3. Еще одна ночь

* * * Ночь была безмятежной ровно до этих пор. Гермиона сидела на кровати и единственным источником освещения была тусклая лампа на прикроватной тумбочке. Она читала, когда по окну тихо постучали. Отложив книгу, Гермиона взяла палочку и осторожно подошла к окну, дабы убедиться, что незваный гость не наделает шуму и не разбудит родителей. — Какого черта?.. — прошептала она, отодвигая шторы и вглядываясь в улицу. Света уличных фонарей оказалось вполне достаточно, чтобы узнать человека, стоящего на лужайке перед ее домом. Фред Уизли, единственный и неповторимый. — Что, во имя Мерлина, ты здесь делаешь? — прошипела она, открыв окно и стараясь, чтобы голос звучал достаточно громко для того, чтобы быть услышанным Фредом, но и достаточно тихо, чтобы не взволновать родителей. Фред усмехнулся, качнул головой и в мгновение ока забрался на дерево, чьи ветви вели как раз к окну Гермионы: — Пришел повидаться, конечно! Вздохнув, Гермиона распахнула створки так, чтобы Фред смог пролезть внутрь. — У меня будет куча проблем, если мама и папа узнают. — Хватит паниковать, Миона, все будет отлично, — авторитетно заявил Фред, хлопнувшийся на ее кровать, и принялся вертеть в руках книгу, которую только что отложила девушка. — «Повесть о двух городах»? Любопытно. Кто этот Чарльз Диккенс? — Знаменитый магловский писатель, - ответила Гермиона, плотно зашторивая окна, прежде чем опуститься рядом с гостем. — Ты все еще не сказал, почему ты здесь. — Я же сказал, что пришел повидаться. Или это недостаточно уважительная причина? — Фред водворил книгу на место и обнял плечи Гермионы. — Я что, не могу навестить свою девушку? Мягкий румянец залил щеки Гермионы, когда он назвал ее «своей девушкой». Она до сих пор не могла привыкнуть к тому, что встречалась со старшим братом лучшей подруги. Господи! Она до сих пор не могла поверить, что вообще с кем-то встречалась. — Я... Ты не так меня понял. Уже за полночь, разве Молли не будет в бешенстве, когда обнаружит, что тебя нет дома? — Неа, не будет. Я предупредил ее, что пошел к тебе. — Предупредил? — вскрикнула Гермина, широко распахнув глаза от удивления. — Конечно. Мне же нужно было разрешение, — пояснил Фред, закатив глаза. — Я хотел поговорить с тобой, прежде чем они появятся тут завтра. — Что? Кто? Что вообще происходит? — спрашивала Гермиона, укоризненно прищурившись. Шутливое выражение сползло с лица Фреда. — Гермиона, это очень важно, поэтому слушай внимательно. Договорились? Девушка уверенно кивнула. — Ты слышала что-нибудь об Ордене Феникса? Очередной кивок. — Так вот, Дамблдор организовал еще один. В нем куча людей: Люпин, мама, папа, МакГонагалл, Сириус Блэк, его кузина — Нимфадора Тонкс, Снейп и многие другие. — Снейп? — Знаю, звучит странно. — Почему ты мне это рассказываешь? — Ну, на данный момент мы все остановились в доме Сириуса. Это штаб-квартира Ордена. И Дамблдор велел им привести тебя завтра. Я только хотел предупредить тебя, чтобы ты успела собраться и не так удивлялась. Гермиона уставилась на него, стараясь как можно быстрее обработать полученную информацию. Новый Орден, которому нужна она. Фред мягко усмехнулся ее меняющемуся лицу. — Мерлин, мне нужно собираться! — Или, — начал Фред, перебирая палочку длинными пальцами, — ты могла бы предоставить это мне, и у нас было бы время побыть вместе. Гермиона прислонилась к спинке кровати и, пожав плечами, вернулась к «Повести». Фред управился с вещами удивительно скоро. Опустившись рядом с ней, он осторожно вытащил из рук ее книгу, положил ее на тумбочку, улегся на кровати и, наконец, потянул Гермиону к себе, вниз, заключая в объятия. От этой близости Гермиона снова покраснела. Никто, если не считать родителей и друзей, никогда не обнимал ее так крепко. Да, чувство было абсолютно новым, но фантастическим. Правильным. Вместе они были правильными – то, как соприкасаются их тела, как руки его уверено обвивают ее. Все это определенно было превосходно. — Миона? Девушка вздрогнула, когда Фред провел пальцем по ее вьющимся волосам. — М? — Можно тебя поцеловать? Вопрос немного шокировал Гермиону. До сих пор они целовались только однажды, и она не успела привыкнуть к этому ощущению. Девушка кивнула в знак согласия, стараясь не показывать, как взволнованна предстоящим. Фред поднял ее подбородок указательным пальцем и сам не спеша наклонился ближе. Незнакомое чувство его губ против своих вызывало во всем теле толпы мурашек и непреодолимое желание плотнее прижаться к нему и ответить на поцелуй. Ее руки, неподвластные более хозяйке, скользнули вверх, глубоко запутываясь в рыжих волосах Фреда. Поцелуй длился недолго и не успели они отстраниться, как Гермионе снова захотелось его губ под своими. — Было здорово, — пробормотала она, укладывая голову на грудь Фреда, молча кивнувшего в знак согласия — слишком уж он был погружен в себя, чтобы придумывать ответ. — Останешься, пока я не усну? Фред снова кивнул и молча натянул одеяло на их обнимающиеся тела, не подозревая о том, что уснет и сам, и что проснутся они одновременно от криков матери Гермионы, возвещающих о том, что члены Ордена уже здесь и ждут. Фред никогда не забудет выражение лица своего отца, увидевшего, как они с Гермионой спустились по лестнице.