глава 1

Перед прочтением я хочу поблагодарить свою давнюю подругу Дашу. Которая была первым человеком прочитавшим эту книгу в сыром виде, она очень ждала продолжения и я очень благодарна ей за ее слова. Каждый раз садясь за написание книги я вспоминала ее любовь к персонажам и это меня вдохновляло.

***

Илона слыла самым обычным подростком, считалась как сотни других. Одновременно стеснительная, самая яркая, самая тихая и веселая. В каждой компании и с разными людьми она была разной, она искала себя, какая же она на самом деле, ведь хоть и считала себя самой обычной, все равно знала, у нее есть свой шарм, свои мелочи, которые делают ее особенной хотя бы для нее самой. Но людям ей было открыться сложно, так было всегда, показать настоящую себя и быть уязвимой, это страшно, иногда она и сама не знала какая на самом же деле. Но Илона определенно была счастлива, она верила и знала, что страхи о будущем и о жизни не столь важны. 

Илоне, в частности, важна была дружба и любовь, она всегда верила в нее, и она получила это, вернее она верила в то, что и правда получила то, чего хотела. 

Тем не менее Илона перестала быть собой, она перестала верить, она перестала слышать голос прежней себя, которая умела надеяться, питать веру, доверять без сомнений, и жить надеждами на лучшее. Нежный, звонкий голос пропал, он разбился и осколки так и остались внутри Илоны. 

А жизнь с белыми линиями и мелкими черными полосами в один момент покосилась. Черные полосы стали жирными линиями, затмили белые, стали громкими как гром. Это не происходило постепенно, это случилось в один момент.

Но об этом, никто не знал.

Глава 1

Выживать это не то, чего я хочу. Я хочу прожить счастливую жизнь

—Война...?— ее губа дрогнула

Стекла дрожали, под окном орали автомобильное сигнализации. Казалось, началось землетрясение. На улице во всю в небо подымалось облако дыма, что-то горело.

Мать бегала перед глазами, судорожно собирая вещи в огромную, мятую сумку. Мысли сплетались в голове подростка, о чем нужно думать в такой момент? о семье, о своих друзья или о своей жизни? Что ей делать? К удивлению, не было слез на глазах, плакать не хотелось, она только потерянно сидела на диване смотря в одну точку.

—Илона! —раздался мамин голос как гром, девушка метнула взгляд со шкафа на мать. Впервые Илона видела такой жуткий страх в маминых глазах, ее руки дрожали, а глаза покраснели от слез. Но Илона молчала, ей не хватало смелости что-то сказать. —солнышко мое, — нежные руки коснулись рук дочери, присев на корточки женщина сомкнула губы в нить, но секунду спустя продолжила, —пожалуйста, быстро собери все самое нужное в свой рюкзак, паспорт, документы, теплую одежду. —Она замолчала, сделав судорожный вздох вновь продолжила. —Нам нужно уезжать, скоро приедет Андрей, он поможет нам добраться до Киева к родственникам.

Слеза скатилась по щеке Илоны, когда она почувствовала губы на своей макушке. Мать ушла в свою комнату, оставляя дочь одну с комком ужаса, собирать вещи.

***

Илона сидела в машине пока в окне пробегало тысячу картинок улиц, родных улиц, которые она знает с самого рождения. Чувство страха медленно сплеталось внутри нее, поднималось от груди к горлу создавая нервный комок. Она начала плакать, с того момента как машина тронулась, когда она увидела горящие дома, танки вдалеке и обломки. Рядом с ней сидела мама, и отец с другом семьи спереди, которые тщетно пытались скрыть свой страх, не показывать перед подростком свои чувства, но даже взрослым это давалось сложно. Сердце Илоны разрывалось на куски, а горло саднило от всхлипов. В груди давило, от боли и только пришедшего осознания происходящего. Ее резко окутало желание вернутся домой, в ее голове не укладывалось то, как она может просто бросить всю свою жизнь здесь, трусливо уехать и убежать.

Все замерли, когда свист беспилотника заложил уши. Затаив дыхание все в машине заметили горящие движение в сером небе. Секунда и оно упало на один из домов. Это было далеко, но достаточно близко для Илоны. Она знала этот район лучше всех, район, где живет ее лучшая подруга.

—Это дом Аси!—заверещала Илона ее начало трясти от ужаса. Вся ноющая боль поднялась на новый уровень. Лишь одна мысль. Только бы не её квартира, хотя бы не ее комната, пожалуйста. Она просила, она молила неизвестно какие силы.

Аккуратно Илону заключили в объятья и оттянули от окна.

—Мама...мама... там Ася мама! Пожалуйста вернется и заберем её! Мама ну пожалуйста! —брыкаясь она кричала чтобы Андрей остановил машину, но ее будто не слышали, они не могли остановить машину, мужчина молча продолжал ехать. Всех в машине трясло и колотило. —С ней все будет хорошо... малыш...все будет хорошо...

Успокаивающий голос мамы убивал девушку, заставлял ее сердце сжиматься до боли и в то же время успокаивал, её родной голос и слова создавали мимолетную иллюзию того, что все и правда будет хорошо, давал надежду. Известно ложную надежду.

Сентябрь 2022 года

Прошло пол года с момента начала войны. Но считать дни не под силу Илоне, единственное чего хочет ее душа это уехать домой.

Часть Харькова находится под оккупацией, поэтому после первой тщетной попытки разговора с родителями о возвращении в родной город, она больше не пытается вывести их на этот разговор. В самом начале Илона еще пыталась бороться за возвращение, но родители оставались непреклонны, не желая даже представлять какая там опасность. Силы и попытки Илоны были исчерпаны, поэтому она просто закрылась в своей комнате, целыми днями находясь только в ней и чувствуя, как каждый день ее душат чувства ненависти и отчаяния.

Ее семье не удалось остаться в Киеве, родственники уехали, и никто не собирался ждать семью Илоны.

Семье Авдеенко не у кого было остаться, возвращаться опасно, аэропорт Киева был захвачен поэтому было решено добраться до Польши своим путем. Илона не лезла в разговоры родителей, молча слушала и впитывала как губка, анализируя у себя в голове их диалоги, но ничего не говоря. Пути семьи Илоны с другом семьи Андреем разошлись в городе Львов, отца Илоны могли пропустить заграницу из-за инвалидности третьей группы, которую он получил отработав двадцать лет на лакокрасочном заводе, в цехе, где вечный запах растворителя ел глаза и легкие. Со временем кашель стал постоянным, а приступ удушья регулярный. Врачи поставили диагноз бронхиальная астма средней степени. В это же время абсолютно здорового и не имеющего причины для выезда Андрея, не выпустили бы из страны.

Семья Авдеенко пробыла в Польше несколько дней и в первую неделю марта было решено уезжать в Швецию, которая активно принимала беженцев к себе. Необыкновенная страна, с потрясающими видами и природой, но здесь сложно было почувствовать себя как дома. Илона чувствовала себя маленьким ребенком, который потерял родителей, ребенок, который плачет, раздирая горло, ребенок которого не замечают другие, люди лишь делают вид будто им жалко ребенка.

Но в чувствах, которые испытывает Илона виной была не только война, все началось не двадцать четвертого февраля, ее жизнь потеряла смысл намного раньше.

—Илона! —вдруг со шведским акцентом прокричали ее имя.

Откинув край одеяла в сторону, Илона слезла с кровати. Это был Оскар, стоя на пороге комнаты он окинул подростка взглядом. Оскар и его жена Фрида шведы и уже преклонного возраста, их внуки и дети не живут с ними, у них уже давно свои собственные семьи. Потому, когда началась война в Украине, дети посоветовали Фриде и Оскару приютить к себе беженцев. Семья Илоны оказалась безмерно благодарна им за это. С момента начала войны в Украине многие страны начали принимать к себе беженцев из Украины, многие граждане принимают их к себе домой на не определенный срок, давая возможность дождаться конца войны и вернутся домой в мирное время. Но Илона в отличии от своих родителей терпеть не может считать себя беженкой, у нее есть дом, и она твердо решила, что вернется туда.

—мы уже подали обед и у нас есть новость для тебя. — стоя в нескольких метрах от подростка, седой мужчина заговорил на английском. Знания английского Илоны позволяют ей говорить и общаться, поэтому общение со шведами, с которыми они живут, для нее не совсем трудное, но и не легкое испытание. Хоть девушка и старается учить шведский, но ей дается это сложно, в ее голове совершенно другие мысли и кажется, там нет места для другого языка. Оскар ушел и девушка, быстро схватив телефон, спустилась за ним.

—Илона садись рядом с мамой, я уже наложила тебе лазанью и еще здесь на столе есть салаты, ты можешь попробовать их и наложить в тарелку, если тебе понравится. — сказала Фрида, которая весь день стараясь на кухне, старалась быть гостеприимной, с трепетом она вкладывала душу в каждое свое действие.

Попытавшись, естественно улыбнутся Фриде, подросток опустилась на место рядом с матерью.

—Ты знаешь, что за новость они хотят мне сказать? — Илона наклонилась к маме, которая отвлеклась от разговора с женщиной, обращая внимание на приход дочери.

Кратко улыбнувшись, в ответ мать многозначительно взглянула на пожилую пару.

—Ты уже почти 3 месяца не ходишь в школу. Мы с твоими родителями, считаем, что тебе необходимо общение, особенно в шведском окружении. Мы видим как тебе плохо, ты не выходишь из своей комнаты целыми днями, сидишь в телефоне и не выходишь на улицу. Мы понимаем и хотим лишь помочь.—сказал Оскар, опустив взгляд, ему было неловко говорить о состоянии гостьи.

Все за столом ожидали дальнейших слов Оскара, он выждал паузу в сомнении делится своим решением. Хотя Илона уже начала догадываться, ей давно начало казаться что она надоела им своим унылым присутствием.

—И так... мы с Фридой и твоими родителями приняли решение, отправить тебя в шведскую школу. Там будут шведы и, возможно, иностранцы, которые смогут помочь тебе быстрее адаптироваться. Так ты быстрее сможешь выучить шведский, найдешь друзей и тебе станет намного легче.

Натянув улыбку, Илона поблагодарила шведов, пытаясь быть как можно вежливее. Но за натянутой улыбкой, в которую поверили присутствующие, скрывались гнетущее желание уехать. Она не верила в свою адаптацию здесь, ей здесь не место, и она тут чужая.