы началась война или наступил конец света. Лина тихонько сопела, смешно посвистывая носом. А вот мне не спалось. Я лежала, глядя в потолок, и пыталась убедить себя, что всё это — глупый розыгрыш. Ну не придёт же Дима ночью. Саша наверняка просто решил поиздеваться.

Клац. Я вздрогнула. Наверное, это цикада ударилась о стекло. Закрыла глаза.Клац...На этот раз звук был отчётливее.Я потянулась за телефоном.

22:32

И снова. Клац. Клац.Нет. Цикады так настойчиво не стучат. Я протерла глаза и бесшумно спустила ноги с кровати. Пол приятно холодил ступни. На цыпочках прокралась к балкону, медленно повернула ручку... Дверь протяжно скрипнула. Я застыла. Девчонки спали. Только Лина смешно чмокнула губами и перевернулась на другой бок.

- Вася... – донёсся едва слышный шёпот снизу.Я выглянула.

Дима. Внизу, под балконом. И рядом, за кустами, мелькнула знакомая шевелюра в шляпе. Саша. Я едва не рассмеялась от собственной глупости. Ну конечно. Он ведь предупреждал. Я встретилась с ним взглядом.

- Быстрее, - прошептал Дима и скрылся в кустах через дорогу.

Я метнулась к шкафу. На ощупь в кромешной темноте схватила первые попавшиеся лосины, какой-то топик и кофту на молнии с капюшоном.Подбежала к Наташе.

- Нэт...Ноль реакции.

- Нэт... - продолжила я настойчивее, уже тормоша её за плечи, - не смей оставлять меня одну!

- А? Что? – она открыла один глаз. Потом второй.Я молча показала ей экран телефона - 22:35.

- Я что... уснула?! Вот чёрт...Она одним движением вскочила с кровати.

Мы осторожно вышли на балкон. И тут же оба парня начали яростно махать руками из кустов. Я инстинктивно потащила подругу за руку обратно в комнату.

- Ты чего? – запротестовала та.

- Тихо...

Через несколько секунд всё стало понятно. По дорожке прямо под нашими окнами неспешно проходил охранник. Фонарик лениво водил лучом по кустам.

Мы замерли. Шаги постепенно удалялись. Минуту спустя из-за кустов осторожно появилась ладонь Саши с поднятым вверх большим пальцем.Можно.

Парни уже ждали под балконом. Они подставили могучие плечи и крепкие руки, чтобы помочь нам спуститься.

— Давай первая, — шепнул Саша Наташе и она уверенно перебралась через перила. Словно делала это каждый день.

— Не бойся, - Дима протянул руки.Я осторожно перелезла через перила...и буквально свалилась ему в объятия. Он тихо рассмеялся.

— Поймал.И только сейчас я заметила, что топик, был в спешке одет наизнанку.

«Отлично, Василиса. Просто великолепно. Можно было ещё штаны задом наперёд надеть.»К счастью, кофта на молнии скрыла мой маленький конфуз.

Мы быстро нырнули в тень кустов.Лагерь, который днём казался шумным муравейником, теперь будто вымер. Лишь где-то вдали лениво стрекотали цикады, да из открытых окон корпусов доносилось редкое покашливание или скрип кровати.

Мы перебежали дорожку. Пригнулись. Замерли за кустами. Где-то совсем рядом хлопнула дверь корпуса. Все четверо одновременно присели. Из-за угла вышла вожатая. Мы переглянулись. Она сонно зевнула, огляделась по сторонам и... пошла совсем в другую сторону.

Я только сейчас поняла, что всё это время вообще не дышала.

— Живая? — едва слышно спросил Дима.

— Да.

— Тогда побежали.

Адреналин разливался по венам, кровь пульсировала в ладони, которую крепко сжимал Дима. Сердце стучало в припадочном пульсе.

- Встретимся через пару часов здесь же, - шепнул Дима Саше.

От неожиданного поворота событий я схватила подругу за руку. Она была моей последней надеждой. Островком безопасности. Как же я без неё?

- Всё будет хорошо, - улыбнулась она и разжала свою руку. Они с Сашей скрылись за углом очередного корпуса.

- Зачем и куда ты меня ведёшь? – мой голос выдавал беспокойство на грани с истерикой.

- Не переживай. Я тебя не обижу, - он посмотрел на меня. Его большие черные глаза, блестели от света фонаря. Взгляд излучал тепло. А потом в нем проблеснули нотки шаловливости.

- Тебе понравится.

И он потянул меня за руку в сторону моря. Возле самого забора Дима остановился. Он огляделся. Потом осторожно отодвинул один из листов профнастила. Оказывается, между ними оставалась щель, достаточная, чтобы пролез человек.

— После вас, сударыня.

Подойдя к нему вплотную, он отодвинул кусок железа, чтобы я могла пройти. Я сделала шаг вперед и протиснулась через преграду. Он последовал за мной.

- Нам сюда, - показал он направо и мы пошли вдоль берега вперед мимо лежаков и тентов.

Море мягко шептало прибоем. Барашки превращались в волны и рассыпались у берега на молекулы. Песок попадал в кроссовки. Он был холодный и сырой. Совсем не как днём.Знакомые пляжи уже скрывались далеко позади за нашими спинами. Впереди виднелась ровная поверхность. Подойдя ближе, я увидела деревянную веранду. На полу были разбросаны большие мягкие пуфы.

Дима опустился на один из пуфов.

— Иди сюда.

Я осторожно села рядом.Он обнял меня за плечи. Я положила голову ему на его грудь и расслабилась. Ночь мерцала над головой. Волнорезы гулко и шумно разбивали морское безумство, завивая белые куряшки в волосах стихийного зверя.

- Здесь нас никто не увидит и не услышит! Можно просто быть, - ворковал дракон сладко мне на ухо.

Он обхватил меня двумя руками и крепко прижал к себе. Сердце рвалось наружу. Наверное, впервые за всю смену вокруг стало настолько тихо.

Я вдруг поймала себя на странной мысли. Последние несколько дней я всё время куда-то бежала. На море. На обед. На репетицию. На дискотеку.А сейчас... Можно было просто сидеть. И ничего не делать. Ничего не ждать. Никуда не спешить. Давно мне не было так хорошо, безопасно и уютно. Словно мне снова 5 лет. Я бегу босиком по мягко-зелёной и солнечно-тёплой земле бугра, подставляя пятки жадному солнцу. Охочусь за ящерками у реки. Ловлю их за хвост, а потом отпускаю на свободу. Хохочу и безумствую. Сажусь на мостик у искрящейся речки и бултыхаю ногами. И тогда хрустальные капельки тихонько покалывают ноги своими ласковыми прикосновениями... а в ушах звенит оркестр из болтливого леса, жужжащих пчел и перешёптывающихся трав...

Ведь здесь, в его объятиях – можно всё. Рядом с ним, я снова оживаю. Пустота отходит в небытие и я снова могу дышать.

Над морем висела огромная луна, подсвечивая серебристую дорожку на воде. Казалось, если очень захотеть, можно разбежаться и добежать по ней до самого горизонта.

Я не заметила, как начала выводить пальцем круги на его ладони.

— Щекотно, — улыбнулся он.Я тут же убрала руку.

— Прости.

— Не извиняйся.Он осторожно поймал мои пальцы и переплёл их со своими.

- Вообще-то, - сказал он спустя несколько минут, - я хотел тебя поздравить.

- С чем?

- С победой. На вручении грамот я радовался за тебя, как маленький ребенок.

- Спасибо, - я смущенно опустила взгляд.

- Может, споёшь для меня? 

- Ну, нет.

- Пожалуйста, - взмолился он.

- Петь точно не буду. Но могу почитать стихи.

- Ты и стихи пишешь? – приподнялся он на локтях и удивленно посмотрел на меня.Я пожала плечами.

— Не знаю... Иногда кажется, что их пишет кто-то другой. А я просто успеваю записывать.Он устроился поудобнее.

— Я весь внимание, - он закусил губу, и направил на меня свой внимательный взгляд, пробирающий до глубины души.

- Ну тогда слушай экспрмт...

Дав волю своей фантазии, я снова очутилась на зеленой траве, среди посадок берез и ягод земляники...

Вприпрыжку бежала, неслась куда-то...Кричала мальчишкам: "За мной, ребята!",С моста к реке, туда, где прохлада...Смеялась и корчилась глуповато.

Букашек ловила, под нос напевала,На небо коровок за хлебушком слала.Вдыхала свежесть полей и ветров,Бродила по лесу и морю цветов.

Пылала от счастья, сияла от смеха,Вокруг неустанно ей вторило эхо - Высотные горы и зелень холмов.Жила и резвилась, не зная часов.

Когда я закончила, наступила тишина. Дима долго смотрел куда-то вперёд.

Потом тихо произнёс:- Жаль...

- Что?

- Что я не встретил тебя раньше.

У меня внутри будто что-то дрогнуло.Он повернулся ко мне. И впервые за весь вечер выглядел не уверенным старшаком, которого боялась половина лагеря. А самым обычным пятнадцатилетним мальчишкой, который тоже волнуется.

- Ты мне очень нравишься, - услышала я звук его голоса словно из под воды.

Мир остановился.Волны продолжали шуметь. Цикады стрекотали. Но всё это вдруг оказалось где-то бесконечно далеко.Слова стояли у меня в горле. Я столько раз представляла этот момент. Столько раз мысленно отвечала ему.А сейчас... Не могла произнести вообще ничего.

Он слегка улыбнулся.Но в улыбке мелькнула тревога.

— Кажется... зря сказал.

— Нет! - слишком громко. Мы оба вздрогнули. Я даже прикрыла рот ладонью.

Потом уже совсем тихо повторила:— Нет...

Он внимательно смотрел на меня. Ждал.Прошла, наверное, целая вечность. Хотя на самом деле — всего несколько секунд.Я глубоко вдохнула.

— Ты... мне тоже нравишься.

Он ничего не ответил. Просто улыбнулся. Так тепло. Так искренне. Что этой улыбки оказалось достаточно.

- Ты уверена, что я тебе нравлюсь по-настоящему? А то мне Маша говорила, что ты так со всеми... – дыхание остановилось. Всё внутри сжалось, а потом взорвалось от напряжения, негодования и гнева.

- Конечно по-настоящему! А Маша чушь несёт!Каждая частичка меня снова наполнилась лютой ненавистью к Маше. Не зная меня, сказать такое Диме, самому дорогому для меня человеку на свете...

Он прервал мои мысли:- Ладно. Не будем об этом. Расскажи лучше о себе.

И я рассказала о себе всё, что сама знала. О музыкальной школе, о подругах, о путешествиях, о семье, о деревне, о сомнениях и планах... А потом мы болтали обо всем на свете. Я поглощала каждое его слово, пытаясь сделать так, чтобы этот голос стал наскальной живописью на моём сердце. Я чувствовала себя глиной в руках гончара. Ведомая его действиями, его движениями, словами, его голосом, я улавливала каждую интонацию, каждое изменение тембра в попытке быть ближе, чувствовать его и предугадать следующий шаг. Даже молчать рядом с ним было так тепло. Так хорошо.

Но, не смотря на жар от душевной близости, телу с каждой минутой становилось все холоднее. И тогда он позаботился обо мне и каким-то чудесным образом добыл пледы. Их шерсть мягко коснулась озябшей кожи. По телу прошла дрожь и кровь плавно потекла по венам расплавленным и вязким сургучом.

Звезды озарили небо вкраплениями света. Затем одна, потом другая и третья с некоторой разницей во времени прокатились по небосводу. Я находилась в абсолютно пьянящем чувстве восторга от происходящего. Все это завораживало и будило во мне самые трепетные чувства.

Луна кроваво-красного цвета взошла из-за моря. Её свечение магически притягивало. Красная дорожка на зеркальной глади моря манила своим волшебством и таинственностью. Он взял моё лицо в свои руки и устремил взгляд в самые глубины души. И чем больше мы смотрели друг на друга, тем больше мир казался нереальным. Словно всё вокруг не имеет смысла, кроме этого взгляда. Кроме нас. И пространства между нами.

Смотря в него, перед глазами словно проносилось миллион событий, людей, картинок и чувств. Этот взгляд проникал под кожу, бередил нутро и вызывал ураган чувств лучше самого страстного поцелуя. Словно мы слились в едином жизненном танце. Наши судьбы переплелись, красные нити запутались и теперь неразрывно связаны.

— Василиса...

— М-м?

— Можно?

Я поняла вопрос без слов и кивнула. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его услышат на другом берегу моря. Большой палец едва коснулся моей щеки. По коже будто пробежал электрический ток. Посмотрел в глаза. Медленно начал наклоняться ближе. У меня внутри всё замерло. Я закрыла глаза.

Но в ту же секунду где-то совсем рядом вспыхнул луч фонаря.

— Эй! Там кто-нибудь есть?

Мы одновременно отскочили друг от друга.

— Бежим! — шёпотом скомандовал Дима.Он взял меня за руку и мы побежали, сверкая пятками и хохоча по мокрому песку вдоль берега обратно в лагерь.

Ночной лагерь оказался совсем другим. Днём он жил криками, свистками, музыкой, беготнёй и бесконечными отрядными делами. Теперь же вокруг слышались только цикады, стрекот кузнечиков и тихий шёпот сосен.

Встретившись в назначенном месте с Нэт и Сашей, мы зашагали по дорожкам муравейника в тишине, боясь нарушить магию этой звёздной ночи, пропитанной разговорами, искренним внутренним душевным светом и зачатками любви.

До корпуса оставалось совсем немного. И все вдруг одновременно замедлили шаг. Никому из нас не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался.

Дима довел меня до комнаты, обнял и пожелал спокойной ночи.

Долго ещё потом я не могла заснуть, чувствовала жар его тела и прикосновения рук на своей коже, словно слепок чувств. Как только я закрывала глаза, перед глазами стоял его образ. Пролежав так ещё минут 40 в мыслях и фантазиях, я заснула. А на утро вспоминала сны, в которых мы были вместе каждую минуту, каждую секунду, неразрывно и навсегда.