39. Начала нового года

15 сентября 1998 (POV Anne)            Я была рада вернуться в школу и увидеться с друзьями. Но груз ответственности все больше давил на плечи, и я решила, что пора откровенно поговорить с директором, поэтому сегодня хотела подойти к нему в Большом зале и попросить о встрече. Какого же было мое удивление, что школьный домовик передал короткую записку с самого утра. «Эни, я бы хотел поговорить с тобой. Буду ждать после занятий. И я люблю лимонные леденцы». Это был хороший знак. Значит Дамблдор тоже заинтересован раскрыть некоторые свои карты.     Первый день занятий сразу дал понять, что уровень и требования к продолжающим обучение на уровень ЖАБА в разы выше. Ввиду того, что продолжающих обучение стало меньше, все четыре факультета занимались вместе. В группе зельеварения было вообще всего лишь 12 человек, и то потому, что новый профессор взял к себе на курс не только с высшими баллами по СОВ. С Гриффиндора вообще продолжили изучать тонкую науку только я и Гарри. Гораций Слизнорт был полной противоположностью Северуса. Добродушная улыбка и мягкий голос, а благодаря пометкам в учебнике я смогла выиграть зелье удачи и удивленный взгляд Гарри.    Весь день я ждала разговора с Дамблдором, поэтому сразу после урока отправилась в директорскую башню.       - Здравствуйте, профессор. – поздоровалась я.       - Эни, девочка моя. – начал ласково директор.       - Извините, профессор Дамблдор, но я не ваша девочка. И я очень хотела бы, что вы говорили со мной, как со взрослым человеком, мне уже не 13 лет.       - Конечно, Эни. Я бы хотел поделиться с тобой некоторой информацией. – начал директор.       - Надеюсь, что она затрагивает крестражи Волдеморта?       - Откуда тебе известно про столь темную магию? – удивился Дамблдор.       - Я научилась изучать литературу и делать собственные выводы, профессор.       - И где же ты смогла найти такие источники? – директор был удивлен и ошарашен.       - Я глава трех достаточно древних родов. Конечно же в собственных библиотеках.       - Тебе не стоило изучать такие книги, Эни.       - Действительно? Извините, господин директор, но думаю, что могу сама решить, что изучать в свободное время, ведь вы не поделились этим знанием.       - Северус тоже в курсе? – уточнил он.- Пока нет. – честно ответила я.       - Для его же безопасности, и для безопасности всех нас, лучше ему не знать.       - Почему?       - Он слишком много времени проводит рядом с Томом, а если тот поймет, что нам известна его тайна, то сможет еще серьезнее обезопасить осколки, или создать новые.       - Сколько их всего?       - Я думаю, что 7.           То есть 8, подумала я. Директор ни за что не расскажет мне о той части, с которой я живу почти всю жизнь. - И вы знаете, где их искать?       - Я могу лишь предполагать. Я бы хотел показать тебе некоторые из своих воспоминаний, чтобы ты лучше представляла, что за человеком был Том. Это поможет в поисках.       - Сколько частей вам удалось найти за годы его отсутствия? – поинтересовалась я.            Директор тяжело вздохнул и ответил.       - Я признаться малодушно надеялся, что ему не удастся провести ритуал воскрешения.       - Даже после того, как я в 15 лет принесла вам один из крестражей?  - А ты очень хорошо разобралась в ситуации.       - Я могу понять ваши мотивы, но не понимаю бездействия, профессор.    - И каковы же мои мотивы?       - Они известны нам обоим. – повисла пауза, а позже я спросила. - Я могу взглянуть на кольцо?       - Ты стала разговаривать как Северус, - обреченно сказал он и достал из ящика стола перстень.       - Зачем вы его надели? – недоумевала я.       - Слабость старика. – сказал он, рассматривая кольцо. – Теперь оно не несет угрозы.            Когда бывшее вместилище души Темного Лорда оказалось в моих руках, я попыталась рассмотреть его магические потоки и ощутила сразу несколько вещей. Во-первых, явный отпечаток темной магии и частицы души. Благодаря осколку внутри меня, я могла это явно почувствовать, разделенные части тянулись друг к другу. Во-вторых, здесь присутствовала какая-то родная, теплая магия, совершенная противоположность крестража, то же ощущение было и от мантии-невидимки. Я поняла, что за артефакт держу в руках.       - Кого вы хотели воскресить, директор? – спросила я.       - Не понимаю, о чем ты?       - Я думаю, что вы прекрасно меня поняли. –твердо сказала я.       - А ты сильно изменилась, Эни.       - Возможно, но не считаю, что это плохо.       - Конечно нет, просто я был к такому не готов.       - Вам нужна была марионетка, которая пойдет куда вы укажете? Так ведь? Поэтому я росла вдали от магии, поэтому Северус выказывал ненависть, поэтому Сириус попал в Азкабан? Вы идете к поставленной цели, не понимая, что играете чужими жизнями!       - Увы, но я понимаю это. Просто иногда общее благо требует жертв. – сейчас это было истинное хладнокровное лицо лидера, а не доброго старика с лимонными дольками.       - Для меня и моей семьи это слишком большая цена, директор.  - И тем не менее ты готова бороться.- Я сделаю все, чтобы побыстрее узнать, что такое настоящая спокойная жизнь и семья. Я готова бороться только ради этого.    Взгляд Дамблдора стал печальным и сочувствующим. Вот ведь… мог бы уже и рассказать, но раз так, то будем играть по его правилам.       - Кто-то из ваших близких тоже стал жертвой «общего блага»?            Теперь в глазах директора отражалась боль.       - Моя сестра. – он ответил.       - Простите, профессор, мне стоило держать себя в руках.       - Ты стала умна, сильна и проницательна. Прости, что недооценил тебя раньше.       - Вы же узнали камень в перстне? Я права?       - Твои познания очень разносторонни. Да.       - Вы верите в «Дары Смерти»?       - Это долгая история, я расскажу ее в следующий раз.       - Хотите решить, что стоит мне знать, а что нет? – задала я риторический вопрос. – Тогда до следующей встречи, директор?- Я вынужден просить тебя сохранить наши разговоры в тайне, даже от Северуса.       - Хорошо, профессор. Пока это останется между нами.            Я вышла из кабинета, обуреваемая различными эмоциями.                        Дальше школьные будни вошли в привычный ритм. Каждую субботу мы проводили с Северусом, иногда к нам присоединялся Драко. С Гарри мы много времени проводили в Тайной комнате вдали от посторонних глаз, там можно было спокойно заниматься уроками и не только. В конце второй учебной недели после урока по Трансфигурации меня попросила задержаться профессор Макгонагалл.       - Мисс Поттер, я бы хотела с вами поговорить.       - Конечно, профессор. – ответила я, собирая учебники в сумку.       - В прошлом году вы были исключены из команды по квиддичу.       - Да, профессор Снейп исключил меня навсегда. – подтвердила я.       - Я бы очень хотела, чтобы вы вернулись в команду и возглавили ее. Мисс Джонсон в прошлом году закончила школу. Команде нужен капитан.       - Сомневаюсь, что профессор Снейп может изменить свое решение, хоть я бы и хотела играть.       - Я попробую поговорить с ним, Поттер. Вы согласитесь на мое предложение, если он снимет запрет?       - Да, мадам. Я буду рада вернуться в команду, но не думаю, что это возможно.            Я действительно хотела бы играть.                   На следующий же день Северус начал наш субботний вечер с разговора о квиддиче.       - Ко мне подходила Минерва. – я молчала.       - Это так важно для тебя? – спросил он.       - Не так, Сев. Конечно я бы хотела играть. Это доставляет мне удовольствие и отвлекает от проблем, но я готова от этого отказаться, если ты против.      - Я не против, просто переживаю за тебя.       - Я знаю, Сев. Как и я за тебя. - повисло короткое молчание.       - Я сниму запрет. Но мы договоримся, что если хоть один матч закончиться твоим посещением Больничного крыла, то ты сама покинешь команду.       - Спасибо, - обрадовалась я и стала его целовать.       - Какая же ты еще девчонка. - с улыбкой ответил он.       - Просто умею радоваться мелочам. – сказала я. – Будешь болеть за меня или Малфоя? – с смешком спросила я.       - За Слизерин, я же все-таки декан. – с такой же, как и у меня улыбкой ответил он.            Такие моменты были совершенно особенными. «В надежде снова увидеть улыбку». Так я написала ему полтора года назад, но до сих пор его неподдельные эмоции были самым ценным моим подарком.      

     В воскресение я дала объявление о наборе команды, а спустя неделю мы провели отборочные и первую тренировку.