Акт XXXIX. Я - это

Правило клуба O(r/d)dinary №7: Большинство вещей не то, чем кажутся на самом деле

Красноглазые снова украли его сон. Они смеялись и клацали челлюстями у самой шеи. Играли с ним, как с загнанной добычей, а когда зубы уже почти окончательно сомкнулись, заставив побежать по шее красные дорожки крови, Ян пришёл в себя.

Открыв глаза он понял, что красный проник в его сон неспроста – очнулся он в каком-то безумном переплетении красок и воплей сирены. Заметив, что парень пришёл в себя, Клуб вырезал крупные буквы на стене:

"Джесс попал в беду!"

Сердце провалилось в подвальные этажи здания.

Какую беду? Разве он не должен был просто спокойно вернуться домой? Что могло случиться?

В голову поползли все самые нехорошие мысли. В такой момент вспомнилась и пропавшая когда-то зажигалка, и записка с угрозами в ней.

Стало по-настоящему страшно. Джесс где-то совсем один, за тысячи километров. Как его искать в незнакомой стране?

"Есть один способ", – Система Клуба будто бы умела читать мысли. "Но он вам не понравится".

– Выкладывай! – рявкнул на неё Ален.

"Вступите в Клуб и подвергните свою жизнь опасности. Джесси сам вас найдёт. Другого выхода из сложившейся ситуации больше нет".

Ян сомкнул веки. Голова трещала по швам.

"Вот тебя и поймали. И тебе даже возразить на это нечего, потому что о выборе между Джесси и своими принципами и речи не идет".

– Я согласен.

Слова были произнесены так тихо, что он сам едва себя услышал.

По запястью поползла чёрная нить, охватила его кругом и замерла красивым чёрным узором.

Ален посмотрел на него всего мгновение, и снова обратился к Клубу:

– Зачем мне попадать в беду? Неужели Система не предусматривает возможность обнаружить местоположение участников клуба?

Кажется такое предположение вызвало у писавшего текст создания негодование – буквы запрыгали в разные стороны, текст едва удавалось разобрать:

"Метка – не устройство для слежения и не клеймо. Вступающие получают относительную свободу своих действий. В экстренных ситуациях проблемы решаются главой, только тогда он имеет право знать, где вас искать".

Ян наскоро натягивал вещи, при этом думая, в какую такую беду он должен теперь вляпаться, чтобы ему действительно угрожала опасность. Он, без преувеличений, сильный, и в боевых навыках равных ему бы поискать. Поэтому, взяв на заметку советы Системы, решил начать поиски с уже известного ему адреса – дома Джесси. А дальше... Придётся что-то думать.

***

В самолёт он проскользнул незамеченным. Часы, проведённые в полёте показались самыми долгими в жизни. Ян старался себя не накручивать. Из того, что он знал, многие организации использовали метки. И пока она не исчезла, значит, глава всё ещё жив. Это хотя бы немного его успокаивало.

И всё же, что могло случиться с Джесси? Ян знал его так плохо, были ли у него за пределом Паредайза недоброжелатели?

Неприятные подозрения уже закрадвались. Ведь часто нашими злейшими врагами становятся те, с кем раньше мы были ближе всех.

Ян чувствовал себя виноватым с головы до пят. Зачем он отпустил его одного, такого глупого?

Ему, мучавшему себя бесконечными вопросами, и так длинная дорога показалась не имеющей конца. Сознание заволокло туманом тревоги, пальцы то и дело касались метки.

***

Когда он вышел на пепелище, которое раньше, предположительно, было домом Джесси, его будто ледяной водой обдало, и паника, копившаяся внутри, вылилась гневом.

Из глаз брызнули злые слëзы. Будто бы это его семья погибла здесь. Будто бы это ему некуда больше возвращаться.

Он уже испытывал подобное когда-то. И как же больно осознавать, что не его одного коснулась подобная беда.

"Обретая нечто ценное, думай о последствиях".

Это из-за него? 

Не нужно было сближаться с Джесси. Яну нельзя было подходить к нему и на километр, но он не сдержался. 

Глаза застилали дождевые капли, куртка промокла насквозь, но он и не думал где-то укрыться.

Больше ничего нельзя исправить. Но всё ещё можно постараться спасти Джесси.

За его спиной раздался смешок.

***

Из-за серого неба в роще практически ничего невозможно было разглядеть. В такую погоду место, где укрылся Джесси, найти было весьма трудно. Не то чтобы он рассчитывал спрятаться от преследующей его в течении долгого времени, а сейчас временно отставшей толпы – на неё и её побои, во главе которых стоял когда-то лучший друг, ему было абсолютно плевать. Он просто направился туда, где бывал в трудные минуты своей жизни.

Убежищем ему служил крошечный старинный храм. Не известно, сколько ему исполнилось в этом году, но если и раньше он выглядел ненадёжно, то сейчас его крыша и вовсе обрушилась, не оставляя никакой возможности попасть внутрь.

Наружную стену украшал барельеф с изображением ангела, крылья которого поросли мхом. Именно под его изображением сейчас сидел Джесси, обнимая колени, пытаясь сжаться в крошечный комок. Возможно, со временем он будет становиться всё меньше и меньше, пока окончательно не растворится в океане боли.

Сколько рук и камней его задели? Это не важно. Он не ответил ни на один удар. У него не было на это сил и желания.

Горло сдавили рыдания. Он плакал уже так много часов, что слезы в конце концов кончились, но плакать всё ещё хотелось.

Опустошение и бесконечная горечь с привкусом вины.

Не родись он таким одарённым, родным ничего бы не угрожало. Возможно, было бы гораздо лучше если бы он никогда не рождался. Он принёс в мир столько несчастий, столько ненависти только одним своим существованием.

Он виноват... Он так виноват...

Ему было всё равно, что с ним станет дальше. Всё, что у него осталось в этом мире, за что можно бы было ещё отдалённо беспокоиться – Ян Ален. Но он сейчас далеко, в безопасности...

В и так разрываемое болью сердце воткнулась острая игла, заставившая сделать резкий выдох.

Джесси поднял пустые глаза в оплакивающее его расколотую жизнь небо.

В их глубине вспыхнул яркий рубиновый огонёк.

***

Ян обернулся и увидел фигуру примерно своего роста. Лицо незнакомца скрывала маска, волосы плотно закрывал капюшон.

И только глаза блестели опасными искрами. Презрение в них мешалось с лёгким безумием. А невидимые губы наверняка растянулись в сумасшедшей улыбке.

– Я ждал тебя, – сладко протянул незнакомец. – Лишь тебя одного.

– Мы знакомы?

Ален чувствовал, как от его вопроса исходящая от незнакомца аура опасности уплотнилась, стала почти осязаемой.

– О, ещё как, – однако спокойно сказал он.

Даже чувствуя, что предстоит что-то нехорошее, Ян и не думал отступать.

– Кто ты и зачем меня ждал?

Незнакомнц рассмеялся в голос.

– Ну-ну, так много вопросов. Не хочу отвечать, ты лучше сам угадай! Дам подсказку – я всегда ближе, чем ты думаешь, но не так близко, чтобы меня можно было схватить. А ещё я гораздо сильнее тебя.

Пока неизвестный нёс околесицу, Ален вынул из воздуха лук, прицелился и выстрелил. Но незнакомец увернулся, сделав всего один шаг в сторону, ещё до того, как стрела успела преодолеть малую часть пути.

Он будто видел Яна насквозь, но Ален не предал этому значения и, сменив лук на меч, перешёл в ближний бой.

Парень снова заливисто рассмеялся. Кажется, потуги Яна его забавляли. Сам же он едва боролся со скукой уворачиваясь от каждого выпада. В конце концов ему это надоело, и он одним точным движением ударил Алена по запястью, выбивая меч и, подхватив его же, прочертил лезвием дугу у его шеи. Ян едва успел уклониться – зацепило только волосы.

Мгновение – меч разлетелся фиолетовыми светлячками, и Ян, перейдя в рукопашную, нанёс неприятелю удар в живот. Тот даже не поморщился – выхватил откуда-то из рукава нож и стал размахивать уже им. По его технике боя сразу было понятно, что метил он в жизненноважные точки. Он не хотел ранить – его целью являлось исключительно убийство.

В этом они с Яном отличались.

Во время боя нужно бы думать о тактике, но он всё смотрел и смотрел на незнакомца, пытаясь понять, кто же он.

Их навыки находились практически на одинаковом уровне, только наличие жажды убийства делало незнакомца сильнее.

Ален не помнил, чтобы у него водились такие враги. И таких друзей у него тоже никогда не было.

– Что же ты перестал спрашивать? – усмехнулось незнакомое невидимое лицо. – Уже устал?

Ян не поддался на провокации.

Подпрыгнув высоко вверх и активировав крылья, сложил руку в управляющем жесте. Фиолетовые светлячки, оставшиеся от меча, обратились кинжалами и устремились к неизвестному.

Тот с лёгкостью уклонился от каждого. Последний перехватил прямо в воздухе и перенаправил в парящего над его головой Алена.

Того не задело, но и спускаться на землю особенного желания не возникало. В небе, кажется, было куда безопасней.

– Что, не спустишься? – человек склонил голову в бок. – Впрочем, это не так важно. Пока ты там висишь, я расскажу тебе одну маленькую историю о судьбе мальчика, который здесь жил.

Неизвестный присел на корточки и с сожалением зачерпнул горсть промокшего пепла. Правда сожаление это было до того притворное, что вызывало отвращение.

– Стоило гонцу принести письмо с извещением, что мальчик стал наследником Клуба, родители сразу поспешили отправить его восвояси. Они знали, какая опасность может грозить после раскрывшейся правды. Всё потому что за гонцом следили. Следил я. И не только. За этой семьёй наблюдало много людей, и когда подтвердилось, что мальчик одарённый, все ненавистники поспешили вцепить свои клыки в тех, кто породил это ищадие ада на свет. По-началу я не собирался в этом участвовать, но увидел, какие между вами образовались милые отношения, и не смог остаться в стороне. Но этого мне показалось мало, поэтому я во всех красках наврал его другу, что это Джесси совершил столь жестокое злодеяние.

Ян в конце концов не выдержал и ринулся вниз. Совсем забыв о своей способности, он пустил в ход кулаки. Каждый удар блокировался.

– Знаешь, а ведь это всё из-за тебя. Я ведь предупредил – думай о последствиях, если находишь в жизни источник счастья. И что ты наделал?

– Ты псих! Почему ты это делаешь?!

– Я?! – незнакомец снова перешёл на смех и, мгновенно отметая очередной удар, сжал пальцы на шее Яна и поднял того над землёй. Во второй руке снова блеснуло лезвие. Ален под его стальной хваткой начал задыхватья:

– Причины нет. Ты мне просто не нравишься, понятно? Ещё не догадался, кто я? Если нет, так я тебе скажу. Я – это...

Неожиданно лезвие жестко выдернули из его руки и вонзили ему в спину. Неизвестный закашлялся и разжал пальцы, выпуская из них уже почти потерявшего сознание Яна.

За его спиной стоял Джесс. По крайней мере, это абсолютно точно должен был быть Джесси, но Ян с трудом разглядел в этом человеке того, кого знал и к кому привык. В нём не было ничего, кроме ненависти и желания убивать.

Ален никогда не думал, что увидит на его лице подобное выражение. Глядя на новоприбывшего помутневшим зрением, он наверняка обознался.

Однако, когда в глазах немного прояснилось, картинка не изменилась.

Фигура нападавшего пошатывалась, стараясь не рухнуть на землю. Джесси со злобной улыбкой смотрел на неё пустыми глазами с кроваво-красными искрами.

– Эй, Джесс, ты в порядке? – наконец осмелился спросить Ян.

Ему не ответили. Джесси сделал шаг навстречу и так едва стоящему неизвестоному, видимо, желая его добить, но Ян преградил ему путь.

Джесс даже не обратил на него внимание, только отвернул от себя за плечи и сделал в сторону незнакомца рывок. Но Ян схватил его за руку и заломил её в захвате. Джесси стал вырываться, воздух наполнился криком.

У Алена пробежали мурашки по коже. Что с ним стало? Что он натворил?

Незнакомец снова засмеялся и посмотрел в небо.

А затем его фигура рухнула в промокший пепел и затихла.

Джесс всё продолжал бросаться в его сторону. Не в силах больше его удерживать в захвате, Ян сгреб его в объятия.

Джесс что, так и останется навсегда вот таким? Больше никогда не будет собой и не улыбнётся? Это всё он, Ян! Он вечно всё портит! 

Лучше бы им никогда не встречаться! Он принёс Джесси слишком много боли!

По щекам покатились жгучие слезы. Джесс поднял глаза на его лицо и замер.

Искры в них постепенно затухали, остались только мягкие звёздочки на карей радужке.

Его руки осторожно сомкнулись за спиной Яна. Он уткнулся ему в плечо и так и застыл, обессиленный и подавленный. Помнящий всё, что с ним происходило до последней секунды. Как он обезумел, как хотел убить всех и вся.

Было больно и страшно. Но в объятиях было тепло.

***

– Потом я решил сорвать с лица нападавшего маску, но, даже увидев человека под ней, не узнал его. Я и Джесси спрашивал, но и он дал отрицательный ответ.

У Бин от всего рассказанного встал в горле ком. С трудом ей удалось выговорить хоть что-то:

– Получается, злодей погиб?

– Нет. Думаю, нас обманули и произошла граммотная подмена, но проверять мы не стали. Вернулись в Клуб и больше никогда не пересекались даже с тенью подобного человека. Однако всё, что происходит вокруг нашей организации, очень похоже на то, что делал когда-то именно он. Поэтому я не совсем уверен в его гибели, пусть и видел тело своими глазами.

Ян снова замолчал. Заставить себя довести до конца длинную речь было весьма не просто.

– Когда мы вернулись, я сразу рассказал и об угрозах в свою сторону и всё-всё, что знал о произошедшей трагедии. Чуть ли не на коленях умолял Джесси снять с меня метку и больше не подвергать себя опасности. На это он просто закрылся в одной из комнат.

Следующие три месяца он совсем не разговаривал, стал сам на себя не похож. А потом, в один прекрасный день, стал тем Джесси, которого мы все знаем. Внутри изломанным, но сердцем бесконечно мягким. Он смог пережить своё горе и даже думать не смеет о том, что в смерти его родных есть доля моей вины, потому что...

– Он нас любит,– закончила за него Бин. – Джесс бы никогда не стал тебя винить. Ведь виноваты все эти чокнутые психопаты, которые нас ненавидят. Ты – тоже их жертва.

– Жертва или нет, но факт остаётся фактом. Мне понадобилось много времени , чтобы вновь научиться смотреть ему в глаза, – Ян встал на ноги и потянулся, разминая, затекшие конечности. – Позже, уже без Джесси, я отследил его друга, Оливера. Оказалось, ему неплохо промыли мозги нужной сверхсилой. В конце концов и мне пришлось найти человека, который бы помог подтереть его память в нужных местах, чтобы он смог жить нормально. Пару лет назад он основал свою собственную баскетбольную команду, успел жениться, завести сына. И не помнит, что когда-то знал человека по имени Джесси Мак Итен. Так для него будет безопасней.

Джесси вообще больше некуда возвращаться. Он прошёл через Чистилище и возненавидел себя за своё существование. Мы для него, без преувеличения, целый мир и единственные, кто может дать ему за такие мысли оплеуху посильнее. А тебя, Коршун, он подпустил к себе ближе всех. Потому я тебе всё это и рассказал – ведь из самого него о его прошлом трудно что-то вытащить. Береги нашего Джесси и никогда не отказывайся от него.

– Да как можно! – у Бин непроизвольно слезы побежали из левого, живого глаза. – Я всегда подозревала, что с ним когда-то случилось что-то ужасное, но чтобы такое... За что на его жизнь выпали такие испытания?

Ян расставил руки и зашагал по лесам.

– Судьба не справедлива. Самого ужасного человека она может с нежностью осыпать горстями золотых монет. А достойного счастья столкнет на ступеньки по дороге в Ад и заставит пройти каждую. И всё, что ты можешь при этом сделать – просто продолжать жить. Вдох. Выдох. И пошёл дальше. Как бы тяжело не было и даже если от сердца осталось решето.

Когда леса под ногой Алена закончились, он просто спрыгнул вниз, даже не попрощавшись с Бин. Встретятся позже, а пока ему бы самому переварить всё, что он успел наговорить.

Вытащенные наружу воспоминания неприятно теребили душу.

Прошло довольно много времени, прежде чем Картер немного пришла в себя. Кусочки пазлов в понимании, что из себя на самом деле представляют Джесс и Ян, потихоньку становились на свои места.

Ян говорил в основном о Джесси, но Бин теперь все равно могла понять, почему тот раньше немного сторонился ее, стараясь к ней не привязываться.

Он боялся, что с ней по его вине тоже что-то случится, но, со временем, Яну, к счастью, удалось отойти от этой мысли.

Может быть и любить он боялся по той же причине – опасался за жизнь своей любви. Но сердце не давало ему отказаться от всего только из-за страха. Чувства в нём были живыми и настоящими, а такую сильную магию не победить даже сотни недоброжелателей.

Если такой человек, как Ян, полюбил, это чувство к человеку никогда не ослабеет. Ему бы только чуть больше смелости. И прибавить к ней щепотку удачи.

Конец арки Волка и Дракона