Одиночество в комнате с людьми

Несмотря на то, что Лилит начала приходить на репетиции, внутри всё ещё царила тревожная пустота. Она не могла объяснить — почему, находясь среди тех, кто ей небезразличен, чувствует себя будто за стеклом. Прозрачная стена — между ней и всеми.

Она сидела на репетициях, играла, слушала, даже иногда тихо улыбалась. Но её глаза всё ещё были отрешёнными. И каждый вечер, возвращаясь домой, она будто снимала с себя маску выжившей и снова оставалась одна со своей тенью.

⸻

Однажды, на закате, Лукас задержался после репетиции. Остальные разошлись, Эмилия поцеловала Лилит в щёку, Йокубас сказал:— Береги себя.Аланас шутливо подмигнул, уходя. Но Лилит не смеялась. Только кивнула.

Лукас стоял у окна студии. Молча. В отражении окна — бледный свет на его лице и напряжённый профиль. Его глаза — такие же холодные и голубые, как в тот день, когда они впервые встретились. Только теперь — в них появилось что-то мягкое. Не свет — а скорее, боль, похожая на её собственную.

— Тебе тяжело с нами? — спросил он, не поворачиваясь.

Она опустила глаза.

— Не с вами... С собой.

Он кивнул.

— Я часто чувствовал так. Будто ты не нужен. Сидишь в комнате с людьми — и всё равно будто один. Я понимаю. По-своему.

Она замолчала. Сердце сжалось.

— Мне иногда кажется... что я никого не стою, — произнесла она шёпотом. — Что всё, что я делаю — это просто попытка не умереть. А не жить.

Он обернулся. Подошёл. Сел рядом на пол, как тогда, у её двери.

— А ты знаешь, что этого достаточно?

Она удивлённо вскинула глаза.

— Что?

— Что если ты сейчас борешься просто за то, чтобы прожить ещё один день — этого уже достаточно. Потому что это и есть сила. Потому что ты могла бы сдаться. Но ты с нами. Ты приходишь. Ты держишь гитару. И пусть это пока всё, что ты можешь — для нас это не «просто».

Она не ответила. Только прикрыла глаза и чуть наклонилась вперёд, уткнувшись лбом ему в плечо. Впервые — без страха, без слов.

Он ничего не сказал. Только нежно обнял и прижал к себе,  медленно перебирая её волосы.

И они так сидели. Долго. В тишине. Где не нужно было ничего объяснять.

⸻

В ту ночь она снова не спала.

Окно в её комнате дрожало от ветра. Лилит села у подоконника с чашкой чая. На ладонях — старые следы. Линии боли. Она смотрела на них долго, пока слёзы не затуманили взгляд.

Она написала в тетради:

"Я живу.Иногда — сквозь боль.Иногда — вопреки.Но я живу.И, может, когда-нибудь этого будет достаточно, чтобы сказать:«Я снова чувствую себя собой».А пока...Я держусь."

И это была правда.