Глава 9. Летаргия

Агата сунула крис в тесный карман джинсов и повернулась к двери. Спросила устало:- И что вам еще от меня надо?За дверью как будто ожидали ее вопроса – Осипенко влетела в лабораторию, сопровождаемая своими лаборантами и еще какими-то людьми в строгих костюмах.- Агата, нам срочно нужна твоя помощь! Рада, что вы наконец-то бросили играться с Ловцом в детские игры...- О чем вы с ним договаривались? – перебила Агата. – Чего добивались?Осипенко отмахнулась.- Это неважно, важно, что он нарушил договоренность и в результате будет наказан. А теперь – ты должна нам помочь!Агата сонно удивилась сочетанию слов: помочь – должна? Посмотрела на мужчин у двери: ее не выпустят отсюда, пока они им не «поможет». А если попробовать пробиться, вызвав состояние огня, которому ее обучал Келдыш? Швырнуть файербол в дверь – заодно и повышенную защиту лаборатории проверить?Огонь не приходил. Только дрожь то ли от холода, то ли от недостатка сна, туман в голове; плывущая пелена перед глазами искажает очертания предметов... И сердце – маленькое, скукожившееся. Пропускающее удары.Агата, двигаясь медленно, точно древняя старушка, забралась с ногами в кресло, обхватила колени; съежилась, глядя на мир сквозь пряди нависших на лицо волос. Мужчины переглянулись с заметным сомнением: не казалась она им подходящей для выполнения ответственной миссии.Зато Осипенко, как обычно, не колебалась. Деловито сообщила Агате:- Сейчас в Кобуци над районом научного центра образовался своего рода защитный купол, куда не могут попасть ни пограничники, ни чистильщики, ни дезактиваторы!- Какое горе, - безучастно пробормотала та. – А раньше ведь так просто было – пошел выгулять щеночка, заодно и НИЦЭМ посетил...Осипенко слегка озадачилась, но отнесла эти слова на счет Агатиной усталости.- Начальник СКМ знает о достигнутых нами результатах, и он согласился, что опыты необходимо продолжать. Ты должна сейчас же отправиться в Кобуци, все хорошенько осмотреть и запомнить, а при пробуждении рассказать нам до самых мельчайших деталей.- А девушка может доставить в НИЦЭМ парочку приборов?- Мы несколько раз пытались пронести различные предметы либо туда, либо оттуда. Неудачно. Но все равно попытка не пытка.Агата ответила ДМН ничего не выражающим взглядом. Еще какая пытка! Молча встала и поплелась к кушетке.- Какая-то она у вас... слабенькая, - заметил с сомнением один из эСКаэМовцев. – Вы уверены, что девчушка справится?- Справится-справится! - нетерпеливо отозвалась Осипенко. Но, кажется, лишь после его замечания обратила внимание на вид своей «подопытной». – Да, Агата, ты сегодня что-нибудь ела? Если нет, из буфета принесут горячее.- Не хочу, - сказала Агата. Легла на знакомую кушетку, свернулась клубком, засунув руки между колен. Ей предлагали то, чего она хочет больше всего на свете – спать. Это самое важное в жизни. Она ведь им ничего не обещала – попадет она там в Кобуци или не попадет? Хоть выспится как следует. Правда, опять может присниться Пустыня... Но в последний раз же ей ничего не снилось?Да, потому что рядом был Келдыш...Кто такой Келдыш? Не знает она никаких Келдышей. Его не существует. Призрак - как и все вокруг.- Вы знаете, - честно предупредила она, последним усилием разжимая веки, - а я ведь могу и не... проснуться...- Что? Это тебя опять твой сумасшедший куратор пугал? Ерунда! Помни, мы все на тебя надеемся и очень ждем твоего возвращения. Ты обязательно должна доставить нам сведения о происходящем в Кобуци! Чем быстрее заснешь, тем быстрее проснешься. Агата, засыпай спокойно!«Спи спокойно, дорогой товарищ!»- Спокойной... ночи... всем.И Агата закрыла глаза.* * *

- А ее напарника по сновидениям вы тоже не можете разбудить?Дегтяр смотрел на Агату. Она ощущала его касания, хотя Борис даже не шевелился: прохлада обвевающего лицо сквозняка, холодок у затылка, льдинки у висков. Очень странно было чувствовать это и одновременно наблюдать все со стороны.- Вы имеете в виду реципиента?- Реципиент? Не Плетельщик снов?- Видите ли, мы с самого начала уже пробовали Плетельщика, чтобы вызвать необходимую реакцию, но...Борис кивнул:- Но дело не пошло. Знакомо. Так что там с реципиентом?- Ничего. Мы его к этому сеансу не подключали.Пауза.- Не подключали? Почему?- Требовалось срочное погружение, просто не до того было – отыскивать, вызванивать, ждать, пока он доберется до института! Это ведь не летаргия? Подопытная... ее состояние в норме, все физические показатели соответствуют фазе быстрого сна. Мы уже начали вводить искусственное питание, поэтому, собственно, кроме затяжного сна объекту ничего не грозит.Консультант-вампир медленно повернул голову и посмотрел на Осипенко. Смотрел он очень долго и очень внимательно. Даже непрошибаемую ДМН на этот раз проняло; она слегка попятилась, спросила нервно:- Что такое?! Вы уже сталкивались с подобными случаями?- Будем работать, - сказал Борис таким странным, тягучим низким голосом, какого Агата у него никогда не слышала – кажется, даже температура в лаборатории резко понизилась.- А как?..- Уходите.- Но...- Пока я здесь, с девочкой ничего непоправимого не произойдет. Не мешайте мне. Вы уже и без того, - Борис коротко указал на кушетку, - сделали все, что могли.Интересно, уловила ли Осипенко подтекст слов "сделали все, что могли"? ДМН нервно кивнула; сунув руки в карманы натянувшегося халата, вышла.Дегтяр опустился в пластиковое кресло у кушетки. Долго смотрел на лицо Агаты. То ли произнес, а то ли просто подумал:- Почему ты его не пускаешь?Не было нужды спрашивать – кого. Да она и не смогла бы спросить. Как и ответить.Дегтяр скрестил на груди руки – это был его последним движением. Мужчина застыл в кресле. Лицо его менялось, все меньше и меньше напоминая человеческое...Вскоре в Лаборатории сна в сон погрузились уже двое.В один и тот же сон с одним дыханием на двоих.* * *

Видимо, она в Кобуци уже не первый день, иначе с чего бы в институте так всполошились? Но возвращаться в явь решительно не хотелось – что там делать? Опять отвечать на бесчисленные вопросы Осипенко? Опять засыпать по команде?Нет, не будет она просыпаться – во всяком случае пока.В Кобуци гораздо интереснее. И главное - здесь нет ни одного человека. Даже странные и страшные местные обитатели до сих пор никак еще себя не проявили. Наверное, ушли отсюда, спасаясь от новой напасти....Потому что сейчас в котловане НИЦЭМа варилась странная, никогда не готовая и никому не предназначенная каша – водоворот, который когда-то видела птица-Агата, заполнял его теперь целиком. Эта Кобуцевская... магия (если это магия), имела странный... вкус. Странный цвет. Вернее, цвета у нее не было вообще. Никакого. Ни традиционного зловеще-черного, ни даже равнодушно-серого.Это она растекалась по Кобуци, обволакивала корни трав и деревьев, ползла по оврагам, углубляя и продлевая их, проникала под холмы и скалы, растворяя их основания. Она не то чтобы разъедала или разрушала – опустошала, поглощая, превращала все на своем пути в саму себя же. Скоро здесь будет целое море текучей, равнодушной и бесконечной... субстанции.Волшебники доигрались.Агата вспомнила Пустыню: а может, и тот мир когда-то существовал или существует, но поглощен такой же странной силой, вызванной неосторожными экспериментами?Тут же, словно вызванные ее воспоминаниями, надвинулись хорошо знакомые зеленые волны-барханы, нависли, грозя обрушиться, засыпать...Агата встрепенулась, вытряхивая уже посыпавшийся за шиворот песок - Пустыня, вспугнутая этим движением, отступила, растворилась в холмах и равнинах Кобуци, но Агата не сомневалась, что в любой подходящий для Пустыни момент та проявится снова.Но кто и почему решил, что она должна умереть в Пустыне? Мало ли кто что говорит... они, эти говорящие, и без того слишком много ей врут.От чего ей туда бежать?От кошмаров.От накапливающейся усталости.От бессилия что-то изменить.От недавнего предательства.Этого ведь слишком мало, чтобы захотеть умереть?