глава 6 Предки с другой планеты

Звуки инопланетной природы постепенно возвращают меня в сознание.Лёгкие наполняются ароматным воздухом. Чувствую своё тело — ничего не болит.Ищу сбой. Ничто не мешает двигаться. Лежу на мягкой, тёплой, бархатистой поверхности.Открываю глаза.Надо мной звёздное небо, не похожее на земное. В нём медленно вращаются спиралевидные розоватые сферы. Моё ложе напоминает гигантский лист, слегка завёрнутый внутрь. Вокруг — незнакомая растительность. Деревья гнутся, будто под сильным ветром, но беззвучно. Где-то рядом ощущается движение: пробегают, пролетают, проползают существа, но всё это словно отделено от меня прозрачной границей. Всё настолько спокойно, что не комфортно. Передо мной формируется проём. Концентрирую взгляд. В него входит Лиу. Лёгкая радость от его присутствия.Он одет в свободную одежду оттенков индиго и фиолетового, словно сплетённую из живых волокон. Он босиком. Поднимает руку в знак приветствия.Перед ним из пола поднимается форма, раскрывается, как цветок, превращаясь в кресло, и он садится. Затем между нами формируется поверхность — выросшая из того же материала.На стене появляется окно. Внутри — углубления, в которых удерживаются вещества.«Не советую это есть» — говорит он, взглянув туда. «Это поддерживает тело… но не жизнь».Он раскладывает передо мной плоды.Что-то напоминает калину, только светло-голубую. Другие — в разноцветных колючках, словно каштан в скорлупе. В животе урчит от голода. Присматриваюсь, нюхаю, решаюсь попробовать. Осторожно кладу в рот.Плод тает вместе с оболочкой. Вкус насыщенный — будто тело сразу получает всё необходимое. Чувствую прилив сил, поднимаюсь со своего ложа и пересаживаюсь в другое кресло, появившееся рядом.Становится легче.Лиу наблюдает за мной, не торопя.«Хочу тебе рассказать о своей цивилизации». Он не торопит.Я кивнул, расположившись удобнее в необычном и очень комфортном кресле.Затем он начинает говорить — спокойно, ровно:«Когда-то жизнь существовала на Венере. Это знание передано нашими предками.Там были океаны, реки, леса. Всё было связано между собой, как единое целое»Он делает короткую паузу. А я начинаю внимательно слушать устроившись удобнее.«Развитие шло примерно так же, как и на Земле сейчас. Часть людей стремилась к прогрессу, к власти, к собственной значимости. Они добывали ресурсы, всё глубже проникая в недра, перестраивали мир под себя, разрушали. Другая часть развивала способности. Жила в гармонии с окружающей средой, чувствовала взаимосвязи. Они могли общаться без слов, с помощью телепатии осваивая любой язык — не только людей, но и животных. Передвигаться с большой скоростью… а некоторые научились переносить себя и предметы в пространстве. Но их было меньше»— спокойно добавляет Лиу. Что-то в этом звучит знакомо.«Постепенно равновесие стало нарушаться. Сначала это было почти незаметно, но со временем последствия накапливались и усиливались. Венера была более чувствительной, чем Земля, из-за близости к Солнцу. У неё был спутник, который помогал удерживать равновесие. Когда его не стало, система стала менее устойчивой: изменилось вращение, усилились внутренние процессы, и любое нарушение стало развиваться быстрее. Тогда стало ясно, что планета движется к состоянию, из которого не будет возврата».Он делает паузу, продолжаю его внимательнее его слушать, мышцы непроизвольно напряглись.«Не сразу. Но это поняли те, кто чувствовал систему. Мы начали готовиться заранее. Сначала искали другие миры, изучали их на уровне сознания, проверяя, где возможно существование. Затем научились переносить тело. Это требовало полного контроля: над дыханием, состоянием, каждой клеткой. Ушли не все. Кто-то не верил до конца, кто-то не смог, кто-то не успел. Из тех кто покинул планету. Некоторые отправились на Землю, некоторые — на другие планеты и в другие солнечные системы и галактики. Часть оказалась здесь — в системе Проксима Центавра, на планете Лиора». Он произносит это спокойно, как название дома. Напряжение немного отпустило.Возникла лёгкая радость что кто-то спасся.«На венере в атмосфере начал накапливаться углекислый газ. Равновесие уже было нарушено.Температура начала расти — сначала медленно, затем всё быстрее.Океаны нагревались. Вода испарялась.Водяной пар удерживал тепло. Процесс стал необратим. Усиливался парниковый эффект. Верхние слои атмосферы разрушали воду. Водород уходил в космос, и планета теряла способность охлаждать себя.Давление росло. Воздух становился плотным, насыщенным углекислым газом.Температура поверхности поднималась до значений, при которых плавился металл.Жизнь стала невозможной.Сейчас Венера — это мир с температурой около четырёхсот шестидесяти градусов и давлением, превышающим земное в десятки раз. Почти вся атмосфера состоит из углекислого газа. Воды там нет. И жизни тоже» Пауза. Я напрягся, выступили вены. А у него в глазах увидел боль смешанную с грустью.«На Земле венеряне начали жить среди людей. В разных культурах их воспринимали как богов, жрецов или мудрецов — носителей знаний и понимания законов мира.Они не вмешивались напрямую, но направляли. Подсказывали решения, помогали понять форму, пространство, законы равновесия».Он делает паузу. На моём лице появляется удивление вместе с недоверием.«Пирамиды — один из таких примеров. Их ориентация, пропорции и расположение рассчитывались с высокой точностью. Мы не строили их сами, но помогали увидеть и понять эти закономерности.Мы также принесли с собой некоторые семена, показали, как можно скрещивать растения.Со временем большинство венерян смешались с людьми. Способности ослабли, но не исчезли. Иногда они проявляются в людях с более глубоким восприятием. Вы называете таких людей одарёнными. Детьми с необычным восприятием, способностями. Более чувствительными людьми».Он внимательно смотрит на меня, и затем продолжает.«На Лиоре всё развивалось иначе. Местные жители — клоны. Их мышление более рационально и замкнуто, они не имеют связи с целым. Это могло привести к разрушению Лиоры. Тогда мы пришли на помощь. Нам удалось сохранить баланс между технологиями и окружающей средой.Поэтому здесь жизнь существует в гармонии»Он замолкает. И для меня теперь многое встаёт на свои места.Я сижу, пытаясь всё это уложить.Слишком много.Но странно — ощущение, что мне это знакомо.И это беспокоит больше всего.