7 часть

14 глава.

Я стояла у моря, прохладные волны омывали берег, приятно дотрагиваясь до моих босых ног. Солнце медленно заходило за закат, освещая все вокруг оранжевыми оттенками. Мои волосы выглядели особенно привлекательно, словно светились в противовес закатному свету.Мои мысли будто улетели сразу за чайками. Я просто не могла себе позволить думать о плохом в таком состоянии и в таком прекрасном месте. Как вдруг со спины меня обняли, обхватив меня своими большими уютными руками и уткнувшись грубой бородой мне в волосы, приятно дыша мне в шею.И в один миг — темнота. Я открыла глаза, и поняла, что уснула на кресле пока читала, в полусидячем положении. Вернулась в темную реальность, так скажем.На часах было всего пять утра. Решив что нужно пробежаться до того, как собираться на работу, я переоделась и вышла на улицу. Погода была серая, тучи сгущались и нагоняли дождь.После того, как Вито меня подвез, в машине я немного отрезвела и вела себя вполне культурно. Потом мне долго не спалось, потому что узнав правду о Кирилле, я думала что он будет делать дальше.В клубе среди толпы, я познакомилась с парнем по имени Глеб, возможно, мы встречались где-то на светских мероприятиях, так как его родители тоже какие-то там богатые люди, которых все знают. Они переехали к нам совсем недавно, но уже знатно обустроились. Влад попросил отойти с ним на разговор, видимо, знал, что мне можно доверять, видя мои отношения с Кириллом. У нас реально хорошие дружеские отношения. Он сказал, что у них с Кириллом отношения уже месяц. Я почему почувствовала себя одновременно и удивленно, и ощутила облегчение, ведь Кирилл вечно признавался мне в чувствах, и мне уже было неловко отказывать в свидании с ним... Когда я пошла позвать Кирилла, без слов потянула его за руку за собой. По его лицу можно было понять, что я его зову за чем-то другим, он был крайне удивлен. Когда они наконец воссоединились, я увидела счастье в глазах их обоих.— Я оставлю вас наедине... — кивнула я им, с пониманием в глазах. Я правда рада за Кирилла.Последнее что я увидела, как они бросились в объятия, перед тем как я закрыла кабинет и оставила их.Я уверена, что, если об этом узнаю их родители, они не то, что будут против, они будут в ярости. Но а мне остается только поддерживать Кирилла и их отношения, как подруга.На пробежке я забежала в круглосуточный, набрать продуктов человеку, к которому я постоянно хожу, и не только чтобы навестить. Он один стоит всех дедушек в мире. С ним я все та же маленькая веселая девчонка, которая всегда улыбчивая и счастливая. — Деда, привет! — окликнула я громко, когда зашла в дом, зная, что он уже давно не спит.Дом старый, почти уже разваленный, но этот дом — это все, что у него есть. Он очень уютный, потому что он старается ухаживать за ним, после ранней смерти его любимой жены. Вера Александровна ушла из жизни ещё до того, как мы познакомились с дедом. Я бродила по улицам после того, как в тысячный раз сбежала из дома из-за ссор с папой по поводу Гриши. И увидела старика, лежавшего на траве с бутылкой в руке, очевидно в стельку пьяный. Я помогла ему дойти до дома, который был неподалеку. И так началась наша близкая связь с дедом. Мы подружились. Я рассказывала о себе, а он о себе, после того, как я вытягивала из него информацию о его жизни. Я стала ему единственной внучкой, а он мне дедушкой. У них с женой не было детей. Она очень болела, но дед так полюбил её, что не мог без неё жить. И вот когда она умерла, он начал сильно пить.Он бывший опер. Позже стал начальником уголовного розыска в другом городе. Он грамотно и четко организовывал работу следствия. Михаил Николаевич Друцкий был известными в свое время, раскрывший очень много дел, посвятил этому делу тридцать лет, но когда сильно влюбился, без раздумий переехал к нам в городок из-за девушки.Он мне рассказывал все интересные дела, которые он раскрывал, и тогда я понимала, что эта работа была его отдушиной, как для меня танцы. Но для него семейный очаг был дороже и ценнее всего. Свою Верочку он больше всего любил, она стала для него всем.С тех пор я начала все чаще и чаще приходить к деду. Пытаюсь отвлечь его от алкоголя и всегда поддерживать. Иногда даже с Тати приходим и болтаем ни о чем. Можно сказать, мы спасли друг друга в тяжелый момент. И делаем это до сих пор. — Да что же ты так кричишь-то? — забубнил себе под нос, заходя в дом с двумя полными ведрами воды.Я тихо посмеялась.— Сколько можно тягать эти ведра? — наклонив голову, спросила я.Он молча поставил ведра на место, а потом подошел и обнял, как всегда обнимал. С теплом и заботой.Я приготовила ему еду, после того, как я выслушала, что он сам может позаботится о себе, что ему шестой десяток и он в силах все делать сам. Когда я пришла домой, вся вымотана, папа уже встал и пил кофе, читая газету за столом как всегда. — Я думал, ты будешь спать, после веселой ночи... — сказал папа, не поворачиваясь.— Мне не спалось, — пожала я плечами. — Будешь завтракать? Я приготовила завтрак и пошла собираться. Кажется, день будет плохим. Я держалась все это время. После смерти мамы, я не проронила ни слезинки. Решила быть сильной и забыться в делах, но я опять стала чаще курить, чаще ходить в клубы и напиваться. В этом состоянии я не замечаю никого, кроме себя. Мне плевать на все. Но пока я совсем не слетела, я решила перестать думать об этом и попробовать забыть про вредные привычки. Ведь мне нужно сосредоточиться на другом.

15 глава.Вито.

Сегодня в полночь у нас с Демидом встреча с очередным человеком Змея. Мы потихоньку близимся к нему, уничтожая его людей. Я повернулся к окнам, когда услышал рев машины и музыку на всю громкость, стояв на ресепшене и подписывая бумаги. Я увидел красную «Ауди». Дюймовочка. Она зашла внутрь, вежливо здороваясь с охранниками. Я прикрыл глаза и сделал вдох, а потом выдох, она выглядела как всегда необыкновенно. Обтягивающий черный комбинезон, который облегал её идеальное тело, поверх него натянуты вязаные гольфы молочного цвета и на плечах лежала толстовка такого же цвета, и подходящие под образ кроссовки. Белоснежные волосы уложены в пучок, но передние пряди, выбившиеся волнами легли на её виски. Ни капли макияжа на лице не делало её хуже, а только лучше.Она выглядела лучше любой модели, лучше тех, с кем я развлекался. Дюймовочка прошла мимо меня, не заметив. Или не хотела замечать. Но мы все-таки столкнулись в лифте.— Доброе утро, — радостно поприветствовала она меня, когда я вошел за ней в лифт.— Как самочувствие?— Вполне хорошо, что удивительно, — задумалась Дюймовочка. — Мне не спалось, я даже вышла на пробежку...— Утренняя пробежка помогает разгрузить голову, — сказал я зачем-то.— В большинстве случаев — да, но не в моем. Не дав мне ничего сказать, она быстро выскользнула из лифта и пошла к своему кабинету. Что она имела ввиду под словами «но не в моем»? Мне никогда не понять женщин.Я вышел следом только в противоположную сторону. Два часа я разговаривал с человеком в Италии, узнавая о всех делах. Закрыв ноутбук, последовал стук в дверь.— Входите. В проеме появились Демид и Тим. — Они приедут ровно в пол первого ночи туда где договаривались, — заговорил Тим. — Главное, чтобы все не провалилось или не было ловушек... — задумался Демид. — Им выгодно сотрудничать с нами, так что не думаю, что они сглупят, — сказал я. — О сделке знаем только мы вчетвером. Я, вы и Фабио. Мы прибудем на место гораздо раньше них, чтобы быть начеку. Они кивнули.— Нужно Аду отправить домой, чтобы она ничего не заподозрила, — сказал Демид. Сейчас. Не знаю зачем, но я пошел за ними... Или чтобы увидеть ее, или просто потому что закончил работать.Когда мы подошли к ее кабинету, послышался ее голос. Она пела?.. Мы вошли и остановились в проходе, и она вправду пела. Дюймовочка лежала на диване вверх ногами и головой вниз. Кроссовки она сняла и поставила их рядом с диваном. На груди у нее лежал телефон, а в ушах были наушники, подключенные к нему. — И я позвоню — нетрезвая от радости. И выпадет снег — из вредности, из жалости, — напевала она с закрытыми глазами и улыбкой на лице. — И если ты жив — пожалуйста, пожалуйста! Я так люблю тебя, мальчик. Хочу тебе счастья. Демид подошел к ней и вытащил один наушник, из него послышалась очень громкая музыка. Неудивительно, что она не услышала нас. Дюймовочка сразу открыла глаза и вытащила другой наушник, вставая, ничуть не смутившись. — Что ты делаешь? — спросил у нее Демид. — Это ты так работаешь? — Вообще-то работу я свою выполнила еще час назад, — ответила она, начав обуваться. — У меня такие обязанности, что даже ребенок справится... — Ты сама захотела работать тут.— Да, но я думала что ты мне будешь давать задания, например, похитить человека, ездить с тобой на сделки, или... — Так. Хватит, — перебил ее Демид.Дюймовочка не смогла сдержать улыбку. Она хотела сказать «или убивать». Тим коротко рассмеялся.— Как будто ты здесь занимаешься легальным бизнесом, — закатила она глаза. — Почему все мафиози скрывают, что они мафиози? — Ада. Она сильно рассмеялась от серьезного тона Демида. — Ты настолько заговорила меня, что я даже забыл зачем пришел...— Нужно пропить курс таблеток, чтобы память нормализовалась, а то ты в последнее время забывчивый.— А ты сегодня в ударе, смотрю, — сказал Тим, а зачем послышался его хохот.— Я пришел, чтобы сказать, что ты свободна на сегодня.— Почему? — спросила она, натягивая кофту на себя. Демид замялся, прокашлявшись, в воздухе повисла тишина.— Ты же сама сказала, что закончила работу. Так что можешь быть свободна.— Ну хорошо, — пожала плечами она и начала собирать вещи в сумку. Дюймовочка обняла отца, забрав ноутбук и прочие принадлежности, а затем поцеловала в щеку Тима.— Пока, мальчики, — помахала она всем нам, глядя мне в глаза и вышла.

*** Мы собрали наших людей и выехали на назначенную точку. Это был пустынное место, окруженное лесом. — Они тут, — сказал Фабио, выходя из машины. Напротив нас стоял один из партнеров Змея и его люди.— Я думал бы более пунктуальны, — надменно сказал он. Какая разница, если ты все равно умрешь... Никто ему не ответил вслух и мы подошли к ним.— Ближе к делу, — твердо сказал я.— Вы хотите, чтобы я сдал Змея за то, чтобы ты позволил мне перевозить товар через твою, Демид, территорию?— Но мы же знаем, что ты этого не сделаешь, — сказал Демид.И в этот момент наши люди начали стрелять в его людей, оставляя только его живым. Но он успел достать свой пистолет и выстрелил мне в плечо, прежде чем его захватили. Боль пронзила меня, но я даже не пошевельнулся, привыкший.— Черт, — зашипел наш подопечный, поняв что он влип.— Брат, — крикнул Фабио, подбежав ко мне. — Ты ранен.— Я в курсе, Фабио.— Я позвоню нашему врачу, — сказал Тим и отошел к машине.— Ты как? Потерпишь до дома? — спросил Демид. Я кивнул и Фабио подхватил меня под руку и повел к машине.— Наш врач уехал из города, черт возьми, — сказал Тим, — но я придупедил Аду, она готова. Дюймовочка? Она достанет пулю? Я уже не понимал, что происходит.— Я бы не хотел ее втягивать в это, — пробубнил Демид. — Но у нас нет выбора.Мы доехали до дома Яровых, меня взяли под руки и засели в дом, я чувствовал упадок сил из-за потери крови. — В комнату, давайте, аккуратнее, — заговорила Дюймовочка, провожая нас в комнату на первом этаже. Меня посадили на кровать, на тумбе все было подготовлено: вата, марля, спирт, скальпель, ножницы и висела капельница, и другие хирургические инструменты,— Вы выходите все.— Но? — начал Фабио. — Не беспокойся, все будет хорошо, — уверила она его. — Не люблю, когда люди крутятся под руками. Они ее послушались и вышли, она закрыла за ними дверь и подошла к тумбе, одевая перчатки. Я начал растегивать рубашку, но поднимать и двигать руками было пронзительно больно. Дюймовочка заметив это, присела на корточки между моих ног, начала растегивать мою рубашку. Я тихо зашипел от боли, когда начала стягивать ее с меня.— Потерпи, — прошептала она. — Скоро боль уйдет. Боль никогда не уйдет из меня. Я и есть сама боль.Она замерла, смотря на мои многочисленные шрамы и татуировки.— А ты меня все больше удивляешь...— Да? И чем же?— Даже пулю из человека достать сможешь. С тобой даже на войну идти не страшно, — сказал я правду. — Где ты научилась?— Проходила курсы первой помощи, и не только, — ответила она, рассматривая рану. — Не боишься, что я могу убить тебя сейчас? — А ты сможешь? — взглянул ей в глаза. В их читалось, что запросто сможет это сделать, но зачем? — Это мне не выгодно... Ты пока ничего мне не сделал.— Пока, — отозвался я и хмыкнул.— Сейчас будет больнее, но я вколю обезбол, потом будет легче, — объясняет мне она. — Я постараюсь быстро достать пулю.Я кивнул. Она достала пулю, зашила рану и поставила мне капельницу. — Ну все отдыхай, завтра опять побежишь как новенький убивать людей и торговать оружием, как обычно... — с издевкой в голосе произнесла она.Я издал короткий смешок.И она все же не вспомнила меня. Как бы не была близко. Или же делает вид, что не помнит? А у меня не вылетает из головы та сцена на маскараде.Через мгновение веки стали тяжелее и я погружался в сон. Не знаю сколько времени прошло, но на улице было еще темно, когда я услышал шепот. Дюймовочка сидела в кресле у окна с книгой на ногах. — Как он? — это был Фабио.— Пуля не была глубоко и не задела ничего важного. Пусть отдыхает, завтра думаю будет все хорошо... — Я должен был уже смириться, что в любой момент я могу потерять его, — начал тихо Фабио. — Но я даже думать не хочу об этом. — Я понимаю тебя, — прошептала Дюймовочка. — У меня большая семья, много близких, за каждого я каждую минуту переживаю из-за этого дерьма, в котором мы варимся. Так что я, действительно, понимаю тебя.В ее голосе читалась искренные переживания. Все-таки она потеряла маму, они были очень близко насколько я узнал. — Не думал, что ты окажешься такой, — сказал брат.— Ты думал, что я буду избалованной, надменной папиной доченькой. Она попала в точку, Когда мы только обговаривали партнерство с «Адом», наводя справки про главу этой организации, выяснилось, что у него есть одна дочь. Сразу в голове появился образ избалованной девушки, но это оказалось совсем не так.Настала минута молчания.— Жаль, но это так... — прочистил горло Фабио. — О, даже не забивай голову, я привыкла к этому.— Как Тата? — внезапно задал вопрос брат. Я был настороженно тем, что он заинтересован в этой девушке, но у Фабио не было серьезных отношений и ему они не к чему. В нашем мире нельзя создавать семью, это ответственность и боязнь за жизнь любимого человека. И он понимает это и не хочет потерять того, кого по-настоящему любит.— Вся в работе. Тати сейчас работает над одним большим проектом фонда, — ответила Дюймовочка. — Но ей не помешало бы, чтобы кто-нибудь вытащил ее красивый зад прогуляться.Они оба тихо засмеялись, чтобы не разбудить меня. Но я притворился спящим.— Тогда завтра приглашу ее куда-нибудь...— Так и сделай. А теперь, иди поспи. Я тебе приготовила комнату.Когда они начали выходить, Фабио начал говорить, что он поедет к себе.Спустя время я опять провалился в сон.