Даниил Хармс "Случаи"

Даниил ХармсСлучаиПосвящаю Марине Владимировне МаличЦикл из 30 историй, закончен в 1939 году. - С. В.<1939>1. Голубая тетрадь N 10Жил один рыжий человек, у которого не было глаз и ушей. У него не было и волос, так что рыжим его называли условно. Говорить он не мог, так как у него не было рта. Носа тоже у него не было. У него не было даже рук и ног. И живота у него не было, и спины у него не было, и хребта у него не было, и никаких внутренностей у него не было. Ничего не было! Так что непонятно, о ком идёт речь. Уж лучше мы о нём не будем больше говорить.<7.1.1937>2. СлучаиОднажды Орлов объелся толчёным горохом и умер. А Крылов, узнав об этом, тоже умер.А Спиридонов умер сам собой. А жена Спиридонова упала с буфета и тоже умерла. А дети Спиридонова утонули в пруду. А бабушка Спиридонова спилась и пошла по дорогам.А Михайлов перестал причёсываться и заболел паршой. А Круглов нарисовал даму с кнутом и сошёл с ума. А Перехрёстов получил телеграфом четыреста рублей и так заважничал, что его вытолкали со службы. Хорошие люди и не умеют поставить себя на твёрдую ногу.<22 августа 1936>3. Вываливающиеся старухиОдна старуха от чрезмерного любопытства вывалилась из окна, упала и разбилась. Из окна высунулась другая старуха и стала смотреть вниз на разбившуюся, но от чрезмерного любопытства тоже вывалилась из окна, упала и разбилась. Потом из окна вывалилась третья старуха, потом четвертая, потом пятая. Когда вывалилась шестая старуха, мне надоело смотреть на них, и я пошёл на Мальцевский рынок, где, говорят, одному слепому подарили вязаную шаль.<1937>4. СонетУдивительный случай случился со мной: я вдруг забыл, что идёт раньше - 7 или 8. Я отправился к соседям и спросил их, что они думают по этому поводу. Каково же было их и моё удивление, когда они вдруг обнаружили, что тоже не могут вспомнить порядок счёта. 1, 2, 3, 4, 5 и 6 помнят, а дальше забыли. Мы все пошли в коммерческий магазин "Гастроном", что на углу Знаменской и Бассейной улицы, и спросили кассиршу о нашем недоумении. Кассирша грустно улыбнулась, вынула изо рта маленький молоточек и, слегка подвигав носом, сказала: - По-моему, семь идёт после восьми в том случае, когда восемь идёт после семи.

Мы поблагодарили кассиршу и с радостью выбежали из магазина. Но тут, вдумываясь в слова кассирши, мы опять приуныли, так как её слова показались нам лишёнными всякого смысла. Что нам было делать? Мы пошли в Летний сад и стали там считать деревья. Но дойдя в счёте до 6-ти, мы остановились и начали спорить: по мнению одних дальше следовало 7, по мнению других - 8. Мы спорили бы очень долго, но, по счастию, тут со скамейки свалился какой-то ребёнок и сломал себе обе челюсти. Это отвлекло нас от нашего спора. А потом мы разошлись по домам.<12 ноября 1935>5. Петров и КамаровПетров: Эй, Камаров! Давай ловить комаров! Камаров: Нет, я к этому ещё не готов. Давай лучше ловить котов!6. Оптический обманСемен Семёнович, надев очки, смотрит на сосну и видит: на сосне сидит мужик и показывает ему кулак. Семен Семёнович, сняв очки, смотрит на сосну и видит, что на сосне никто не сидит.

Семен Семёнович, надев очки, смотрит на сосну и опять видит, что на сосне сидит мужик и показывает ему кулак. Семен Семёнович, сняв очки, опять видит, что на сосне никто не сидит.

Семен Семёнович, опять надев очки, смотрит на сосну и опять видит, что на сосне сидит мужик и показывает ему кулак. Семен Семёнович не желает верить в это явление и считает это явление оптическим обманом.<1934>7. Пушкин и ГогольГоголь ([падает из-за кулис на сцену и смирно лежит]).Пушкин ([выходит, спотыкается об Гоголя и падает]): Вот чёрт! Никак об Гоголя!Гоголь ([поднимаясь]): Мерзопакость какая! Отдохнуть не дадут!([Идёт, спотыкается об Пушкина и падает]). Никак об Пушкина спотыкнулся!Пушкин ([поднимаясь]): Ни минуты покоя! ([Идёт, спотыкается об Гоголя и падает]). Вот чёрт! Никак опять об Гоголя!Гоголь ([поднимаясь]): Вечно во всем помеха! ([Идёт, спотыкается об Пушкина и падает]). Вот мерзопакость! Опять об Пушкина!Пушкин ([поднимаясь]):Хулиганство! Сплошное хулиганство! ([Идёт, спотыкается об Гоголя и падает]). Вот чёрт! Опять об Гоголя!Гоголь ([поднимаясь]): Это издевательство сплошное! ([Идёт, спотыкается об Пушкина и падает]). Опять об Пушкина!Пушкин ([поднимаясь]): Вот чёрт! Истинно что чёрт! ([Идёт, спотыкается об Гоголя и падает]). Об Гоголя!Гоголь ([поднимаясь]): Мерзопакость! ([Идёт, спотыкается об Пушкина и падает]). Об Пушкина!Пушкин ([поднимаясь]): Вот чёрт! ([Идёт, спотыкается об Гоголя и падает за кулисы]). Об Гоголя!Гоголь ([поднимаясь]): Мерзопакость! ([Уходит за кулисы]).За сценой слышен голос Гоголя: "Об Пушкина!"Занавес.<20.2.1934>8. Столяр КушаковЖил-был столяр. Звали его Кушаков. Однажды вышел он из дому и пошёл в лавочку, купить столярного клея. Была оттепель, и на улице было очень скользко. Столяр прошёл несколько шагов, поскользнулся, упал и расшиб себе лоб.

- Эх! - сказал столяр, встал, пошел в аптеку, купил пластырь и заклеил себе лоб. Но когда он вышел на улицу и сделал несколько шагов, он опять поскользнулся, упал и расшиб себе нос.

- Фу! - сказал столяр, пошел в аптеку, купил пластырь и заклеил пластырем себе нос. Потом он опять вышел на улицу, опять поскользнулся, упал и расшиб себе щеку. Пришлось опять пойти в аптеку и заклеить пластырем щеку.

- Вот что, - сказал столяру аптекарь. - Вы так часто падаете и расшибаетесь, что я советую вам купить пластырей несколько штук. - Нет, - сказал столяр, - больше не упаду!

Но когда он вышел на улицу, то опять поскользнулся, упал и расшиб себе подбородок. - Паршивая гололедица! - закричал столяр и опять побежал в аптеку. - Ну вот видите, - сказал аптекарь. - Вот вы опять упали. - Нет! - закричал столяр. - Ничего слышать не хочу! Давайте скорее пластырь! Аптекарь дал пластырь; столяр заклеил себе подбородок и побежал домой.

А дома его не узнали и не пустили в квартиру. - Я столяр Кушаков! - закричал столяр. - Рассказывай! - отвечали из квартиры и заперли дверь на крюк и на цепочку. Столяр Кушаков постоял на лестнице, плюнул и пошёл на улицу.<1935>9. СундукЧеловек с тонкой шеей забрался в сундук, закрыл за собой крышку и начал задыхаться. - Вот, - говорил, задыхаясь, человек с тонкой шеей, - я задыхаюсь в сундуке, потому что у меня тонкая шея. Крышка сундука закрыта и не пускает ко мне воздуха. Я буду задыхаться, но крышку сундука все равно не открою. Постепенно я буду умирать. Я увижу борьбу жизни и смерти. Бой произойдет неестественный, при равных шансах, потому что естественно побеждает смерть, а жизнь, обреченная на смерть, только тщетно борется с врагом, до последней минуты не теряя напрасной надежды. В этой же борьбе, которая произойдет сейчас, жизнь будет знать способ своей победы: для этого жизни надо заставить мои руки открыть крышку сундука. Посмотрим: кто кого? Только вот ужасно пахнет нафталином. Если победит жизнь, я буду вещи в сундуке пересыпать махоркой... Вот началось: я больше не могу дышать. Я погиб, это ясно! Мне уже нет спасения! И ничего возвышенного нет в моей голове. Я задыхаюсь!.. Ой! Что же это такое? Сейчас что-то произошло, но я не могу понять, что именно. Я что-то видел или что-то слышал... Ой! Опять что-то произошло? Боже мой! Мне нечем дышать. Я, кажется, умираю... А это еще что такое? Почему я пою? Кажется, у меня болит шея... Но где же сундук? Почему я вижу всё, что находится у меня в комнате? Да никак я лежу на полу! А где же сундук? Человек с тонкой шеей поднялся с пола и посмотрел кругом. Сундука нигде не было. На стульях и кровати лежали вещи, вынутые из сундука, а сундука нигде не было. Человек с тонкой шеей сказал: - Значит, жизнь победила смерть неизвестным для меня способом. (В черновике приписка: жизнь победила смерть, где именительный падеж, а где винительный).<30 января 1937>10. Случай с ПетраковымВот однажды Петраков хотел спать лечь, да лёг мимо кровати. Так он об пол ударился, что лежит на полу и встать не может. Вот Петраков собрал последние силы и встал на четвереньки. А силы его покинули, и он опять упал на живот и лежит. Лежал Петраков на полу часов пять. Сначала просто так лежал, а потом заснул. Сон подкрепил силы Петракова. Он проснулся совершенно здоровым, встал, прошёлся по комнате и лёг осторожно на кровать. "Ну, - думает, - теперь посплю". А спать-то уже и не хочется. Ворочается Петраков с боку на бок и никак заснуть не может. Вот, собственно, и всё.<21.8.36>11. История дерущихсяАлексей Алексеевич подмял под себя Андрея Карловича и, набив ему морду, отпустил его. Андрей Карлович, бледный от бешенства, кинулся на Алексея Алексеевича и ударил его по зубам. Алексей Алексеевич, не ожидая такого быстрого нападения, повалился на пол, а Андрей Карлович сел на него верхом, вынул у себя изо рта вставную челюсть и так обработал ею Алексея Алексеевича, что Алексей Алексеевич поднялся с полу с совершенно искалеченным лицом и рваной ноздрёй. Держась руками за лицо, Алексей Алексеевич убежал. А Андрей Карлович протер свою вставную челюсть, вставил её себе в рот и, убедившись, что челюсть пришлась на место, осмотрелся вокруг и, не видя Алексея Алексеевича, пошёл его разыскивать.<15.3.1936>12. Сон.

Калугин заснул и увидел сон, будто он сидит в кустах, а мимо кустов проходит милиционер. Калугин проснулся, почесал рот и опять заснул, и опять увидел сон, будто он идёт мимо кустов, а в кустах притаился и сидит милиционер. Калугин проснулся, подложил под голову газету, чтобы не мочить слюнями подушку, и опять заснул, и опять увидел сон, будто он сидит в кустах, а мимо кустов проходит милиционер. Калугин проснулся, переменил газету, лёг и заснул опять. Заснул и опять увидел сон, будто он идёт мимо кустов, а в кустах сидит милиционер. Тут Калугин проснулся и решил больше не спать, но моментально заснул и увидел сон, будто он сидит за милиционером, а мимо проходят кусты. Калугин закричал и заметался в кровати, но проснуться уже не мог. Калугин спал четыре дня и четыре ночи подряд и на пятый день проснулся таким тощим, что сапоги пришлось подвязывать к ногам верёвочкой, чтобы они не сваливались. В булочной, где Калугин всегда покупал пшеничный хлеб, его не узнали и подсунули ему полуржаной.А санитарная комиссия, ходя по квартирам и увидя Калугина, нашла его антисанитарным и никуда не годным и приказала жакту выкинуть Калугина вместе с сором. Калугина сложили пополам и выкинули его как сор.<22.8.1936>13. Математик и Андрей СемёновичМатематик ([вынимая из головы шар]): Я вынул из головы шар. Я вынул из головы шар. Я вынул из головы шар. Я вынул из головы шар.Андрей Семёнович: Положь его обратно. Положь его обратно. Положь его обратно. Положь его обратно.Математик: Нет, не положу! Нет, не положу! Нет, не положу! Нет, не положу!Андрей Семёнович: Ну и не клади. Ну и не клади. Ну и не клади.Математик: Вот и не положу! Вот и не положу! Вот и не положу!Андрей Семёнович: Ну и ладно. Ну и ладно. Ну и ладно.Математик: Вот я и победил! Вот я и победил! Вот я и победил!Андрей Семёнович: Ну победил и успокойся!Математик: Нет, не успокоюсь! Нет, не успокоюсь! Нет, не успокоюсь!Андрей Семёнович: Хоть ты математик, а честное слово, ты не умён.Математик: Нет, умён и знаю очень много! Нет, умён и знаю очень много! Нет, умён и знаю очень много!Андрей Семёнович:Много, да только всё ерунду.Математик: Нет, не ерунду! Нет, не ерунду! Нет, не ерунду!Андрей Семёнович: Надоело мне с тобой препираться.Математик: Нет, не надоело!  Нет, не надоело! Нет, не надоело!([Андрей Семёнович досадливо машет рукой и уходит.Математик, постояв минуту, уходит вслед за Андреем Семёновичем.])Занавес<11.4.1933>14. Молодой человек, удививший сторожа- Ишь ты, - сказал сторож, рассматривая муху.- Ведь если её помазать столярным клеем, то ей, пожалуй, и конец придет. Вот ведь история! От простого клея! - Эй ты, леший! - окликнул сторожа молодой человек в жёлтых перчатках. Сторож сразу же понял, что это обращаются к нему, но продолжал смотреть на муху. - Не тебе, что ли, говорят? - крикнул опять молодой человек. - Скотина! Сторож раздавил муху пальцем и, не поворачивая головы к молодому человеку, сказал: - А ты чего, срамник, орёшь-то? Я и так слышу. Нечего орать-то! Молодой человек почистил перчатками свои брюки и деликатным голосом спросил: - Скажите, дедушка, как тут пройти на небо? Сторож посмотрел на молодого человека, прищурил один глаз, потом прищурил другой, потом почесал себе бородку, ещё раз посмотрел на молодого человека и сказал: - Ну, нечего тут задерживаться, проходите мимо. - Извините, - сказал молодой человек, - ведь я по срочному делу. Там для меня уже и комната приготовлена. - Ладно, - сказал сторож, - покажи билет. - Билет не у меня; они говорили, что меня и так пропустят, - сказал молодой человек, заглядывая в лицо сторожу. - Ишь ты! - сказал сторож. - Так как же? - спросил молодой человек. - Пропустите? - Ладно, ладно, - сказал сторож. - Идите. - А как пройти-то? Куда? - спросил молодой человек. - Ведь я и дороги-то не знаю. - Вам куда нужно? - спросил сторож, делая строгое лицо. Молодой человек прикрыл рот ладонью и очень тихо сказал: - На небо! Сторож наклонился вперед, подвинул правую ногу, чтобы встать потверже, пристально посмотрел на молодого человека и сурово спросил: - Ты чего? Ваньку валяешь? Молодой человек улыбнулся, поднял руку в жёлтой перчатке, помахал ею над головой и вдруг исчез. Сторож понюхал воздух. В воздухе пахло жжёными перьями. - Ишь ты! - сказал сторож, распахнул куртку, почесал себе живот, плюнул в то место, где стоял молодой человек, и медленно пошел в свою сторожку.<1936>15. Четыре иллюстрации того, как новая идея огорашивает человека, к ней не подготовленногоIПисатель: Я писатель!Читатель: А по-моему, ты говно!([Писатель стоит несколько минут, потрясённый этой новой идеей, и падает замертво. Его выносят.])IIХудожник: Я художник!Рабочий: А по-моему, ты говно!([Художник тут же побледнел, как полотно, И как тростинка закачался И неожиданно скончался. Его выносят.])IIIКомпозитор: Я композитор!Ваня Рублев: А по-моему, ты говно!([Композитор, тяжело дыша, так и осел. Его неожиданно выносят.])IVХимик: Я химик!Физик: А по-моему, ты говно!([Химик не сказал больше ни слова и тяжело рухнул на пол.])<13.4.1933>16. ПотериАндрей Андреевич Мясов купил на рынке фитиль и понёс его домой. По дороге Андрей Андреевич потерял фитиль и зашёл в магазин купить полтораста грамм полтавской колбасы. Потом Андрей Андреевич зашёл в молокосоюз и купил бутылку кефира, потом выпил в ларьке маленькую кружечку хлебного кваса и встал в очередь за газетой. Очередь была довольно длинная, и Андрей Андреевич простоял в очереди не менее двадцати минут, но, когда он подходил к газетчику, то газеты перед самым его носом кончились. Андрей Андреевич потоптался на месте и пошёл домой, но по дороге потерял кефир и завернул в булочную, купил французскую булку, но потерял полтавскую колбасу. Тогда Андрей Андреевич пошёл прямо домой, но по дороге упал, потерял французскую булку и сломал своё пенсне. Домой Андрей Андреевич пришёл очень злой и сразу лёг спать, но долго не мог заснуть, а когда заснул, то увидел сон: будто он потерял зубную щетку и чистит зубы каким-то подсвечником.17. Макаров и Петерсен (N 3)Макаров: Тут, в этой книге, написано о наших желаниях и об исполнении их. Прочти эту книгу, и ты поймёшь, как суетны наши желания. Ты также поймёшь, как легко исполнить желание другого и как трудноисполнить желание своё.Петерсен: Ты что-то заговорил больно торжественно. Так говорят вожди индейцев.Макаров: Эта книга такова, что говорить о ней надо возвышенно. Даже думая о ней, я снимаю шапку.Петерсен: А руки моешь, прежде чем коснуться этой книги?Макаров: Да, и руки надо мыть.Петерсен: Ты и ноги, на всякий случай, вымыл бы!Макаров: Это неостроумно и грубо.Петерсен: Да что же это за книга?Макаров: Название этой книги таинственно...Петерсен: Хи-хи-хи!Макаров: Называется эта книга МАЛГИЛ.([Петерсен исчезает.])Макаров: Господи! Что же это такое? Петерсен!Голос Петерсена: Что случилось? Макаров! Где я?Макаров: Где ты? Я тебя не вижу!Голос Петерсена: А ты где? Я тоже тебя не вижу!.. Что это за шары?Макаров: Что же делать? Петерсен, ты слышишь меня?Голос Петерсена: Слышу! Но что такое случилось? И что это за шары?Макаров: Ты можешь двигаться?Голос Петерсена: Макаров! Ты видишь эти шары?Макаров: Какие шары?Голос Петерсена: Пустите!.. Пустите меня!.. Макаров!..([Тихо. Макаров стоит в ужасе, потом хватает книгу и раскрывает её.])Макаров ([читает]): "...Постепенно человек утрачивает свою форму и становится шаром. И став шаром, человек утрачивает все свои желания ".[Занавес]<1934>18. Суд Линча

Петров садится на коня и говорит, обращаясь к толпе, речь о том, что будет, если на месте, где находится общественный сад, будет построен американский небоскреб. Толпа слушает и, видимо, соглашается. Петров записывает что-то у себя в записной книжечке. Из толпы выделяется человек среднего роста и спрашивает Петрова, что он записал у себя в записной книжечке. Петров отвечает, что это касается только его самого. Человек среднего роста наседает. Слово за слово, и начинается распря. Толпа принимает сторону человека среднего роста, и Петров, спасая свою жизнь, погоняет коня и скрывается за поворотом. Толпа волнуется и, за неимением другой жертвы, хватает человека среднего роста и отрывает ему голову. Оторванная голова катится по мостовой и застревает в люке для водостока. Толпа, удовлетворив свои страсти,- расходится.19. ВстречаВот однажды один человек пошёл на службу, да по дороге встретил другого человека, который, купив польский батон, направлялся к себе восвояси. Вот, собственно, и всё.20. Неудачный спектакль[На сцену выходит Петраков-Горбунов, хочет что-то сказать, но икает.Его начинает рвать. Он уходит.][Выходит Притыкин.]Притыкин: Уважаемый Петраков-Горбунов должен сооб... ([Его рвёт, и он убегает]).[Выходит Макаров.]Макаров: Егор... ([Макарова рвёт. Он убегает.])[Выходит Серпухов.]Серпухов: Чтобы не быть... ([Его рвёт, он убегает]).[Выходит Курова.]Курова: Я была бы... ([Её рвёт, она убегает]).[Выходит маленькая девочка.]Маленькая девочка: Папа просил передать вам всем, что театр закрывается. Нас всех тошнит.[Занавес]<1934>21. Тюк!Лето, письменный стол. Направо дверь. На столе картина. На картине нарисована лошадь, а в зубах у лошади цыган. Ольга Петровна колет дрова. При каждом ударе с носа Ольги Петровны соскакивает пенсне. Евдоким Осипович сидит в креслах и курит.Ольга Петровна ([ударяет колуном по полену, которое, однако, нисколько не раскалывается]).Евдоким Осипович: Тюк!Ольга Петровна ([надевая пенсне, бьёт по полену]).Евдоким Осипович: Тюк!Ольга Петровна ([надевая пенсне]): Евдоким Осипович! Я вас прошу, не говорите этого слова "тюк".Евдоким Осипович: Хорошо, хорошо.Ольга Петровна ([ударяет колуном по полену]).Евдоким Осипович: Тюк!Ольга Петровна ([надевая пенсне]): Евдоким Осипович! Вы обещали не говорить этого слова "тюк".Евдоким Осипович: Хорошо, хорошо, Ольга Петровна! Больше не буду.Ольга Петровна ([ударяет колуном по полену]).Евдоким Осипович: Тюк!Ольга Петровна ([надевая пенсне]): Это безобразие! Взрослый пожилой человек и не понимает простой человеческой просьбы!Евдоким Осипович: Ольга Петровна! Вы можете спокойно продолжать вашу работу.Я больше мешать не буду.Ольга Петровна: Ну я прошу вас, я очень прошу вас: дайте мне расколоть хотя бы это полено.Евдоким Осипович: Колите, конечно, колите!Ольга Петровна ([ударяет колуном по полену]).Евдоким Осипович: Тюк!Ольга Петровна роняет колун, открывает рот, но ничего не может сказать. Евдоким Осипович встаёт с кресел, оглядывает Ольгу Петровну с головы до ног и медленно уходит. Ольга Петровна стоит неподвижно с открытым ртом и смотрит на удаляющегося Евдокима Осиповича.Занавес медленно опускается.<11.4.1933>22. Что теперь продают в магазинахКоратыгин пришёл к Тикакееву и не застал его дома. А Тикакеев в это время был в магазине и покупал там сахар, мясо и огурцы. Коратыгин потолкался возле дверей Тикакеева и собрался уже писать записку, вдруг смотрит, идёт сам Тикакеев и несёт в руках клеёнчатую кошёлку. Коратыгин увидел Тикакеева и кричит ему: - А я вас уже целый час жду! - Неправда, - говорит Тикакеев, - я всего двадцать пять минут, как из дома. - Ну, уж этого я не знаю, - сказал Коратыгин, - а только я тут уже целый час. - Не врите! - сказал Тикакеев. - Стыдно врать. - Милостивейший государь! - сказал Коратыгин. - Потрудитесь выбирать выражения. - Я считаю... - начал было Тикакеев, но его перебил Коратыгин.- Если вы считаете.. - сказал он, но тут Коратыгина перебил Тикакеев и сказал: - Сам-то ты хорош! Эти слова так взбесили Коратыгина, что он зажал пальцем одну ноздрю, а другой сморкнулся в Тикакеева. Тогда Тикакеев выхватил из кошёлки самый большой огурец и ударил им Коратыгина по голове. Коратыгин схватился руками за голову, упал и умер. Вот какие большие огурцы продаются теперь в магазинах!<19.8.1936>23. Машкин убил КошкинаТоварищ Кошкин танцевал вокруг товарища Машкина. Товарищ Машкин следил за товарищем Кошкиным. Товарищ Кошкин оскорбительно махал руками и противно выворачивал ноги. Товарищ Машкин нахмурился. Товарищ Кошкин пошевелил животом и притопнул правой ногой. Товарищ Машкин вскрикнул и кинулся на товарища Кошкина. Товарищ Кошкин попробовал убежать, но спотыкнулся и был настигнут товарищем Машкиным. Товарищ Машкин ударил кулаком по голове товарища Кошкина. Товарищ Кошкин вскрикнул и упал на четвереньки. Товарищ Машкин двинул товарища Кошкина ногой под живот и еще раз ударил его кулаком по затылку. Товарищ Кошкин растянулся на полу и умер. Машкин убил Кошкина.24. Сон дразнит человекаМарков снял сапоги и, вздохнув, лёг на диван. Ему хотелось спать, но как только он закрывал глаза, желание спать моментально проходило. Марков открывал глаза и тянулся рукой за книгой, но сон опять налетал на него, и, не дотянувшись до книги, Марков ложился и снова закрывал глаза. Но лишь только глаза закрывались, сон улетал опять, и сознание становилось таким ясным, что Марков мог в уме решать алгебраические задачи на уравнения с двумя неизвестными. Долго мучился Марков, не зная, что ему делать: спать или бодрствовать? Наконец, измучившись и возненавидев самого себя и свою комнату, Марков надел пальто и шляпу, взял в руки трость и вышел на улицу.Свежий ветерок успокоил Маркова, ему стало радостнее на душе и захотелось вернуться обратно к себе в комнату. Войдя в свою комнату, он почувствовал в теле приятную усталость и захотел спать. Но только он лёг на диван и закрыл глаза, - сон моментально испарился. С бешенством вскочил Марков с дивана и, без шапки и без пальто, помчался по направлению к Таврическому саду.25. ОхотникиНа охоту поехало шесть человек, а вернулось-то только четыре. Двое-то не вернулось. Окнов, Козлов, Стрючков и Мотыльков благополучно вернулись домой, а Широков и Каблуков погибли на охоте. Окнов целый день ходил потом расстроенный и даже не хотел ни с кем разговаривать. Козлов неотступно ходил следом за Окновым и приставал к нему с различными вопросами, чем и довел Окнова до высшей точки раздражения.Козлов: Хочешь закурить?Окнов: Нет.Козлов: Хочешь, я тебе принесу вон ту вон штуку?Окнов: Нет.Козлов: Может быть, хочешь, я тебе расскажу что-нибудь смешное?Окнов: Нет.Козлов: Ну, хочешь пить? У меня вот тут есть чай с коньяком.Окнов: Мало того, что я тебя сейчас этим камнем по затылку ударил, я тебе ещё оторву ногу.Стрючков и Мотыльков: Что вы делаете? Что вы делаете?Козлов: Приподнимите меня с земли.Мотыльков: Ты не волнуйся, рана заживет.Козлов: А где Окнов?Окнов ([отрывая Козлову ногу]): Я тут, недалеко!Козлов: Ох, матушки! Спа-па-си!Стрючков и Мотыльков: Никак он ему и ногу оторвал!Окнов: Оторвал и бросил вон туда!Стрючков: Это злодейство!Окнов: Что-о?Стрючков: ... ейство...Окнов: Ка-а-ак?Стрючков: Нь...нь...нь...никак.Козлов: Как же я дойду до дому?Мотыльков: Не беспокойся, мы тебе приделаем деревяшку.Стрючков: Ты на одной ноге стоять можешь?Козлов: Могу, но не очень-то.Стрючков: Ну, мы тебя поддержим.Окнов: Пустите меня к нему!Стрючков: Ой нет, лучше уходи!Окнов: Нет, пустите!.. Пустите!.. Пусти... Вот, что я хотел сделать.Стрючков и Мотыльков: Какой ужас!Окнов: Ха-ха-ха!Мотыльков: А где же Козлов?Стрючков: Он уполз в кусты.Мотыльков: Козлов, ты тут?Козлов: Шаша!..Мотыльков: Вот ведь до чего дошёл!Стрючков: Что же с ним делать?Мотыльков: А тут уж ничего с ним не поделаешь. По-моему, его надо просто удавить. Козлов! А, Козлов? Ты меня слышишь?Козлов: Ох, слышу, да плохо.Мотыльков: Ты, брат, не горюй. Мы сейчас тебя удавим. Постой!.. Вот... Вот... Вот...Стрючков: Вот сюда, вот ещё! Так! Так! Так! Ну-ка ещё... Ну, теперь готово!Мотыльков: Теперь готово!Окнов: Господи, благослови!26. Исторический эпизодВ. Н. ПетровуИван Иванович Сусанин (то самое историческое лицо, которое положило свою жизнь за царя и впоследствии было воспето оперой Глинки) зашел однажды в русскую харчевню и, сев за стол, потребовал себе антрекот.Пока хозяин харчевни жарил антрекот, Иван Иванович закусил свою бороду зубами и задумался: такая у него была привычка. Прошло 35 колов времени, и хозяин принес Ивану Ивановичу антрекот на круглой деревянной дощечке. Иван Иванович был голоден и по обычаю того времени схватил антрекот руками и начал его есть. Но, торопясь утолить свой голод, Иван Иванович так жадно набросился на антрекот, что забыл вынуть изо рта свою бороду и съел антрекот с куском своей бороды. Вот тут-то и произошла неприятность, так как не прошло и пятнадцати колов времени, как в животе у Ивана Ивановича начались сильные рези. Иван Иванович вскочил из-за стола и кинулся на двор.Хозяин крикнул было Ивану Ивановичу: "Зри, како твоя борода клочна", - но Иван Иванович, не обращая ни на что внимания, выбежал во двор.Тогда боярин Ковшегуб, сидящий в углу харчевни и пьющий сусло, ударил кулаком по столу и вскричал: "Кто есть сей?" А хозяин, низко кланяясь, ответил боярину: "Сие есть наш патриот Иван Иванович Сусанин". - "Во как!" - сказал боярин, допивая свое сусло. "Не угодно ли рыбки?" - спросил хозяин. "Пошел ты к бую!" - крикнул боярин и пустил в хозяина ковшом.Ковш просвистел возле хозяйской головы, вылетел через окно на двор и хватил по зубам сидящего орлом Ивана Ивановича. Иван Иванович схватился рукой за щеку и повалился на бок. Тут справа из сарая выбежал Карп и, перепрыгнув через корыто, на котором среди помоев лежала свинья, с криком побежал к воротам. Из харчевни выглянул хозяин. "Чего ты орёшь?" - спросил он Карпа. Но Карп, ничего не отвечая, убежал. Хозяин вышел на двор и увидел Сусанина, лежащего неподвижно на земле. Хозяин подошёл поближе и заглянул ему в лицо. Сусанин пристально глядел на хозяина. "Так ты жив?" - спросил хозяин. "Жив, да тилько страшусь, что меня ещё чем-нибудь ударят", - сказал Сусанин. "Нет, - сказал хозяин, - не страшись. Это тебя боярин Ковшегуб чуть не убил, а теперь он ушедши". "Ну и слава тебе, Боже, - сказал Иван Сусанин, поднимаясь с земли. - Я человек храбрый, да тилько зря живот покладать не люблю. Вот и приник к земле и ждал, что дальше будет.Чуть чего, я бы на животе до самой Елдыриной слободы бы уполз. Евона как щеку разнесло. Батюшки! Полбороды отхватило!".. "Это у тебя ещё раньше было", - сказал хозяин. "Как это так раньше? - вскричал патриот Сусанин. - Что же, по-твоему, я так с клочной бородой ходил?" "Ходил", - сказал хозяин. "Ах ты, мяфа", - проговорил Иван Сусанин. Хозяин зажмурил глаза и, размахнувшись со всего маху, звезданул Сусанина по уху. Патриот Сусанин рухнул на землю и замер. "Вот тебе! Сам ты мяфа!" - сказал хозяин и удалился в харчевню. Несколько колов времени Сусанин лежал на земле и прислушивался, но, не слыша ничего подозрительного, осторожно приподнял голову и осмотрелся. На дворе никого не было, если не считать свиньи, которая, вывалившись из корыта, валялась теперь в грязной луже. Иван Сусанин, озираясь, подобрался к воротам. Ворота, по счастью, были открыты, и патриот Иван Сусанин, извиваясь по земле, как червь, пополз по направлению к Елдыриной слободе. Вот эпизод из жизни знаменитого исторического лица, которое положило свою жизнь за царя и было впоследствии воспето в опере Глинки.<1939>27. Федя Давидович

Федя долго подкрадывался к маслёнке и, наконец, улучив момент, когда жена нагнулась, чтобы состричь на ноге ноготь, быстро, одним движением вынул из маслёнки все масло и сунул его к себе в рот. Закрывая маслёнку, Федя нечаянно звякнул крышкой. Жена сейчас же выпрямилась и, увидя пустую маслёнку, указала на нее ножницами и строго сказала:- Масла в маслёнке нет. Где оно? Федя сделал удивлённые глаза и, вытянув шею, заглянул в маслёнку.- Это масло у тебя во рту, - сказала жена, показывая ножницами на Федю. Федя отрицательно покачал головой.- Ага,- сказала жена.- Ты молчишь и мотаешь головой, потому что у тебя рот набит маслом. Федя вытаращил глаза и замахал на жену руками, как бы говоря: "Что ты, что ты, ничего подобного!". Но жена сказала:- Ты врёшь. Открой рот. - Мм,- сказал Федя. - Открой рот, - повторила жена. Федя растопырил пальцы и замычал, как бы говоря: "Ах да, совсем было забыл; сейчас приду", - и встал, собираясь выйти из комнаты. - Стой! - крикнула жена. Но Федя прибавил шагу и скрылся за дверью.Жена кинулась за ним, но около двери остановилась, так как была голой и в таком виде не могла выйти в коридор, где ходили другие жильцы этой квартиры.- Ушёл, - сказала жена, садясь на диван. - Вот чёрт! А Федя, дойдя по коридору до двери, на которой висела надпись: "Вход категорически воспрещён", открыл эту дверь и вошёл в комнату. Комната, в которую вошёл Федя, была узкой и длинной, с окном, завешенным грязной бумагой. В комнате справа у стены стояла грязная ломаная кушетка, а у окна стол, который был сделан из доски, положенной одним концом на ночной столик, а другим на спинку стула. На стене висела двойная полка, на которой лежало неопределённо что. Больше в комнате ничего не было, если не считать лежащего на кушетке человека с бледно-зелёным лицом, одетого в длинный и рваный коричневый сюртук и в черные нанковые штаны, из которых торчали чисто вымытые босые ноги. Человек этот не спал и пристально смотрел на вошедшего.Федя поклонился, шаркнул ножкой и, вынув пальцем изо рта масло, показал его лежащему человеку.- Полтора, - сказал хозяин комнаты, не меняя позы. - Маловато, - сказал Федя. - Хватит, - сказал хозяин комнаты. - Ну ладно, - сказал Федя и, сняв масло с пальца, положил его на полку. - За деньгами придешь завтра утром, - сказал хозяин.- Ой, что вы! - вскричал Федя. - Мне ведь их сейчас нужно. И ведь полтора рубля всего... - Пошёл вон, - сухо сказал хозяин, и Федя на цыпочках выбежал из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.<10.2.1939>28. Анекдоты из жизни Пушкина1. Пушкин был поэтом и всё что-то писал. Однажды Жуковский застал его за писанием и громко воскликнул: - Да никако ты писака! С тех пор Пушкин очень полюбил Жуковского и стал называть его по-приятельски Жуковым.2. Как известно, у Пушкина никогда не росла борода. Пушкин очень этим мучился и всегда завидовал Захарьину, у которого, наоборот, борода росла вполне прилично. "У него растет, а у меня не растет", - частенько говаривал Пушкин, показывая ногтями на Захарьина. И всегда был прав.3. Однажды Петрушевский сломал свои часы и послал за Пушкиным.Пушкин пришёл, осмотрел часы Петрушевского и положил их обратно на стол. "Что скажешь, брат Пушкин?" - спросил Петрушевский. "Стоп машина", - сказал Пушкин.4. Когда Пушкин сломал себе ноги, то стал передвигаться на колёсах.Друзья любили дразнить Пушкина и хватали его за эти колёса. Пушкин злился и писал про друзей ругательные стихи. Эти стихи он называл "эрпигармами".5. Лето 1829 года Пушкин провёл в деревне. Он вставал рано утром, выпивал жбан парного молока и бежал к реке купаться. Выкупавшись в реке, Пушкин ложился на траву и спал до обеда. После обеда Пушкин спал в гамаке. При встрече с вонючими мужиками Пушкин кивал им головой и зажимал пальцами свой нос. А вонючие мужики ломали свои шапки и говорили: "Это ничаво".6. Пушкин любил кидаться камнями. Как увидит камни, так и начнет ими кидаться. Иногда так разойдется, что стоит весь красный, руками машет, камнями кидается, просто ужас!7. У Пушкина было четыре сына, и все идиоты. Один не умел даже сидеть на стуле и всё время падал. Пушкин-то и сам довольно плохо сидел на стуле. Бывало, сплошная умора: сидят они за столом; на одном конце Пушкин всё время падает со стула, а на другом конце - его сын. Просто хоть святых вон выноси!<1937>29. Начало очень хорошего летнего дня (симфония)Чуть только прокричал петух, Тимофей выскочил из окошка на улицу и напугал всех, кто проходил в это время по улице.Крестьянин Харитон остановился, поднял камень и пустил им в Тимофея. Тимофей куда-то исчез. "Вот ловкач!" - закричало человеческое стадо, и некто Зубов разбежался и со всего маху двинулся головой о стенку."Эх!" - вскрикнула баба с флюсом. Но Комаров сделал этой бабе тепель-тапель, и баба с воем убежала в подворотню. Мимо шёл Фетелюшин и посмеивался. К нему подошел Комаров и сказал: "Эй ты, сало!" - и ударил Фетелюшина по животу. Фетелюшин прислонился к стене и начал икать. Ромашкин плевался сверху из окна, стараясь попасть в Фетелюшина.Тут же невдалеке носатая баба била корытом своего ребёнка. А молодая толстенькая мать тёрла хорошенькую девочку лицом о кирпичную стенку. Маленькая собачка, сломав тоненькую ножку, валялась на панели. Маленький мальчик ел из плевательницы какую-то гадость. У бакалейного магазина стояла очередь за сахаром. Бабы громко ругались и толкали друг друга кошёлками. Крестьянин Харитон, напившись денатурата, стоял перед бабами с расстёгнутыми штанами и произносил нехорошие слова. Таким образом начинался хороший летний день.30. Пакин и Ракукин

- Ну ты, не очень-то фрякай! - сказал Пакин Ракукину. Ракукин сморщил нос и недоброжелательно посмотрел на Пакина. - Что глядишь? Не узнал? - спросил Пакин.Ракукин пожевал губами и, с возмущением повернувшись на своем вертящемся кресле, стал смотреть в другую сторону.Пакин побарабанил пальцами по своему колену и сказал: - Вот дурак! Хорошо бы его по затылку палкой хлопнуть. Ракукин встал и пошёл из комнаты, но Пакин быстро вскочил, догнал Ракукина и сказал: - Постой! Куда помчался? Лучше сядь, и я тебе покажу кое-что.Ракукин остановился и недоверчиво посмотрел на Пакина. - Что, не веришь? - спросил Пакин. - Верю, - сказал Ракукин. - Тогда садись вот сюда, в это кресло, - сказал Пакин.И Ракукин сел обратно в своё вертящееся кресло. - Ну вот, - сказал Пакин, - чего сидишь в кресле, как дурак? Ракукин подвигал ногами и быстро замигал глазами. - Не мигай, - сказал Пакин. Ракукин перестал мигать глазами и, сгорбившись, втянул голову в плечи. - Сиди прямо, - сказал Пакин.Ракукин, продолжая сидеть сгорбившись, выпятил живот и вытянул шею. - Эх, - сказал Пакин, - так бы и шлёпнул тебя по подрыльнику! Ракукин икнул, надул щёки и потом осторожно выпустил воздух через ноздри. - Ну ты, не фрякай! - сказал Пакин Ракукину. Ракукин ещё больше вытянул шею и опять быстро-быстро замигал глазами.Пакин сказал: - Если ты, Ракукин, сейчас не перестанешь мигать, я тебя ударю ногой по грудям. Ракукин, чтобы не мигать, скривил челюсти и ещё больше вытянул шею и закинул назад голову. - Фу, какой мерзостный у тебя вид, - сказал Пакин. - Морда как у курицы, шея синяя, просто гадость.В это время голова Ракукина закидывалась назад всё дальше и дальше и, наконец, потеряв напряжение, свалилась на спину. - Что за чёрт! - воскликнул Пакин. - Это что ещё за фокусы?Если посмотреть от Пакина на Ракукина, то можно было подумать, что Ракукин сидит вовсе без головы. Кадык Ракукина торчал вверх. Невольно хотелось думать, что это нос.- Эй, Ракукин! - сказал Пакин. Ракукин молчал. - Ракукин! - повторил Пакин.Ракукин не отвечал и продолжал сидеть без движения.- Так, - сказал Пакин, - подох Ракукин.Пакин перекрестился и на цыпочках вышел из комнаты.Минут четырнадцать спустя из тела Ракукина вылезла маленькая душа и злобно посмотрела на то место, где недавно сидел Пакин. Но тут из-за шкапа вышла высокая фигура ангела смерти и, взяв за руку ракукинскую душу, повела её куда-то, прямо сквозь дома и стены. Ракукинская душа бежала за ангелом смерти, поминутно злобно оглядываясь. Но вот ангел смерти поддал ходу, и ракукинская душа, подпрыгивая и спотыкаясь, исчезла вдали за поворотом.