Признание

Саша плакала. Возможно, дело в непрошедшем подростковом максимализме, возможно, в простой обиде на мир, но сейчас ей казалось, что Марьяна начала всё это, просто чтобы показать, как же здорово она живёт на фоне Саши. Вон у неё любовь, уверенность, свадьба скоро... А Цинь, видимо, обречена со своим "однодушием" бренчать возле Ротонды и молча "неровно дышать" к Вите.Однодушница...Это слово теперь звучало как "дефектная". Как "неизлечимо больная". Таких неизлечимо больных сочувственно держат за руки, говорят что-то успокаивающее, обещают денег дать на лечение, забывают, а больному-то легче не становится... И ведь главное: именно Саша всё испортила! А что будет, если она умрёт? Саша закрыла глаза и представила, что было бы со всеми, кого она знала, не родись она на свет... А ничего, собственно, плохого не было бы. Учителям было бы легче учить "правильных" детей, тётке из Москвы было бы легче не видеть бунтующего подростка с ленинградским говором и ленинградской душой, Витя бы жил с Марьяной, и всё было бы правильно...Девушка подошла к ограждению, отделявшему её от реки Мойки. Вода была очень тёмной, отчего Саше казалось, что тот, кто в неё прыгнет, исчезнет без следа...Она глубоко вдохнула, поставила одну ногу на чугунную спираль на ограждении...и чуть не упала, потому что кто-то тронул её сзади за плечо.Она монотонно произнесла куда-то в пустоту:- Желаю тебе хорошей свадьбы, Марьяна.Сзади раздался голос, который Цинь меньше всего ожидала услышать:- Саша, это я. Ты чего сегодня такая...?От Витиных пальцев какое-то странное тепло распространялось по всему телу. Но девушка даже не обернулась. Наверное, чтобы он не видел, как она плачет.Она всё так же монотонно говорила в пустоту:- Раз ты не Марьяна, то возьми ключ и иди ко мне домой. Там найдёшь мои черновики и гитару. Можешь забрать их себе, они мне больше не понадобятся.Витя подошёл к ней поближе и повернул Сашино лицо в свою сторону. Та зажмурилась и посмотрела вниз.- Саня, я не понял, ты что, прыгать в воду собралась?- Да. Потому что всё уже,  - от прилива эмоций у Цинь что-то случилось с голосом.- Что "всё уже"? Вчера же было всё в порядке!- Вчера да. А сегодня...- Слушай, говорит тебе человек, вытащивший тебя из воды на своей спине. Я не позволю тебе прыгать просто так.Он уже начал трясти её за плечи.- Что там такого?Саша сглотнула.- Если я тебе скажу правду, ты отнесёшься к этому серьёзно?Витя облокотился на ограждение и сделал серьёзное лицо.Цинь вздохнула так глубоко, что у неё заныла грудь. Судьба же сказала: слушай сердце...- Ты и Марьяна - родственные души, а я всё испортила...Он фыркнул.- Не понял. Я и Марьяна - люди со слишком разными характерами...- Да нет, не в фигуральном смысле, а в прямом. Вы предназначены друг другу свыше, я об этом слишком поздно узнала, а когда узнала, Марьяна уже замуж за Володьку собралась...Витя перестал улыбаться.- А тебе тогда кто "свыше предназначен"?На словах "свыше предназначен" он показал пальцами кавычки.Саша отвернулась, чтобы вытереть слёзы.- Никто. Мне свыше предназначено сдохнуть в одиночестве.- И именно поэтому ты в реку прыгать собралась?- Не только. - А почему же ещё?...Саша посмотрела куда-то вбок.- Потому что...ну, ты же помнишь, как ты меня от алкоголизма вылечил и волосы держал, пока меня крутило, как луч мне показывал? Или как мы у твоего дома сидели, потому что тебе было грустно и я это почувствовала...Или как мы после пруда просыхали у твоей батареи...Помнишь?От какого-то детского волнения Цинь начала теребить кончик косички.- Ну вот, я тогда подумала, что между нами пролетела какая-то искра...А сейчас, видимо, не судьба. Ведь мы не родственные души...- Бред!У него это вышло как-то резко, и Саша вздрогнула.Он повторил, для убедительности ударив рукой по ограждению:- Бред.А потом как-то странно понизил голос:- С чего ты взяла, что раз мы не "родственные души", то я не могу тебя любить?- Дело даже не в родстве душ. Меня в принципе никто не любит по-настоящему...- Ты про того парня, имя которого я забыл и вспоминать не хочу? Который притворился влюблённым, чтобы выдать на конкурсе твои картины за свои?Саша кивнула.Витя положил ей руку на плечо.- То, что тебе один такой мудак попался, это не значит, что абсолютно все такие. Почему ты боишься мне поверить или пойти наперекор всему этому- раньше же тебя подобные вещи не останавливали!Цинь вздохнула.- Боюсь. Возможно, это сейчас прозвучит эгоистично, но...помоги мне тебе поверить."Помоги.""Блин, если бы только ты знал, что я чувствую сейчас!"Ей казалось, что его глаза смотрят прямо в душу. Он не сказал ничего. Просто взял её за руку и нежно сжал пальцы. От этого по всему телу прокатилась какая-то дикая волна. Саша посмотрела на Витю удивлённым взглядом - в этот момент казалось, что глаза у неё действительно на пол-лица.- А теперь? Ты веришь?Где-то в глубине сознания она поняла, что он тоже считает, что все эти долгие признания - прошлый век. И это прикосновение, это лёгкое сжатие пальцев было красноречивее любых поэм. Перед глазами снова всё поплыло, и неожиданно Саша кинулась ему на шею. Слёзы уже неконтролируемо заливали линзы очков.- Вить...прости меня, пожалуйста...что не поверила с первого раза...я вообще-то очень давно...тоже...Каждая фраза сопровождалась всхлипами. Витя обнял её за плечи, начал гладить по спине между лопатками.- Я всё понимаю. Успокойся, всё нормально...- Прости...я просто боялась, что если я откроюсь сразу, всё будет, как тогда...- Сашенька, я не такой, как он. Мне не нужны ни твои песни, ни твои картины, ни то остальное, что ты делаешь. Мне нужна ты.Слёзы перестали литься неконтролируемым потоком. Словно какой-то невидимый ангел-водопроводчик в голове выключил кран."Сашенька"... Её в последний раз так называла мама перед тем, как её упекли в психушку...Она ещё крепче обхватила его плечи. Витя чуть повернул голову вбок и коснулся губами Сашиного виска.Оба улыбаются и молчат. По щекам Саши всё ещё текут невысохшие слёзы, но на этот раз - радости.Минуты через две он отстранился.- Вить, ты куда шёл, когда меня увидел?- Домой. Думаю, не буду больше заставлять тебя здесь стоять...Но Цинь дёрнула его за рукав.- Не уходи. Я быстро за ветровкой сбегаю и вернусь. Мне быстро.Он улыбнулся.- Подожду. И провожу тебя.Уже через пять минут Саша уходила с Витей в сторону его дома, а с балкона Володиной квартиры ей махали руками три человека.

Возле Сашиного дома Витя посмотрел на небо и сказал:- Сегодня закат очень красивый. А знаешь, что красивее?- Знаю. Ты, когда куришь.Он удивлённо посмотрел на Сашу. А та кивнула и продожила:- Ну да. У тебя, когда ты куришь, глаза становятся такие тёмные и глубокие, как будто ты что-то знаешь и никому этого не говоришь. Ты вообще очень красивый, но особенно, когда куришь. И почему я тебе это только сейчас говорю, давно вроде заметила...Витя всё с таким же удивлённым взглядом промямлил:- Эм...знаешь...более странного и охренительного комплимента мне ещё никто не делал. Спасибо!Саша смущённо улыбнулась.- Да не за что.- Знаешь, вот ты это сказала, и я начал задумываться о пользе сигарет.Ребята засмеялись.- Ладно, Саш. Приду завтра пораньше, хорошо?- Хорошо.- Ты чудесная. Пока!Он уже хотел уйти, но Цинь крикнула:- Подожди!Он обернулся, а она шагнула вперёд и нежно поцеловала его. Ей уже было всё равно, кто и что думает про девушку, которая делает первый шаг - Саше просто хотелось отблагодарить Витю за всё. Ровно в то мгновение, когда девушка коснулась своими губами его, сквозь её сердце будто ударила молния, а земля ушла из-под ног. Она поняла, что мечтала об этом последние месяцы.Поцелуй был нежным, но коротким. Саша смущённо отстранилась и пожала плечами, косо смотря куда-то вправо.- На прощание.- Даже так?Витя тоже наклонился и поцеловал Сашу в переносицу. Молния ударила в сердце во второй раз.- Люблю тебя, - говорит он практически шёпотом.- И я, - отвечает она, обнимая его за шею.