«Когда гниль зацветёт»

Когда ты рухнешь — я приду из тьмы,Из тех, кого ты звал ненастоящей.Я знаю — ты устал от кутерьмы,Но свет живёт и в бездне настоящей.

Ты отвергал — а я ждала внутри,Смеясь сквозь мрак и собственные раны.Я поднимусь — из мутной мёртвой ржи,Стану тебе рассветом без обмана.

Моё тепло — из болотных глубин,Из луж, что ты считал навек пропащи.Но я вернусь, когда сгорит весь дым —Спокойной, яркой, сильной, настоящей.

Спасенье — шрам, пришедший не с небес,А из болот, где хлещет кровь коряга.Ты звал богов — но их здесь больше нет.Я — та, что вяжет судьбы из отваги.

Ты отвернулся — я сошла во мрак,Где гниль цветёт, где мёртвым пахнут воды.Но ты умрёшь, и первый страшный шагТы сделаешь ко мне — в обмен на годы.

Я не свята. Я родилась в грязи.Моё лицо забудешь — не напрасно.Твоё солнце — в болотной колее,Где гниль цветёт под обликом прекрасным.

Ты звал светило — вышла я из тины,Из бездны, где гниёт чужая плоть.Спасенье не взойдёт в венке жасмина —Оно там, где не ведают о плоти.

Я — не звезда, что светит с высоты.Я шепчусь с жабой. Дышу ржавым летом.Ты отвернулся — значит, сужден тыПроснуться в вязком и живом рассвете.

Во мне цветут скелеты и полынь.Я не целую — я вдыхаю вены.Твоё спасенье — это сладкий сплин,Что кровь пускает медленно и венно.

Когда падёшь — я встану из воды.С глаз мхом стекут последние сомненья.Твоё солнце — в болотной глухоте,В том, что казалось гибелью, паденьем.

Я не прошу — я прихожу, как рок,Как дым из трещин, пепел над тропою.Ты звал огонь — теперь пылай, пророк,Я стану тенью, следом за тобою.

Я — в корнях, я — в трясине, в крике птиц,В узлах судьбы, что сам когда-то сбросил.Я — не любовь. Я шепот мёртвых лиц,Что спят в тебе. И помнят. Даже после.

Ты был богом, а я — всего лишь грязь.Но глина держит форму дольше стали.Когда падёшь — ты крикни, не молясь:Я — яд в крови, что болью оковали.