С ног на голову

- Мам, а когда придет крестная?

- Соскучилась, дочка? Скоро будет. Она обещала к вечеру.

- Я ей приготовила сюрприз, смотри! – Ребекка достала из-за спины рисунок.

- Это ты, крёстная и ваши подруги из лагеря, - Ребекка протянула рисунок и взглянула на Василису.

- Мне очень нравится. Ты хорошо постаралась, крокодильчик. От твоего рисунка веет теплом. Уверена, твоя крёстная будет в восторге.

Через пол часа раздался звонок. И спустя пару секунд две родные души обнялись так крепко, будто не виделись сто лет.

- Как я рада тебя видеть, подруга, - прошептала Василиса.

- И я тебя, Вась. Ну а где же моя крестница?

Дверь в детскую распахнулась – и Ребекка метнулась к Наташе, повиснув у неё на шее, как обезьянка.

- Я соскучилась, - прижалась она к её щеке.

- И я тоже, малышка.

- У меня есть подарок, - она метнулась в комнату и вернулась с рисунком, - это вы с мамой, Лина и Настя из лагеря.

- Как здорово получилось! Очень похоже! – улыбнулась Нэт, - А готова ли ты узнать поближе ещё одного героя этой запутанной и интересной истории?

- Конечно, конечно! Давай раздевайся скорее и побежали на диван. Мы уже с мамой заварили какао с маршмеллоу, как ты любишь, - Наташа посмотрела куда-то вдаль и улыбнулась, словно вспомнила что-то тёплое.

Мы разместились в гостиной. Я удивлялась, как всё это время подруге удавалось хранить молчание. Находиться в предвкушении раскрытия тайны было волнительно. Она начала свой рассказ...

*** В тот вечер мы с девчонками болтали в коридоре, пока не появился Саша.

– Пойдём, у меня для тебя сюрприз, – сказал он.Я не любила сюрпризы, но почему-то встала и пошла. Мы спустились по ступенькам корпуса. Даже не спросила, разрешили ли ему вожатые. Мне было всё равно. Он шёл уверенно, а я доверилась – сама не зная, почему. Хотя мы не были еще толком знакомы.

Аллеи, спортивные площадки и белые корпуса сменились шелестом деревьев, пением сверчков, цикад и надвигающимся сумраком. Где-то в кустах треснула ветка. Я вздрогнула. Я вздрогнула – и вдруг почувствовала себя не той боевой девчонкой, которой привыкла быть. Он взял меня за руку. Я и не сопротивлялась. С ним рядом я могла позволить себе быть слабой. Не нужно было доказывать кому-то свою силу. Останавливать коней на скаку и заходить в горящие избы. Тащить на себе груз ответственности за других людей. Стойко выдерживать перипетии своей судьбы или быть опорой для других. Я словно стала легче на 10 киллограмм. А может и вовсе превратилась в пушинку. С ним рядом можно просто быть. Такой, какая я есть. Сбросить панцирь, защищающий от жестокости и боли окружающего мира. И просто быть собой. Нагой в своих чувствах и ощущениях. Быть ближе к своей истинной сути.

Прошло минут десять, а может пятнадцать. А он просто вел меня куда-то.

- Мы пришли, - Саша остановился.

В сумраке деревьев вспыхнула искра. Он поднес танцующий оранжевый свет к шалашику из веток и бревен. Хвоя, которой было посыпано это место, зажглась, и костер стал разгораться, освещая лес вокруг. Рядом с костром лежало живописное бревно. Он достал из рюкзака плед и постелил его на поверхность. Подал мне руку и пригласил к костру.

- Ты меня удивил.

- Я рад.

- Я вообще не люблю сюрпризы, но почему-то мне захотелось посмотреть, что ты придумал.Он вытащил из рюкзака пачку маршмеллоу.

- Просто ты в меня влюбилась, - сказал он, протягивая шпажку со сладостью.

Щёки вспыхнули то ли от жара костра, то ли от его слов. Треск огня проникал теплом прямо к сердцу по самой короткой дороге. Быстро и верно. Беспрепятственно и бесстрашно.

- Держи, - он вручил мне кружку. Извлек из бескрайних глубин рюкзака термос и налил мне горячее какао.

- Признавайся, у тебя там спрятана скатерть-самобранка? Хватит уже на сегодня сюрпризов. Выкладывать всё, что есть.

- Какая ты нетерпеливая, - посмеялся он и достал клубнику.

- Где ты это всё добыл?

- Я не волшебник, я только учусь, - слышать такие слова от большого мускулистого парня было дико смешно. Его бархатный голос согревал лучше костра.

Белые сладкие облачка таяли на глазах со скоростью света. Согревающий напиток дарил дофаминовое расслабление.

Он посмотрел в мои глаза и произнес задумчиво:- Знаешь, я ведь в тебя тоже влюбился.

- Знаю, - ответила я. Его взгляд словно растворял стены крепости, которые усердно возводились мной всю жизнь. Пушки, стрелы и пулеметы растворялись в струйках парящего какао. Армия покинула поле битвы, потому что противник просто не пришел. Воевать было не с кем. Битва закончилась, даже не начавшись.

- Можно тебя обнять? – спросил он.

- Мне бы очень этого хотелось, - мы поставили кружки у костра. Он подвинулся ближе, убрал мои волосы за ухо, обхватил моё маленькое и хрупкое тело и устремился руками к сердцу, сквозь кожу, кости, мышцы и вены. Касания вибрацией проникали насквозь и устремлялись волнами в конечности. Проходя насквозь, текли ручьями во все стороны света. Словно внутри меня разгоралось солнце. Преодолевая границы тела, материи и тверди, оно освещало меня и мир вокруг на много световых лет вперед. Достигало других звезд, галактик и вселенных.

Сливаясь с миром в одно целое, я прижалась щекой к его щеке и прошептала:- Ты тоже это чувствуешь?

Его сердце стучало у меня в груди. Синхронно отбивая ритм спокойствия. Его каштановые волосы касались моих ушей, а руки мягко и крепко прижимали тело, стремясь навстречу бескрайнему чувству.

- Да, - прозвучал бархат среди треска костра.

Возвращаясь обратно в корпус, мы шли медленно и цедили каждую секунду наедине друг с другом.

- А знаешь, я вначале думала, что ты самовлюбленный и эгоистичный качок, которого заботят только мышцы на теле, - призналась я.

- Прости... я вел себя как дурак. Я просто никогда раньше...- он замялся. - Никогда раньше не влюблялся... и я чувствовал себя так некомфортно от этого нового чувства. Как будто я больше не могу контролировать себя... и эти фразочки, они как-то сами вырывались. Короче, я паниковал. Прости.

- Да ладно тебе, это пустяк в сравнении с моими выкидонами, - я покраснела. Он уткнулся в пол и ответил: «значит заслужил».

- Как твой живот?

- Да вообще не особо больно было. Неожиданно, но не больно. Кубики спасли, - он поднял рубашку, ухмыльнулся и похлопал рукой свой торс, я залипла.

- Можно попробовать?

- Ну валяй, - он встал и приготовился к пробивному.

Я сжала руку в кулак, встала напротив и легонько двинула по его торсу. Рука отскочила от твердых мышц, как от пружины.

- Ну же, сильнее!

Я уже занесла руку для удара...

- Эй! вы! – мы остановились. Из-за поворота медленно к нам приближался охранник. Луч фонаря лениво скользил по дорожке.

- Чёрт... - едва слышно выдохнула я.

Саша даже не вздрогнул. Только крепче сжал мою руку.

- Слушай внимательно, - почти беззвучно сказал он. — Сейчас начинаешь хромать. На левую ногу. Не улыбайся. Вообще молчи. Всё поняла?

Я только кивнула. В горле образовалась пустыня, ладошки покрылись маленькими и холодными капельками, коленки подкашивались. Я вытащила из кармана телефон и глаза чуть не выскочили из орбит. На часах устрашающе светилось 22:15. Восемь пропущенных от Василисы. Три от Насти.

«Мы трупы...»

Саша заметил мой взгляд, незаметно приобнял меня за талию, словно помогал идти.Мы приблизились к мужчине в форме.

- Молодые люди, вы видели время? Отбой уже пятнадцать минут назад был, - каждое его слово звучало, как удар молота по наковальне.

Я уже приготовилась прощаться с жизнью. Но Саша спокойно улыбнулся.

- Добрый вечер. Я вожатый третьего отряда. Веду ребенка в медпункт. Девочка подвернула ногу, - нагло соврал Саша. Я едва не прыснула.«Ребёнка?!»

Пришлось срочно опустить голову, чтобы не выдать себя.

— Сильно подвернула? — спросил охранник уже мягче.

Саша посмотрел на меня.— Терпимо ведь?

Я изобразила максимально страдальческое лицо и трагически кивнула.

Кажется, за такую игру мне можно было вручать театральную премию.

— Может, помощь нужна?

— Спасибо, не стоит. Тут уже совсем рядом.

— Может быть вам нужна помощь?

— Спасибо, не стоит. Тут уже совсем рядом. Тем более болит вроде не сильно. Правда ведь? – и он уставился на меня, ожидая ответа. Я постаралась сделать серьёзное лицо, насколько это было возможно, и кивнула.

— Ну ладно.

Поправляйся, дорогуша, — буркнул охранник.

— Спасибо. До свидания, — ответил за нас Саша.Только завернув за угол ближайшего корпуса, мы разразились на всю улицу диким хохотом. В тишине ночи это было так неожиданно громко, что испугавшись разоблачения, мы пустились во всю прыть, всё ещё смеясь.

Возле корпуса Саша остановился.

— Ну что... план "официальный вход" отменяется.

Я подняла голову. До моего балкона было метра два.

— Залезай.

— Даже не думай.

— Тогда иди через дверь. Там тебя уже, наверное, встречают Лена, Маша, прокуратура и комитет по делам несовершеннолетних.

Я тяжело вздохнула. Против его аргументов у меня ничего не было.

- Ладно.

Он сцепил ладони замком. Я наступила... И тут же съехала обратно.

— Так не получится.

— Спасибо, капитан Очевидность.

— Держись за голову.

Я последовала совету. Он поднял меня как пушинку.

Сердце билось со скоростью света, но движения были уверенными и смелыми. Я упёрлась рукой в стену, перебралась на выступ балкона и перелезла через перила. Получилось.

- А ты?

- Смотри и учись.

Он подпрыгнул, схватился за край балкона, подтянулся так легко, будто всю жизнь тренировался именно для побегов из лагерей. Дверь его балкона сразу же открылась.

- Ты подумала над моим вопросом? – спросил Саша.

- Да.

- «Да» подумала или «да» - это ответ на вопрос? - засомневался он в неожиданно привалившем счастье.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

- Второе.

- Я рад, - улыбка до ушей озарила его лицо. - Спасибо... - Он сказал это совсем тихо. - Спасибо, что сегодня была со мной.

- И тебе... спасибо.

Он ещё несколько секунд смотрел на меня.Потом исчез за балконной дверью.

Я тихонько постучала в дверь балкона пятой комнаты. Через секунду дверь открылась.

- Ты где была, Нэт? Что так долго? Нам пришлось выдумывать, почему ты до сих пор не в кровати. Сказали вожатым, что ты застряла в душе. Слышишь, там журчит вода? Они уже дважды заходили в комнату и возмущались, почему ты так долго. Иди хоть голову намочи, чтобы было правдоподобно.

Я пулей метнулась в душ. Через минуту вернулась с мокрыми волосами.

— Теперь правдоподобно, — удовлетворённо кивнула Вася.

Стоило мне лечь, как три головы одновременно повернулись в мою сторону.

— Ну? Что было?

— Вы целовались?

— Почему так долго?

Я только натянула одеяло до подбородка и ответила: «Спите».

— Ну Нэт!

— Расскажи!

Я улыбнулась в темноте.

Нет. Пока я не могла рассказать им. Потому что сама не понимала, что произошло. Не понимала, почему я вдруг стала совершенно другой, куда делась та бойкая и дерзкая девчонка, которой фиолетово на все в этом мире, кроме дорогих и любимых подруг. Мир как будто рушился, но на его месте со скоростью света выстраивался новый. И я не успевала за этим процессом. Поэтому молчала. И не могла рассказать подругам о событиях того вечера.

Лишь много лет спустя я смогла честно признаться самой себе: Саша оказался прав. В тот вечер я действительно в него влюбилась.