Акт XLVIII. Заклятие злобы

Правило клуба O(r/d)dinary №68: Чудеса реальны – только руку протяни

Ян Ален сражается с сильными мира сего, тяжело сыскать ему достойного противника.

Но против младших Странного клуба он бессилен. Это как когда возвращаешься домой, а тебе на встречу выбегает брат и стреляет из игрушечного пистолета – хочешь не хочешь, но притворишься мёртвым.

Вдобавок, Ян и сам знал, что порой его характер не подарок. И поэтому больше всего он не любил обижать дорогих себе людей намеренно, раз уж случайностей на его счету десятки.

В общем, Рину он не сказал и слова против. Плелся знакомой дорогой до больничной койки, внутренне накидывая слова для будущего разговора со звёздным доктором, от которого он сегодня отхватит по полному звёздному разряду.

Ян упал на кушетку и накрыл глаза рукой. Тяжело выдохнул.

Рин, стоило ему его проводить, испарился в коридоре, будто его съели. Видимо, будет нести вахту на этаже, чтобы случайно втянутые в разборки граждане (между прочим, его старшие, но мы это опустим), не мешали исполнять доктору его долг.

Настоящий щеночек, несущий сторожевую службу.

Можно только порадоваться, что он у них вот такой ответственный, потому что после разговора с Джесси Ян не чувствовал себя готовым рассказывать кому-то о произошедшем ещё раз. Ему бы на самую каплю прийти в себя, а не ловить страх в глазах напротив, кому бы они не принадлежали.

Где-то на этом витке мыслей кусается осознание, что снова оставил Ликс одну на несколько дней. Тут только надеяться, что та не вляпается в очередной раз в неприятности.

– Что ты так тяжко вздыхаешь?

Идеальную тишину разбавил сахаром в чае мягкий голос.

На стуле напротив кровати сидел, закинув ногу на ногу, Кот. На носу, то и дело съезжая при любом движении, покоились джессовские очки. В руках – планшет с закреплённым листом бумаги, вот только вместо записи показаний он с азартом вырисовывал сердечки.

Как и ожидалось, Кота Рин малость упустил.

– Том. Предположительно, у твоей любви украли часть воспоминаний.

– Предположительно, виновник будет разложен на атомы.

– Вот и я так тоже считаю.

Помолчали. Ян снова скрыл глаза под ладонью, рассматривая проплывающие перед ними в темноте звезды. Пока они не сложилось во вполне конкретное лицо. Заставившее улыбнуться.

– Мне так хочется, чтобы она была счастлива. Но я боюсь, – сорвались тихие слова с губ.

– Чего боишься? – спокойно спросил Кот, поправляя очки.

Не то чтобы Ян хотел, чтобы слова достигли чьих-то ушей. Но, так уж вышло, что его враго-друг оказался единственным, кто мог его не только услышать, но и понять.

– Ни одно моё желание никогда не исполнялось. О чем бы я не просил судьбу, всё. Всегда. Было. Наоборот.

Ян чеканил слово за словом. И слышал в ответ только скрипящий по бумаге стержень ручки.

Спустя некоторое время Яна легонько дернули за рукав. И он увидел перед глазами рисунок с мультяшными мордочками хорька и птенчика в окружении сердечек.

– Но Ликс – исключение из правил. Возможно, твоя неудачливость в сумме с ее везением дадут неожиданный результат, – Том отцепил листок и вложил Алену в руки. – В любом случае, тормоза вашей совместной судьбы уже сорваны, поздно что-то менять. Так вы только сильнее запутаете узлы соединяющей вас нити и она, не выдержав давления с двух пытающихся распутать её сторон, порвётся.

Ян вертел комичную картинку в пальцах. Кажется, он потихоньку смирялся со всем происходящим. И, хотя допускал вариант, что на него так действовует усталость, всё же был благодарен Коту за его слова.

Но прежде чем Ален успел открыть рот, чтобы произнести неумелое или хотя бы шуточное "спасибо", Том отбросил ручку с планшетом на стол, и заговорил:

– Я хотел поговорить с тобой о Ликс. На ее счёт у меня есть много беспокойств.

Ян проглотил невысказанные предложения. Лёд в его глазах смерзся в небольшой ледник.

– Вот только не надо делать такое лицо, сначала дослушай, – отмахнулся от его взгляда-бритвы Кот и недовольно дернул невидимым кошачьим хвостом. – Беспокоюсь я не из-за нее, а за нее. Этап, когда мы считали птенчика врагом под прикрытием, можно уже сворачивать. Ликс для такого оказалась слишком честной. Да и потом, к ней приходил во сне наш давний враг. А он приходит только к тем, что душой с нами.

Брови Яна ползли всё выше и выше, пока ему не стало больно и он не понял, что с удивлением явно переусердствовал.

– Что ты знаешь об этом враге?

– Только то, что он мешал спокойно спать нашим младшим. И пытался заставить их под влиянием страха отречься от Джесси, чтобы перетянуть на свою сторону. Я тогда браслеты изобрёл, и он ушёл. А сейчас, вон, снова появился. И еще , – Том подпер ладонями щеки. – Судя по твоему лицу, это и твой враг тоже. Насколько давний?

– Пять лет. Может больше, – ответ мгновенный. – Но сейчас не обо мне. Давай о Ликс подробней. Судя по всему, этот наш враг ее воспоминания и украл. Ты знаешь что-то о подобных проклятиях?

Том хмурится, а затем и морщится, окончательно прячась в ладонях. Устало трет лицо. А затем его пробирает тихий смех.

– Удивительно. А ведь девчонка у нас не промах, оказывается.

Ян весь подбирается, даже собирает силы и садится на кушетке, всматриваясь в лицо Тома. Вот только, несмотря на внешнее веселье, в уголках глаз Кота стоит грусть.

Он глубоко вдыхает, топя в себе остатки колотого смеха.

– Воровать воспоминания может только одно известное мне заклятье. И оно выпивает из человека все жизненные соки и счастливые мгновения, пока не добьет окончательно. Человек под его действием и сам не понимает, что теряет что-то важное. Осознание приходит только на последней стадии, когда от срока его жизни остаётся совсем немного.

Что?

Яна будто огрело по голове чем-то тяжелым.

Когда до него всё же доходит смысл сказанного Томом, он порывается подорваться на ноги и в панике, умчаться на поиски Ликс.

Она же всё ещё в порядке, так ведь? Всё не может закончиться так! 

– Погоди, – Кот предусмотрительно подхватывает Яна под локоть и усаживает обратно. – Давай порассуждаем, прежде чем пойдём переворачивать всё здание в поисках птенчика.

В груди Яна истерично заходится сердце. Но он всё же садится. И слушает.

– Смысл этого заклятия – превратить доброго человека злого. А потом его убить, – Том замолкает на мгновение. – Внутри него селят частицы тьмы, которые постепенно разрастаются. И чем больше она становится, тем больше человек теряет себя. Постепенно, день за днём. Процесс довольно длительный, но, состояние Ликс, когда та пришла, как раз походило на позднюю стадию этого проклятия.

Ян остановил его знаком ладони.

– Подожди... Ты говоришь, что она должна скоро...,– Ян спотыкается в словах. – ...умереть. Значит, она уже должна была быть злой, когда пришла. Бин говорила, что ее обижали в колледже, но она же никого не убила, и не была всеобщим врагом – она была скорее растерянной и зажатой. Злобы в ней и на грамм нет, я бы почувствовал тогда, а сейчас тем более...

Ален прерывается, видя улыбку на чужих губах.

– Вот поэтому я и говорю, что Ликс исключение судьбы. Если уж даже заклятие злобы не сделало ее злой, – Том усмехается. –Внутри нее живёт странное любопытство. И эта от природы заложенная чёрта, которую не украдешь – то, что могло помочь вновь сделать ее такой, какой она была до воздействия проклятья. Она дошла до Странного клуба только потому что ее пробрал интерес. И если бы не это, ее бы уже давно добило то, что заселили в ее душу. Но что именно остановило воздействие зла неизвестно. Твоя зажигалка? Мой ловец снов? Обе эти вещи – талисманы. А заклятия такого боятся.

– Возможно, подаренный Ликс дракон притупил воздействие, а Кот помог добить.– выдвинул предположение Ян.

Том откинулся на спинку стула.

– Но обе эти вещи бесполезны, если человек не будет сам готов бороться за свою жизнь и выгрызать её из когтистых лап проклятья по кусочку. Ликс оказалась готова.

Ален ошеломленно молчит. Кот ему тоже подыгрывает, потому что и у него самого слова закончились.

Чем Ликс могла кому-то настолько насолить, что ее пытались убрать? И каким образом все сложилось так, что в последний момент, когда ее жизнь уже окунулась в яму безразличия, она набрела на их команду?

И протянула руку в поисках помощи, которую они, даже несмотря на незнание всех обстоятельств, смогли перехватить и согреть.

Они спасли ее. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Где-то далеко по Странному клубу витают отголоски смеха. Они долетают до слуха обоих старших, приводя их в себя. На лица невольно наплывают улыбки.

– В любом случае, раз она теперь такая радостная, опасность миновала. Но в планах всё ещё раскатка по асфальту врага. Не забудь и меня позвать, как соберешься.

– Тебе оно зачем? – наконец с облегчением выдыхает Ян и снова растягивается на кровати.

– Очень не люблю нелюдей, играющих с чужими жизнями. Таких нужно наказывать.

– Том, – звучит недовольный голос Рина рядом с дверью. – Джесс уже заметил, что ты унёс его очки. Трезвонит сообщениями на весь клуб.

– Они же мне идут? – довольно скалится в улыбке Кот, на что получает недовольно сморщенный нос. – Что, нет?

– Сейчас вернётся Черри и начнёт метать гром и молнии, потому что в палате посторонние, – Говорит Миура

– Она у нас что, Зевс? – Хихикает Кот, однако всё же потихоньку отскребает себя от стула и лениво движется к выходу.

– Эй! – окрикивают его сзади и он оборачивается.

В руки прилетают ключи.

Кот подбрасывает их в воздух на ладони, слушая, как они мелодично позвякивают, а затем подмигивает Яну и скрывается в коридоре.

Ему долго объяснять не надо. Найдёт байк и вернёт в лучшем виде.