Глава 46

     Даже самая мудрая женщина легко может превратиться в дуру, если потеряет голову от неподходящего мужчины. Нет, я никогда не считала себя чересчур умной, но и глупышкой не назвала бы. Я с достоинством пережила развод, хотя до последнего надеялась сохранить брак. Что же случилось сейчас? Когда в мою жизнь ворвался Андрей?     Я сидела на диванчике в кабинете босса исмотрела, как мелкими клочьями разлетается бумага, обещавшая мне свободу от этого человека. Андрей с таким упоением разрывал мое заявление, что, казалось, получал физическое удовольствие. Я ненавидела его всей душой, но при этом продолжала любить. И как так можно?Испытывать чувства к этому чудовищу, после всего, что он сделал? Я дура! Последняя дура. Воротит от самой себя! Но что бы ни испытывала я к Андрею, больше в его игры играть не стану. Все равно уйду от него, чего бы мне это ни стоило!   — Иди к себе. Принцесса с Лизой. За работу примешься завтра, — бросил Андрей.   — Нет! — я вскочила с места и, сложив руки под грудью, с ненавистью посмотрела на босса, — я не останусь в этом доме! Ты порвал заявление — напишу новое! Все равно уйду отсюда!   — Никуда ты не уйдешь. Угомонись уже, - устало сказал Андрей, потирая переносицу.   — Не имеешь права удерживать!   — Тут я распоряжаюсь! — вдруг заорал он, — если сказал, что останешься - значит, так и будет!   — Да кто ты такой?   — Я твой начальник! И буду им, пока сам так хочу!   — Но не мой собственник! Я не рабыня!     Андрей схватил со стола массивное пресспапье и со всей силы швырнул в стену так, что там образовалась вмятина. Я в ужасе осела на пол, зажмурившись и прикрыв голову руками. Андрей в два шага оказался рядом и рывком поднял меня с пола.   — Тебе же лучше, если сейчас уйдешь к себе. Слишком велик соблазн свернуть тебе шею, - угрожающе прошипел он, а у меня от страха по щекам покатились слезы.   — Отпусти меня. Я хочу уйти. От тебя уйти, — принялась упрашивать я, понимая, что криками ничего не добьюсь.   — К нему пойдешь?! — прорычал он.   — А если и так?! Какое тебе дело?! — страх уступил место злости.   — Шлюха! — выплюнул мне в лицо и отшвырнул меня на диван.   — Ты не имеешь права... Я... я тебя ненавижу!     Я словно помахала красной тряпкой перед быком. Мой мучитель угрожающе приблизился и, схватив меня под локоть, потащил из кабинета. В тот момент я действительно думала, что он убьет меня. Изо всех сил я пыталась вырваться, но тщетно. Андрей до боли заломил мне руки за спину и повел наверх. На мои вопли выбежали Салим и Василиса, но босс велел им убираться.   — Андрей, успокойся, пусти Камилочку, - вступилась за меня кухарка.   — Василиса, не лезь! Сказал, иди на кухню, не то не посмотрю, что крутишь шашни с отцом, и вышвырну тебя!   — Андрей! - женщина схватилась за сердце, и Салим, подхватив ее под руку, повел на кухню.   — Мерзавец неблагодарный! — не сдержалась я, — ладно со мной свинья, но она этого не заслужила!   — Заткнись! — огрызнулся он и потащил меня по коридору.     Я понимала, что сопротивляться бесполезно, как и ждать от кого-то помощи, но все равно пыталась вырваться, не желая подчиняться этому чудовищу. Андрею же все было нипочем. Казалось, ярость делала его еще сильнее. Схватив в охапку, он швырнул меня в свою спальню так, что я отлетела чуть ли не на середину комнаты.   — Что ты намерен делать? — испугалась я, видя, как Андрей запирает изнутри дверь.   — Не знаю... Хотел бы тебя убить, — он взглянул на меня с пренебрежением, — не бойся, не стану этого делать, но тебе придется смириться, что ты никуда отсюда не денешься.   — Да, кто ты такой? Возомнил себя Богом?Не тебе решать! — взорвалась я, поднимаясь с пола.   — Я уже говорил, и повторю снова: мне.     Сжимая кулаки и побагровев от злости, Андрей двинулся ко мне, схватил за плечи и сильно тряхнул.   — Как я тебя ненавижу! Ты мне противен!Монстр! Чудовище! - пытаясь вырваться, прокричала я.   — Противен? Той ночью в Москве ты была другого мнения, - проговорил мне в губы Андрей.     Даже сейчас, когда я всеми фибрами души ненавидела этого человека, одно его прикосновение вызывало трепет. И я была готова проклинать себя за это.   — С тех пор все изменилось, Андрей, - произнесла я, выпутываясь из его хватки. И сама удивилась, как спокойно прозвучал мой голос.   — Изменилось... Конечно, теперь тебя трахает мой друг! Что?! Он тебе нравится больше?     Я размахнулась, чтобы дать ему пощечину, но Андрей перехватил мою руку, больно сжав запястье. В следующее мгновение монстр меня поцеловал. И снова чертовы бабочки в животе. Голова закружилась. Опять эти гребанные чувства, которые не убило даже его скотское поведение. Я ответила ему, но вовремя смогла оттолкнуть.   — Никогда больше не прикасайся ко мне, - прошипела я, вытирая рот ладонью.   — Какого черта ответила? — нахмурился Андрей, делая шаг ко мне, — если ты с ним, какого черта мне отвечаешь?     Я молчала, потому что не могла закричать в лицо этой сволочи, как сильно его люблю. Люблю, как последняя дура, безмозглая, тупая кретинка... Прикрыв глаза, я отвернулась.   — Шлюха! — с отвращением проговорил он.     Я думала, что знаю о боли. Думала, что сполна узнала, что это, когда предал Артём.Потом, когда увидела женщину в спальне Андрея после нашей ночи... Так вот, кажется, я ошибалась. Сейчас я узнала настоящую боль. Нестерпимую, сжигающую изнутри. Меня совершенно незаслуженно презирал человек, которого я любила.     Больше я не стала сдерживаться. Опустившись на пол, я разрыдалась. Он не подходил, стоял чуть поодаль и молча наблюдал, как я ловила ртом воздух, слушал, как завывала на всю комнату.   — Андрей! Открой!     Володя! Он был здесь! Как обезумевший, мой нелюбимый мужчина ломился в дверь. Я была уверена, что Андрей не отопрёт, но он впустил друга. Владимир подбежал ко мне, поднял с пола и прижал к себе. Я хваталась за него, как за спасительную соломинку, прятала лицо у него на груди.   — Что ты с ней делал?.. - угрожающе прошипел Владимир, но Андрей молчал, - я тебя спрашиваю!   — Нам надо поговорить, — выдержав паузу, спокойно ответил мой мучитель, — пойдем в кабинет.   — Но Ками...   — Я не прикасался к ней, — перебил его Андрей, — пусть она ждет здесь, успокаивается. А нам надо решить, что делать дальше.     Володя хотел отпустить меня и пойти за Андреем, но я его удержала. Почему-то казалось, что если он сейчас уйдет, то не вернется и оставит меня Андрею, а этого я боялась больше всего.   — Не уходи! Пожалуйста, не уходи! Останься! Не бросай меня! — умоляла я, вцепившись в него мертвой хваткой и заливаясь слезами.   — Все будет хорошо. Камусь, нам с Андреем нужно поговорить. Не бойся, я вернусь, тебя никто не обидит, — покачивая в своих крепких объятьях, прошептал мне в волосы Володя.   — Нет! Пожалуйста! — не унималась я.   — Камилочка, не бойся. Ты останешься тут одна, тебя никто и пальцем не тронет, а потом я приду за тобой.   — Володя! Прошу тебя! - комкая его рубашку на спине, я сильнее жалась к мужчине.   — Твою мать! — выругался Андрей, — Вовка, я в кабинете.     Когда Андрей ушел, Володя выпустил меня из объятий, за руку подвел к кровати, усадил меня и сел рядом.   — Мне нужно поговорить с Андреем, - накручивая на палец мои волосы, проговорил он, — мы все выясним, и я вернусь. Его к тебе не пущу, так что не переживай.   — Хорошо, — прошептала я, истерика отступала и теперь стало ясно, что у нас просто нет другого выхода.   — Ками, почему ты не сказала, что любишь его? - вдруг спросил Володя, но в его голосе не было злобы или обиды, скорее, грусть.   — Потому что мои чувства ничего не значат. Прости, что не сказала сразу, но это не имеет значения. Артём... Андрей... Нам все равно не быть вместе, — глядя в глаза, честно призналась я. Володя был слишком хороший, чтобы его обманывать, — ты мне правда нравишься. Пока как друг, но я смогу это перебороть.   — Я должен поговорить с Андреем. Когда вернусь, мы все обсудим, — тихо произнес Владимир.   — Хорошо.     Он ушел, оставляя меня наедине с моими переживаниями. Единственное, что хоть как-то меня успокоило — я призналась во всем Володе. Пусть правда была болезненна для нас обоих, но это лучше, чем жить в обмане.     Не спеша я направилась в свою комнату, достала чемодан, дорожную сумку и стала складывать вещи. Как бы ни прошел разговор Андрея и Володи, я твердо знала, что больше здесь не останусь.     Вещей оказалось куда больше, чем я привезла с собой, когда устроилась на работу к Андрею. Моих сумок оказалось недостаточно, и я решила забрать только новую одежду. Когда со сборами было покончено, я решилась взглянуть на себя в зеркало, и первое, что мне бросилось в глаза — кулон, подаренный Андреем. Одного маленького напоминания хватило, чтобы вновь разрыдаться. Сначала я хотела спустить украшение в унитаз, но потом чертик на плече надоумил этого не делать. Завернув кулон в носовой платок, я спрятала его в чемодан.     Снова успокоившись, я стала ждать Володю, вот только он никак не шел. Я мерила шагами комнату, постоянно выглядывала в окно, проверяя, не пропала ли его машина, прислушивалась к звукам за дверью... Минуты тянулись, словно часы, а напряжение только росло. Несколько раз я даже порывалась пойти вниз, но потом вспоминала, что Владимир просил его дождаться в комнате.     Он пришел под утро. Молча прошел в комнату и сел на кровать. Хотелось узнать, как все прошло, но я не решалась спросить, а он не спешил рассказывать...   — Что случилось? — не выдержала я.   — Камусь, я уезжаю, — глядя в глаза, ответил он.   — Куда?! Ты же хотел перевестись на другую работу! Это из-за него?! — чувствуя, как меня охватывает паника, я стала ходить взад-вперёд.   — Я еду по работе. Так надо. Я действительно хотел перевестись, но тогда многого не знал, — спокойно ответил Владимир, и его слова заставили почувствовать себя последней сволочью.   — Володя, я обещала, что не дам тебе повода усомниться во мне. Прости, что я не сказала...   — Дело не в этом, — с улыбкой перебил он.   — Если так, то возьми меня с собой. Прошу, не оставляй меня здесь!   — Нет, Камусь, сейчас я этого сделать не могу. Мое задание продлится три месяца, потом я вернусь и ты сможешь уехать со мной. Вот только, думаю, ты сама не захочешь.   — Почему ты так говоришь? — опешила я.   — Если Андрей не совсем идиот, то скоро поймёшь.   — Я не понимаю, при чем тут он?! Не хочу оставаться с этим человеком под одной крышей. Он твой друг, но такое чудовище!     Вновь я не совладала с собой и разрыдалась. Было невыносимо думать, что целых три месяца я проведу бок о бок с Андреем. Мои силы были на пределе, я знала, что не вынесу столь долгих мучений.   — Камусь, не плачь! Я не могу видеть тебя такой, — Володя подошел ко мне и обнял, усаживая рядом с собой на кровать, — знаю, как сильно обидел тебя Андрей, но он не такой ужасный, как ты думаешь.   — Не хочу ничего слышать! Не выгораживай его! — взорвалась я, — не поможешь мне уехать, не надо!   — Ками, я помогу. Сказал же, что через три месяца заберу тебя.   — Я буду ждать, — всхлипывая, проговорила я.   — Не дождешься — не обижусь, — усмехнулся он и заключил в свои объятья.   — Почему ты так говоришь? - нахмурилась я, совершенно не понимая Володю.   — Ты мне нравишься. Безумно нравишься.Уверен, что мы сможем все преодолеть и быть счастливы вместе. Но сейчас я смогу без тебя, а вот Андрей — нет.   — Почему?...   — Это тебе должен говорить он, а не я, - улыбнулся Володя и поцеловал меня в макушку, — мне пора, а ты отдыхай. На завтра Андрей дал тебе выходной. Отоспись.   — Хорошо.     Володя поднялся с кровати и за руку повел меня к двери, где крепко обнял. Это не было прощанием возлюбленных. Этим вечером он стал мне другом, и я была благодарна ему.   — Береги себя, — прошептала я, — обещаешь?   — Обещаю. А ты не раскисай, — улыбнувшись, он щелкнул меня по носу.   — Не буду.   — Пока, Камилочка...     Володя ушел, а я приняла душ и забралась в кровать. Дико болела голова, и единственное, о чем я могла думать — скорее заснуть. Вот только стоило мне закрыть глаза, как дверь в спальню открылась, и на пороге оказался мой мучитель.   — Что тебе нужно, Андрей? - натягивая на себя одеяло, возмутилась я.   — Ничего, — он нагло прошел в комнату и сел на мою кровать.     Мы оба молчали. Я совершенно не понимала, что забыл Андрей в моей спальне, но спросить не решалась, а он просто смотрел на меня. В конце концов, он поднялся и, хищно улыбнувшись, направился к выходу.   — Спокойной ночи, — не поворачиваясь, сказал он и вышел.