Глава 10

Когда девушка устраивается работать няней, как правило, она готова к разного рода трудностям. Это могут быть капризы ребенка, сложные взаимоотношения с родителями, чересчур заботливые бабушки и дедушки. Меня же ждало совсем другое — секретный особняк в сосновом лесу, люди с оружием, таинственный и опасный работодатель... Просто-таки пересказ сюжета боевика, сказала бы я, услышав такую историю из чужих уст. Но такова была моя жизнь.     Я быстро собрала самые нужные вещи, одела девочку и стала ждать, когда за нами придут. Из дома нас вывел Эрик, он передал мне какой-то конверт и молча посадил нас с Софи в машину; автомобиль тут же тронулся с места.   — Это письмо? - полюбопытствовала малышка, глядя на конверт.   — Видимо...     В конверте лежал сложенный вчетверо листок бумаги. Почерк Андрея был мне незнаком, но я сразу поняла, что записка от него:     «Камила, приношу извинения за неудобства. Как правило, об отъезде принцессы я сообщаю лично, согласовывая это с няней. Сегодня вышло иначе. Уверен, мой отец хорошо встретит Вас.Могу не писать, чтобы Вы заботились о принцессе, потому что знаю: Вы будете беречь мою дочь. До скорой встречи. Андрей».   — Это от твоего папы. Он пожелал нам хорошего пути.   — Мы едем к дедушке! — радостно хлопнула в ладошки девчушка.   — Ты его очень любишь?   — Да, с ним интересно. Деда научил меня кормить козочек.   — Кормить козочек?   — Да. У него живут козочки. А еще хрюши, коровки, кроли, курочки и Бублик.     Лиза рассказывала мне, что отец Андрея имеет свое хозяйство, но я даже не представляла, что меня ждет. Также было удивительно, что нас с малышкой вывезли на машине с простыми окнами. Я могла видеть все, что вокруг. Впрочем, выехав с территории особняка, мы оказались на дороге, идущей через густой хвойный лес; ничего, кроме стены деревьев, увидеть все равно не удалось. Еще больше я удивилась, что наша машина съехала с дороги и устремилась прямиком в лес.   — Почему вы не скрываете от меня дорогу? — не удержалась я от вопроса.   — Вы все равно не запомните съезд с главной дороги и вряд ли кому-то сможете объяснить, - улыбнулся Дмитрий, — а вообще, Андрей распорядился отвезти вас на обычной машине.     Вскоре наша машина подъехала к настоящей ферме. Здесь было огромное хозяйство: по двору важно расхаживали куры, за небольшим кирпичным домом виднелись мельница, а сбоку от него сарай. Как только наш Range Rover остановился, нам навстречу вышел пожилой мужчина в простой одежде. Едва увидев его, Софи заерзала на сиденье.   — Деда! — широко улыбаясь, сообщила мне малышка, указывая на старичка.     Дмитрий открыл девочке дверь, и она тут же выскочила из машины и со всех ног бросилась к мужчине:   — Деда, я к тебе!   — Сонечка! — он подхватил мою подопечную на руки и поцеловал в обе щечки. — Рад тебя видеть! Смотрю, ты не одна, - добавил он и посмотрел на меня, слегка нахмурившись.   — Это Ками, — пояснила малышка.   — Здравствуйте, Кирилл Семенович. Меня зовут Камила, я няня вашей внучки.   — Ну, проходи, Камила, няня моей внучки.     Мужчина открыл дверь в дом и жестом пригласил меня войти. В прихожей я разделась и помогла Софи снять верхнюю одежду. Кирилл Семенович внимательно следил за каждым моим движением, что жутко смущало, но я старалась не подавать виду. Скинув пальто и шапочку, малышка побежала в гостиную, мы с ее дедушкой последовали за ней.     Внутри дома все было так же просто, как и снаружи. Настоящий деревенский интерьер. Первое, что бросилось в глаза — круглый стол, накрытый кружевной скатертью, и большая ваза с сухоцветами на нем. У дальней стены стоял большой сервант с хрусталем, как в лучших советских домах. Гостиная была небольшая, но очень уютная.   — Присаживайся, Камила, няня моей внучки, — Кирилл Семенович указал мне на диван, застеленный бархатным покрывалом, — рассказывайте, как дошли до жизни такой.   — Простите, что? — не поняла вопроса я.   — Как стали няней Сонечки?   — Я люблю детей, работала учителем, но потом ушла из школы.   — Почему именно няня?     У меня возникло чувство дежавю. Точно так же меня допрашивали на собеседовании на должность. Снова я почувствовала дискомфорт под пристальным вниманием Кирилла Семеновича, я терялась в ответах и не понимала, чего же может быть. Этот допрос продолжался, пока Дмитрий не уехал. Оставшись один на один с дедом моей подопечной, я окончательно стушевалась.   — Ладно. Не буду тебя мучить. Узнаю у внучки, что думает о тебе. Андрейка тебя расхвалил, но я доверяю только тому, что вижу. Сонечка, — обратился он к девочке, — расскажи мне про Ками. Она тебе нравится? Не обижает тебя?   — Не обижает. Мы дружим. Ты же покажешь ей Бублика?     Старик улыбнулся малышке, и я отметила, что у Софи такая же улыбка. Потом он встал с малышкой на руках и подошел ко мне.   — Камилочка, одевай Сонечку и идем знакомиться с Бубликом, — неожиданно дружелюбно сказал он. Я удивилась такой перемене с его стороны, и Кирилл Семенович пояснил: — Если бы ты обижала внучку, она никогда не повела бы тебя к Бублику. Даже Лиза познакомилась с ним недавно.   — А кто такой Бублик? — не удержалась я.   — Бублик — мой друг. Он хороший и ест морковку, а еще урчит, когда чешу за ушком, — объяснила мне Соня.     После того, как малышка сказала, что Бублик любит морковь, я ожидала увидеть маленького пушистого кролика. Но Софи и Кирилл Семенович привели меня в небольшой подогреваемый загон, где стоял самый настоящий осел.   — Бублик! — радостно прокричала Софи, но подбежала не к любимцу, а к картонной коробке в углу и достала морковку, — я буду его кормить. Пойдем, Ками.     Я послушно подошла ближе. Девочка пододвинула к стойлу ослика стоявший у стены табурет и забралась на него.   — Аккуратнее, детка, — взволновалась я.   — Не переживай, она умеет кормить Бублика, — довольно сказал Кирилл Семенович, подходя к нам.     Малышка протянула ослику морковь, и тот начал медленно кусать овощ. Накормив своего друга, девочка нас представила:   — Знакомься, Бублик, это Ками. Ками, а этоБублик. Мы дружим. Ты можешь его погладить.     Никогда раньше мне не доводилось гладить ослов. К своему стыду, я боялась дотронуться до животного, в то время как Софи вовсю его гладила.   — Ну, что ты, Ками? Не бойся, не укусит, — подбодрил меня Кирилл Семенович.      Я протянула руку и слегка погладила животное. Ослик чуть приподнял голову, будто намекая, что хочет ласки.   — Бублик любит за ушком, — сообщила мнеСофи и пощекотала ослика около уха.     До этого дня я и подумать не могла, что ослы могут быть такими ласковыми. Бублик прикрыл глаза от удовольствия и стал издавать звуки, похожие на кошачье мурлыканье. Мы провели в загоне по меньшей мере минут двадцать, после чего Кирилл Семенович позвал нас к ужину.     Еда, приготовленная хозяином дома, была простой, но вкусной. Старик рассказал, что после смерти супруги, матери Андрея, так и не женился, поэтому научился готовить сам. Оказывается, все здешнее хозяйство он тянет на себе. Изредка Андрей выделяет своих людей ему в помощь, но Кирилл Семенович, как правило, отказывается.   — И вы живете здесь совсем один? — удивилась я.   — Ну, почему один? Со мной скотинушка моя живет, Сонечку привозят, Андрейка заезжает, я в гости к вам захаживаю.   — Пешком?   — Когда как. Тут не так далеко, как ты думаешь. Это на машине петлю сделали, а через лес тут минут пятнадцать моим шагом. Иногда сивого седлаю, это конь мой.   — У вас и конь есть?   — Утром покажу тебе здесь все, с животинкой познакомлю. Сейчас темно уже, не будем их тревожить.   — У деды много животных, — гордо сказала Софи.   — Да, много, — подтвердил старик, — и внучку учу живность любить.   — Это правильно. У вас это замечательно получается.   — Завтра я хозяйство тебе все покажу, потом поможешь мне во дворе прибраться, хорошо?   — С радостью, — улыбнулась я.   — Вот и славно, а сегодня, как Сонечку уложим, поговорим по душам. Мне здесь хорошо, но так не хватает иногда простых разговоров. Ты же не откажешь в этом старику?   — Нет, конечно. Мне будет приятно составить вам компанию.     После ужина я искупала Софи и прочитала ей сказку. Помня о своем обещании, когда малышка уснула, я вышла в гостиную, где меня уже ждал хозяин дома. Кирилл Семенович сидел в большом кожаном кресле, рядом стоял небольшой столик с двумя рюмками и графином с темно-красной жидкостью, а напротив - второе кресло, приготовленное специально для меня.   — Садись, Камилочка,— пригласил меня мужчина, — это моя настойка, после нее спать будешь без задних ног.   — Спасибо, но я не пью крепкие напитки, — смутилась я.   — Обижаешь... Это свое, домашнее! Никакого вреда, только польза!- мужчина разлил настойку и протянул мне рюмку.   — Спасибо, — сдалась я, понимая, что не смогу отказать.   — Камилочка, а как там Василиса?   — Василиса? Хорошо.   — Поди, скучает без меня, - ухмыльнулся Кирилл Семенович и подмигнул мне, — давно к вам не захаживал. Как Мурка заболела, я из дома ни ногой.   — Мурка — это ваша кошка? — решила уточнить я, вспоминая, кем оказался Бублик.   — Нет, это коровка моя. Кормилица.   — Надеюсь, с ней ничего серьезного?   — Уже все хорошо... Ты пей, не стесняйся.     Чтобы не обижать старика, я сделала глоток настойки. Обжигающая жидкость с ягодным ароматом разлилась приятным теплом внутри, но из-за сильной горечи я закашлялась.   — Совсем пить не умеешь, - покачал головой старик, — кто же вдыхает так сразу, надо на выдохе и залпом. Сейчас научу.     Кирилл Семенович шумно выдохнул и в следующую секунду осушил свою рюмку. Я неоднократно видела, как таким образом пьют мужчины, но сама никогда так не делала.   — Сейчас еще налью.   — Не надо. Это очень крепко, я же сплю в комнате с Софи.   — Не переживай, Камилочка, уж у меня внучка не пропадет.   — Но это неправильно, я все-таки на работе, - испробовала последний довод я, но мне уже протянули налитую настойку.     После третьей рюмки ягодной настойки по телу разлилась приятная истома. Голова слегка закружилась, а вся былая стеснительность прошла. Разговор с Кириллом Семеновичем лился рекой. Сама того не замечая, я поделилась с ним историей своей жизни. Почему-то мне казалось, что он именно тот человек, которому можно доверять. Старик с пониманием слушал меня, и это было так приятно. У меня появилось чувство, будто я уже не в гостях, а в родном доме. Такого не было с тех пор, как мой бывший муж решил со мной расстаться и наша квартира стала для меня чужой.   — И после всего этого твоя мама хочет, чтобы ты вернулась к мужу?   — Она хочет, чтобы я боролась за него, — вздохнула я, — но разве я могу после всего? У меня же есть гордость.   — Правильно! Ты не должна поступаться своими принципами! А семья... все еще будет. Пока у тебя есть Сонечка, она любит тебя. Мне ты нравишься, и я буду рад, если мы подружимся. Не думай о плохом, ты не одна.   — Спасибо, — дрожащим голосом произнесла я, пытаясь сдержать слезы.   — Ну, что ты раскисаешь? Давай-ка еще рюмочку.   — Нет, не надо. Я не могу больше.   — Последнюю, и все.   — Хорошо.     Я выпила очередную рюмку, как учил меняКирилл Семенович, но она явно оказалась лишней. Голова окончательно отяжелела; облокотившись на спинку кресла, я прикрыла глаза и медленно начала проваливаться в дремоту.    — Ты, Камилочка, не грусти. Все будет хоро...     Кирилл Семенович не договорил, потому что кто-то вошел в дом. Я слышала приближающиеся тяжелые шаги. Конечно, было любопытно узнать, кто наш гость, но открыть глаза было слишком тяжело.   — Папа, что с Ками? - услышала я голос своего начальника. Как приятно было, что он пришел. И почему мне захотелось улыбаться, потому что он рядом?   — Да вот, сынок, я ее настойкой своей поил, но тяжеловато ей, — виновато проговорил старик.   — Сколько ты налил ей? - раздраженно спросил Андрей, и я почувствовала свою вину за то, что напилась практически на работе.   — Всего ничего. Четыре маленькие рюмочки, чтобы лучше спалось.   — Папа! Она же не умеет пить!   — Теперь вижу. Но моя настойка хорошая, утром никаких следов не останется. Ты лучше скажи, Андрейка, зачем приехал в такое время? Случилось что?   — Нет, я не надолго. Вас проведать заехал.Как тебе Ками?   — Она мне понравилась. Хорошая девочка.   — Ками — хорошая няня, Софи ее полюбила, — довольно сказал Андрей.   — Знаешь, сынок, тебе нужна женщина.Хорошая, порядочная, которая найдет общий язык с Сонечкой.   — Ты ведь сейчас про Ками? — Андрейтяжело вздохнул.    — Тебе она не нравится? — прямо поинтересовался Кирилл Семенович, и в комнате воцарилось молчание.     С каждой секундой тишина становилась все более невыносимой. Я ждала ответа Андрея, будто вынесения приговора. Боясь признаться самой себе, я лелеяла надежду, что он признается в симпатии ко мне.   — Отец, ты же знаешь...   — Андрей! — строго сказал Кирилл Семенович.   — Ты сам сказал, что Ками — хорошая девушка. У нас с ней ничего не выйдет, даже если бы я хотел. Знаешь же, какую жизнь я веду. Брось затею жену мне искать. То с Лизкой сватал, теперь вот с ней.     Пусть я не рассматривала Андрея как своего мужчину, но отчего-то стало так неприятно. Он так сразу заявил, что у нас ничего не получится. И, видимо, я действительно не его тип, ведь такая же простая, как Лиза, которой Андрей не заинтересовался, а не гламурная, как его пассия.   — Сын, я хочу тебе счастья.   — Я отнесу ее в комнату, и мы посидим с тобой немного. Не хватает только, чтобы Ками проснулась и услышала наши разговоры.     Я почувствовала, как меня взяли на руки, но специально продолжила притворяться спящей. Андрей занес меня в нашу с Софи спальню и опустил на кровать. Матрас прогнулся под его весом, он сел рядом со мной. До невозможности захотелось протянуть руку и коснуться его, но я сдержала этот порыв. Мужчина не спешил уходить, он медленно провел ладонью по моему лицу, убирая непослушные волосы, а в следующее мгновение его губы легко коснулись моего лба. Я чуть дернулась от неожиданности, но так и не открыла глаза, боясь выдать себя.   — Тш... Спите, Камила. Добрых снов.     Андрей ушел, закрыв за собой дверь, а якрепко уснула.