Вампир в завязке

Резким порывом ветра двусмысленно качнуло тяжелые рубиново-красные портьеры, обрамляющие дверной проем, и тут же по коридору зашуршала-понеслась невидимая суета, от которой ни звука — только леденящее душу ощущение присутствия.

Тэхён ведь говорил сам себе, что не стоит сюда идти сегодня. Да, понятно, его ждут, но можно было что-то придумать, как-то объясниться... Сидел бы сейчас преспокойненько в своей комнате, подогнув ноги и укутав колени махровым покрывалом, и смотрел... мультики, наверное... да... мультики... такие, чтобы не страшные... что-нибудь смешное можно...

Если честно, в коридоре этом жутковато. Во-первых, темно. На электричестве, что ли, экономят? Во-вторых, тихо, и это вот тихо даже страшнее, чем темно, потому что стук шагов Тэхёна по коридору в этой тишине отдается эхом, и от этого мурашки гоняют по коже хаотично и бесконтрольно.

Внезапно где-то справа раздается еле слышный скрип, и в коридор выходит высокая темная фигура.

— Тэ? — говорит фигура голосом Намджуна, и Тэ, было, выдыхает с облегчением, но Намджун обеспокоенно хватает его за рукав и резко втягивает в комнату, из которой только что вышел.

В комнате жарко, сумрачно, мебель нагромождена друг на друга неаккуратной кучей.

— Главное, ни звука! — шепотом предупреждает Намджун.

Тэ кивает и уточняет:

— Его Светлейшее Темнейшество бодрствовать изволит?

— Не ёрничай, — фыркает Намджун, но тут же зажимает сам себе ладошкой рот. — Он сейчас в таком состоянии, что может услышать любой шум... любой запах... любой вкус...

— Ага, особенно вкус... — хихикает Тэхён, но тут же получает подзатыльник, и круглые глаза Ким Намджуна очень ясно дают ему понять, что ржать сейчас не время.

Они возвращаются в коридор и продолжают путь среди колышущихся от ветра портьер уже вдвоем. У самой последней двери они останавливаются, и Тэ на секунду замирает, что-то обдумывает, а потом решительно открывает дверь.

— Как тут наш кровопийца? — уточняет шепотом Намджун, войдя внутрь следом за Тэ. — Не вызывал еще?

Мин Юнги, развалившийся на низком диванчике, пожимает плечами, и за него отвечает Чонгук, который выгнал секретаря с его рабочего места и рубится в пинбол на офисном моноблоке:

— Не, кровопийца — это устарело уже. Сегодня он у нас растлитель малолетних и узурпатор мирового господства.

Эта игра — называть шефа громкими прозвищами, которыми награждают его особо прыткие мировые СМИ, появилась у бантан недавно и на удивление быстро прижилась.

Хосок сидит в углу тихо (вот ведь может, когда хочет, да?), и Тэхён аккуратно подгребает к нему поближе, мягко ступая своими меховыми тапочками по полу, обнимает за талию и утыкается носом в ключицу:

— Хён, мне что-то страшно... В этот раз страшно, как никогда.

— Ну так ведь и случай беспрецедентный, так? — улыбается Хосок и поправляет на уснувшем в кресле Чимине сползшую со щек повязку. — Наш вампир в завязке... который день?

— Второй! — подсказывает Чонгук.

— О! Второй день диеты всегда самый сложный, как второй день месячных! — со знанием дела заявляет Хосок.

— Ты-то откуда знаешь? — склоняет голову к плечу Юнги.

— Джиу рассказала, — тихонько хихикает Хоби.

— Нифига сестра с тобой темы обсуждает! — округляет глаза Намджун.

— Это она их с мамой обсуждает, я просто в соседней комнате был, — зажимает себе ладонью рот Хосок, чтобы совсем не разоржаться.

И в этот момент булькает внутренний коммутатор, и в динамике раздается то ли рык, то ли кашель, но что-то крайне устрашающее.

— Его Кровососущее Жесточайшество приглашают нас войти, — Намджун чувствует, как холодеют кончики пальцев на его ногах. — Пошли?

— Нам нельзя идти без Джина, — испуганно пятится Хосок к двери вместе с просыпающимся Чимином в охапке. — Спокойно, Чимчимыч, все под контролем.

Чимчимычу, судя по его недовольной моське, такой контроль приятен не особо, что он и выражает довольно прямолинейно, пробив пяткой Хосоку по колену, чтоб отпустил.

— Да, но если мы заставим его повторить свое приглашение второй раз, живыми оттуда, возможно, выйдут не все, — поясняет Юнги и делает решительно широкий шаг к двери.

— Бан ПиДи-ним, вызывали? — вежливо интересуется он, приоткрыв дверь.

Сначала его пугает мученический взгляд и глубокие мешки под глазами крохотного человечка, похожего на Карлсона, который сидит за столом, не доставая ногами до пола, и сверлит взглядом входную дверь своего кабинета.

— Мин Юнги? — уточняет человек таким тоном, что Юнги быстренько прикидывает в уме, достаточно ли у него времени сбегать в мэрию и откреститься нафиг от этого имени-фамилии. — Проходи, проходи. А где... остальные?

— Здесь, идут уже, — бормочет Юнги, сильнее приоткрывая дверь. — Заходите, орлы.

— Н-н-нет! — вдруг вскакивает из-за стола Бан ПиДи, — не употребляй при мне это слово! Меня сейчас может вывести из себя все, что угодно!

Юнги выставляет руки перед собой:

— Окей, окей... А чем это слово-то... А-а-а... ну если только в смысле «дичь»...

— И вообще ничего не говори! — почти стонет сквозь визг маленький человечек. — Ты так говоришь, будто у тебя во рту печеньки недожеванные! Меня это отвлекает!

Юнги молча поднимает вверх обе руки и отходит в сторону, пропуская остальных в комнату.

— Так! — кричит Темнейшество, увидев входящего в комнату полусонного Чимина, — этого сразу не впущу! Подожди в коридоре, Пак Чимин!

— Если вы скажете, что это потому что я такой сладенький и меня хочется съесть, я прощу вам все, даже тот нелепый свитер с Golden Disk Awards, — протирает глаза Чимин.

— Не дождешься, — рычит Бан ПиДи, — это потому что ты слишком худой, и у меня от этого комплекс неполноценности.

— О, лады, — кивает Чимин и с радостью заваливается на кушетку в приемной спать дальше.

— А ты! — кивает Шихёк-ним в сторону лидера. — Почему у тебя ямочки на щеках сегодня такие, будто ты только что наелся и доволен как сытый кот?

— Извините, — серьезнеет лидер.

Бан ПиДи выдыхает, садится аккуратно на свое место.

— Итак, как меня называют в сети сегодня? Порадуйте меня свежачком, — оглядывает он присутствующих.

— Рейтинговая шлюха! — выпаливает Тэхён и тут же втягивает голову в плечи.

— Не с такой откровенной радостью, Ким Тэхён, — вспыхивает хитмэн. — Еще?

— Владельцем гарема из разукрашенных мальчиков! — подсказывает Чонгук.

Бан ПиДи хихикает:

— А ведь прав этот наш новый психолог, сукин сын, а! Как только кто-то называет тебе так вслух и в реале, это перестает быть обидным. Принятие — великая вещь!

Ребята, видя, как их шеф веселеет на глазах, заметно расслабляются и кое-кто даже пытается улыбнуться, все еще настороженно краем глаза наблюдая за диетчиком.

И в этот момент...

— Сhicken noodle soup! Сhicken noodle soup! — доносится душераздирающе из кармана Хоби.

Бан Пиди мгновенно багровеет, пулей вылетает из-за своего стола и как зомби, вытянув руки вперед, направляется в сторону Хосока, шипя как самый настоящий вампир:

— Я же просииииииииил никогда не упоминать при мне едуууууууууу!

Намджун в секунду оказывается рядом с Хоби, заслоняя его спиной, Чонгук кидается на Бан Пиди, скручивая ему руки сзади, а Юнги бежит с кувшином воды и орет перепуганному Тэхёну:

— Джина! Скорее найди Джина!

Потому что с ПиДи-нимом на диете может справиться только Джин.

Который в эту минуту как раз нарисовывается на пороге кабинета, властно окидывает взглядом комнату, а затем еле заметно поводит плечом.

— Оставьте нас, — командует он, и мальчишек из комнаты как ветром сдувает.

Оставшись наедине со слетевшим с катушек начальством, Джин важно проходится вдоль дивана, разглядывая опрокинутое кресло, а потом оборачивается к шефу:

— Ну что, опять?

Бан ПиДи опускает голову и виновато кивает:

— Опять.

— Вам не стыдно? — наклоняется Джин, пытаясь заглянуть в низко опущенное красное лицо. — Ведь это же какая-то нездоровая зависимость от пищи! Наркомания просто! Вы наркоман?

— Мне больше нравится ассоциировать себя с вампиром, который не может без человеческой крови, — улыбается Бан Шихёк и засовывает свою пухлую ладошку с короткими пальцами в накладной карман джинова кардигана.

И на свет появляется упакованный в промасленную бумагу пухленький гамбургер.

— Еще одна такая истерика, и кровь прольется у самого вампира, вот честно, — вздыхает Джин, наблюдая с умилением, как уплетает за обе щеки гамбургер бессменный владелец и основатель компании Биг Хит

— Интересно, что Джин все время с ним там делает, — постукивает кончиком карандаша по столу, размышляет Тэхён. — Какой-то применяет гипноз?

— Он ему гамбургеры скармливает втихаря, — хмыкает Юнги.

— Правда что ли? — Тэхён аж привстает от удивления и возмущения.

— Ага, — улыбается Юнги. — Но Джину нравится, когда все думают, что он, типа, супермен, и у него, типа, суперсила и все такое... Так что делаем вид, что присутствуем при чуде человеческого перерождения, как делали всегда, ок?

Мальчишки кивают.

И думают, что с сытым шефом обсуждать в этот хеллоуинский вечерок планы на предстоящий камбэк будет намного уютнее.