Глава 28

28. Джин Ишикава.

Получив дело Кириямы, Джин быстро пробежался глазами по собранным уликам и отчетам. Тело Мичи нашли утром, так что пока папка с делом была тонкой, и изучать там было особо нечего. Имя жертвы, причина смерти и минимум улик. Ну и, конечно, отсутствие свидетелей, но это обычная практика для Гетто. На всякий случай он даже спустился в морг и сам посмотрел на труп. Пусть Джин и не питал к нему теплых чувств, но он все-таки знал его лично, общался с ним. До сих пор он вел дела незнакомцев, которые оставались для него безликой массой, сейчас же все было по-другому. Может, Мичи и не был хорошим человеком, но его тоже, как и многих других, использовали и выбросили за ненадобностью.

Джин не стал задерживаться в участке до поздней ночи, следовало сначала решить насущные проблемы. Без денег, машины, браслета, хотя бы одного, он не сможет ничего сделать. Джин не стал звонить домой поздно вечером, скорее всего псевдо-отец был дома и вряд ли позволил бы поговорить с мамой. Он отложил этот звонок на следующий день. Мысленно Джин старался отстраниться от фамилии Ишикава, будто его семья — посторонние люди. Много лет, пока он учился и работал в Миддл-Тауне, так и было. Но именно сейчас, как бы он ни отстранялся от своей семьи, отчетливее всего ощущал, что принадлежал миру Элиты. Все эти годы он жил вдали и практически не соприкасался с Элитой, но стоило ему попасть туда ненадолго, как воспитание, детские воспоминания, неосознанные страхи и желания дали о себе знать, напомнили, что он был чужаком именно в Миддл-Тауне. Место, в котором Джин родился, играло все еще важную роль в его жизни.

Утром Джин перерыл все свои карманы и, найдя несколько мятых купюр, благодарил за это собственную рассеянность. Этого было, конечно, мало, и он все-таки позвонил днем домой, точнее в особняк Ишикава, который был его домом когда-то, но не сейчас. Трубку взял кто-то из горничных и Джин, не церемонясь, попросил позвать Ишикаву Нагису по срочному делу. Услышав голос Нагисы, он почувствовал стыд, перед глазами предстала картина их последней встречи, ее растерянный взгляд, в котором она даже не скрывала разочарования и брезгливости. Он вел себя как идиот, кричал, обвинял, был впервые за долгое время пьян. Но все, чего он добился — стал еще большим ничтожеством и жалким никчемным сыном в глазах не только матери, но и того, кто вообще не имел права находиться в доме Ишикава. Для него, по всей видимости, Джин никогда не представлял особой угрозы, и даже сейчас, иначе он не подпустил бы его так близко к себе.

— Это Джин, мама, — сказал он, пытаясь иронизировать, хотя слово «мама» прозвучало так угрожающе, что попытка явно не удалась. — Не волнуйся, я не собираюсь вносить хаос в вашу привычную жизнь, но мне нужны мои вещи. Собери все, пожалуйста, включая телефон, бумажник и браслет, и отдай водителю, пусть привезет в Миддл-Таун.

— Я позвонила твоему другу Широтани, и он недавно забрал твои вещи, — сказала она, а затем озабоченно спросила: — Дорогой, с тобой все хорошо?

— Это все, что мне нужно, — проигнорировав ее вопрос, ответил Джин.

— Джин, подожди, — остановила его мать, и он ради любопытства не стал бросать трубку. — Ты Ишикава, единственный наследник и мой сын. Несмотря на наше недопонимание, твое место здесь, в Элите.

— Почему же ты не вспоминала об этом столько лет? — не удержался от вопроса Джин. — Да и что я буду делать в Элите? Торчать в комнате садовника, пока не состарюсь?

— Ну зачем ты так, — Джин сразу узнал слащавые, притворные нотки обиды. — Все эти годы мы думали лишь о том, что будет лучше для тебя, ни в чем не ограничивали твою свободу и желание жить там, где ты хочешь. Ну а этот нелепый домашний арест — временная мера. Просто чтобы ты все обдумал без спешки.

Ах, вот как она оправдывала себя все это время. Его мать всегда умела представить ситуацию в том свете, в каком ей было выгодно. Наверняка отцу она говорила совсем другое, соглашаясь на подобную «временную меру». Она всегда принимала сторону сильнейшего, всегда оставалась там, где ей было удобнее, оставаясь в согласии с собственной совестью и мнением окружающих. Как это на нее похоже.

— В таком случае, тебе не в чем себя упрекнуть, — заметил Джин. — Можешь продолжать утешать себя подобными оправданиями.

— Джин, ты всегда можешь вернуться, сынок, — вжившись в роль матери, сказала Нагиса.

— Поверь мне, мама, я об этом не забуду, — пообещал Джин. — Я обязательно вернусь и напомню о своем статусе и правах наследования. Ты тоже помни об этом.

Слушать ее ответ Джин не стал и повесил трубку. Удивительно, но после собственных слов он решил, что так и сделает. Сначала предстояло выбросить из дома самозванца, изображающего его отца, а потом Джин займет свое законное место.

Он не хотел снова втягивать в свои дела Юу, но, с другой стороны, пора было все ему рассказать, слишком долго он пользовался его помощью, умалчивая о самом главном. Джин вздохнул, если другого пути не было, не стоило тянуть с этим разговором. Скорее всего, он потеряет доверие Юу и его дружбу. Что ж, если так, он это заслужил.

Он набрал номер собственного мобильного и вскоре услышал голос Юу.

— Да?

— Это я, — внезапно вся решимость и хладнокровие покинули Джина и его голос дрогнул. — Джин.

— Я ждал, когда же ты догадаешься позвонить на свой номер, — с присущей ему иронией ответил Юу. — Я запомнил примерно, где ты обитаешь в Миддл-Тауне, но подскажи точный адрес, подъезд и квартиру. Только я приеду не один.

Джин не стал задавать лишних вопросов и назвал адрес. В ожидании он ходил из угла в угол, предстоящая встреча заставляла его нервничать. Показывать Юу эту сторону своей жизни он никогда не собирался, даже если бы когда-нибудь и открыл, что на самом деле работал детективом в Миддл-Тауне.

Юу приехал довольно быстро, позвонил в дверь, и Джин открыл, не заглядывая в экран видеонаблюдения. На пороге оказался не только Юу, с ним была Кэрри. В общем-то, Джин догадывался, что Юу говорил именно о ней, когда упомянул, что будет не один. Странно было видеть их вдвоем, несмотря на рассказы Юу, он не воспринимал их, как пару. Джин вдруг вспомнил их с Каме спор и подумал, что, возможно, он проиграл. Что бы ни произошло, пока он торчал в Элите, это, видимо, никак не изменило чувств Юу к Кэрри.

Он пропустил их в гостиную. Юу вручил ему пухлую сумку, с которой Джин приехал в Элиту.

— Вам, наверное, нужно о многом поговорить, — сказала Кэрри и многозначительно взглянула на Джина. — Может, мне пока заняться кофе, где тут кухня?

Ее тактичность вызвала у Джина улыбку. Он показал ей кухню и вернулся в гостиную. Вряд ли их с Юу разговор мог остаться для нее тайной, но свою позицию невмешательства она отлично до них донесла, оставшись на нейтральной территории.

Юу сел на диван и скрестил руки на груди. Он подтолкнул к Джину сумку и сказал:

— Внутрь я не заглядывал, это все, что передала мне твоя мать.

— Спасибо, — ответил Джин. Он сел напротив, в то кресло, в котором впервые «допрашивал» Каме. Вот только теперь допросу подвергался он сам.

— Рассказывай, — просто попросил Юу.

— Ты знаешь Каме, художника из клуба? — спросил Джин.

— Каменато, занятный парень, — кивнул Юу своим мыслям. — Он сказал, что ты вернулся в Элиту, потому что хотел узнать побольше о смерти сестры. И что остальное ты расскажешь мне сам, если посчитаешь нужным, конечно.

Джин кивнул, обдумывая, с чего начать свою историю. Он раскрыл сумку, покопался в вещах, выудив самое важное. Браслеты — и золотой, и серебряный — были на месте. Так же, как ключи от машины и бумажник. Он полез в карман и достал голографическую карту-удостоверение детектива.

— Я жил здесь все эти годы и работал в полиции, — сказал он, протягивая Юу удостоверение. — Сначала учился в университете, но потом перевелся в полицейскую академию. В Элиту я поехал не только из-за сестры, но и из-за еще одного дела, которое навело меня на след клуба, в котором бывают исключительно элитные клиенты.

Юу изучал удостоверение, не поднимая глаз на Джина, и тот продолжил.

— Все началось с художника. Я поймал его с поличным, но он ускользнул. Он нарисовал сцену убийства девушки из Гетто. Потом, встретив его снова, я испытал на себе его дар и вспомнил, как нашел сестру мертвой. И обе девушки носили один и тот же кулон. Он-то и навел меня на клуб, и тогда я решил вернуться в Элиту. Каме же тем временем тоже отыскал это место и стал там работать, но я узнал об этом только когда приехал в качестве клиента.

Джин перевел дух, Юу внимательно посмотрел на него, ожидая продолжения. Он не прерывал Джина и по лицу невозможно было понять, о чем он думал. Глядя на него сейчас, Джин вспомнил, каким Юу представал перед другими, когда они только встретились — непроницаемым и закрытым, прятал эмоции за маской холодной вежливости. С Джином он с самого начала был открытым и расслабленным в общении. Но сейчас Джин с горечью понял, что потерял его доверие и стал для Юу чужим. Такова плата за ложь, тут уж ничего не поделаешь. Но, может, именно из-за боязни потерять доверие Джин и предпочитал все это время молчать?

— Мне нужны были знакомства, — продолжил Джин. — И, встретив тебя, я использовал нашу дружбу, чтобы попасть в клуб в Гетто.

— Я догадывался, что все не так просто, — сказал Юу. — Все эти странные просьбы, любовь к портретному искусству, друг-детектив из Миддл-Тауна, вечеринка на день рождения. Так, значит, все было ради расследования?

— Да, все так, — согласился Джин. — Я взял обещание с Кэрри, что она не расскажет тебе. Она помогла мне, рассказала про Атсуко, они дружили, потому что Атсу была частью клуба, у нее тоже был дар. Благодаря Кэрри я смог продвинуться так далеко в этом деле. Но все ответы узнал Каме. И про смерть Атсуко — он использовал свой дар во время вечеринки на моем дне рождения. И про смерть той девушки из Гетто, с которой все началось. И эта разгадка привела в мой собственный дом.

— Об этом я тоже догадывался, иначе с чего бы тебя посадили под домашний арест, — кивнул Юу собственным выводам. — Пока все, что ты рассказал, вполне логично. Хотя неприятно, что мне в твоей истории отведена роль идиота, который ничего не знал.

— Извини, я просто не хотел тебя втягивать, — сказал Джин. — Но без твоей помощи я до сих пор торчал бы в комнате садовника или, может, даже хуже. Спасибо.

— Я помог не из-за тебя, — заметил Юу и мельком взглянул на дверь, которая вела в коридор и кухню. Несложно догадаться, ради кого он помогал на самом деле. Джин это прекрасно понимал, благодарить стоило Кэрри.

— Но каковы бы ни были причины, сейчас все усложнилось, — сказал Джин, предстояла самая невероятная часть истории. — И Кэрри может быть в опасности, как ты, я и художник. Потому что человек, который стоит за этими убийствами, хотя на его совести наверняка гораздо больше крови, выглядит как мой отец, но моим отцом не является.

Юу нахмурился и спросил:

— Что значит, отцом не является? И зачем, скажи ради всех богов, ему убивать Атсуко, девушку из Гетто и кого бы то ни было еще? С этой частью истории у тебя явные проблемы.

— Атсуко была приемным ребенком, поэтому у нее был дар, как у некоторых жителей Гетто. Именно она привела этого человека в дом Ишикава. Он тоже из Гетто и умеет менять облик, буквально становиться любым человеком. Он ревностно оберегал эту тайну, устранял всех свидетелей — Атсуко, девушку из Гетто — она умела читать мысли, — а теперь и Мичи.

Джин подтолкнул тонкую папку, лежащую на столе, ближе к Юу. Тот открыл ее и на мгновение даже изменился в лице. В папке находились голографии с места убийства Мичи.

— Ну, предположим, что это правда. Как ты это выяснил? — спросил Юу, откладывая в сторону папку.

— Это выяснил Каме, а не я. Он попросил Кэрри принести что-нибудь из особняка Ишикава, когда вы вытаскивали меня, и она выполнила его просьбу. Каме видел настоящее лицо этого... человека. Но он засек Кэрри и, как оказалось, знает о ней слишком многое, знает о вас. Теперь ты понимаешь, что мы все в опасности?

— Ну а Мичи чем ему помешал? — Юу кивнул на папку.

— В его облике он иногда посещал клуб, — ответил Джин. — И он знает, что мы его вычислили. Это просто показательное представление. На том же месте, в такой же позе и с проломленным черепом была найдена девушка из Гетто. Скорее всего, и убийца тот же — сообщница фальшивого Ишикавы, она тоже из клуба и обладает телекинезом, как и Кэрри.

— Ее зовут Эрика, — в комнату вошла Кэрри. Она несла две чашки с дымящимся напитком, по комнате мгновенно разнесся аромат кофе. Долго же она ждала, прежде чем все-таки войти. — Извините, не могла больше ждать. Эта дамочка уже пыталась подставить Каме, она может еще что-нибудь натворить.

Кэрри поставила чашки на стол и села на подлокотник дивана. Джин заметил, какой обеспокоенный взгляд бросил на нее Юу. Значит, по крайней мере, на нее он уже не злился.

— Подождите минутку, слишком много информации, — признался Юу. — Сообщения, которые я получал с твоего телефона, были от этого... меняющего облик?

Джин кивнул, и Юу нахмурился еще больше. Пока он все обдумывал, Джин взял одну из чашек с кофе и сделал пару глотков.

— Жаль, что ты рассказал мне обо всем только сейчас. Может, я смог бы что-то узнать, пока был в Элите. Но сейчас это исключено.

Джин не думал, что Юу так спокойно все воспримет, но, судя по ледяному тону, его доверие Джин все-таки надолго потерял.

— Почему? — спросил он, не совсем понимая, что Юу имел в виду про Элиту.

— Потому что я переехал в Миддл-Таун и в Элиту возвращаться не планирую, — ответил Юу и положил на руку Кэрри свою. Их взгляды слегка смутили Джина, похоже, их отношения перешли на новый уровень.

— Ты не думал, что он писал сообщения с моего телефона, потому что хотел убрать тебя с дороги? Преследовал какие-то свои цели? — спросил Джин, этот вопрос не давал ему покоя, он не понимал, зачем «отцу» нужно было отправлять эти сообщения Юу.

— Думаю даже, что он их добился, — согласился Юу. — Благодаря мне он изолировал Мичи, когда я исключил его из своего круга. Потом столкнул с Джекки в самый «подходящий» момент, наверняка в надежде на то, что помолвка сорвется. В общем, можно сказать, я оправдал его надежды, хоть и по другой причине, даже избежав неустойки.

— Если это так, его цель устранить твою семью из Совета, — задумчиво подытожил Джин.

— Допустим, у него получилось, — не стал спорить Юу.- Зачем ему это?

— Было бы неплохо это выяснить и подумать, что делать, — сказал Джин.

— Если я встречусь с ним, как он и хотел, может быть, что-нибудь узнаю, — задумчиво предложила Кэрри. Джин и Юу перевели на нее взгляды, почти позабыв, что у нее тоже могло быть какое-то мнение.

— Нет, — резко возразил Юу. — Это слишком опасно, тебе нельзя с ним встречаться.

— Он всего лишь человек и обладает всего одним талантом, — напомнила Кэрри. — Я хочу сказать, что он меняет лишь оболочку, но не внутренние качества. Значит, если он примет мой облик, то не сможет поднимать в воздух предметы. Мои способности ему не перенять вместе с внешностью, верно?

— Мы не знаем этого наверняка, — с сомнением ответил Юу.

— Знаем, — весомо сказала Кэрри. — Иначе ему была бы не нужна Эрика. Да и встреча со мной тоже.

— Даже если ты встретишься с ним, он не выдаст своих планов на блюдечке, — вставил слово Джин. — Узнать об этом может только Каме, но для этого ему нужно попасть в Элиту, приблизиться к этому человеку и при этом себя не выдать.

— Если это тебе поможет, я могу выписать пропуск в Элиту на него или на кого-то другого, у кого есть серебряный браслет, — предложил Юу. Джин понял, что Юу согласится на все, что угодно, лишь бы в этом не участвовала Кэрри.

— Это мне поможет, — тут же согласился Джин. — Но вам все равно нужно быть начеку, вряд ли он так просто откажется от своей идеи относительно Кэрри, в чем бы она ни заключалась.

— Об этом можешь не волноваться, — с легкой ироничной улыбкой ответил Юу. — Я не оставлю ее одну ни на минуту.

Больше им нечего было обсуждать и, пообещав быть на связи, Юу и Кэрри ушли.

После этого визита Джин вздохнул с облегчением — давно следовало все рассказать Юу. Конечно, Юу перестал считать его своим другом, вычеркнув из круга близких знакомых, но по крайней мере Джин теперь мог не скрываться и не врать.

Не мешало бы напомнить Юу, что если бы не Джин, он не встретил бы Кэрри, которая так кардинально изменила его жизнь. Похоже, в споре с Каме он потерпел сокрушительно поражение, и теперь ему придется вернуть должок. При мысли об этом Джин улыбнулся. Он и сам не собирался оставаться в полиции после этого расследования. Уже совсем другие планы крутились у него в голове. Но это потом, сейчас важнее было избавиться от фальшивого отца или, по крайней мере, узнать для начала, что он задумал. Он хотел вернуть себе наследство и отомстить за смерть Атсуко и уж точно не собирался сидеть сложа руки.