Глава 6. Шепот клинков и запах антисептика

Белоснежные стены палаты пахли антисептиком и тишиной. Феликс, бледный, но улыбающийся, лежал на функциональной кровати, опутанный проводами и датчиками. Монитор ровно пищал, вычерчивая на экране жизненный ритм его спасенного сердца.

Дверь открылась, и в палату вошел Сынмин. В его руках была огромная корзина с экзотическими фруктами, дорогое печенье в стеклянной банке и несколько пакетов свежевыжатого сока. Он выглядел изможденным, но в его глазах, впервые за долгие месяцы, горел не фальшивый блеск, а настоящее, глубокое облегчение.

— Ну как ты? — тихо спросил Сынмин, ставя корзину на прикроватную тумбу.—Как огурчик… только с проводками, — слабо пошутил Феликс. Его голос был хриплым, но в нем появилась сила, которой не было раньше. — Врачи говорят, что все прошло лучше некуда. Спасибо тебе. Я… я не знаю, что бы без тебя делал.

— Пустое, — отмахнулся Сынмин, разливая сок по стаканам. Его пальцы чуть дрожали. Он смотрел на Феликса, на ровную зеленую линию на мониторе, и чувствовал, как камень падает с души. Хоть что-то в этой жизни он смог сделать правильно. Хоть одну жизнь спас, пока его собственная висела на волоске.

Он просидел с Феликсом несколько часов, разговаривая о пустяках, смеясь над глупыми больничными историями. Это было просто. По-человечески просто. И Сынмин ловил себя на мысли, что боится выходить отсюда, назад, в мир, где его ждали маски, предательство и человек в черном, чье присутствие стало для него одновременно угрозой и единственным утешением.

---

В это время на другом конце города, в скромной, но уютной квартирке Минхо, пахло старыми книгами, кожей и заваренным кофе. Минхо, одетый в простые треники и растянутую футболку, разливал по чашкам крепкий черный напиток. В его движениях была кошачья грация и скрытая сила, даже когда он просто занимался бытом.

Чанбин сидел на табуретке у кухонного стола, сжимая в руках свою чашку. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Эта обстановка — нормальная, человеческая — была ему чужда.—Ну что, Ворон, поведай старику, что у тебя на уме, — Минхо присел напротив, его взгляд был пронзительным.—Ты же все знаешь, судя по звонку.—Знаю, что ты ведешь себя как последний романтик, а не как профессионал. Это тебя убьет. И ее.

Чанбин вздрогнул.—Не называй его так.—А как? «Цель»? Для тебя она уже не цель, Чанбин. Ты смотришь на него не как на объект. Ты смотришь как на… спасение. — Минхо тяжело вздохнул. — Я уже проходил через это. Кончилось плохо. Для всех.

Он отпил кофе и посмотил в окно.—Банчан не шутит. Он уже нашел тебе замену. Парня зовут Ким Хесон. Холодный маньяк, любит работать с ножом. Получает кайф от процесса. Для него твой Сынмин будет не человеком, а мясом.

По спине Чанбина пробежал ледяной холод. Он представил изящное тело Сынмина, искалеченное лезвием, и его стошнило.—Что мне делать?—Выбирать. Или уходить. Или драться. Но если решишь драться, тебе понадобится помощь. И план. Банчана не взять в лоб.

Минхо встал и подошел к старому сейфу, стоявшему в углу комнаты. Он щелкнул замком и достал оттуда тяжелый пистолет с глушителем.—На. На всякий случай. Твой старый друг. — Он протянул оружие Чанбину. — И запомни. Любовь — это роскошь. За нее приходится платить кровью. Ты готов?

Чанбин взял пистолет. Знакомый вес успокоил его. Он кивнул.—Я готов.

---

Банчан стоял в своем кабинете перед огромной, почти пустой стеной. На ней висела единственная фотография — его сестры Соры. Она смеялась, глядя на него с десятилетней выдержкой.

— Я обещал тебе, Сора, — тихо прошептал он. — Обещал, что он заплатит. Его сынок. Его идеальный, безупречный наследник. Он будет уничтожен. Медленно. Болезненно. Как уничтожили тебя.

В дверь постучали. Вошел молодой парень с абсолютно пустым, невыразительным лицом. Его звали Ким Хесон.—Вы звали, босс?—Да. Новая задача. Ли Сынмин. Ты знаешь, кто это.—Модель. Цель Ворона, — безразличным тоном констатировал Хесон.—Ворон вышел из игры. Теперь это твоя цель. Но я не хочу, чтобы ты действовал сразу. Следи за ним. Изучи его привычки, маршруты. Докладывай мне обо всем. Особенно… если заметишь рядом с ним кого-то подозрительного. Я хочу быть уверен, что когда придет время, все будет сделано чисто. Понятно?—Понятно, — кивнул Хесон. В его глазах на секунду мелькнул огонек предвкушения. — Слежка и отчет. А потом… свобода действий?—Потом — полная свобода, — холодно улыбнулся Банчан. — Удиви меня.

---

В дорогом ресторане Хёнджин ковырялся вилкой в салате, нервно поглядывая на Джисона. Тот, в свою очередь, наслаждался стейком, явно довольный собой.—Ну? — не выдержал Хёнджин. — Прошла неделя. Где продолжение? Где сенсация?—Терпение, мой друг, — Джисон отрезал кусок мяса. — Хорошее вино нужно выдерживать. Так и с информацией. Твой «сочный кусок» оказался интереснее, чем я думал.—В смысле?—В смысле, что вокруг твоего идеального принца начали виться очень интересные личности. Кроме того таинственного типа в черном, появился еще один. Похожий, но… другой. Более жестокий. Пахнет большими деньгами и большой кровью. — Джисон leaned closer. — Это пахнет не просто скандалом. Это пахнет убийством. А это уже совсем другая цена.

Хёнджин побледнел. Он завидовал Сынмину, желал ему падения, но не смерти.—Убийство? Ты уверен?—Я всегда уверен. Так что, если хочешь остаться в стороне, молчи в тряпочку. А если хочешь заработать по-настоящему… будь готов рассказать мне все, что знаешь о темном прошлом нашего блестящего Сынмина. Все имеет цену, дорогой. Особенно чужие секреты.

Хёнджин молча сглотнул. Игра становилась слишком опасной, но назад пути не было.