глава третья 'Семейные узы'

Далеко не каждое утро Фобос мог обнаружить, что изо всех сил прижимался к телу Свена, словно ватентистская пятнистая ящерка к горячему камню в знойный день. Герцог проснулся раньше в этот раз и ни под какими угрозами не собирался даже двинуться с места, пока Свен спал. Поджав губы, он тихонько выдохнул, лишь бы его не разбудить. Краем глаза Фобос осматривал стражника, его крепкие и объёмные мускулы, хотя кое-где мелькала пухлость. Однако ему это нравилось, особенно на животе и бёдрах. Герцог предпочитал мужчин покрупнее, у которых было за что схватиться и укусить.

О женщинах Фобос никогда не думал ни в каком плане, хотя пытался раньше. Сколько он себя помнил, он ничего к ним не чувствовал. Впервые он ощутил влечение к кому-то ещё в подростковом возрасте, до получения кристалла. Фобос увидел Свена во дворце, его принимали в новобранцы. В тот день Вера поручила своему младшему брату следить за отбором, так что Фобос наблюдал за каждым из кандидатов.

Больше всего его в тот день поразило насколько шумными были те парни, соревнуясь друг с другом в тренировочном зале. Тихий Свен, читавший свод правил на стене, тут же привлёк его внимание. Мальчишка с ярко-рыжими кучерявыми короткими волосами и довольно тощим телом он стоял неподвижно, пока остальные устраивали хаос, перекрикивая друг друга.

Фобос тогда был весьма молод, даже голос его ещё не сломался, а ему уже поручили столь сложное, по его мнению, задание. Он благодарил судьбу, что капитан Льюис, прошлый капитан королевской стражи, сам выстроил парней. Шло время, Льюис довольно громко рассказывал парням какие проверки их ждут, а Фобос всё мельком поглядывал на Свена, слегка прячась за своими длинными волосами. Когда до него дошла очередь, Льюис лишь с усмешкой похлопал его по плечу.

"Такой мелкий и щуплый, ты что тут забыл-то, а?" - съязвил мужчина.

"Хочу служить Короне, капитан Льюис!" - звонко воскликнул парень.

"Нет, малец, подрасти сначала..."

Фобос не выдержал и вмешался:

"Капитан Льюис, разве... Разве не должны мы каждому дарить возможность защищать Корону? Пусть он... Пусть останется! Это... Приказ герцога!"

В помещении затихли все. Фобос хорошо запомнил лицо Свена, тот был так удивлён, что кто-то за него вступился. Капитан Льюис выполнил приказ и оставил мальчика. Герцог вспоминал, как после этого Свен осмелился подойти и лично поблагодарить его, они оба были так смущены, что едва могли выдавливать слова.

Предаваясь воспоминаниям, Фобос невольно улыбнулся и мягко вздохнул. Он и не заметил, как начал накручивать кудрявую прядь Свена на палец.

— По-моему мои волосы достаточно завиты... - услышал он хрип над ухом.

— Я сам решу достаточно или нет, - Фобос закатил глаза, но улыбка ни на мгновенье не спала с его губ.

Чувствуя сильную руку Свена, сжимающую кожу на талии, герцог довольно потянулся, ощущая приятные мурашки на спине.

— Доброе утро, герцог.

— Доброе. Правильно "герцог Фобос" вообще-то, неуч.

— Мхм. Как ты? - Свен протёр заспанные глаза.

— Ничего. Сойдёт.

Стражник вдруг скинул его с себя и уложил на спину. Фобос не успел проронить и слова, как уже оказался придавленным к простыням.

— Эй! - прокряхтел он. - Ты что удумал?

— Понежиться в постели, пока есть возможность, - Свен улёгся на него, не давая вдохнуть.

— Какой же ты здоровый, - герцог схватил ртом воздух и зажмурился. - Свен! Задавишь!

— Обычно ты любишь, когда я на тебя так наваливаюсь, - захихикал парень. - Правда в это время ты ко мне задом повёрнут. А ты вкусно пахнешь... Это клубника? Клубничное масло? Такое бывает?

— Чего? Какая клубника? - возмутился Фобос. - Нет у меня такого масла. И не ел я её. Я вообще вчера мылся, на мне только мой запах. У тебя галлюцинации?

— Наверное, - Свен неловко почесал затылок. - Но пахнешь ты правда вкусно. Гляди и съем тебя.

Он раскрыл рот и впился зубами в его бок.

— Ай! Ай-ай! Ты чего творишь? - Фобос задрыгался под ним.

— Тише, зайчик, нас не должны услышать, - пробубнил Свен, всё ещё сжимая добычу в зубах.

— Свен! Хватит! Ай! Мне щекотно! Прек... Прекрати! - Фобос тихонько смеялся, пытаясь вырваться из львиной хватки. - Свен!

Всё же пощадив герцога, Свен выпустил его кожу из зубов и улёгся на грудь, облизнув губы.

— Ты дурак, ясно? - спросил Фобос, всё ещё посмеиваясь и потирая бок, другой же рукой он всё ещё держал Свена за загривок.

— Готов всегда быть дураком ради твоей улыбки, - тихо произнес стражник и поцеловал его в середину груди.

Замерев, Фобос хотел было перекинуть передние пряди на лицо, чтоб спрятать покрасневшие от смущения щёки, да позабыл, что волосы уже слишком короткие.

— Ты... Ты давай уже вставай, нам нужно умыться. Кхм, - голос герцога смягчился и даже слегка задрожал. - Я сегодня хотел пройтись до таверны. Ты со мной?

— Естественно.

***

Покрутив пальцем, Ванесса подняла рогалик с вишней в воздух и откусила, глядя в книгу. В мастерской было тихо, Вильгельм рано утром ушёл гулять с Дэвином, а чародейка решила посидеть в одиночестве и почитать за завтраком свою любимую книжку про чародея из Линтерна и огненную деву Браннероса.

Ванессе нравилась эта история любви, и к тому же она позволяла узнать хоть немного о давно утерянном королевстве огненных кристаллов - кемантинов. В основном всё было додумками, но также присутствовали и сохранившиеся легенды о драконах, которые предсказывали будущее, и людях, что возжелали обрести подобный дар и опустошили драконьи гнёзда, дабы отведать на вкус их детей. Что произошло дальше - никто не знал, но все люди словно испарились в тот день, королевство опустело, когда драконы обрушили на них свой гнев.

Ходили слухи, что они превратились в безумных чудовищ и истребили друг друга. Кто-то говорил, будто бы драконы съели всех людей и улетели к далеким заморским землям. Но все знали точно - людей в Браннеросе больше не было. Мародёры, желающие поживиться в городах огненных земель, бесследно исчезали, так что туда уже давно никто не совался, не желая погибнуть или ещё чего хуже.

История, которую читала Ванесса, закончилась печально. Возлюбленная линтеровского чародея исчезла, и он, отправившись искать её, пропал навсегда. Каждый раз перечитывая эту книгу, Ванесса надеялась, что финал чудесным образом изменится, но нет, выведенные буквы были на том же самом месте и в том же самом порядке. Возможно поэтому ей и нравилась эта история, вызывающая грусть. Ведь порой какие-то вещи мы изменить не в силах, нам остаётся принять их и идти дальше.

Счастливый покой читающей девушки длился недолго, в мастерскую вошёл Густав Шайн.

— Отец, - Ванесса тут же встала и склонила голову, отложив рогалик и книгу. - Доброе утро.

Испытав лёгкое раздражение, что отец снова не постучался в мастерскую, Ванесса подавила недовольный вздох.

— Ты опять ешь? - он подошёл к полке с книгами и взял одну из них. - Сколько можно? Скоро на корову станешь похожа. Твой дохлый муж и так поднять тебя не сможет, а ты все жрёшь.

Поджав губы, он сглотнула ком в горле и стыдливо вжалась в плечи.

— Я лишь завтракаю, отец, - пробормотала она. - И я... Я много занимаюсь упражнениями и... Чародейки не должны быть тощими... И Вильгельм не...

— Хватит под нос бубнить, чётче говори, - перебил её Густав, убирая книгу в сумку. - Ты глава семьи Шайн, тебе следует соответствовать своему статусу. Как характером, так и... Внешним видом. Ты поправилась. Хватит есть всё, что гвоздями не прибито к тарелкам. Тебе нужно будет родить второго Шайна, так что следи за собой заранее, чтобы пузо не было еще больше.

С этими словами он покинул мастерскую. Ванессе едва удалось проглотить ком в горле, и она тихонько присела за стол. Недоеденный рогалик так и остался нетронутым, чародейка вернулась к книге, стараясь не думать о словах отца, которые он часто ронял на неё, словно груду острых камней.

Она уже не могла сосредоточиться на чтении, захлопнула книгу и встала из-за стола. Чародейка махнула рукой, и дверь в мастерскую захлопнулась.

Ванесса выпрямилась и опустила голову. Грудь закрывала вид на тело, и она слегка вытянула шею. Пощупав себя за бёдра и руки, она тихо вздохнула. Любимая одежда одежда вдруг показалась ей теснее обычного.

— Не такие они и большие... - неуверенно проронила она. - Мышцы преобладают... Я не... Ох.

Ванесса запрокинула голову и быстро вытерла глаза дрожащими руками. Звук открывшейся двери тут же усадил её на скамью, заставив вести себя как ни в чём не бывало.

— Милая, я вернулся, - сообщил Вильгельм. - Дэвин спит, за ним приглядывает няня. Как ты тут? Я принёс тебе булочек из твоей любимой пекарни. Тут с вишней, персиком и с корицей. Хотя ты знала, что я их сегодня принесу, конечно же, да?

Он подошёл к жене, поцеловал её в щеку и поставил на стол корзинку, куда Ванесса тут же устремила взгляд. Аромат свежих румяных булочек сразу заставил её облизнуть губы. Но затем она отвернулась к книге.

— Спасибо, Вильгельм. Но лучше съешь сам. Я не голодна, - тихо проговорила она.

Вильгельм удивлённо вскинул брови.

— Скоро время к обеду, дорогая, - подметил он. - Я думал мы сядем за трапезу, а потом разделим булочки за чаем, как и всегда. Поговорим или почитаем вместе. Как это ты не голодна?

— Вот так.

— Не понял, - он к ней подсел. - Ты терпеть не можешь менять распорядок дня, особенно когда дело касается трапез. Что случилось? Тебе нехорошо?

— Я в полном порядке, просто не хочу есть, - уже твёрже ответила девушка.

— Несс, поговори со мной. Я ведь вижу, что ты сама не своя. Разве самая красивая женщина в Ниории не заслужила самые вкусные булочки в Ниории?

Ванесса мягко улыбнулась, всё же взглянув на корзинку.

— Самой красивой женщиной Ниории разве не принято считать королеву Монтистена?

Услышав знакомый голос, Вильгельм поджал губы, а затем встал вслед за Ванессой. В дверях стояла Аливера, ехидно улыбаясь.

— Доброго дня, ваше Величество, - алхимик повернулся к ней с поклоном. - А разве не каждый муж считает свою жену самой красивой женщиной в Ниории? Уверен, король Айомхар каждый день вам говорит о вашей красоте так часто, как вы на самом деле того заслуживаете.

Ванесса застыла, услышав что именно произнёс Вильгельм. Губы Веры лишь слегка дрогнули, но улыбка не сошла.

— Говорит, Вильгельм. Не сомневайся в этом.

— Разве я смею? - он вновь слегка поклонился.

Вера взглянула на корзину с булочками, а затем на Ванессу. Хихикнув, королева приложила пальцы к губам.

— Кому-то скоро понадобится корсет побольше, да, Ванесса? - с усмешкой произнесла она, покинув мастерскую.

Плечи Вильгельма дрогнули, а руки сами сжались в кулаки.

— Это из-за неё ты от еды отказалась? - прошептал он, не поворачиваясь к жене. - Что она ещё говорила тебе?

— Ви, это ничего. Она права, мне следует...

— Нет, не следует, - Вильгельм взял жену за руку и подошёл вплотную. - Она просто издевается над тобой ради потехи. У неё рост ребенка и вес жеребёнка, её и ветром сдует - не заметишь. И из-за этого она думает, что лучше тебя, но это не так. Она просто завидует.

— Ты... Ты и на руки меня поднять не сможешь уже, наверное, - голос Ванессы дрогнул, и она отвернула голову.

— Чего? - хмыкнул Вильгельм. - Иди-ка сюда.

— Вильгельм, не стоит.

Он тут же схватил жену на руки с такой лёгкостью, что Ванесса приятно удивилась, обвив руками его шею.

— Не смогу, ну, чего придумала, а? - усмехнулся он, поцеловав её в щеку.

Вжавшись в плечи, девушка улыбнулась, легко болтая ногами. Вильгельм усадил её на стол и уткнулся носом в шею, оставив там маленький поцелуй.

— Ви, ну, не здесь же.

Махнув рукой, Вильгельм захлопнул дверь мастерской, задвижка защёлкнулась. Следом и крупные шторы задёрнулись на окнах, Вильгельм оставил совсем немного света, чтобы видеть возлюбленную жену.

— Ты что удумал?

— Не слушай эту стерву, ты самая лучшая, самая умная и самая красивая женщина на свете, - он продолжал зацеловывать её шею.

Вильгельм, взяв Ванессу за бёдра, резко пододвинул к себе и поцеловал в губы, затем принялся расстегивать её одежду сверху.

— Ляг.

— Вильгельм, - щёки её покраснели, и она прикрыла оголённый верх. - Прямо здесь? На столе?

— Да. Мы быстренько. Ты против?

— Ну... Н-нет, но мы никогда не делали этого тут...

— Всё бывает в первый раз, - он стянул с себя рубашку через голову. - А теперь, ляг, сердце моё. И давай постараемся быть потише. Ладно?

Ванесса неловко улыбнулась, ненадолго отведя взгляд от красивого тела супруга и закусила губу.

— Ладно.

***

— Я думал... Мы пойдем в таверну, - упав на подушку, Свен тяжело выдохнул и потянулся в кровати. - Но, вот, не успел я встать с кровати, как ты тут же вскочил на меня. Что с вами, мой герцог?

— Я не понял, тебе не понравилось? - Фобос уселся на край постели и попытался смахнуть волосы с плеча, снова забыв, что они стали короткими.

— Понравилось. Ешё бы, - стражник приподнялся на локти и оглядел веснушчатую спину герцога, откуда благодаря регенерации потихоньку исчезали следы от укусов. - Эх, жалко она убирает мои отметины.

— Что? Она? О чём ты?

— Я же оставляю укусы на тебе. А регенерация их так быстро лечит. Обидно, - Свен довольно усмехнулся. - Я ведь так старался.

— Лучше бы ты так старался помалкивать, - Фобос закатил глаза.

— У-у, какие мы сердитые. Что же с нашим герцогом? Не выспались, моя Светлость?

— "Ваша" Светлость, - поправил он.

— Я так и сказал.

— Нет, ты сказал... Ой, отвяжись, - буркнул парень, поняв, что стражник просто донимал его.

Свен рассмеялся, приобняв Фобоса покрепче. На мгновение герцог даже размяк, чувствуя нежное тепло своего стражника. Всё же в этом что-то было, в том, как Свен порой дурачился. Все беспокойства сразу же отходили на дальний план.

— Я приму душ, и мы пойдем за вином, - проговорил Фобос. - К ночи нужно зайти за Вильгельмом и Натом. Мы и так задержались, а ещё нужно будет проскочить мимо Веры.

— Нат уже вернулся с Линтерна?

— Мхм.

— Здорово!

Фобос устало протёр лицо и расправил плечи, но затем снова сгорбился. Вставать с кровати ему уж точно не хотелось, так что он просто сидел, недовольно нахмурившись.

— Что-то ты не спешишь, - лукаво проговорил Свен.

— Отстань, просто посидеть хочу.

— Ты даже спишь с ним, - Свен положил руку на кристалл Фобоса, что висел у него на груди. - Спишь во всех смыслах, хе-хе. Не мешает? Ты хоть иногда его снимаешь?

— Нет, - герцог вырвал камень и сжал в своей ладони, а затем резко встал, заставив Свена шлёпнуться на простынь. - Не мешает. Пошли.

— Мне можно с тобой? В купальню?

— Чего ты спрашиваешь постоянно? Тебе каждый раз моё разрешение нужно что ли?

— Эм... - Свен почесал затылок и неловко посмеялся, поднявшись следом. - Да, мне оно нужно. Мы ведь с тобой не так уж и близки и не в отношениях тем более, так что... Да, мне нужно разрешение каждый раз.

— В постель ты ко мне, порой, и без разрешения прыгаешь.

— Напрасно?

— Нет, просто... Ох, идём уже.

Фобос оглядел его и увидел до странного детскую беспечность и дурашливость на лице Свена, который стоял и глупо вжимался в плечи, словно подросток.

— Поверить не могу, что ты старше меня, - проронил Фобос.

В купальне он держался чуть подальше от Свена, который стоял и натирался щеткой, бубня под нос что-то про жёсткие ворсинки. Фобос уже успел привыкнуть, что делит свою купальню с ним, и был вовсе не против. Порой Свен начинал баловаться, обивая его водой или хватая герцога за ноги под водой. А иногда не только за ноги.

Герцог неторопливо намыливал тело и думал о всяком, чтобы отвлечься. Чаще всего он думал о том, как ему хотелось вернуться назад, в свое поместье, домой. Хотя домом-то он не особо его считал, ведь, как оказалось, Вера могла просто отобрать у него поместье. Разве дом могут отобрать? Вряд ли. Значит дома у Фобоса и не было.

Во дворце он всегда чувствовал себя чужим, в основном благодаря сестре, которая предпочитала измываться над ним ещё с детства. Хотя Фобоса не могло не радовать, что в последнее время Вера почти не донимала его. Но всё равно замок слишком сильно напоминал ему о прошлом, о том, что случилось почти три года назад. Фобос переживал последствия здесь, а то, что он тогда сделал в этой самой купальне... Он всеми силами старался не думать об этом, не вспоминать. С этим ему очень хорошо помогал Свен.

Свен, который едва не умер по его вине.

Перебирая воспоминания, Фобос застыл, глядя как вода плавно колыхалась и тихонько билась о его поясницу. Он наблюдал, как белая пена и пузыри медленно заполняли все больше водной глади возле него.

В его голове возник собственный голос из прошлого. Такой громкий, что сознание начало глохнуть и умолять, лишь бы он затих.

"СВЕН! СВЕН, НЕ ШЕВЕЛИСЬ!"

По спине Фобоса ударил холод, и парень стиснул зубы, не в силах заглушить собственные мысли.

"ПРОСТИ МЕНЯ!"

Фобос крепко сжал тересприт у себя на груди. В его глазах начало темнеть, а губы пересохли из-за частого дыхания.

"ТОЛЬКО НЕ УМИРАЙ, ПОЖАЛУЙСТА!"

— Фобос?

"СВЕН, ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! Я ПОЗОВУ НА ПОМОЩЬ!"

— Фобос!

Герцог вздрогнул и схватил Свена за плечо, оглядываясь по сторонам.

— Фобос, ты чего делаешь? Дай сюда. Дай его сюда.

— Не трогай! Нет! - Фобос всё держался рукой за кристалл.

— У тебя кровь!

— Кровь? - Фобос опустил взгляд.

Алые капельки падали в воду с его руки, в которой он стиснул камень.

— Ты что так его сжал? Фобос, пусти, - стражник осторожно взял его за запястье и легонько потряс. - Пусти, говорю. Ты порезался.

Кристалл выпал и ударился о грудь Фобоса, оставив там кровавое пятнышко. Заметив, что он совсем не соображал, Свен быстро промыл его ладонь в воде и исцелил, не дождавшись действия регенерации. Опомнившись, Фобос прижал руку к себе и уставился на Свена.

— Фобос, ты и теперь будешь утверждать, что всё в порядке? - спокойно спросил Свен.

— Всё в порядке, - как ни в чём не бывало герцог отвернулся и принялся дальше смывать с себя пену, хотя его ладони все ещё тряслись. - Дай помыться, что пристал?

— Так, хватит, - схватив его за руку, он развернул парня к себе. - Я не уйду отсюда, пока ты не расскажешь что за хрень с тобой творится. Ты сам не свой с тех пор, как вернулся во дворец.

— Пусти! - воскликнул Фобос, вырываясь. - Ничего я не буду рассказывать! Это не твоё дело, ясно? Ты мне кто вообще, чтобы условия ставить?

— Я твой стражник! - Свен заговорил громче. - И должен охранять тебя!

— Вот и охраняй! А в голову ко мне не лезь, понял? И какого хера ты на меня рявкаешь?!

— Я же... П-прости, Фобос, - он быстро смягчился. - Я же помочь хочу. Я испугался за тебя.

— Себе помоги, - прошипел Фобос, вырвав ладонь. - И не смей меня хватать.

Свен осторожно подошёл и попытался взять его за руку, но герцог скрестил их на груди. В купальне стало тихо, лишь колыхающаяся вода слегка шуршала из-за движения.

— Фобос, - вновь позвал он. - П-прости. Прости, что так схватил. Не больно? Я... Просто я очень волнуюсь за тебя. То, как тебе ночью стало плохо, и сейчас ты...

— Я не хочу говорить об этом, что тебе не понятно, а? Сколько ещё раз мне повторить?

— Ты позволяешь мне быть рядом, но не разрешаешь хоть немного помочь? Предлагаешь просто смотреть на твои мучения? Ты думаешь, мне это нравится?

Развернувшись к нему спиной, Фобос замолчал ненадолго, а потом заговорил тихо, почти шёпотом.

— Что-то не нравится - уходи.

— А ты бы ушёл, стань мне плохо?

В груди у герцога почувствовался сильный укол, неприятно ледяной, словно отравленный. Образовавшийся в горле ком не давал ему произнести ни слова. Будто он и без него смог бы что-то сказать. Он услышал, как Свен, не дождавшись ответа, тихо вздохнул и, судя по лёгкому всплеску воды и волне, которая мягко стукнулась о него, отвернулся и продолжил мыться.

— Я больше не буду лезть в твою голову, - плечи Фобоса дёрнулись от того, как внезапно зазвучал голос Свена, хоть тот и говорил тихо. - Прости меня. Это правда не моё дело. Давай не будем ссориться, ладно?

— Ладно, - после небольшой паузы ответил герцог. - И... И ты прости, что я... Что я...

Пытаясь найти нужные слова, Фобос нервно водил рукой по воде.

— Ты прав, - заговорил он. - Мне плохо здесь. И я... Я пытаюсь с этим бороться, но у меня не получается. Я не хочу принимать твою помощь, потому что... Потому что если я приму её, то это подтвердит то, что мне плохо. А я как будто... Не хочу этого. Понимаешь?

— Понимаю.

— Ты относишься ко мне с добротой, которую я не заслужил.

— Ты...

— Не заслужил, Свен. И ты это сам знаешь.

— Не решай за меня, ты мои мысли не читаешь, - отрезал Свен. - Я перестану лезть к тебе с помощью, если пообещаешь попросить её сам, когда она тебе понадобится.

— Обещаю, - тихо сказал Фобос.

— Вот и славно. А теперь давай вылезать из воды, нам собрать всё нужно.

***

— Вильгельм! - грозно прошептала Ванесса.

— Всё-всё, - посмеялся алхимик и отсел за свой рабочий стол. - Прости, милая, но я так люблю тебя целовать. Понравилось?

— Мхм, - буркнула девушка, торопливо застёгивая свою рубашку. - Главное, чтобы этого никто не заметил. Отопри дверь, только тихо. У меня волосы не торчат?

Вильгельм заставил задвижку медленно съехать в сторону, а дверь отвориться, затем он снова повернулся к Ванессе и захлопал глазами.

— Твои волосы идеальны, сердце моё. Милая, ты помнишь, что я вечером иду с парнями?

— Помню. Я удивлена, что помнишь ты. Ведь обычно это ты опаздываешь или забываешь о встречах, обижая герцога Фобоса, капитана... Ой. Господина Свена и главлекаря Натаниэля. Главлекарь как раз сегодня вернулся из Линтерна. Что он изучал на этот раз? Он не говорил?

— Наверное, как исцелить заносчивость. Это было бы очень полезно.

— Не знала, что ты хочешь вылечиться, - усмехнулась Ванесса.

— Эй, я не заносчивый! - воскликнул алхимик. - И я о нём говорил!

— Мхм, - чародейка хихикнула, вернувшись к любимой книге и потянувшись к булочкам в корзине.

Её взгляд упал на дверь, Ванесса увидела, как кто-то заглянул в мастерскую.

— Кто там? - Вильгельм обернулся.

— З-здрасьте, - Ранелия, держась за дверную арку, улыбнулась.

Шайны переглянулись.

— Мы знакомы? - улыбнулся парень. - Здравствуйте. Я Вильгельм Шайн, придворный алхимик.

— Меня зовут Ванесса Шайн, я придворная чародейка.

— А я... А я вас знаю, госпожа Ванесса, - Ранелия зашла, не отрывая взгляд от неё. - Я... Я видела вас, когда была маленькая. Я Ранелия. Или... Или просто Рани. Я как бы... На кухне вот теперь работаю... Меня отпустили ненадолго, чтобы я замок посмотрела, мне король Хейм разрешил. А я вас найти хотела и поздороваться. В-вот...

Ранелия вжалась в плечи.

— Я... Я просила брата косички себе заплетать, как у вас. У меня они тоже длинные, - девочка покрутилась, показывая массивные косы.

— Как мило, - захихикал Вильгельм. - Маленькая поклонница. Прелесть.

Смущенно спрятав руки за спиной, Ранелия разглядывала чародейку.

— Когда я вырасту, я хочу быть как вы. Вы такая красивая!

— Спасибо, - мягко сказала Ванесса. - Я... Я уверена, так и будет.

Вильгельм уселся за стол, довольно разглядывая сияющую жену. Ранелия спрашивала её о чародействе и о дворце, а Ванесса отвечала на её маленькие вопросы. Прошло совсем немного времени, как в дверях мастерской показался Хейм.

— Рани, - улыбнулся он. - Вот ты где.

Шайны тут же поклонились, как и Ранелия вслед за ними.

— Ваше Величество, - в голос сказали супруги, на что он мягко кивнул.

— Король Хейм, а я сама нашла мастерскую, даже дорогу не спросила, - похвасталась Ранелия.

— Молодец. Вильгельм, будь добр, собери корзинку со своими моющими средствами.

Алхимик довольно быстро выполнил поручение и вручил корзинку Ранелии.

— Спасибо, Вильгельм, - не забыл поблагодарить Хейм, на что парень качнул головой.

— А это зачем? - поинтересовалась девочка.

— Сходи, проведай брата. Заодно занеси мальчикам эти вещи для уборки и утиную тушку, - спокойно ответил король. - Я покажу дорогу к башне Ульрика. Идём, Рани.

— До свидания, госпожа Ванесса и господин Вильгельм! Ещё увидимся! - радостно попрощалась Рани, и они с королём ушли.

Шайны молча переглянулись, хлопая глазами.

— Это что было сейчас? - спросил Вильгельм. - Кто она? Ты что-то знаешь?

— Нет, - задумчиво ответила Ванесса. - Понятия не имею. Погоди, он сказал "мальчикам"? "Проведай брата"?

— Их двое, значит. И судя по всему её брат живёт с принцем Ульриком..? Что произошло за ночь? Когда они вообще тут появились?

— А что, если... - Несса зашептала. - Это внебрачные дети короля?

— Ага, ещё бы, королева бы их вырезала сразу же, и Хейм знает об этом, - хмыкнул Вильгельм. - Быть не может. Да и не похожа она на него совсем. Что-то странное во дворце творится.

— Вильгельм.

— Да?

— Ты всё собрал для встречи со своими парнями?

— Проклятье.

И алхимик начал поспешно лазать по тайным шкафчикам.

***

Тяжесть чуть ниже затылка сковала шею, и Роут недовольно закряхтел из-за плохо выбранной позы во сне. Тело затекло, и парень приоткрыл глаз, пытаясь понять, где вообще он лежал. Всё, что он понимал, так это - не в гамаке. Может, заснул на полу? Хотя для пола было мягковато. Даже слишком в общем-то. Едва ли он когда-то лежал на чём-то мягче.

Потянувшись, он не сразу обратил внимание, что лежал под большим и тёплым одеялом и на огромной кровати. Роут уселся и протёр глаза. Размяв шею, он сцепил руки в замок и вытянулся, чтобы сбросить напряжение в залежавшихся мышцах. Парень неуклюже почесался, оглядываясь. Обнаружив, что находился точно не дома, Роут застыл.

Старенькая пыльная комната, но кровать пахла свежестью. Он начал вспоминать события этой ночи, и сердце его забилось сильнее. Тихий стук в дверь прервал его размышления.

— Роут? - раздался шёпот Ранелии. - Ты чё спишь ещё? Эй?

Соскочив с кровати, Роут схватился за спинку, чтобы не упасть из-за слабости, всё же он ещё не восстановился полностью. Подойдя к двери, он отворил её и тут же крепко обнял сестру.

— Ай, задушишь! - захихикала девочка.

— Ты в порядке? - он взял её за плечи и осмотрел. - Принц сказал, ты в безопасности. Это правда?

На Ранелии было тёмно-зелёное платье с белым фартуком, а волосы убраны в шишку. Они вошли в комнату и уселись на кровать.

— Всё хорошо, - закивала Ранелия. - Его Величество, ну, король Хейм, меня проводил ночью до гостевых покоев. Представляешь, у меня своя комната большая! Потом он утром помог найти купальню, и... Ты не поверишь, тут и правда вода горячая течёт прямо из трубы! А, да... И потом он отвёл меня на кухню, со всеми познакомил, меня отпустили тебя проведать, но скоро мне надо назад, ужин делать! А пока я с тобой побуду. А принц где? В этой башне так холодно... Ты не замёрз?

Поток слов вывел разум Роута из подобия равновесия, и он просто смотрел на сестру, пытаясь переварить вышесказанное.

— Эм... Король?

— Мхм, он очень хороший и милый! Правда... - она зашептала. - Странный немного. Медленный такой... И руки... У него ужасно холодные руки, бр-р! Как у мертвяка. А где принц?

— Он... Принц Ульрик... Судя по всему, он живёт в комнате, что напротив моей.

— Я-ясно, - девочка огляделась. - Вот это у тебя бардак. Там и на нижнем этаже башни тоже ужас какой-то. Убраться бы.

— А-Ага... - Роут почесал затылок. - Я уберусь сам. Не принцу же этим заниматься.

— Я принесла всё для уборки, оно внизу на кухне. Швабра, метла, вся хрень. И господин Вильгельм мне дал столько средств для мытья, он просто душка! И он на зельях рисует смешные моськи!

— Спасибо. Эм... Господин Вильгельм? Кто это? Ты что, уже со всеми познакомилась?

— Это придворный алхимик! И ещё я встретилась с госпожой Ванессой! Представляешь? А у Шайнов правда волосы такие красные, как розы! Госпожа Ванесса такая красивая, Роут! Вблизи увидеть её и поговорить это нечто!

— Когда же ты всё это успела...

— Просто я не дрыхну до вечера! Уж темнеть скоро начнёт, а ты всё спишь! Иди умойся хоть. На, вот твоя зубная щётка, я прихватила, когда вещи собирала. Правда одежду я не забирала, но, думаю, принц чё-нибудь придумает. Ты такой бледный. Всё хорошо?

— Мхм.

Роут взял щётку, надел сапоги и тихонько вышел из своей спальни. Он умылся и почистил зубы порошком в маленькой баночке на полке. Вкус был приятный, почти такой же еловый, как и порошок у него дома. Тёплая вода сильно порадовала его и немного взбодрила. Парень даже не обратил внимания на грязь в ванной, все его мысли были спутаны. Закончив, он пошёл за Ранелией.

— Вот тут всё для уборки. Я бы помогла, но у меня там дел много, - она всучила ему швабру. - Странно, чё это принц тут живёт? Так ещё и никто у него не убрался... Тут еда есть внизу, в стенке морозильник для продуктов, завтрак сам приготовишь. Хотя... Обед, точнее. Вообще обед уже прошёл так что... Неважно. Дрова, смотрю, у вас есть, еда тоже, дальше сами, ага?

— Рани, погоди... Ты как так быстро освоилась? - Роут присел за стол, потирая лоб. - Тебя... Тебя вообще ничего не смущает?

— Роут, меня смущает абсолютное нихера, - призналась Ранелия. - Да я же мечтала попасть во дворец. И я сделаю всё, чтобы тут остаться. А освоилась я... Ну, я рано проснулась. Меня встретил король Хейм, он рассказал, что принц теперь живёт тут, а ты будешь жить с ним и помогать со всяким. Что ты его друг и всё такое. Он просил принести моющие. И... Роут..?

— М-м? - он поднял голову.

— Спасибо... - чуть дрогнувшим голосом пробормотала Рани. - Спасибо, ч-что... Спас меня. Я... Так рада, что ты в порядке...

Роут тут же подошёл и крепко её обнял.

— Я тоже рад, что ты в порядке, - вздохнул он, гладя ее по волосам. - Ты точно не пострадала?

— Точно-точно. Ладно, я побегу, - она заметила, как солнце за окном приближалось к горам. - Скоро ужин у королевской семьи. О, кстати, принц любит утку с апельсинами. Он теперь будет ужинать тут, так что... Готовить придется тебе, если он не умеет. Рецепт вот, я списала с книжки. И ещё принесла тушку утки, мне её король Хейм велел отдать тебе. Видать, чтобы ты быстрее подружился с принцем. Дружи с ним изо всех сил, ясно? Мы обязаны тут остаться. Делай чё хочешь, но чтоб мы тут насовсем.

Удивившись тому, как Рани быстро влилась во дворцовую жизнь, Роут взял листочек пергамента из её рук.

— Быть может, я тут даже женой стану...

— Кхм, - Роут прокашлялся. - Ты это самое... Чё прицепилась к принцу Ульрику? Он взрослый тебе ещё...Там вроде рыжий тебе ж понравился? Как его...

— Эльбрус?

— Мхм.

Ранелия хихикнула, поправив платье.

— Я о нём и говорила, - закивала девочка. - Ой, всё! Я убежала! Приходи уже в себя!

Ранелия оставила брата на кухне. Усевшись за стол, Роут протёр глаза ещё раз, чтобы убедиться, что это точно не сон.

В его голове промелькнула ночная сцена, как он орудовал ножом, и парень вздрогнул, зажмурившись. По спине пробежал холод, а руки задрожали.

— "Я убил четырёх людей..." - Роут сглотнул, прикрыв глаза ладонью. - "Своими руками... Принц Ульрик... Он спас меня..? Принёс сюда? Он поверил словам Ранелии? И теперь я... Я..."

Тряхнув головой, он отогнал плохие мысли и принялся за уборку. Средства, что принесла Рани, очень помогли ему. Роута позабавили рожицы Вильгельма на этикетках.

— Тот самый алхимик поди... - пробубнил он, глядя на рисунок. - Эм... Вильгельм, кажется, так Рани назвала его.

Роут прибрал кухню довольно быстро, грязь словно сама собиралась в кучу там, куда попадали алхимические смеси. Затем он принялся за коридор и ванную, которые вскоре тоже блестели. В башне стало гораздо уютнее и светлее.

— Удобно они тут устроились со своей алхимией, - хмыкнул Роут, убирая банки и колбы в чистенький шкафчик на кухне. - Пусть тут лежат. А швабры туда... И щётки сюда.

Роут все разложил по новым местам, теперь тут был порядок, которым парень явно гордился. Всё же уборка всегда хорошо отвлекала его от раздумий и проблем. А проблем в голову ему за вчерашний вечер набежало достаточно.

Вернувшись на кухню, он осмотрелся. В стене была маленькая дверца, где располагался каменный морозильник, что вел на улицу. В него складывались продукты, чтобы те не портились. В доме Роута тоже было нечто похожее в виде погреба, хотя они с сестрой предпочитали прятать еду в лесу или закапывать на заднем дворе, чтобы отец не нашёл.

Быстро вылив месиво из кастрюльки, что он нашёл, он вымыл её и убрал в шкаф, думая о том, как же принца могли кормить подобным.

Роут обнаружил всё, что нужно для приготовления утки с апельсинами, как оказалось, рецепт был достаточно простым. С невероятным интересом он чистил фрукты, разглядывая оранжевые дольки. Следуя рецепту, вскоре он уже наблюдал, как в печи мясо медленно румянилось, а аромат, исходивший от блюда, заставлял Роута едва ли не захлёбываться слюной. Он никогда не пробовал ни утку, ни апельсины. Даже во время готовки он не осмелился съесть ни кусочка незнакомого фрукта.

На другом ярусе печи запекались овощи, которые Роут и без рецепта смог сготовить.

Он решил покинуть кухню ненадолго, чтобы быстро прибраться в своей спальне. Хотя бы избавиться от пыли и хорошенько проветрить. Взяв метёлку, Роут расправился с мусором на полу, тряпкой протёр всю мебель, а затем открыл окно. Вскоре воздух стал свежее, парень закрыл створку и разжёг камин. В спальне стало гораздо теплее, ведь Роут тряпками заделал все щели в стенах.

— Надо будет придумать, чем их потом закрыть... Тряпки долго не протянут... Да и выглядит стрёмно, - бормотал он, сидя у камина и грея руки.

Услышав шорох, он тут же повернулся. В дверях стоял принц Ульрик, протяжно зевая. На нём была чёрная шелковая свободная пижама, а на ногах того же цвета мягкие тапочки. Волосы его были растрёпаны.

Роут молча таращился на него не моргая. Принц потянулся, и его рубашка задралась, оголяя живот и заставляя Роута, к его же сожалению, опустить взгляд.

— Доброе утро, - заспанный хриплый голос Ульрика напоминал мурлыканье кота. - Долго же я проспал. Бр-р. Холодно как.

— Д-доброе утро, п-принц, - прошептал Роут.

— Кхм.

— П-принц Ульрик, - он быстро исправился.

— Так-то лучше. С тобой всё хорошо? Как ты себя чувствуешь? Досталось же тебе вчера. Ничего не болит?

— Мхм. Все в порядке, - Роут качнул головой. - Спасибо.

— Честно сказать, я не думал, что так долго просплю. Я помню, что обещал отвести тебя к сестре.

— Она уже приходила сюда, ваше Высочество.

— Вот как. Убедился, что с ней всё в порядке?

— Да. Спасибо вам большое ещё раз за наше спасение. Но... Почему вы поверили моей сестре? Почему я не в темнице? Разве я не... Не совершил преступление?

— У тебя память отшибло что ль? - вздохнул Ульрик. - Вчера ведь обсудили это.

Ненадолго задумавшись, принц заговорил:

— Ты дважды сохранил мне жизнь, и я решил отплатить тебе. Тем более ты рискнул собой и спас меня у обрыва, даже не зная, что я принц. Я был незнакомцем для тебя. Так что ты явно ценишь чужую жизнь и не спешишь отнимать её без острой необходимости. К тому же твоя маленькая сестра была так напугана... Это всё не выглядело как ложь. И я решил довериться вам. Сделай так, чтобы это не было напрасным. Единственное я не понимаю, как именно ты смог справиться с четырьмя взрослыми мужчинами.

— Если честно, то я сам не понимаю, - Роут почесал затылок. - Я даже не особо помню. Всё было так быстро. Я лишь хотел защитить сестру.

— И себя, так ведь?

— А... Да, и себя. Ещё... Ещё раз спасибо вам.

— Пожалуйста, - Ульрик присел в кресло и закинул ногу на ногу, слегка поёжившись. - Смотрю... Ты прибрался в своей комнате. А что за... Аромат с кухни?

— Утка в печке готовится, - Роут неуклюже встал и спрятал руки за спину.

Не сдержав улыбки, Ульрик принялся накручивать прядь на палец.

— Вот как, - хихикнул он. - Надо же, какой умелый мальчик. И вправду говорить умеешь.

— Мхм, - Роут закивал. - Умею-умею.

— А утка... С чем?

— С апельсинами. Как вы любите. Овощи ещё там тоже... Вот.

Настроение принца поднялось до небес мгновенно. Он закрутился в кресле, довольно перебирая волосы.

— Я и кухню убрал с ванной, - сказал Роут, опустив взгляд и подойдя чуть ближе. - Там всё сверкает.

— В самом деле? Я теперь могу принять ванну?

— Мхм-мхм, - Роут снова закачал головой, которая уже начала кружиться, не то от тряски, не то от принца.

— Спасибо, мальчик, - он легонько погладил его по голове. - Ты очень помог. И теперь... Теперь, когда я уберу пыль и всё остальное в своих покоях, тогда и вся башня будет чистая...

Ульрик бросил задумчивый взгляд на дверь своей комнаты и вздохнул, хлопая ресницами и накручивая прядь на палец.

— Пыль могу убрать и я! И... И всё остальное!

— Правда? - принц широко улыбнулся, продолжая строить глазки.

— Конечно!

— Тогда я пойду и приму ванну, - Ульрик тут же встал и быстро направился к себе. - Идём за мной.

— В ванну? - выпалил Роут шепотом.

— Нет, дурашка, в мои покои. Мне нужно надеть халат, не выходить же после купания в пижаме.

Роут засеменил следом и закрыл за собой дверь, оглядывая спальню принца. Здесь было не так уж и пыльно, но убраться всё равно следовало, чем Роут вскоре и займется. Он не мог нарадоваться происходящему, хоть и едва верил во всё это. Если бы месяц назад кто-то сказал бы ему, что он будет находиться в покоях принца Ульрика, он бы умер от смеха.

— У вас... Очень мило, - Роут перевел взгляд на принца.

— Спасибо, мальчик, - улыбнулся он.

Роут тут же развернулся к нему спиной.

— В чём дело? - Ульрик обернулся.

— Я... Я не... Разве могу я смотреть на к-королевскую особу... Вот так... - нервно забормотал Роут, чувствуя, как щёки загорелись.

Принц стоял перед ним будучи совершенно без одежды. Хотя Роут, кажется, заметил раскрытый халат из слегка прозрачной чёрной ткани. Захихикав, Ульрик подошёл ближе.

— Что за глупости? Мы оба мужчины, чего ты так стесняешься? - мягко спросил он. - Прелесть какая, никогда бы не подумал. Ладно, что уж тебя смущать.

Он надел халат поплотнее.

— Можешь повернуться.

Роут медленно встал к нему лицом, пока принц всё ещё тихонько посмеивался, прикрывая губы кончиками пальцев. Склонившись к нему, Ульрик снова мягко потрепал Роута по волосам и вздохнул.

— Ничего, думаю, ты быстро ко мне привыкнешь. И ты будешь моим стражником. Нужно будет матушке сообщить.

— Стражником? - переспросил Роут. - Но, ваша Светлость, я же такой мелкий, от кого я смогу вас защитить?

— Во-первых, повторяю, "ваша Светлость" - обращение к герцогу и...

— Простите.

— Во-вторых, не перебивай меня, - он покачал указательным пальцем перед носом Роута. - В-третьих... Ты ведь вырастешь, тогда и сможешь защищать меня. А пока это без надобности.

— А если я не подрасту? Мне уже пятнадцать, - Роут принялся водить сапогом по полу.

— Судя по всему, ты мало ел. Во дворце ты сможешь хорошо питаться и вырастешь, я думаю. А теперь я пойду в ванну. Не отвлекай меня по пустякам. Можешь приступать к уборке, - Ульрик пощелкал пальцами и удалился.

Роут остался один. Он сбегал вниз, чтобы проверить мясо в печи, и, убедившись, что оно ещё не готово, вернулся в покои принца с метлой, шваброй и всем остальным.

Роут выбил ковёр и мебель, протёр пыль, подмёл и вымыл полы. Он думал ни о чём, кроме как о принце. Роут прямо сейчас находился в его личных покоях, где были его вещи, его кровать, его одежда. Даже его запах. Роут выяснил опытным путём, что Ульрик пользовался ароматическим маслом, что стояло у того на столике.

— Так розы пахнут, наверное, - прошептал Роут, а затем вдохнул ещё раз. - И принц тоже. Сладкое.

Но всё равно он был удивлён, что принц живет в таких условиях. Роуту всегда представлялось, что покои принца огромные, высокие потолки, гигантская серебряная кровать и много зеркал. Роут иногда слышал, как в Угольнике обсуждали, что у принца Ульркиа есть комната с кучей зеркал, где он раздевался догола и смотрел на себя.

— Чё ж я нахрен такого хорошего сделал, чтобы меня ждала такая награда, - бормотал он слегка недоуменно, сидя на полу и шоркая щёткой прикроватный ковёр. - Ну, спас разок. Ладно, дважды. Да ну не селить же меня во дворце за такое. Ладно, принцу виднее, хе-хе. А долго же он ванну принимает. Хм...

Роут вытер пот со лба и выдохнул.

— Ну, он же большой, значит мыться дольше надо... - рассуждал парень тихонько.

В его голове тут же всплыл образ обнажённого Ульрика, который нежился в пенной ванне, и Роут поджал губы.

— Хватит-хватит, - шептал он, зажмурившись.

Закончив с уборкой, Роут вытащил утку из печи. Сверкающая корочка не позволяла оторвать глаз от готового блюда, которое, как надеялся Роут, на вкус было такое же, как и на вид.

Колкая пустота в животе заставила Роута положить на него руку и поморщиться. Когда он вообще ел в последний раз?

Ему пришлось встать на небольшой табурет, чтобы из верхних шкафчиков достать чистые тарелки. Он накрыл для принца, а также заварил найденный чай из Линтерна.

— Как ты быстро управился, - послышался голос принца за спиной.

Ульрик уже стоял неподалёку от печи, вытирая волосы полотенцем. На нём был тот же чёрный длинный халат. Запахиваться принц явно не особо любил, верхняя часть тела была раскрыта. Роут стоял и из-за всех сил старался смотреть принцу в глаза и только в глаза.

— Или я просто долго просидел в ванной, - посмеялся Ульрик. - А почему ты накрыл на одного меня? Разве ты не голоден?

— Я... - Роут даже не смотрел на еду. - Ну... А разве мне можно есть за королевским столом?

Накинув полотенце на плечо, Ульрик задумчиво хмыкнул.

— Этот стол королевским не назвать уж точно, - усмехнулся принц. - К тому же... А где же тебе ещё трапезничать, как не здесь?

Роут лишь пожал плечами.

— Ты разве не хочешь есть со мной за одним столом? - спросил Ульрик.

— Мне нельзя, наверное, - Роут всё старался уйти от вопроса, потому что не знал, как продолжить эту тему.

— Мы будем жить вместе... Значит и есть будем вместе, - твердо произнёс Ульрик. - Возражения не принимаются, я принц, я так решил. Тем более тебе следует хорошо питаться, и мне удобней будет следить за этим, если мы будем завтракать, обедать и так далее... Вместе. Ты такой мелкий, накладывай себе побольше. Понял?

— Понял, - кивнул Роут.

— Тогда накрывай, а я пойду сменю одежду и посушу волосы. После трапезы мне нужно показать тебе дворец.

Роут почувствовал неимоверное облегчение и принялся накладывать себе еду. Никогда в своей жизни он не пробовал чего-то и близко похожего, тем более так много за один раз. А ещё он волновался, придется ли по вкусу принцу еда, приготовленная мальчишкой с Угольника.

Принц вернулся, одетый в чёрное, на ноги надел длинные ботфорты на серебряных каблуках. Его волосы были всё ещё слегка влажные, но уже аккуратно причесаны.

— Как я выгляжу? - спросил Ульрик, покрутившись.

— Вы замечательно выглядите, м-мой принц, - Роут надеялся, что его глупая улыбка не показалась ни на мгновение, пока он произносил эти слова.

— Раз замечательно выгляжу, что же ты сам не сказал? - хмыкнул Ульрик, усевшись за стол.

Растерявшись, Роут присел напротив.

— Сколько раз в своей жизни ты готовил подобное? - спросил принц, пододвигая к себе тарелку.

— Э-э... Этот раз считается?

— Да.

— Тогда один.

— Всего лишь? - изумился Ульрик. - Мог бы и потренироваться, прежде чем подавать принцу.

— Было бы с чем тренироваться, я ж утку ни разу в руках не держал, - вздохнул парень.

— Ты ни разу не ел утку? В самом деле?

— Мхм, - Роуту уже было невтерпеж вгрызться в утиную ножку, что глядела на него своей блестящей корочкой.

— Как же ты приготовил в таком случае?

— По рецепту. Я решил приготовить это для вас. К тому же я нашёл кастрюлю с просто отвратительным месивом. Кто посмел кормить вас подобным? - удивлённо спросил парень.

— Эм... - Ульрик сложил руки и захлопал ресничками, ведь всё же он сам сготовил то, на что ругался Роут. - Вроде бы... Это был суп. И вполне себе неплохой.

— Нет, что вы, ваше Высочество, да тому повару руки оторвать не грех за то, что подал принцу такое хрючево, - усмехнувшись, Роут захихикал. - Я бы и собаке бродячей такое не наложил.

Принц смущенно прикрыл прядью слегка покрасневшие щёки. Роут в это же время был вне себя от счастья, переводя взгляд то на принца, то на еду. Он всё ещё думал, что находился во сне, самом лучшем сне, который лучше бы никогда не кончался.

— "Моя первая трапеза с ним," - с улыбкой подумал Роут, водя пальцем по краешку тарелки.

Ульрик разглядывал поданную ему еду. Выглядело вкусно, даже очень. Овощи пахли изумительно, а утиная ножка завораживала, поблескивая из-за огоньков свечей. Он глянул на Роута, который сидел, сложив руки на стол, дожидаясь команды или разрешения.

— А почему вы в башне живете? - спросил Роут, сжимая вилку в руке.

— За столом не принято разговаривать, - строго сказал принц, отламывая вилкой с ножом кусочек мяса.

Роут притих, слегка расстроившись, но всё же он принял обычай принца молчать за едой.

— Потому что я так захотел, - Ульрик не удержался и ответил на вопрос, а затем принялся за еду.

Роут последовал его примеру, взяв нож и вилку, хотя уже был готов вцепиться в еду руками и зубами. На кухне была тишина, огоньки тихонько колыхались освещая стол и оконное стекло. Парень мельком поглядывал за тем, как именно принц пользовался приборами, и старался повторять за ним, чтобы произвести хорошее впечатление.

— Поверить не могу... - прошептал Ульрик, проглотив мясо.

— Что-то не так? - едва слышно произнес Роут, медленно бледнея.

— Не мог ты в первый раз приготовить настолько хорошо, - возмутился принц. - Я не верю тебе. Ты явно повар с богатым опытом. Что ты сделал? Добавил туда что-то?

Эти слова сразу же заставили Роута вжаться в плечи и широко улыбнуться, крутя вилку в руке.

— Нет, что вы, я действительно готовил утку впервые.

— Не верю. Клянись.

— Клянусь всем, до этого даже не касался утиного мяса, - уверенно сказал Роут.

— Ладно, пусть так, но если врёшь, это будет на твоей совести.

Ульрик продолжил есть, как и Роут следом. За последнее время принц наконец смог съесть что-то по-настоящему вкусное, так что с едой он расправился очень уж быстро, что вновь польстило Роуту.

— Признаться честно, я готов есть всё, что ты приготовишь, до конца своих дней, - Ульрик довольно вздохнул, отодвигая тарелку.

— Я рад это слышать, - застенчиво с красными щеками пробубнил Роут, убирая тарелки со стола. - Я всё уберу и помою.

— В самом деле? Ох, я... Я как раз собирался предложить помощь, но... Раз уж ты вы-ызвался, - протянул он. - Не стану перечить тебе. Я ведь не такой, знаешь ли, никогда бы не стал кому-то и слово поперёк вставлять.

— Я вам охотно верю, мой принц, - закивал парень.

Пока Роут отмывал посуду, Ульрик оглядывал его со спины.

— "Какой же он маленький", - вздохнул он. - "Но готовит хорошо, отлично даже. Нужно держать его при себе. Ещё и убираться умеет. Может, он мне ремонт сделает в спальне?"

Раздался стук в дверь, и Ульрик пригласил войти. Завидев гостя, он тут же встал и выпрямил спину.

— Отец, - он склонил голову.

— Здравствуй, Ульрик, - мягко поздоровался Хейм. - И Роут.

— Э-э, - Роут стоял у раковины, держа тарелки под струёй воды. - З... Здрасте. Ваше... Ваша...

Он мельком посмотрел на Ульрика, в надежде на подсказку.

— Величество, - шепнул Ульрик.

— Ваше Величество, - пробормотал Роут и быстро кивнул головой, хлопая глазами.

— Кхм-кхм, - Хейм сделал вид, что покашлял, скрывая смешок за ладонью, что прижал к губам. - Значит... Ты - Роут. Мой сын много про тебя рассказывал.

Потеряв дар речи, Роут прижал тарелку к себе, чтобы не выронить. Он и не заметил, что Ульрик смущенно поджал губы и отвел взгляд.

— "Он сказал обо мне своему папе..?" - коленки парня задрожали, а губы сами сложились в улыбку, которую ему было не скрыть.

— А я думал, что мой сын сам приберётся к приходу своего маленького друга, - король оглядел чистую кухню.

— Я... Так я сам и прибрался, пока Роут готовил, - голос Ульрика был такой неуверенный, что Хейму пришлось прикрыть рукой рот, чтобы не засмеяться.

— В самом деле? - он подошёл к Роуту и нагнулся к нему. - Скажи-ка, Роут, принц говорит правду?

— "Он же знает, что принц врёт, по нему видно..." - в голове у парня замельтешили мысли. - "Зачем меня спрашивать? Проверяет, совру ли я ему или выдам принца?"

— Принц Ульрик убрал наше жилище, пока я готовил утку в апельсинах, - голос Роута был спокойным и беззаботным. - К нам утром зашла моя сестра и принесла принадлежности для уборки и утиную тушку. Желаете попробовать? Принцу Ульрику понравилось.

Хейм вглядывался в лицо Роута, но у того и мышца не дрогнула.

— Я не голоден, но, спасибо, малыш. Хорошо, занимайся делами, - проговорил он парню, и Роут принялся дальше мыть посуду.

Усмехнувшись, король подошёл к сыну.

— Не каждый осмелится ради тебя врать в лицо королю, - сказал он тихо, чтобы слышал только Ульрик. - Если он такое делает в твою поддержку, боюсь представить, на что он ещё будет способен ради тебя. Даже не вздумай упустить этого мальчика. Когда ты станешь королём - он будет рядом с с тобой. Понятно?

Ульрик кивнул, явно расстроенный, что отец так легко распознал ложь. Но то, как Хейм вдруг тихонько посмеялся, похлопав сына по плечу, озадачило принца. Парень вздрогнул, чувствуя холодные руки отца даже через одежду.

— Покажи ему дворец и познакомь с Шайнами. Ладно?

— Да, отец, конечно, - недоуменно пробубнил Ульрик.

— Хорошо.

Король медленно прошёлся до Роута и, нагнувшись, что-то прошептал ему, и тот кивнул, затем Хейм покинул башню. Ульрик тут же подбежал к мальчику.

— Что он тебе сказал? Что?

— Ну... - Роут почесал затылок. - Ваш отец, он... Попросил научить вас... Эм... Врать получше...

— Ясно, - прошипел принц. - Ты там домыл? Переоденься и идём.

— Э-э... Принц Ульрик, я ведь одежду свою не взял, - растерялся парень.

— Я оставил свои детские вещи в твоём шкафу, выбери что хочешь, - пояснил Ульрик и кивнул в сторону лестницы. - Я сделал это на всякий случай заранее, если пришлось бы быстро тебя забрать к себе. Так много чего: рубашки, штаны, сапоги и так далее. Оставь себе.

— Погодите, что значит "быстро забрать к себе"?

— Я давно планировал перевезти тебя во дворец. Всё, меньше вопросов. Ступай, я жду тебя здесь. Сапоги и ремень бери одного цвета.

Роут поспешно побежал по ступенькам и, открыв шкаф в своей комнате, убедился в словах принца. Тут действительно было довольно много вещей. Роут взял первое попавшееся - нежно-сиреневую рубашку, светлые штаны и темный кожаный пояс. Он последовал примеру принца и надел сапожки того же цвета. Парня ничуть не смутило, что эта одежда была детской у принца, хотя он немного расстроился своим размерам будучи его ровесником.

Роут пригладил волосы, глядя в чистое зеркало на дверце шкафа и покрутился. Рубашка была очень даже простая, лишь воротник и концы рукавов были вышиты серебром.

— Я долго буду ждать? - послышался раздражённый голос Ульрика, и Роут побежал вниз, закрыв свою комнату.

— Я готов! - сообщил парень.

— Смелые слова, - хмыкнул Ульрик, глядя на его волосы.

Вздохнув, принц быстро сходил в свои покои и вернулся.

— Держи, - он протянул Роуту деревянный гребешок для волос. - Пробор сделай ровный.

— К-кого?

— Линия роста волос у тебя криво расчесана вот тут. Ай, дай. Встань смирно.

Высунув язык, Ульрик медленно разделил его волосы и пригладил, хотя те были слишком уж непослушные.

— Что ж такое, - буркнул Ульрик. - Никак не прилягут.

— Они и не лягут, - Роут пожал плечами и заговорил тише. - Всегда такие. Что, так плохо выглядит?

— Нет, - ответил он. - Всё хорошо. Пусть будет так. Носи с собой, у меня их много. Оставь.

Роут взял гребешок и убрал в карман.

— Спасибо за подарок, - ахнул Роут.

— Это не... Не подарок, а необходимая тебе вещь. Это было бы подарком, будь он хотя бы серебряным, - ответил ему Ульрик.

— Ну, для меня это подарок, - парень закрутился на месте.

— Тогда пожалуйста, я полагаю. Идём.

Ульрик вывел Роута из башни, и они медленно прогуливались по дворцу. Принц рассказывал ему о каждом зале, каждом коридоре, Роуту было трудновато всё это запомнить сразу, но он очень старался. Также парень подметил, как во дворце было тепло, даже жарковато, нежели в башне. Залы были светлые и чистые, а ковры вышиты серебром и золотом, ему даже не хотелось наступать ни на них, ни на мраморные полы, где он мог видеть свое отражение.

Всё выглядело таким дорогим, что Роуту было страшно дышать на поверхности. Он и представить себе не мог, что дворец будет выглядеть так. Потолки такие высокие, что он ощущал себя совсем крошечным, а окна столь большие, что в них виден весь Монтистен. Роут даже смог быстро найти Угольник и, кажется, свой дом. Был ли там его отец сейчас? Должно быть он вне себя из-за Роута и Ранелии. Ведь они не оставили ему еды, а отец всегда сердился, когда Роут так делал. Вдруг он узнает, где живут Роут и Рани? Вдруг придёт сюда? Вдруг...

— Ты слушаешь? - недовольно спросил Ульрик, остановившись в одном из коридоров.

— Да, да я всё слушаю, принц Ульрик, - закивал парень, отвлёкшись от тревожных мыслей.

Он подошёл чуть ближе к принцу, внезапно ощутив спокойствие возле него.

— Ульрик! - парни обернулись, услышав голос.

— Матушка! - воскликнул принц и склонил голову, а затем взглянул на Роута и зашептал. - Поклонись, королева идёт.

Роут тут же повторил за ним. Вера подошла ближе, цокая каблуками. С ней рядом по бокам шли двое чёрных огромных и худых псов. Глаза их горели красным.

— Сидеть, - скомандовала женщина твёрдым голосом так громко, что Ульрик вздрогнул, а Роут едва сам не сел на пол. - Ульрик. Дитя моё. Это ещё кто?

Псы сели по команде и перестали шевелиться. Сглотнув, Роут так и стоял, склонившись.

— Это... Это Роут, матушка. Мой друг.

— У тебя есть друзья?! - королева произнесла это таким удивлённым тоном, что Роут поднял голову.

— Д... Да... - ответил смущённый принц.

— Что же ты не рассказывал о нём? - королева подошла ближе к Роуту. - Посмотри-ка на меня, мальчик. Ты откуда взялся? Отвечай.

— Я... - замялся Роут, оглядывая двух псов.

Ярко-красные глаза зверей уставились на Роута.

— "Что делать? Что мне делать? Как соврать? Вероятно она меня не знает, значит и про Рани не в курсе пока... Что бы бы ей наврать... Бляха, думай, Роут, думай!"

— Что молчишь? Он немой, быть может? Или моих собачек испугался? Вигго и Мариус тебя не тронут, мальчик, пока я не прикажу.

— "Всё, мне звиздец..." - парень сглотнул и стиснул зубы. - "Меня сейчас сожрут. Либо она, либо эти собаки..."

— Роут! Не ты ли это? - услышал он знакомый голос и повернул голову.

Объявились герцог Фобос вместе со Свеном. За ними медленно плёлся Хейм.

— Ты его знаешь? - спросила Вера младшего брата.

— Конечно! - воскликнул Фобос и потрепал Роута по волосам. - Чудесный мальчик! Помог мне однажды.

— Это мой друг, - сказал Ульрик.

— У тебя есть друзья? - спросил Фобос.

— Есть... - он сложил руки за спиной, вновь чувствуя неловкость. - В будущем Роут будет моим стражником.

Роут мельком взглянул на принца и заметил, как тот с опаской поглядывал на неподвижных собак. Ульрик старался не шевелиться, а пальцы его были сцеплены.

— Стражником? - переспросила Вера, с ног до головы оглядев мальчика. - Ему сейчас сколько, десять?

— Ему пятнадцать, матушка, - почти прошептал принц.

— Вот как. Покрутись.

Роут выполнил приказ, стараясь резко не двигаться.

— Он вообще вырастет? Что ж, зато мы нашли кого-то пониже тебя, Фобос, - с усмешкой проронила Вера.

— Но, матушка, вы тоже ниже дяди Фобоса. Даже ниже Роута.

Фобос зажал рот ладонью и отвернулся, намеренно плохо скрывая смешок.

— Как радостно иметь столь наблюдательного сына, - сквозь зубы проронила Вера и скрестила руки на груди и принялась стукать ноготками по плечу. - И как же вы познакомились, Фобос?

— Я узнал Роута ещё до коронации, да, дружок? - ответил герцог.

— Мхм, - закивал парень. - Всё так, герцог Фобос.

— И где это было? - не унималась королева.

— На окраине Монтистена. Я немного заплутал и спросил у этого мальчика дорогу. Он любезно мне помог, был очень вежлив и учтив. Как хорошо, что у Ульрика такой замечательный друг, да, сестрица? Ты явно рада за своего сына, по лицу видно.

Лицо Веры кроме недовольства выражало примерно абсолютное ничего, и она закатила глаза.

— Мальчик останется во дворце, - встрял Хейм.

— Тебя спросить забыла, - вздохнула Вера и снова взглянула на Роута, а затем хитро улыбнулась. - Сводите его к господину Натаниэлю для осмотра. Пусть глянет, не нуждается ли этот... Мальчик... В чём-нибудь.

— М-матушка, нельзя ли просто к лекарше? Например, к леди Арианне? - спросил Ульрик.

— Нет, - она не отрывала взгляд от Роута. - Он пойдет к господину Натаниэлю.

Роут сделал пару шагов к принцу Ульрику, не понимая, почему у того была такая реакция на имя лекаря, но внутри у парня похолодело. Раз уж принц занервничал, значит процедуры приятными там не будут.

— Рани тоже останется, - сказал Хейм.

— Кто? - спросила женщина.

— Рани, это младшая сестра Роута, - продолжил король. - Она пока работает на кухне.

— У тебя и сестрёнка есть? - улыбнулся Фобос. - Прелесть. Конечно, пусть останется! Нельзя разлучать братьев с сёстрами, да, Вера?

— Нельзя, - закивал Хейм. - Вера так добра, что не позволит подобному случиться. Все в королевстве помнят о добром и бескорыстном сердце королевы, а когда люди узнают, что она приютила во дворце двух ребятишек, то явно станут уважать её ещё больше. Да, Вера?

— Дешевле этой манипуляции только пойло Фобоса, - вздохнула женщина. - Всё равно я бы их оставила, вы какого обо мне мнения, раз решили, что не позволю двум детям жить во дворце? Я же все-таки мать! К тому же это друзья моего сына.

— Сыновей, - поправил Хейм.

— Что?

— Сыновей. Они и друзья Эльбруса тоже.

— Серьёзно? - Вера изогнула бровь. - У него тоже друзья есть?

— Мхм.

— Погоди, а ты сам-то откуда всё это знаешь? И я почему не в курсе?

— У меня свои секреты - у тебя свои, - спокойно ответил Хейм.

— Ох, святая Корона, ладно! Делайте что хотите, только от меня отстаньте. Я ухожу отдыхать. Не тревожьте меня и будьте тише. Особенно ты, Фобос. Вигго, Мариус, за мной.

— Разумеется, - Фобос притянул к себе сестру и поцеловал в щёку. - Доброй ночи, сестрица.

Вытерев щёку, Вера закатила глаза и ушла, а её псы последовали за ней, держась рядом.

— Спасибо, отец, - тихо сказал Ульрик и выдохнул, на что Хейм коротко кивнул. - И вам, дядюшка.

— Повезло вам, что мы рядом оказались, - выдохнул Фобос. - И что я на похмельную голову тебя запомнил, Роут.

— А об этом, пожалуйста, поподробнее! - возмутился Ульрик в сторону Роута. - Почему мне не сказал, что знаком с моим дядей?

— Я, ну... Я... - замямлил Роут.

— Ты не сказал? - заулыбался Фобос. - Какой молодец! Расслабься, Ульрик, это был мой приказ молчать. И мальчик его выполнил.

— Как вы встретились? - спросил принц.

— Как я и сказал, - пожал плечами герцог. - Заплутал в его районе. Ну, был ещё немного выпивший, но ты мамке не говори, ясно?

— Ясно, - недовольно вякнул Ульрик. - Вообще-то Роут - мой друг, и он мне должен всё рассказывать. К тому же он в будущем станет моим личным стражником.

— Вот именно, Ульрик, - заговор Хейм. - Роут - твой друг, но не твоего дяди, так что ему всё равно приходится выполнять приказы тех, кто выше по статусу. Поэтому он и не сказал тебе о дяде Фобосе. Он поступил правильно, и тебе не следует обижаться на него за это.

Принц посмотрел на Роута, а тот неосознанно сделал самый виноватый щенячий взгляд на свете. Всё же уж очень не хотелось ему, чтобы его любимый принц на него сердился, пусть даже немножко.

— Ладно. Пусть так. Однако смею заметить, дядя Фобос, у вас есть свой стражник, - Ульрик кивнул в сторону Свена, а затем заговорил строже, насколько это было возможно с его лёгким волнением в голосе. - А у меня свой. Роут - мой.

— Как скажешь, Ульрик, - едва сдержав усмешку, произнес Фобос.

— А теперь прошу меня извинить, - произнёс Хейм, голос его вдруг стал слабым и едва слышимым. - Я отправляюсь спать. Всем доброй ночи. И старайтесь не шуметь во дворце. Благосклонность королевы не крепче хрусталя, когда она уставшая.

Попрощавшись с королём, парни остались стоять в коридоре, освещённом канделябрами.

— Ты, наверное, хочешь познакомить Роута с Шайнами? - предположил Фобос. - Мы со Свеном как раз туда идём, да?

— Да, ваша Светлость, - кивнул стражник.

— Может, составите нам компанию?

Ульрик и Роут шли спереди, пока Свен и Фобос шагали позади, тихонько перешёптываясь.

— С каких пор ты сестру целуешь? - удивился стражник.

— А ты забыл что я этим ртом пару часов назад с тобой делал?

— Ох... Святая Корона, Фобос, - Свен прикрыл глаза. - Ужас.

Хихикая, герцог оглядел идущих спереди мальчишек.

— Любопытно каким же образом Роут оказался тут, - прошептал он.

— Даже не знаю. Быть может, принц Ульрик сбегал куда-то? По ночам, например. Там и сдружились.

— Не смеши меня, мой племянник тени своей боится, ночью он бы никуда не пошёл, тем более наперекор мамаше.

— А в каком возрасте ты начал идти наперекор сестре? - поинтересовался Свен.

— Что-то не туда мы завели разговор, мы не обо мне говорили.

— А я думал, ты любишь говорить о себе, - посмеялся он, за что получил лёгкий тычок локтем в ребро.

Тем временем Роут старался поспевать за Ульриком, ведь тот и так был больно высоким, а на каблуках принц шагал уж очень быстро. В голове у парня не было абсолютно ничего, кроме "Роут - мой". Он семенил ногами, глупо улыбаясь и то и дело поглядывая на принца.

Наконец добравшись до мастерской Шайнов, Ульрик вежливо постучался, и его пригласили войти.

— Ваше Высочество, - Вильгельм встал из-за стола и поклонился. - И герцог Фобос, добрый вечер. И Свен. И...

Он уставился на Роута.

— Это Роут, он мой друг, - мягко произнёс Ульрик.

— У вас друзья есть? - алхимик захлопал глазами и закрыл рот, когда стоящая рядом жена толкнула его ногой под столом.

— Есть... - принц вжался в плечи.

Сердце Ульрика кольнуло, когда он услышал тот же самый вопрос от Вильгельма, ведь он считал Шайнов своими друзьями. Ещё недавно госпожа Ванесса назвала себя его другом. Принц отвернул голову, делая вид, что разглядывает доску с формулами.

— Я... Э-э... - Вильгельм почесал затылок.

— Вильгельм удивился, как и я, принц Ульрик, - заговорила Ванесса. - Вы ведь никогда не знакомили нас со своими друзьями-ровесниками. И мы очень рады, что у вас появился друг. Верно, Вильгельм?

— Да-да, конечно!

— Всё так, - поддержал её Фобос. - Ты ведь до этого ни с кем не дружил, так что...

— Нельзя ли, пожалуйста, сменить тему? - попросил принц, и все притихли.

Стало так неловко, что даже Фобос не нашёл что сказать.

— Откуда ты, Роут? - спросила Ванесса. - Давно ты дружишь с принцем Ульриком?

— Я... Эм... - Роут посмотрел на принца. - Ну... Я из Угольника, это на окраине... И... Эм...

— Он мой друг достаточно давно, - монотонно проговорил принц. - Господин Вильгельм, не могли бы вы сопроводить Роута к лекарю Натаниэлю для осмотра? Матушка велела. Я подожду вас тут.

— К Натаниэлю? - хмыкнул алхимик. - Госпожа Аливера велела именно к нему отвести?

— Кажется, я сказал предельно точно, - голос Ульрика всё ещё был неестественно пресным.

— Оу, - Вильгельм вскинул брови и прокашлялся в кулак. - Да, конечно. Идём, Роут.

Он проводил мальчика к дверям, и они ушли, оставив остальных в ещё более неуклюжей тишине. Ульрик уселся на маленькую скамейку у окна и уставился на вечерний пейзаж.

— Кхм, - Свен прокашлялся. - Герцог Фобос, я могу оставить вас ненадолго?

— И куда это мы собрались? - недовольно спросил Фобос.

— Хотел бы отлучиться по личному делу. Я говорил сегодня вам ранее.

— Говорил..? - он принялся вспоминать всю болтовню Свена за день и, кажется, припомнил парочку его слов о личном деле.

— Да, ваша Светлость.

— Недолго. Свободен, - Фобос качнул головой.

— Благодарю, - Свен открыл врата и исчез.

— Дела у него, - буркнул герцог.

С тех пор, как он стал личным стражником Фобоса, Свен частенько куда-то отпрашивался, что раздражало Фобоса. Он часто думал о том, куда мог бы уходить Свен. Мелькали даже мысли, что у него в доме есть женщина или даже жена, которой он изменяет с Фобосом, но это додумки быстро исчезли, ибо Свен был до боли честным человеком, даже слишком. Фобос не мог сомневаться в его словах.

— Как ваши дела, принц Ульрик? - спросила Ванесса, подсев к нему.

— Всё хорошо, спасибо, госпожа Ванесса, - тихонько ответил он, не поворачиваясь.

Несса и Фобос переглянулись.

— Ульрик, ты в порядке? - спросил дядя.

— В полном, дядя Фобос, спасибо.

— Ты... Беспокоишься за Роута? Натаниэль не сделает ему больно, ты же знаешь. Просто посмотрит его, да леди Ванесса?

— Конечно. Господин Натаниэль всегда очень осторожен с пациентами, - заговорила чародейка.

— Хорошо. Спасибо, - всё так же безжизненно ответил Ульрик, глядя в окно.

Принц думал лишь о том, что, его первый и единственный друг появился в целых шестнадцать лет. Эти мысли нагоняли на него невообразимую тоску. Он чувствовал себя невероятно глупо теперь, когда понял, что Шайны не были его друзьями, хотя он считал их таковыми долгие годы.

Грустные мысли сменились тревожными. Не слишком ли груб он был с его учителем Вильгельмом? И не напрасно ли привёл Роута во дворец? Вдруг у Роута были друзья там, где они жил? Или дама сердца? Ульрик даже не спросил. Получается он просто украл Роута? И Роут не был с ним честен, когда сказал, что рад тут остаться? Кто-нибудь вообще говорил ему правду хоть раз?

Почему-то он постеснялся спросить у Ванессы о том, является ли она и господин Вильгельм его друзьями. Да и разве нужно спрашивать настоящих друзей о таких вещах?

Он так и остался сидеть, глядя на Монтистен, пока Фобос и Ванесса, решив оставить его в покое, отошли для переговоров о своём.

***

— Значит, ты друг принца? - спросил Вильгельм.

— Да, - коротко ответил Роут, с трудом успевая идти за ним.

— Вот как. Любопытно. Здорово, что у него появился кто-то. Пришли. Входи. Я снаружи подожду. Сам ситуацию объясни, ладно?

— А... А почему вы не пойдете? - Роут с опаской глядел на дверь.

— Лекарь не любит посторонних. Давай, иди.

Вильгельм постучался и приоткрыл дверь, пропустив вперёд Роута, а сам остался у стены. В комнате было темно, и Роут пытался хоть что-то разглядеть, но не мог.

Услышав шорох, он попятился и врезался спиной в дверь. Он увидел два ярко-голубых глаза перед собой в темноте и вскрикнул.

— Ты потерялся, мальчик? - услышал он тихий голос, а затем увидел едва освещённое тощее улыбающееся и бледное лицо человека, что согнулся перед ним.

— Что за..? - дверь открылась, и вошёл Вильгельм, услышавший крик. - Ох, Нат, что за потёмки?

Алхимик зажег канделябр под потолком, пока Роут, переводя дыхание, стоял, вжавшись в стену.

— Я уже собирался идти спать, вот и погасил свечи. Прости, мальчик, я тебя напугал? - незнакомец выпрямился, речь его была довольно медленная и тихая, он тянул едва ли не каждое слово. - Бедняжка. Вот, возьми конфетку.

Лекарь протянул Роуту маленькую фарфоровую вазу, где лежали зелёные карамельки.

— Детишки любят их, и я тоже, - медленно проговорил Натаниэль. - Возьми, не бойся. Но не налегай на сладкое, а то придется мне все твои больные зубки повырывать.

— Нат, - буркнул Вильгельм, опершись на стену. - Не пугай парня. Но ты, Роут, возьми, они вкусные.

Роут с опаской протянул руку и вытащил себе конфету. Наконец при свете он мог оглядеть лекаря. Натаниэль был одет в белое, светлые волосы его были собраны в тугую шишку на затылке. Он выглядел очень тощим и длинным, даже когда горбился. Слева под губой у парня была маленькая родинка. Глаза Натаниэля были светло-голубые, совсем как у принца Ульрика, как подметил Роут. Однако не глаза, а глаз. Парень уставился на ярко-голубой сверкающий шар в его левой глазнице.

— Ой, я не надел повязку, - раздосадованно сказал Нат и прикрыл протез ладонью. - Боишься, да? Прошу прощения. Сейчас, я надену. Королева просит не снимать её, когда я не один. Чтобы... Чтобы никого не пугать.

— Ничего! - вдруг сказал Роут. - Не стоит. Мне вовсе не страшно. Просто я.... Я такое не видел раньше. А из чего ваш глаз сделан?

— Это тересприт, дружок, - Натаниэль легонько постучал ногтем по кристаллу в глазнице. - Очень удобно, мой кристалл всегда со мной.

— А откуда он у вас?

— Видишь шрам? - Нат провел пальцем по рубцу на веке. - Так вот получилось.

— Понятно. И-извините, если обидел вас.

— Ничего страшного, дружочек. Хорошо, что ты спросил. Любопытство - не порок. Любопытство движет человеческий ум и помогает меньше бояться.

— Как это? - спросил Роут.

— Люди боятся неизведанного. Уверен, что раньше люди и магии пугались. Но когда узнали про кристаллы побольше, то перестали их страшиться. Понимаешь?

Роут закивал. Наконец повернувшись к Вильгельму, Нат широко улыбнулся во все зубы.

— Вильгельм Шайн, - почти пропел он. - Давно не виделись. Пришёл посмотреть на настоящего учёного?

— Отвечу "да", когда повесишь тут зеркало, - усмехнулся алхимик.

— Если я повешу здесь зеркало, разве ты дотянешься до него?

— Не такая у нас и большая разница, - возмутился Вильгельм.

— Тем не менее - она есть. Как в росте, так и в знаниях.

— Много знаний не нужно, чтобы палочками в человеческих отверстиях ковыряться, - самодовольно произнёс алхимик.

— Когда в следующий раз после очередного неудачного эксперимента тебя принесут сюда без сознания для осмотра, я возьму одну-единственную палочку и поковыряюсь ею в каждом твоём отверстии. Попробуй угадать, с какого я отверстия начну и каким закончу?

Сглотнув, Вильгельм закатил глаза.

— Мальчика проверь, всё ли с ним хорошо.

Захихикав, Натаниэль пригласил Роута сесть на мягкую скамью.

— Как тебя зовут? И сколько тебе полных лет?

— Роут. Роут Хэйк, - представился парень. - Мне пятнадцать лет.

— Я Натаниэль Ламберт, работаю здесь главным лекарем. В основном я лечу юных принцев и крошку Дэвина, но также ко мне приходят и новобранцы-стражники. Мальчишки часто получают неприятные увечья, которые не всегда можно исцелить тереспритом. Так что будь осторожнее. А ты как попал во дворец? Я тебя не припомню.

— Я... Ну... Я как бы д-друг принца Ульрика, - смущенно проговорил Роут.

— Надо же! Какая прелесть. Как здорово, что у принца Ульрика появился маленький друг. Ему так не хватало друзей. Бедный мальчик всегда такой одинокий. Жаль, что он меня боится.

— Почему он вас боится, господин Натаниэль?

— Не любит уколы и осмотры. Хотя я никогда не причинял ему боли. Я подготовлюсь к осмотру. Вильгельм, выйди.

— Это обязательно? - спросил алхимик.

— А можно господин Вильгельм тут побудет? - тихонько спросил Роут.

Натаниэль посмотрел на Роута и отвернулся.

— Хорошо. Как пожелает маленький пациент. Который, кажется, тоже меня боится.

— Ты напугал мальчика дважды, - подметил Вильгельм. - Мало ли, я выйду, а ты ему ноги отрежешь.

— Ноги? - воскликнул Роут.

— Он шутит, - пояснил Нат. - Он любит шутить, что я отрезаю живым людям конечности. Не бойся, Роут, я тебя не обижу. Посиди тихонько. Я люблю тишину.

Пока лекарь искал инструменты, Роут решил оглядеться, чтобы отвлечься хоть немного. Вильгельм сидел на другой кушетке и листал книжку, что взял с полки у лекаря.

Кабинет был довольно тёмный, но весьма уютный. Стояло несколько шкафов с книгами, рабочий стол, кресло рядом с ним и скамья, где сидел Роут. Также он заметил на стене заметки, запись "Приём у Х. 30.04", маленький рисунок змеи с подписью "Ромашка", где буква "К" была не в ту сторону и небольшой плакат на стене, там был нарисован человеческий череп, а вокруг него надпись:

"ГОСПОДИН ЧЕРЕП ГОВОРИТ: МОЙТЕ РУКИ ПЕРЕД ЕДОЙ!"

— А кто такой господин Череп? - поинтересовался Роут.

— О, я придумал его для маленьких принцев и крошки Дэвина. Но в основном для принца Ульрика. Решил, что если привыкнет к виду черепа, то станет смелее. Он у нас маленький всего боялся.

— Правда? - удивился Роут.

— Правда. Вот, я даже сделал настоящего господина Черепа для него, - Нат указал на человеческий череп на подставке, у которого на голове была шляпа.

— Ого, как вы так его вылепили? Он как настоящий! - ахнул Роут.

— Так он и есть...

— Нат, осмотри Роута. Время идёт, - перебил его Вильгельм.

— Ладно-ладно, только найду кое-что.

Вдруг Роут заметил, как на одежде Натаниэля прямо на спине появилось странное движение. Что-то тонкое и извилистое шевелилось под его рубашкой.

— У вас там... - заикнулся Роут. - У вас... Г-господин Натаниэль... На спине что-то...

— Это змея его, - объяснил Вильгельм.

— Ой, Ромашка хочет поздороваться с новым пациентом, - Нат засунул руку под рубашку и вытащил небольшую жёлтую змею с белыми полосками, она обвила руку лекаря.

Роут чуть отодвинулся назад от рептилии, он боялся даже моргнуть.

— О, не волнуйся, Роут, она не кусается. У нее даже клычков нет, видишь? Ромашка, улыбнись Роуту.

Змея широко раскрыла беззубый рот, а чёрные глаза у нее блестели как бусинки. Она и вправду выглядела вполне безобидно.

— Она... Милая, - хоть и побаиваясь, но всё же Роут слегка вытянул шею, чтобы взглянуть поближе. - И правда улыбается.

— Ромашка очень дружелюбная и ручная, - гордо сказал Нат. - Этот вид змеи называется цветочный лекарь, особые змеи, их разводят в Линтерне. Они питаются разными цветами, в основном ромашками. Это позволяет им выделять специальную слизь изо рта, которую я использую в лекарствах. Например, для обезболивающих сиропов и уколов.

— Ого, здорово, - улыбнулся Роут, всё ещё глядя на змею, которая смотрела на него в ответ.

— Детишки в Линтерне и Ватентисте и принцы побаивались её, потому что мне приходится носить Ромашку под одеждой, где тепло, так что я сделал ей несколько маленьких шапочек, - он указал на полочку, где лежали крошечные шляпки разных видов. - Детки сами выбирают в какой шляпке будет Ромашка на приёме.

— Натаниэль, ты снова отвлёкся. Время, - напомнил Вильгельм.

— Ой, да-да, верно, - опомнился он. - Не беспокойся, Роут, больно не будет.

Взяв кресло, Нат пододвинул его к Роуту и присел.

— Жалобы?

— Никаких, - Роут завертел головой.

— Позволь-ка взгляну на глазки, - он положил руки на его щёки и повернул голову к свету. - Быть не может...

— Что? Что такое? Ч-что со мной?

— Твои глаза... Серые.

— И... И что?

— В самом деле? - удивился Вильгельм. - Точно серые?

— Да, - ахнул Натаниэль. - Точно. Вот это да!

— А что не так с серыми глазами? - поинтересовался Роут.

— Они невероятно редкие, - ответил лекарь. - Я за всю жизнь ни разу таких не видел.

— Я тоже, - кивнул Вильгельм. - Ходили даже сказки про серые глаза.

— Какие? Ни разу не слышал, - сказал мальчик.

— Вроде старые Шайны говорили, что серые глаза рано закрываются, - проговорил Натаниэль, глядя на Роута.

— Ну и сказки...

— Да, скорее печальная, чем веселая, - согласился лекарь. - А ещё древние Шайны искали людей с серыми глазками.

— Зачем?

— Уже никто и не помнит. Роут, извини за вопрос, но я могу забрать их себе, когда ты умрешь? Хотя бы один?

Роут съёжился, сглотнув.

— Умру? - прошептал он. - Что значит, "когда я умру"?

— О, милый мальчик... Никто не может знать, когда умрёт. И от чьей руки.

— Я... Я вроде п-подольше хотел пожить...

— Нат! - возмутился Вильгельм.

— Я же извинился за вопрос, - Нат неловко улыбнулся. - Прости, Роут, не хотел напугать. Просто я собираю глаза разных цветов. А твои - самые редкие. Разумеется с уже умерших людей, конечно же. Кроме одного в моей коллекции, с которого она и началась.

— И к-какого же? - спросил Роут.

Натаниэль медленно потянулся пальцем своему протезу и постучал по нему ногтем. Мальчик вжался в плечи и вздрогнул.

— Натаниэль, - устало проговорил алхимик. - Хватит всех пугать этой выдумкой.

— Будто бы настоящая история потери моего глаза лучше, - он пожал плечами. - Хорошо, продолжим осмотр.

Роут выполнял маленькие команды Натаниэля вроде встань, попрыгай, дотянись до носа. После лекарь осмотрел его тело, прослушал и пришёл к выводу, что Роут совершенно здоров.

— Всё замечательно, - обрадовался Натаниэль. - У тебя такие красивые зубки. Хоть челюсть вытащи и на витрину клади.

— Спа... Спасибо, - насторожено поблагодарил Роут.

— Только вот больно ты крошечный для пятнадцати лет, Роут. У тебя всё хорошо с питанием?

— Ну... Было не очень, наверное, - он пожал плечами.

— Ничего, раз ты друг принца Ульрика, то еды у тебя будет достаточно. Но всё же я рекомендую передать принцу, чтобы он приглядывал за твоим питанием.

Роут кивнул.

— Я рад, что вы подружились. Принц Ульрик замечательный юноша, - улыбнулся Нат. - Мягкий и добрый, но очень беспокойный и чувствительный. Заботься о нём, пожалуйста. Принц так одинок в этом огромном дворце, хоть и никогда не признается в этом. Никто не видит его одиночества. Прошу, Роут, будь с ним мягок. И, вот, возьми этот мешочек, тут травы для настойки принца. Завари ему на ночь, он плохо спит.

— Да... Конечно, - мальчик вновь качнул головой, взяв лекарство.

— Благодарю. Осмотр окончен. Можешь идти. Конфетку будешь?

— Ага, - он потянулся к вазочке, протянутой лекарем. - Спасибо.

— Свен и Фобос у меня в мастерской, мы зайдем за тобой чуть позже, - сказал Вильгельм, наконец дождавшийся окончания осмотра. - Идём, Роут.

— До свидания, дружок, - Нат помахал ему рукой.

Роут попрощался с лекарем и отправился вслед за Вильгельмом обратно в мастерскую.

— Вы не ладите с лекарем, господин Вильгельм? - поинтересовался Роут.

— Я бы так не сказал. Мы просто... Немного разные.

— Вы не считаете лекарское дело наукой?

— Считаю.

— Но вы сказали ему другое.

— Я просто люблю его драконить.

— Не похоже было, что вы его раздраконили, скорее наоборот, - подметил Роут. - Он раздраконил вас.

Вильгельм перевёл взгляд на Роута, и тот неловко улыбнулся. Алхимик засмеялся.

— Да, ты прав. Мы всегда так общались, с того момента как познакомились.

— А как вы познакомились?

— Я женился на Ванессе и переехал во дворец, взяв её фамилию. Однажды у меня заболел зуб.

— Ох, - Роут вздрогнул.

— Ага. Ну, не совсем заболел. Вылез сонный.

— Ох-х, сонный зуб, - парень закрыл лицо руками. - Я много о них думаю. Они ведь часто появляются до третьего десятка лет.

— Да-а, - протянул Вильгельм. - Вот и у меня вылез. Пришлось идти к Нату. Он старше меня на четыре года, ему двадцать пять. А тогда мы были помоложе, конечно. Я пришёл к нему на удаление зуба. Сначала он напугал меня своей змеёй, которая выползла из его рукава, прямо на меня пока я лежал с иглой в десне.

— Ой, - плечи Роута дрогнули.

— Он посмеялся и назвал меня трусом. Потом он удалил мне зуб и сказал: "Ох, как жаль, господин алхимик. Кажется я удалил вам не тот зуб. Разрешите попробовать ещё раз?".

Роут захихикал, слушая, как Вильгельм передразнивал речь лекаря.

— Это он так пошутил как оказалось потом, - алхимик фыркнул, но его губы вдруг растянулись в улыбке. - Затем он пришёл ко мне за сывороткой для сна, а я дал ему рвотное. Было смешно. Ну, ему не очень, конечно. С тех пор общение у нас... Вот такое.

— Так вы друзья?

— Да, конечно. Нат мой друг. Ближайший, я бы сказал.

— По вашему общению и не скажешь, - подметил Роут.

— Зато мы честны друг с другом. А наши перепалки всего лишь часть общения. У всех оно разное, Роут. Думаю, у вас с принцем общение будет гораздо мягче. Если он будет в настроении, конечно, - тихонько дополнил он.

— В настроении?

— Мхм. Принц Ульрик, он... Когда он расстроен или злится, то может быть... Слегка привередливым. Ты не обращай внимания на это и не принимай на свой счет. Натаниэль прав, принц очень беспокойный, и это выливается в... Его поведение немного меняется. Капризничает.

— Ничего, я растил младшую сестру. С капризами не на словах знаком.

— Тогда проблем не будет. Вот и пришли.

В мастерской Фобос сидел рядом с Ванессой, которая показывала ему свой справочник с кроликами, пока принц всё так же смотрел в окно.

Услышав, как в комнату вошли, Ульрик обернулся.

— Всё прошло хорошо? - спросил принц.

— Да, ваше Высочество, - ответил Роут. - Господин Натаниэль просил передать, чтобы... Эм... Я ел побольше. И траву вам для сна.

Мягко усмехнувшись, Ульрик поднялся и подошёл к нему.

— Всем доброй ночи, - произнес он. - Идём, Роут. Я чувствую слабость, мне нужно поспать.

Принц поспешил удалиться, даже не дождавшись ответов от дяди, Вильгельма или Ванессы. В мастерской нависла тишина.

— Он будто расстроенный, вам не кажется? - заговорил Вильгельм.

— Это ты виноват, - твёрдо произнесла Ванесса.

— Что?

— "У вас что есть друзья?" Вильгельм, как ты мог спросить это так? У принца Ульрика?

— Ой, а я то же самое спросил, - Фобос неловко почесал затылок.

— Герцог Фобос, - вздохнула чародейка.

— Ванесса, я же просил звать меня по имени, когда никого нет рядом. И на "ты".

— Хорошо. Вы двое пойдете завтра и попросите прощения у принца Ульрика, - сказала она. - Даже я поняла, что это бестактно и грубо. Он и так переживает из-за своего одиночества. Принц Ульрик ужасно расстроился из-за вас, вы обидели его и оба завтра же извинитесь. Ясно?

— Ясно, - закивали парни.

В центре мастерской открылись врата, и появился Свен. Он оглядел своих друзей и заметил, настроение было не самое радостное.

— Я что-то пропустил?

***

Всё, о чём думал Роут, пока они с принцем поднимались, так это, что он был первым другом Ульрика. Он едва мог в это поверить. Неужели это было правдой? Он станет ближайшим человеком принца?

— "Я его первый и единственный друг!" - Роут шагал по лестнице едва ли не вприпрыжку.

Они добрались до покоев. Повернувшись к принцу, мальчик вдруг застыл, улыбка сползла с его лица.

— "Я его первый и единственный друг", - подумал он, но уже с печалью в сердце, вспоминая слова Натаниэля.

— Доброй ночи, Роут, - тихо произнес Ульрик у своих покоев, выведя парня из размышлений. - Уже поздно, пора спать.

— Ваше Высочество, вы выглядите расстроенным, - Роут подошёл ближе и на всякий случай спросил. - Я вас чем-то обидел?

— Нет. Я не хочу об этом говорить, - он взялся за ручку двери.

— Я могу вам помочь?

— Помочь? Чем же ты поможешь?

— Вы назвали меня своим другом, а друзья помогают. Помните у обрыва, когда мы поговорили впервые? Ну, точнее говорили вы. Перед вашей коронацией вы пришли и выговорились. Вам полегчало?

Ульрик умолк ненадолго и повернулся к нему.

— Да, - признался он.

— Может, вы попробуете снова? Если хранить всё в себе, то сердце заболит.

— Откуда ты такое знаешь? - поинтересовался принц.

— Слышал. Люди всякое говорят. Не хочу, чтобы вам было плохо. Я никому не выдам ваши слова, обещаю.

Роут сделал шаг к нему и задрал голову, чтобы посмотреть в глаза. Он видел, как принц колебался, глядя то на него, то куда угодно.

— Я не настаиваю, - добавил Роут. - Я лишь предлагаю помощь. Если вы не хотите, то...

— Я голоден. Пойдем и поедим, ладно? Утка осталась ещё?

За столом Ульрик всё молчал, ожидая, пока еда в печке станет горячей. Роут сидел напротив него и болтал ногами. Ему не хотелось сбивать принца с мыслей, ведь он легко заметил, как Ульрик был напряжён и задумчив.

Вдруг чайник засвистел, и парни дёрнулись от резкого звука.

— Лекарь Натаниэль дал мне травяной настой для вас, - тихонько напомнил Роут. - Сказал, вы плохо спите.

— Мхм, - Ульрик водил пальцем по столу, глядя в окно.

Роут, помалкивая, принялся бросать травы в чайничек с кипятком. Затем он вытащил еду из печки и поставил тарелку принцу на стол.

— А ты? - спросил Ульрик.

— Я?

— Почему не ешь?

— Я привык мало есть.

— Лекарь велел есть больше. Это полезно для твоего здоровья. А то так и останешься коротышкой со слабым телом, - Ульрик вздохнул. - Ты будешь есть так же часто как и я.

— При всём уважении, принц Ульрик... Э-э... - Роут неловко посмеялся. - В меня не влезет столько, сколько вы едите. Вы... Вы гораздо больше меня.

— Накладывай столько, сколько съешь, потом увеличивай порции. Мне приказать тебе или как?

— Нет, я понял.

Они ели молча, Роут довольно быстро приловчился к ножу и вилке. Он благодарил судьбу за то, что мог быстро обучаться. По крайней мере при принце он не выглядел неумёхой. Парень посмотрел на Ульрика, который, как ему показалось, слегка успокоился и уже не выглядел таким грустным. Роут надеялся, что это было из-за еды, которую он для него приготовил, ведь если так, то он всегда в будущем сможет поднимать ему настроение.

— Спасибо, - тихонько сказал Роут.

— М? За что? - Ульрик поднял взгляд.

— За заботу.

— Ты о том, что я прошу тебя питаться по-человечески?

— Мхм. Никто никогда не следил за тем сколько я ем и что, - Роут улыбнулся. - Я был сам по себе сколько себя помню.

— А что... Твоя матушка? Ты её совсем не помнишь? Или она не заботилась о тебе?

Роут застыл ненадолго, сжимая вилку и глядя в тарелку. На сердце вдруг похолодало, и он вздохнул.

— Я... Я не помню её, - пробормотал он. - Говорят, мама была красивая и добрая. И хорошо из лука стреляла.

— То есть ты был воспитан без матери и вот... Вот с таким отцом?

Парень кивнул, продолжая глядеть в тарелку. В животе неприятно скрутило, и он уже не хотел есть.

— Мне очень жаль, - произнёс Ульрик. - Должно быть тяжело было.

— Ничего, - Роут усмехнулся и пожал плечами. - У других и хуже бывает. Нестрашно.

Не дав Ульрику продолжить тему, он спросил:

— А у вас до меня были друзья?

— Да, к-конечно, - принц закивал. - И много!

— А вы - мой первый друг, - мягко сказал Роут.

Он заметил, как принц посмотрел на него и захлопал глазами.

— Правда?

— Ага.

— У тебя не было друзей до меня? Ни одного? - Ульрик подвинулся к столу поближе и сложил на него руки.

— Ни одного, - кивнул Роут. - Не было времени на дружбу с кем-то. И я... Я не думаю, что смог бы найти друзей.

— Почему?

— Я... Не такой, как другие мальчишки. С такими как я не дружат.

— Почему?

— Ну... Кхм... У меня немного другие интересы. Пацаны в Угольнике вечно дерутся, задирают девок... И обычно смеются над такими, как я. А я... Смотрю за сестрой, еду делаю, учусь хозяйству с детства. Меня батины дружки даже дразнили, называли девкой и ещё по-всякому. Отец меня считал позорищем.

Роут вдруг замолчал, поняв, что выдал слишком много.

— Кхм. В общем, не сложилось у меня дружить с кем-то.

— Я не думаю, что ты позорище или похож на... Д-девку, - возмутился Ульрик. - Ты столько всего умеешь. И ты спас меня, спас сестру, каждый раз рискуя собой. Сомневаюсь, что твой отец или его дружки хотя бы близко похожи на тебя.

Слушая принца, Роут едва не съехал под стол от смущения.

— С... С-спасибо, - промямлил он, ковыряясь вилкой в еде. - Я... Я рад, что вы стали моим первым другом.

— А я рад, что ты стал моим первым другом, - довольно произнес Ульрик, а затем осёкся. - Ой... То есть...

Роут лишь улыбнулся, глядя, как принц растерянно опустил голову.

— Ладно, я соврал, - признался Ульрик. - У меня не было друзей до тебя. Не знаю, зачем я так сделал. Ты ведь понял, что я лгу, да? Скажи честно.

— Да, я понял, принц Ульрик.

— Ох... Неужели отец прав? - он закатил глаза. - Я правда так плохо вру?

— Ну... Да, - Роут тихо хихикнул.

— Мог бы и приврать, - принц надул губы.

— Вы же просили честно.

— А если я попрошу столкнуть меня из окна - ты столкнёшь? - проворчал он.

Но затем Ульрик тяжело вздохнул и, скрестив руки на груди, опёрся о спинку стула. Он печально уставился за окно, на яркую луну.

— Я не знаю что меня расстроило сегодня, - признался он. - Просто... Всё было хорошо, а потом... Настроение улетучилось. Не понимаю, я ли в этом виноват? Или не я... Всё началось, когда матушка удивилась, что у меня есть друг.

Роут продолжал слушать, не отрывая от него взгляд.

— Я думал, что она обрадуется за меня. А она так... Так удивилась, будто даже не поверила, что у меня могут быть друзья. А затем дядя Фобос... И господин... Вильгельм тоже. Наверное, дело в этом. Всё же я считал Шайнов своими друзьями, но когда они узнали о тебе, то всё выглядело так, будто они не друзья мне. Ещё недавно госпожа Ванесса назвала себя моим другом, но сегодня она будто забыла об этих словах. Я не понимаю почему, я не понимаю что я сделал не так. Почему все так отреагировали? Неужто они думают, что я... Что у меня не может быть друзей? Разве со мной что-то не так? Или мне показалось? Может, я что-то неверно понял?

— С вами всё так! - воскликнул Роут. - Быть может, они удивились тому, что вы только сейчас познакомили меня с жителями дворца? Насколько я понял, в замке я появился довольно неожиданно, все спрашивали моё имя кроме вашего отца и герцога Фобоса. К тому же вы сами сказали, что я ваш первый друг-ровесник. И госпожа Ванесса это упомянула. А ваш отец удивился тому, что у вас появился друг?

— Ну... Нет... - задумался Ульрик. - Мой отец вряд ли вообще хоть чему-то может удивиться. Но... Но ты прав, он действительно не выказал никого изумления по поводу тебя. Он легко поверил, что я смог подружиться с кем-то. И... И даже помог мне оставить тебя тут. И на матушку повлиял... Хм. Странно. Он никогда себя так не вёл. До этого мы даже не общались, а тут он... Так внезапно стал помогать.

— Вот, видите, есть и хорошее. А ещё господин Натаниэль тоже за вас очень сильно порадовался.

— Правда?

— Ага-ага. Он сказал, что его беспокоило ваше одиночество, а ещё что вы очень добрый и мягкий, и что с вами нужно бережно обращаться.

— И где он ошибся? - хмыкнул Ульрик, закинув ногу на ногу. - Всё так!

— Всё так, - закивал Роут.

Пока он стоял и мыл посуду, принц болтался рядом. Роуту была невероятно приятна его компания, сердце его трепетало каждый раз, когда Ульрик смотрел на него. Хотя принц скорее изучал парня.

— Настойка почти готова, - сообщил Роут.

— Я так не люблю её пить, - заныл Ульрик. - Она мерзкая. Я не буду!

— Зажмите нос и быстро выпейте. Я так делал, когда в детстве нужно было выпить или съесть противное лекарство.

— Ладно.

Закончив уборку, Роут предложил принцу идти по своим комнатам, ведь ночь была поздняя, и пусть они проспали целый день, последствия исцеления всё ещё не улетучились, и они довольно быстро утомились.

— Ты мог бы зайти? - спросил Ульрик, открыв дверь в свои покои.

Закивав, Роут последовал за ним.

— Присядь, - принц указал на кресло напротив кровати.

Роут выполнил просьбу. Ульрик же сел на постель.

— Ты будешь охранять меня в будущем, а значит тебе нужно научиться фехтовать, - сказал Ульрик и отпил из кружки, поморщившись и зажав нос. - О, так и правда лучше. Но всё ещё гадость. Ах, да, капитан Льюис тебя научит. Он снова стал капитаном королевской стражи, он хорошо подготавливает новеньких. Он и господина Свена обучал. Верховой ездой занимался?

— Нет. Но я буду учиться, - закивал парень. - Всё как скажете, ваше Высочество.

— Будешь заниматься с другими новобранцами, как раз недавно был отбор. Я отведу тебя завтра. У меня же возобновятся занятия с Шайнами, а ты в это время будешь ходить на фехтование. Верховой же езде я обучу тебя сам. Понял?

— Понял.

— Хорошо. А теперь иди спать. В шкафу должна быть пижама, не вздумай ложиться в кровать в повседневной одежде. Доброй ночи, Роут.

— Доброй ночи, принц Ульрик.

Уже у себя в покоях Роут быстро нашел серо-голубые шёлковые рубаху и штаны. Переодевшись, он улёгся в прохладную большую постель и потянулся. Должно быть это был самый умиротворённый и спокойный день в его жизни. И скорее всего самый лучший, по крайней мере пока что.

Принц же в своих покоях переоделся ко сну, допил настойку и присел на постель. Протерев лицо, он устало вздохнул, пытаясь хоть немного расслабиться перед сном. Пусть ему и стало легче, когда он выговорился Роуту, но неприятный осадок всё равно никуда не делся. Он медленно заполз под одеяло и упал на подушку.

— Всё со мной так, - прошептал он сам себе. - Со мной всё хорошо.

Настойка начала действовать, и принц быстро заснул.

***

— Фух, - Рани вышла с кухни и потянулась.

Первый день выдался не таким уж и простым, девочка ужасно вымоталась. За окном совсем стемнело, и она медленно поплелась к себе в комнату, чтобы как следует выспаться. Она подумывала зайти и проведать Роута с принцем Ульриком, но быстро изменила свое решение под вечер, когда её ноги уже еле слушались.

Вспомнив, насколько мягкая кровать была в её комнате, она ускорила шаг и, свернув за угол, врезалась в препятствие. Девочка шлёпнулась на пол и ойкнула.

— Рани? - услышала она.

Перед ней сидел принц Эльбрус, который тоже упал из-за столкновения. Он изумлённо глядел на неё, хлопая ресницами.

— Это правда ты? - он вскочил и протянул ей ладонь.

— Эльбрус, - улыбнулась она, приняв помощь. - Здаров. Ой, то есть...

Она сделала невероятно кривой реверанс, подцепив пальцами юбку.

— Здравствуйте, принц Эльбрус. Э-э, я правильно сделала ногой?

— Ну... - принц хихикнул. - Вообще-то нет. Но когда мы наедине... То я просто Эльбрус для тебя. Как же я рад тебя видеть, Рани.

Он взял обе её руки в свои.

— А что ты тут делаешь? Как ты попала во дворец?

— Долгая история...

— А я не тороплюсь, - сказал он. - Ты идёшь в свои покои? В гостевых живёшь? Давай я тебя провожу!

— Спасибо, - кивнула девочка.

Медленным шагом они брели по дворцу и молчали.

— Я... Я так рад тебя видеть, - заговорил Эльбрус. - Боялся, что мы никогда больше не встретимся.

— Я тоже очень рада, - ответила Рани. - Во дворце здорово.

— Так ты расскажешь что произошло?

— Ну... Мне запретили говорить, - созналась она. - Принц Ульрик настоял. Думаю, тебе следует спросить у него. Всё же... Всё же я не могу пойти ему наперекор, понимаешь?

— Понимаю, конечно. Но ничего плохого ведь не случилось?

— Ну... Как бы... Нет. Я же живая и невредимая, - замялась она.

— Тебя кто-то обидел? - Эльбрус остановился.

— Со мной всё хорошо, Эльбрус, - Рани улыбнулась. - Не беспокойся. Теперь я тут, в безопасности.

— Это твой отец, да? Ты говорила о нём у озера. Он тебя обидел?

Рани притихла, глядя в пол. Вздохнув, Эльбрус осторожно взял её ладонь.

— Ты не хочешь говорить об этом?

Она завертела головой.

— Хорошо. Прости, Рани, я не хотел тебя расстроить. Я лишь... Я лишь хочу, чтобы тебе ничего не угрожало. А твой брат тоже здесь?

— Мхм, он живет с принцем Ульриком в башне.

— Вот как. Что ж, это замечательно, что вы оба теперь тут.

Они довольно быстро дошли до гостевых покоев, где жила Рани. Хотя ребята старались идти как можно медленнее, чтобы подольше поговорить.

— Может, ты и меня научишь стрелять из лука? - спросил Эльбрус стоя у двери.

— Научу, - закивала она. - Это несложно. Я бы очень хотела на охоту, но Роут никогда не брал меня с собой. Мол, маленькая еще. Хотя я больше него уже.

— Хорошо, что он бережёт тебя, Рани.

— Тоже думаешь, что я слабая? - девочка надула губы.

— Вовсе нет. Но даже сильнейший рыцарь не бессмертен. Он не считает тебя слабой, я уверен. Просто очень боится, что с тобой случится что-то плохое. Защищает. Как... Как старший брат. Хотя откуда мне знать, - буркнул Эльбрус.

— Вы с принцем Ульриком не дружите, как мы с Роутом? - поинтересовалась Рани.

— Нет, мы до нашего с тобой знакомства в лесу даже не общались с ним особо.

— Надеюсь, мы будем дружить вчетвером.

— Было бы здорово, - согласился принц. - Должно быть... Ты устала и хочешь спать?

— Ага-а, - протянула она, зевая. - День был тяжёлый.

— Не смею тебя задерживать.

Эльбрус смущённо отвел взгляд и взял её за руку. Рани заметила, что ладони у него были холодные и слегка дрожали. Принц поднёс руку к губам и быстро поцеловал.

— Д-доброй ночи! - выпалил он и поспешно отправился в свою комнату.

— Доброй ночи! - громко прошептала она ему вслед и захихикала, когда принц скрылся за углом.

***

В глубинах дворца под землёй в комнате, где потрескивал камин и огоньки свечей колыхались под потолком, за столом сидели четверо парней тайком ото всех.

— Да ладно, Вильгельм, - Фобос усмехнулся. - Разве могу я мухлевать?

— Можешь, - закивал Свен, отпив немного вина из кубка.

— А тебя не спрашивали.

— Вильгельм просто не умеет проигрывать, не так ли? - посмеялся Натаниэль, перетасовывая карты. - Он всегда медленней всех собирает дракона.

— Да пошли вы двое, - алхимик недовольно закатил глаза.

Четверо друзей часто собирались вместе, чтобы поиграть в карты или заняться чем-нибудь интересным в ночном лесу, но этой ночью они выбрали игру, ведь за окном погода портилась, дело шло к метели. В небольшую комнату они приносили еду, выпивку и карты. В этот раз Вильгельм взял новую смесь для кальяна, который давненько с Ватентиста привез Натаниэль по просьбе Фобоса.

Ромашка с интересом наблюдала за всеми, кто сидел за столом. Они висела на шее Натаниэля, слегка выглядывая из-под воротника белой свободной рубашки. Лекарь в свободное от работы время тоже предпочитал одеваться в белое, так ему было привычней, как он объяснял друзьям.

— Ты уверен, что твой табак не взорвётся? - подначивал друга Натаниэль, наблюдая, как Вильгельм забивал расписной и разноцветный кальян.

— Я делаю это уже почти год. И как вообще табак может взорваться?

— Тебе камень дай - он вспыхнет, - посмеялся Нат, а за ним и Фобос со Свеном. - Не знал, что алхимия распространяется и на вкусовой табак.

— Тут ничего сложного, есть же эльфийский рецепт.

— Ах, быть не может! Главный алхимик Монтистена воспользовался эльфийским рецептом? А я Ванессе скажу.

— Это не считается! - воскликнул Вильгельм.

Посмеявшись, лекарь повернулся к герцогу.

— Фобос, я слышал, король Лагос позвал твоё семейство на праздник Лунных вод в этом году.

— Ага, - закивал он. - Позвал. Надеюсь, Вера будет вести себя нормально и даст мне отдохнуть.

— Надежда - штука ценная, но неосязаемая, - пробормотал Вильгельм, сделав затяжку и выдохнув облачко, а затем протянул другу мундштук. - Готово. Клубничный, как ты и просил Свен.

— Спасибо.

— Так хочешь к эльфам, Нат? - поинтересовался Фобос. - Соскучился? Ты же уже год как оттуда приехал, да?

— Мне понравилось тогда работать и обучаться в Ватентисте. Полгода так быстро пролетели... - мечтательно проговорил он. - Как жаль, что я не успел на коронацию принца Ульрика из-за обучения в Линтерне. Ну, думаю, он не обиделся, всё равно я ему не сильно нравлюсь. А я так хотел снова повидаться с эльфами, особенно с королевой Меланией...

— А как прошла поездка в Линтерн?

— В Линтерне тоже хорошо, тепло, и я выучил несколько новых рецептов успокоительного, которые не вызывают такое сильное привыкание.

— Вере подсыпь, - усмехнулся герцог. - Так весь дворец станет спокойней.

— Тайно подсыпать что-то в еду противоречит трем правилам лекарского дела: не...

— Не навреди, не смейся и не дай тайне быть раскрытой, да-да, - встрял Вильгельм. - То же мне тайны.

— Люди разными способами получают увечья и болезни, Вильгельм, - объяснил Нат. - Так что нужно вызывать доверие у пациентов, чтобы они были честными. Честность помогает лечить лучше.

— Понять не могу, чему ты обучался в Ватентисте? - спросил Фобос. - Ты так и не рассказывал толком, Нат.

— Я изучал эльфов. Все ведь знают, что у них повышенная сопротивляемость к токсинам. И у них по-другому устроены тела, соответственно и болезни немного другие. Болеют эльфы очень редко, поэтому они просто не успевают изучить свои же недуги. Среди них нет по-настоящему хороших лекарей. Эльфы немного... Они беззаботнее нас. Их менталитет, их мысли и чувства тоже сильно отличаются от людских.

— Например? Я особо ничего не заметил, пока гостил там, - герцог налил себе ещё вина.

— Например, эльфы медленнее взрослеют. А порой и совсем не похожи на взрослых. С возрастом они не теряют этой... Это детской наивности и дурашливости. Эльфы гораздо мягче и добрее нас, а ещё они очень чувствительные и искренние. Особенно интересны у них взаимодействия с партнерами и партнёршами.

— Какие же? - спросил Фобос.

— Эльфы близко к сердцу принимают грусть своих любимых. Это в их природе, они сами мне рассказывали. Они до последнего будут пытаться помочь и им становится плохо, когда не получается этого сделать. Нервная и плохая обстановка сильно влияет на них. Эльфы дружные и нежные создания. В них почти нет агрессии. Чтобы действительно разозлить эльфа - нужно сильно постараться. Но и то они скорее расстроятся и уйдут, они ранимые. Эльфийская агрессия это довольно редкие случаи. Они словно рождены быть мягкими.

— Ого, - ахнул он. - Тяжело им, наверное.

— Да, это оставляет следы на их состоянии, - согласился Натаниэль. - Если эльфа очень сильно обидеть или даже ударить, то он может впасть в тяжёлую хандру из которого выбраться одному будет уж очень тяжело. Я лечил одну такую эльфийку, жених расстался с ней. Бедняжка.

— Погоди, ты сказал, что эльфы очень дружные.

— Это же не значит, что они никогда не расстаются и не обижают друг друга. Даже лучше друзья могут поссориться или разойтись. Это просто жизнь, Фобос. А ещё эльфы хорошие любовники.

— Как ты перескочил, - удивился Вильгельм. - И что это значит?

— Эльфы невероятно тонко чувствуют своего партнёра в постели, даже если они не очень хорошо знакомы, я лично убедился в этом. Это правда. Был удивлён.

— Погоди, что? - герцог чуть не выронил трубку.

— Мне просто нужно было понять, как работает эльфийское чутьё в кровати, ничего такого, - отмахнулся Нат. - А ещё эльфы...

— Не-не-не, - перебил Вильгельм. - Отсюда поподробнее. Ты спал с эльфийкой?

— Я не буду это обсуждать, ни сколько их было, ни пол, ни чего-то ещё, - ответил лекарь.

— Ни сколько их было? - воскликнул Фобос. - То есть не одна?

— Ни пол? - переспросил Вильгельм. - Там ещё и не только девчонки были? Ты глотал?

— Ох, алхимик и чувство такта несовместимы.

— Натаниэль, - посмеялся Свен. - Они от тебя не отстанут.

— Какая разница, если это было для эксперимента? - спросил Нат.

— Большая! - воскликнули герцог и алхимик.

— Может быть, как-нибудь потом расскажу, а теперь дальше. Эльфы по-особенному ощущают запах от их самого близкого эльфа. Партнёры для них пахнут чем-то, что они сами любят. Это эльфийская магия. Они всё же имеют другое обоняние. Эльфы просто удивительны.

— Погоди, то есть... - произнес Фобос. - Если, например, эльфу кто-то нравится, то этот человек будет пахнуть тем, что нравится ему? Даже если этого запаха на человеке быть не может?

— О, да, это может быть и человек тоже, всё-таки в Ниории есть полуэльфы, пусть их и не очень много, это скорее редкость, но, да, ты прав, Фобос.

— А ты уверен, что это так работает? - спросил Свен.

— Да, несомненно. Люди знают об эльфах преступно мало, но я жил там с ними шесть месяцев, я знаю о чём говорю.

— Любопытно, - хмыкнул герцог.

— Лучше бы эльфы алхимией нормальной занялись, - Вильгельм закатил глаза.

— Ты про то, как подрывать себе лицо и сжигать свою одежду? - уточнил Нат.

— Иди нахер.

Парни рассмеялись и продолжили играть.

***

Похмелье - штука неприятная. А его Светлость, герцог Фобос, уж очень не любил неприятные штуки. Сухость во рту, чувствительность к свету, слабость, тошнота и головная боль. Каждый раз он клялся не напиваться так сильно, и каждый раз он забывал, какое на самом деле это паршивое состояние. В постели он был один, хотя, судя по тому, какая она смятая, ночью он ворошил простыни со своим стражником.

— Ушёл? - Фобос приподнялся на локти.

Он обиженно надул губы и хмыкнул.

— Ну и ладно.

Герцог вяло потянулся и зевнул, затем надел халат и поплёлся в купальню.

— Он тут уже побывал... Недавно, - Фобос понял это по высокой температуре в помещении.

Пролежав с час в горячей воде, он вымылся как следует и ушёл сушиться в спальню. Время было послеобеденное, а Фобоса никто даже не разбудил в этот день. Никто не пришёл к нему. Сидя перед зеркалом в тишине, Фобос вытирал волосы полотенцем, как вдруг в дверь постучали.

— Войдите, - голос его был измученный.

В спальню быстро вошёл его стражник и тут же запер дверь, держа руку за спиной. На нём был тёплый плащ.

— Где шлялся? - Фобос взглянул на Свена через зеркало.

— Доброе утро, ваша Светлость, - парень вытащил из-за спины букет ярко-синих роз, связанных белой лентой.

Фобос притих, пялясь на цветы, затем встал и повернулся лицом к Свену.

— И что, мне их от радости в задницу себе засунуть? - съязвил герцог.

— А что, вазы нет? - ухмыльнулся Свен. - Всё же это розы. Они с шипами... А твой зад, как мы оба знаем, такой нежный.

— Пошёл ты, - Фобос выхватил букет и ойкнул, едва не выронив его.

— Осторожней.

Стражник взял его ладонь и исцелил несколько уколов, а затем прижал губы к костяшкам.

— Тебя никто не разбудил, да? - спросил он.

— Я и сам встать могу, - Фобос пошевелил рукой, и со шкафа к нему прилетела расписная ваза.

Он убрал туда цветы и поставил на стол.

— Спасибо, - его голос смягчился.

— Двадцать лет, красивая дата, - Свен снял плащ и повесил на петлю. - С днем рождения, Фобос.

— Мхм.

— А я нам столик заказал. В "Лунном свете". Надеюсь, что ты не особо против. Заказал от твоего имени, чтобы не было подозрений. Я знаю, тебе нравится их вино и пироги. Сходим туда на обед? На тебя голод нападает после похмелья.

Фобос недоумённо уставился на него.

— Что? - спросил Свен. - Не хочешь туда? Можем не идти.

— Пойдём, - вздохнул он. - Я правда голодный. Всё равно никто не вспомнит про мой день рождения. Снова. Дай только обсохну и переоденусь.

— Ага. Ой, погодь, я ж подарок не отдал.

— А цветы?

— Цветы завянут, - посмеялся стражник. - У меня есть кое-что ещё. Держи.

Он протянул герцогу маленькую синюю мягкую коробочку. Фобос взял её в руки и осмотрел.

— Подарок внутри, если что.

— Я на недоумка похож? - буркнул Фобос и, заметив, как на лице Свена растянулась улыбка, продолжил. - Только попробуй ответить на этот вопрос.

— Молча-молчу, ваша Светлость.

Сглотнув, Фобос поджал губы, сердце его взволновалось. Цветы, ещё и подарок. На прошлый день рождения Свен тоже подарил ему розы и книгу, о которой Фобос однажды обмолвился.

Открыв коробочку, он удивленно захлопал ресницами.

— Оно двойное. Можно на разных пальцах носить, можно на одном, - довольно сообщил Свен. - Серебряное и золотое. Такие только у тебя, под заказ делал.

Там лежали два кольца: серебряное с луной и золотое с солнцем, но вместе они выглядели как одно с разными половинами.

— О... Ого, - Фобос заворожено рассматривал кольца.

— Нравится?

Герцог молча закивал, не отрывая взгляд.

— Ну, я рад, - Свен засиял и завертелся.

— С-Свен... Спасибо, - прошептал Фобос. - Они... Очень красивые.

Вытащив их, он надел кольца на палец и принялся крутить рукой на свету, любуясь блеском.

Ещё никто не дарил ему украшений.

***

— Ваше Высочество, при всём уважении... Он такой...

Капитан Льюис оглядел Роута, который смущённо пялился в пол.

— Мелкий, - мужчина улыбнулся и почесал затылок. - Мой десятилетка сын и то больше.

— Насколько я помню, господин Свен тоже не был с невероятными ростом и весом, - не унимался Ульрик. - И это не просьба, а приказ принца. Сделайте из него стражника для меня.

— Конечно, я не смею отказывать вам, мой принц. Я поищу для него меч... Хотя ему придется дать деревянный, которым я учил своего малыша.

— Мне всё равно как, просто сделайте то, что я хочу, - твёрдо произнёс принц и ушёл.

Капитан Льюис был мужчиной в возрасте, с густой недлинной бородой пшеничного цвета, хотя кое-где проглядывали седые прядки. Он был крупный и высокий, а руки большие настолько, что Роуту показалось, будто его талия была тоньше.

— Чё ж с тобой сделать, - мужчина потёр лоб. - Как звать?

— Роут.

— Семейное имя?

— Хэйк.

— Лет сколько?

— Пятнадцать.

— Чё умеешь?

— Я стрелять могу из лука, - уверенно ответил Роут. - Очень хорошо.

— Опыт есть в фехтовании?

— Нету.

— Дрался хоть раз?

— Навалял пьяному отцу. Считается? - Роут, конечно же, умолчал о том, как убил четырёх взрослых мужчин.

— Святая корона, прям неогранённый алмаз, - съязвил он. - Хер с тобой, пошли.

Они отправились к тренировочному полю, где уже был отряд новобранцев. Издалека Роут заметил, как на снежном поле бесились довольно крупные мальчишки, но, завидев капитана, они сразу же встали ровно и по росту.

— Вставай в строй. В конец, - Льюис кивнул Роуту, и тот послушно встал к парням.

Он сразу же услышал хихиканье и шёпот.

"Это ещё чё за мелочь?"

"Может, маленький сын капитана, о котором он говорил?"

— Охерительно, - прошептал Роут и прикрыл глаза. - Ладно, это ради принца. Немного потерпеть. Хуже, чем дома, точно не будет.

Роут стоял, слушая инструктаж и план на день. Он порадовался, что Льюис никак его не выделил среди других и не обратил внимание парней на него, и уж тем более не сказал, что Роут - стражник принца Ульрика. Будущий стражник, конечно, но всё же.

— Ты, - он указал на Роута. - Останься. Остальные - пробежка, после как обычно. Вперёд!

Мальчишки то и дело недовольно поглядывали на Роута, пока строем удалялись от них с капитаном.

— Почему я не с ними побежал? - спросил парень. - Засмеют же.

— Уже засмеяли кому надо, - проговорил Льюис. - Мне лично принц Ульрик тебя приставил, так что придётся тебе особые почести выделять, раз мне необходимо обучить тебя.

— Можно не надо? - взмолился Роут. - Я не хочу выделяться.

— А я не хочу возиться с мелочью. Но, увы, вот мы здесь. Но. Мне не нужно, чтобы пацаны тебя донимали, потому что явно начнутся проблемы с его Высочеством. А пацаны начнут тебя донимать, когда узнают, что ты любимец принца. И всё пойдет как снежный ком. Понимаешь?

Он кивнул.

— "Любимец принца", - Роут почувствовал тепло на сердце. - "Да пусть мне каждый из них по роже даст, но лишь бы я ещё раз это услышал."

— Поэтому мы поступим так. Я никому и ничего о тебе не скажу. Ты будешь заниматься со всеми на равных. Будет тяжко. Но это всё, что я могу предложить. Согласен?

— Согласен, - закивал Роут.

— Имей в виду, я не буду возиться с тобой, как с ребёнком.

— Я и не ребёнок.

— И я не посмотрю, что ты мелкий.

— Если родному отцу было плевать, что я мелкий, когда он меня херачил, почему чужому человеку должно быть дело до моего роста?

Льюис задумался над ответом, но Роут заговорил дальше.

— Короче, мне похер, чем вы будете меня бить, хоть кочергой, но сделайте из меня то, что нужно принцу Ульрику.

Капитан положил руку на рукоять меча, что висел у него на поясе, и усмехнулся.

— Как скажешь. Пожалуй, я дам тебе первую и единственную поблажку за смелость. Сегодня ты просто посмотришь чем занимаются парни, чтоб завтра не отставал и не тупил. Понял?

— Понял.

Роут наблюдал, как вернувшиеся мальчишки принялись за упражнения. Ничего сложного: отжимания, приседания и всё в таком духе. На улице было свежо, так что ему даже нравилось времяпровождение. Хотя его всё равно немного напрягали косые взгляды парней.

Он молча смотрел за тем, как ребята взялись за тренировочные мечи и разбились по парам. Тут-то у Роута и началась проблема. Он был нечётным номером и последним. То есть пары для него не было.

— Плохо, - пробубнил он. - Меня явно никто не выберет завтра.

— О, Вейнер, ты чего тут? - донесся голос Льюиса. - Ваша Светлость, и вам доброго дня.

Роут повернулся и увидел герцога Фобоса и Свена, что прогуливались неподалёку, направляясь в таверну.

— Решил зайти и глянуть на мелочь, - посмеялся Свен.

— Сам-то давно мелочью был? - Льюис хлопнул его по плечу.

— Ха-ха! Будто вчера!

Фобос недовольно укутался в меховой плащ. Он встретился взглядом с Роутом, который стоял у стены. Пока Свен болтал с капитаном, Фобос тихонько подошёл к нему.

— Привет, Роут.

— Добрый день, ваша Светлость.

— А ты почему не фехтуешь? Я встретил Ульрика, он шёл на занятия, сказал ты здесь.

— Я... Эм... Тут первый день. Капитан Льюис сказал пока посмотреть.

— Ну, глядя на фехтование ты мало чему научишься, - посмеялся герцог. - А меч твой где?

— Нету.

— Как так? У тебя должен быть свой меч.

— А у вас есть? - поинтересовался Роут.

— Конечно. Правда с собой не ношу, больно тяжёлый, неудобно. А фехтовать умею. Свен, подойди, будь добр.

— О, мелочь, и ты тут, - Свен похлопал Роута по плечу так, что у парня ноги подкосились. - Привет-привет.

— Здрасте.

— Чё стоишь мёрзнешь? Пары не хватило? Давай я с тобой пофехтую? Давно с мелкими не занимался, хе-хе.

— Может, не стоит? - Роут мельком глянул на ребят, которые уже обратили на них внимание.

— Думаешь, задирать будут, что к тебе и герцог и бывший капитан подошли? - усмехнулся стражник. - Они и без этого повод найдут.

— Ну, поводов будет меньше всё равно, - парень неловко посмеялся. - И так уже косо смотрят. А если узнают, что я дружу с принцем Ульриком... Мне звидец будет.

— Как пожелаешь, Роут, - согласился Свен.

— У него меча нет, - сообщил Фобос. - Какой же стражник без меча?

— Не выдали тренировочный?

— Капитан сказал, что мне они большие, - сказал Роут.

— Ну, меч и правда должен быть по руке, - кивнул стражник. - Придумаем чего-нибудь.

— Обязательно, - поддержал Фобос и легонько потрепал Роута по волосам. - Желаю удачи на занятиях.

Они попрощались с мальчиком и ушли. Капитан Льюис отошел к своим ученикам, и Роут остался один у стены. Опершись на неё, парень вздохнул, понимая, какая тяжёлая работа его ждёт.

— Нет меча?

Роут вздрогнул и повернул голову в сторону звука. Над ним на черепице крыши сидел ворон. Парень быстро огляделся и убедился, что на него никто не смотрел.

— Ты тут чё забыл? Как нашёл меня? - прошептал он птице.

— Без меча ты не стражник.

— Ну, что я его из задницы своей достать должен?

— А ты попробуй, - тихо прошипел ворон и посмеялся.

— Очень смешно.

— Ты не умеешь.

— Что не умею?

— Фехтовать, - прохрипела птица.

— Не умею.

— Трудно будет.

— Мхм. Ну, а чё делать? Больше никто меня тренировать не станет. Придётся тут учиться, - проворчал парень, отвернувшись.

— Жди меня ночью.

— Ночью? - переспросил Роут, повернув голову. - Чего? Где ждать?

Но ворон уже улетел.

***

Ульрик сидел за столом, решая задания по алхимии, пока Вильгельм бродил по мастерской. Было очень тихо. До неловкости тихо. Разве что перо поскрипывало, пока принц записывал ответ за ответом.

Когда Ульрик пришёл сюда, то просто вежливо поздоровался и начал заниматься выданными вопросами на оценку.

— Ваше Высочество? - заговорил Вильгельм, прерывая давящее молчание.

— Да? - принц поднял голову.

— Я... Я хотел попросить у вас прощения за свое поведение вчера. Я не должен был таким образом задавать подобный вопрос. Позвольте честно объясниться, - алхимик уселся за свой стол. - Я не видел вас ни разу с другом-ровесником, отсюда и моё удивление. Но я был очень бестактным и грубым. Я прошу за это прощения.

Принц сразу же смягчился, теребя в руках перо. В душе его тут же потеплело и обида ушла, как метель зимним утром.

— Всё в прошлом, господин Вильгельм, - улыбнулся Ульрик. - Спасибо за ваше внимание.

— Я совсем не хотел вас обидеть, мой принц.

— Я охотно в это верю, - ответил он. - А теперь вы позволите решить алхимическое уравнение? Время идёт.

Ульрик указал на песочные часы на столе у Вильгельма.

— Да-да, конечно! Не отвлекаю.

Принц принялся дальше выводить буквы и цифры на пергаменте. Ему стало гораздо спокойнее после внимания Вильгельма и его дяди Фобоса, который извинился незадолго до урока. Правда матушка до сих пор с ним не увиделась. Не то, что он ждал от неё извинений, но Ульрику почему-то казалось, будто бы они не были бы лишними.

— Готово, - Ульрик отдал пергамент учителю.

— Как вы быстро справились. Всё проверили?

— Мхм.

Вильгельм уселся за стол и пробежался глазами по тексту.

— Как и всегда, - усмехнулся алхимик. - Высший балл. Всё верно. Вы ни разу не получили ничего кроме "отлично" по алхимии.

— Вы хороший учитель, господин Вильгельм.

— Благодарю, мой принц, - гордо сказал он. - У нас осталось время до конца урока. Позвольте спросить?

— Конечно.

— Расскажите о своём маленьком друге.

— Ох, - Ульрик сложил руки на стол. - Роут, он... Умеет готовить и... Эм...

Ульрик осознал, что толком ничего не мог рассказать о нём.

— Вы ещё не успели хорошо узнать друг друга, да? - предположил Вильгельм.

— Да. Пока не успели. Но... Он...

На самом ли деле принцу нечего было поведать о Роуте? После всего, что Роут сделал для него? Для своей сестры? Неужели вправду нечего?

— Роут очень смелый, - тихо заговорил Ульрик. - Он добрый и мягкий, но при этом невероятно сильный и мужественный. Он дарит мне покой. Мне нравится с ним разговаривать. Не припомню, чтобы... Чтобы меня кто-то так много слушал.

— Ого... - ахнул Вильгельм. - Могу только порадоваться тому, что у вас такой замечательный друг. Берегите его. Королям нужны друзья.

— А у моего отца есть друзья?

— Я не знаю, ваше Высочество.

— Он всегда ходит один. Но в последнее время отец обращает на меня много внимания. Вы не знаете почему?

— Об этом я тоже ничего не знаю. Но разве вас не радует внимание отца?

— Я не уверен. Скорее настораживает, - признался поникший принц. - Ему всегда было всё равно, а теперь вдруг нет.

— Вы любите своего отца?

Удивившись вопросу, Ульрик притих.

— Простите, мне не следовало спрашивать такое, - извинился Вильгельм.

— Ничего. Я... Ну, да. Эм. Люблю, конечно.

— Я вот своего не люблю. Он всегда был грубым со мной. Считает меня тем, кто окончил его род, потому что я взял семейное имя Ванессы. Но отец ещё с детства меня не любил. Как и я его. Неженкой звал.

— Звучит ужасно. Мне очень жаль, господин Вильгельм.

— Спасибо. Ничего страшного, я привык. По крайней мере у меня есть мои дорогие сестрицы. И хорошие воспоминания о маме. И вы не спешите сильно ругать отца, который не сделал вам плохого.

— Отец никогда не вредил мне. Не обижал, не сказал и злого слова. Я...

Принц вдруг улыбнулся внезапному воспоминанию.

— Я помню, как в детстве увидел отца в большом зале. Он за столом учил дядю Фобоса играть в шахматы. Мне было... Всего-то лет пять. Я попросился посмотреть, и отец усадил меня на колени, чтобы я видел шахматную доску. Он проговаривал каждый свой ход для меня, а дядя Фобос - свой. А я слушал. Я... Я и забыл об этом. Отец тогда был... Немного другим. Не таким... Отсутствующим. И руки его были теплее.

Задумавшись, Ульрик повернулся к Вильгельму.

— Что с ним случилось? Почему он стал таким?

— Я появился во дворце, когда его Величество уже был... Я не отвечу на ваш вопрос, принц Ульрик, простите.

— Может, он чем-то болен... - предположил принц. - Как думаете, грубо будет напрямую спросить его об этом?

— Попробуйте узнать от него это самостоятельно. Король Айомхар всегда вежлив, тем более вы сами сказали, что в последнее время он к вам потеплел.

— Да... - кивнул Ульрик. - Вы правы. Я узнаю сам...

***

После занятий Роут довольно быстро вернулся в башню и принялся за готовку. Сегодняшним утром он сделал принцу завтрак, который тот похвалил. Но уже было время обеда. Принц ещё не пришёл с уроков, так что Роут в одиночестве стоял у растопленной печи и глядел на булькающий куриный суп. Парень точно не знал, любил ли принц такое, но надеялся, что хотя бы мог это съесть.

Ему не давали покоя слова ворона. Ждать ночью? Где? Этой ли ночью? Ворон не уточнил. Скорее всего этой. И раз ворон нашёл его на тренировочном поле, значит найдет и здесь, во дворце. Но откуда у ворона меч? И что всё-таки этой птице нужно было от Роута?

Роуту было неспокойно перед завтрашним днём из-за занятий с другими парнями. Он поднялся в свои покои и скинул рубаху. Подойдя к зеркалу, он согнул руку, чтобы посмотреть на свои мышцы. От мышц там было одно слово, и то шёпотом.

— Мда, - Роут поджал губы. - И как это исправлять? Мне что, лошадь съесть, чтоб вырасти?

Надев рубаху он спустился и продолжил готовку. Он так хотел бы не думать о завтра, но все его мысли были заняты именно этим. За всю жизнь ему так часто напоминали про рост и вес, что Роут просто не мог об этом забыть хотя бы на один день.

Скрип входной двери заставил его повернуться.

— Ты уже здесь, - Ульрик снял тёплый плащ. - Я успел прогуляться с Шайнами после уроков. Как прошли занятия? Многому научился?

— Сегодня наблюдал, - сказал Роут, помешивая суп. - Капитан Льюис велел смотреть. Завтра начнутся уроки.

— Понятно.

Принц подошёл к печи.

— Что это? Пахнет курицей.

— Куриный суп, - ответил Роут. - Надеюсь, вы едите такое.

— О предпочтениях принято спрашивать заранее, - хмыкнул Ульрик. - Но тебе повезло, что супы я люблю.

— Рад слышать, - он облегчённо вздохнул. - Я волновался, что вам придётся не по вкусу.

За обедом они помалкивали, хотя всё же Ульрик вскоре заговорил.

— Думаю, есть смысл составить для тебя список того, что я ем.

— Так будет проще, ваше Высочество, - согласился Роут. - Спасибо.

— Вот и славно. Пойду и отдохну, пожалуй. В это время у меня обычно дневной сон. Не покидай башню без меня.

Его Высочество встал из-за стола и ушёл в свою спальню, оставив Роута мыть посуду. Закончив с уборкой, он отправился в ванную, чтобы принять тёплый душ. Рано утром принц любезно указал ему на бутыльки и баночки со средствами для душа, но Роуту всегда хватало мыла, так что им он и воспользовался. Но всё равно тайком он переслушал ароматы из всех бутыльков. Больше всего ему пришёлся по душе ватентистский шампунь из роз.

Роут удивился, когда узнал, что у принца разные полотенца для рук, тела и волос, ему нравилось изучать принца со всяких сторон. Оказывается его Высочество становится довольно вредным, когда проснётся. И за завтраком он тоже капризничает. Пусть он и похвалил завтрак из яичницы с беконом и зеленью, что приготовил Роут, но всё же Ульрик начал ворчать, что не выспался, что утро холодное, что глаза устали и что рукава халата слишком длинные и бесят.

Роута не волновала раздражительность принца, наоборот, он считал её признаком доверия. И даже чем-то очаровательным. Когда он представлял себе Ульрика, ещё живя в Угольнике, то думал о том, что тот скорее всего весьма прихотлив, как и любой член королевской семьи. Как и ожидал Роут, принц был болтлив, прекрасен и слишком обаятелен. Едва ли он мог отвести от его Высочества свой взгляд, каждый раз это давалось ему с трудом. Но самое главное - ему хотелось рисовать его. Рисовать везде, в своём альбоме, который остался дома, на холстах самыми дорогими красками, на стенах, всюду. Он желал зарисовать каждую эмоцию и каждую улыбку принца Ульрика.

Роут подошёл к своей двери и медленно повернул голову. Ему показалось, или дверца в покои принца была открыта? Это было так. Его Высочество крепко спал на тёмных простынях.

— "Не смотри, не смотри, не смотри," - повторял про себя Роут, не отводя взгляд.

Он спал умиротворённо, закинув руку за голову, а длинные чёрные локоны его рассыпались по постели. Тёмная шёлковая рубашка поблёскивала при холодном дневном свете, что проникал через плохо задёрнутые занавески. Принц выглядел столь нежно, что Роут попросту не мог отвести взор, ему бы никогда не хватило на это сил. Ему нравилось чувствовать это, ощущать жар на щеках и покалывание в животе, эту невозможную лёгкость и трепет рядом с ним.

Благодаря нему Роут чувствовал себя живым.

***

— Ты веришь в то, что Нат сказал? - спросил Фобос, наливая в бокал вино.

— О чём ты?

Свен сидел на постели герцога, болтая ногами. Фобос обернулся и протянул ему хрустальный бокал.

— О том, что он делал с эльфами в Ватентисте.

— Ты про его любовные похождения?

— Да.

— А чего бы не верить?

— Просто... Он так открыто сказал об этом. Ну, почти открыто, - хмыкнул герцог. - Он не боялся, что мы осудим? Что Вильгельм осудит?

— Мы же с ним друзья. А Вильгельм - его лучший друг. Да и мы с тобой будто стали бы осуждать его, ты серьёзно? Мы?

— Он-то не знает, что я сплю с тобой. Никто не знает. И не узнает. Никогда.

Налив вина и себе, Фобос подсел к Свену.

— Ещё один бесполезный день во дворце, - вякнул Фобос.

— Почему же? У тебя новые кольца, цветы, и мы вкусно поели в "Лунном свете". А ещё поговорили с мальчишкой, Роутом. Помогли ему с мечом. Ты же передал королю?

— Мхм. Я передал прислуге, они передадут Хейму, а он попросит оружейника, и через несколько дней мальчику сделают меч.

— Вот, видишь. Не такой уж и бесполезный день.

Фобос промолчал, решив осушить бокал, затем поднялся и снова взял графин.

— Тебе не много вина? - поинтересовался Свен.

— Нет.

— Это из-за дня рождения? Все друзья ведь тебя поздравили. Вильгельм и Ванесса подарили тебе отличное вино и брошь, а Натаниэль - твои любимые конфеты и плащ. Не понравились их подарки?

— Понравились

— Тогда в чём дело?

— Неважно.

— Мне важно.

Фобос поставил бокал на стол и повернулся к Свену.

— Вера нашла мне невесту.

Оба замолкли. Тишина вдруг стала такой напряжённой, что герцог не нашёл ничего лучше, чем всё же налить ещё вина. Руки его дрогнули, а сердце потянуло вниз. Он вернулся на кровать.

— И... Кто она? - мягко спросил Свен. - Сколько лет?

— Леди Женевьева из дома Лоренц. Ей шестнадцать. Её отец, Уиллард, неплохое приданое обещал моей сестре.

— Лоренцы честные и хорошие люди.

— И поэтому дают денег, чтобы их девчонку взяли замуж, - он подсел к Свену. - Не смеши меня.

— Будто ты не знаешь, как это работает, Фобос. Они же не продают её.

— Они её, может, и нет. А Вера меня - да. Завтра ужин в их поместье. Я должен явиться.

Парни вновь утихли. Краем глаза Свен заметил, как Фобос сжимал бокал, а губы и нос его слегка подрагивали. Поставив своё вино на прикроватную тумбу, Свен подвинулся ближе и осторожно положил ладонь на его плечо.

— Она красивая. Я видел дочь Уилларда Лоренца. У нее золотые волосы и голубые глаза. Слышал, она красиво поёт. Знатным парням она нравится.

— Парням и дешёвое пойло нравится. И шлюхи.

— Фобос.

— Что? - он повернулся. - Я разве неправ?

— Нельзя так говорить про невиновную девушку.

— Да похер мне что он там умеет, хоть летать и огнём рыгать.

— Фобос, она ни в чём не виновата.

— А я виноват? - Фобос встал на ноги. - Почему моя сестра желает превратить мою жизнь в нескончаемый кошмар? Она хочет, чтобы я страдал! Я ей даже ничего дурного не сделал!

Он замахнулся и разбил бокал о стену.

— Рыжая тварь, - прошипел парень сквозь зубы. - Ненавижу её. Сама спит с кем хочет, но не с мужем.

Свен решил молчать, чтобы дать ему выплеснуть эмоции и выговориться. Но Фобос вдруг умолк, глядя в стену.

— Почему ты согласился тогда? - шёпотом спросил Фобос.

— О чём ты?

— Почему ты согласился переспать со мной? Тогда, в ночь после моего восемнадцатилетия. Потому что я герцог? Боялся отказаться? - уже пьяный голос его петлял.

— Нет, не боялся.

— Ты отказал бы мне, если бы не хотел?

— Отказал бы, - ответил Свен.

— Ты... Ты посчитал меня красивым?

— Я всегда считал тебя красивым, Фобос.

— Даже сейчас? - Фобос провел ладонью по обрезанным волосам.

Услышав в его голосе дрожь, Свен взял его за руку.

— Иди сюда. Сядь ко мне.

Он усадил Фобоса на свои колени, лицом к себе. Лицо герцога было опустошённым. Он слегка пошатывался, в глазах его при свете свечи поблёскивали слёзы. Капелька медленно скатилась по его щеке, и Свен мягко стёр её большим пальцем.

— Ты невероятно красив, Фобос, - он заправил короткую рыжую прядь ему за ухо. - Самый прекрасный парень в Ниории.

— Ты же не был нигде кроме Монтистена.

— Мне не нужно даже из этой комнаты выходить, чтобы считать тебя самым красивым.

— Тогда я самый красивый только в твоих глазах? - герцог положил ладонь ему на плечи.

Свен лишь улыбнулся.

— Великому герцогу этого будет мало, не так ли?

— Придурок, я хотел, чтобы ты просто сказал "да", - Фобос всхлипнул и легко толкнул его.

Засмеявшись, стражник уткнулся лбом ему в грудь.

— Я знаю. Просто хотел тебя подраконить.

Положив ему руки на щёки, Фобос направил его взгляд на себя. Он очертил большим пальцем родинку под левым глазом Свена. А затем медленно наклонился и ненадолго прижался к ней губами.

— Герцог Фобос. Благословлённый поцелуями солнца, - Свен огладил тыльной стороной ладони его веснушки на щеках, а затем провёл пальцами по белым волосам на затылке. - И луны. Единственный такой в своём роде.

Он подвинул его к себе до конца, чтобы их тела соприкасались. Взяв его руку, стражник приложил губы к торчащим костяшкам.

— Огненные волосы и ледяные глаза, - продолжал говорить он. - Ты так прелестен в своих противоположностях.

— Не помню, чтобы доплачивал тебе за лесть, - герцог наконец улыбнулся.

— Может, пора начать? - Свен подмигнул, и Фобос засмеялся.

Оглядев его, герцог запустил руку в его рыжие кудри.

— Я не смогу изменять ей с тобой, - голос его вновь помрачнел.

— Я знаю, - Свен снова уткнулся губами в его руку.

— Ты прав, когда сказал, что девушка ни в чём не виновата. Она не заслужила неверного мужа. К тому же, если кто-то узнает о нас, то твоя репутация будет уничтожена. Я не могу допустить этого.

От герцога пахло вином, в голове его был лёгкий туман, а на щеках жар, который он списал на выпивку, не желая верить, что это из-за Свена. Из-за Свена, который прямо сейчас глядел на него, как в последний раз.

— Ре... Реветь собрался? - прохрипел герцог, заметив, как блестят его глаза.

— Да. А ты?

— Ещё ч-чего.

Фобос не выдержал и уткнулся в его плечо, тихонько всхлипнул. Плечи его дрожали, пока Свен гладил его по волосам. Фобос плакал тихо, вжимаясь в своего стражника.

— Я не хочу, - прошептал он.

— Я знаю, - Свен поцеловал его висок.

— Мне страшно...

— Конечно, страшно, - он крепко его обнял. - Но на приёме я буду с тобой как свита. Я буду рядом.

— Не знаю, лучше это сделает или хуже.

— В любом случае выбора нет ни у тебя, ни у меня, королева приказала везде тебя сопровождать.

Немного успокоившись, Фобос перебирал пальцами волосы Свена на затылке. Они всё ещё сидели в обнимку и молчали.

— Свен?

— Да?

Он приподнялся и посмотрел ему в глаза, затем вновь обхватил ладонями его щёки. Медленно приблизившись, герцог оставил едва заметный поцелуй на его губах.

— У меня... Всё ещё день рождения. Ты знаешь, какой я... Бываю наглый... Прошу, подари мне ту ночь снова, - прошептал Фобос в его губы.

— Какую? - спросил Свен, не поднимая век.

— Первую.

Как бы герцог не шутил об этом, но здесь Свену повторять дважды было не нужно. Лишь одной рукой он подхватил его и уложил на спину. Оставшись на коленях, он сбросил с себя рубашку и вновь навис над ним, обняв за талию.

Герцог лежал под ним, короткие волосы его растрепались, щеки покраснели, а глаза он едва ли мог держать открытыми. Вырез на его голубой рубашке открывал вид на изящные ключицы.

— Как смеешь ты сомневаться в своей красоте? - спросил Свен.

Фобос не нашёл что ответить. Его взгляд упал на грудь стражника, на его шрам. Свен это заметил и поднял его голову за подбородок.

Он поцеловал его в щеку, вжимая в простыни.

— Ты помнишь, как я целовал тебя тогда?

— Помню, - выдохнул Фобос.

Свен медленно расстегивал рубашку герцога. Он приложился губами к разгоряченной коже под ключицей. Вскоре вся их одежда была разбросана по спальне, а голоса изо всех сил старались быть приглушёнными.

Только для них обоих во всем замке эта ночь была долгой.

***

Ужин принцу Ульрику понравился не меньше завтрака и обеда. Роут сумел сготовить жаркое из свинины, дополнив его тушёными овощами. Ему особенно запомнилось мясо и то, как принц разрешил, даже настаивал, чтобы Роут съел побольше, но не переедал. Из-за своей жизни в Угольнике он толком и не знал как можно было переесть и даже хотел однажды это испытать, но точно не сегодня.

После дневного сна принц поужинал и, выпив конскую дозы отвара, отправился спать пораньше, потому что завтра планировал обучать Роута верховой езде после его уроков фехтования. Они с Роутом толком и не успели пообщаться, ведь Ульрик был довольно тихим.

Сидя у окна, Роут вглядывался в медленно засыпающие огоньки в домах королевства. Ворон сказал ждать ночи, и он ждал. Крупные снежинки плыли по воздуху из-за слабого ветра, от скуки Роут считал их. Он сбился уже несколько раз. Ему было совсем нечем заняться.

Роут видел в комнате принца полку с книжками, но не осмелился попросить почитать хоть что-то. Он разглядел там одни любовные романы и старые легенды, которые тоже были о любви. Роуту было любопытно почитать подобное, всё же наконец у него появилось подобие свободного времени.

Он скучал по своему альбому и уголькам для рисования. Они остались спрятаны в его старой комнате. Там же был и портрет принца Ульрика, последний лист пергамента в альбоме, ведь все остальные были потрачены на розы для его Высочества. Интересно, сохранил ли он хотя бы одну?

— Да где эта птица..? - прошептал Роут и улёгся на подоконник, зевая. - Почему я вообще жду ворону с мечом? Еще и ночью...

Услышав хлопанье крыльев, он взбодрился. Снаружи был ворон, и Роут открыл створку окна.

— Правда ведь прилетел, - шепнул парень. - А меч где?

— Оденься тепло, - прохрипела птица.

— Принц Ульрик велел не покидать башню без него.

— Меч... Не нужен? Не хочешь защищать принца?

— Хочу... - ответил Роут. - Но разве могу я ослушаться? Так нельзя. Ты не можешь принести меч сюда? Пожалуйста. Ты вон какой здоровый.

— Оденься тепло. Или меча не будет. Принц не узнает. Мы быстро.

Роут задумался о том, что принц был под большой дозой снотворного. Он всё же нацепил тёплые сапоги и меховой плащ, затем взял рукавицы.

— Очень быстро, ясно?

— Ясно, - ворон уселся на его плечо.

— А как же стража? Как я покину дворец?

— Выходи из башни.

Роут покинул спальню, затем башню. Он стоял у входа и ждал следующей команды. Ворон вспорхнул и уселся на холодный держатель для факела на каменной стене.

— Сюда.

Роут подошёл ближе и оглядел пустую стену.

— И чё? Мне её проломить?

Птица указала крылом на камень, который не выделялся ничем. Роут легонько надавил на него, и послышался скрежет. Появилась тайная дверь.

— Нихера себе, - ахнул парень. - Ты откуда знаешь?

— Идём, - он вновь уселся на плечо.

Роут взглянул в проход и не увидел там ничего кроме лестницы и горящего факела. Взяв его в руки, он начал медленно спускаться.

— Меч внизу?

— Идём, - повторила птица.

Довольно долго блуждая по тёмным коридорам и следуя указаниям ворона, Роут уже начал уставать, как вдруг ворон сказал:

— Пришли. Открой.

Роут отворил дверь, что была перед ним, и оказался на улице, в одном из богатых районов, в старой башне.

— Это выход из дворца... - хмыкнул он. - Ты куда меня ведёшь?

— Иди прямо.

И это продолжилось. Роут идёт, птица говорит куда. Монтистен спал, пока мальчик с факелом добирался до нужного места, в котором уже начал сомневаться. Всё же он шёл по указаниям ворона, что назвать нормальным было нельзя. Хотя вся его жизнь в последние несколько недель уж точно была ненормальная, так что его не слишком беспокоила болтливая птичка.

Они миновали один район, второй, добрались до последнего.

— Угольник. Но я не знаю эту часть.

— Северо-восток.

— Ясно, - пробубнил он. - Я тут не был никогда. Ты хоть представляешь как долго я буду идти назад?

— Быстро.

— Ага, ещё бы. Долго ещё?

— Нет. В лес.

Он продолжал идти, управляемый птицей, и вот добрался до небольшой снежной поляны среди деревьев. Ворон вспорхнул и уселся на корягу, и Роут поспешил за ним. Он увидел на земле меч с ножнами.

— И вправду меч, - хмыкнул он. - Спасибо.

Вытащив клинок, он оглядел его. Блестел, рукоять выглядела очень искусной и точно не дешёвой, а очень даже дорогой. Сверкающая сталь завораживала парня, он не мог отвести взгляд.

— Где ты его взял..? Он же дорогущий. Мне руки отрежут, если увидят с таким.

— Не отрежут.

— Ну, да, - съязвил Роут. - Ты будто не знаешь кто я такой и откуда. И во дворце мне следует быть тихим и послушным, чтобы меня не казнили или не отрезали чего.

— Возьми меч как следует.

— Как? Так? - Роут выставил руку. - Такой лёгкий, я думал они тяжелее.

— Сталь из огня.

— Чего? - переспросил он.

— Сталь из огня.

— Погоди... Я тебя правильно понял? Ты хочешь сказать, что эта сталь... Из Браннероса?

Ворон кивнул. Роут уселся на корягу, хлопая глазами.

— Говорят... - он уставился на свое отражение в клинке. - Говорят, что эта сталь - творение драконов. Нужна очень горячая кузня и опытный кузнец, что не боится жара, чтобы работать с таким металлом. Я слышал, она такая лёгкая, потому что в ней дыхание драконов.

— Да.

— Такие мечи были даже не у всех королей, герцогов и лордов, где взял? Меня убьют за него. Я не могу принять такой.

— Возьми меч правильно.

Вздохнув, Роут поднялся и вновь выставил его перед собой, а затем ловко покрутил в руке. Издав смешок, он сделал это ещё раз.

— Он мне и по размеру как раз, - проговорил он, любуясь оружием. - Лёгкий какой.

— Неправильно держишь. Стоишь плохо.

— Эм... Так? - он переставил ноги.

— Плечи не так.

— А как? - Роут развел руками. - Как ты собрался меня учить, будучи птицей?

Умолкнув, ворон опустил голову.

— Прости, - Роут пожал плечами. - Но ты... Ты всего лишь птичка. И спасибо за меч, хоть я и не смогу его забрать.

Он всё ещё молчал не двигался.

— Ты чего? Эй? Расстроился что ль? - Роут улыбнулся и легонько ткнул его пальцем в крыло.

— Думаю.

— Над чем?

— Отойди.

Удивившись просьбе, Роут сделал пару шагов назад. Ворон захлопал крыльями, и вокруг него вспыхнул зелёный свет. Вспышка заставила Роута прикрыть глаза ладонью. Когда стало темнее, парень вгляделся. Перед ним стоял человек в плаще с капюшоном, от которого в стороны разлетались чёрные перья, а глаза его горели ярко-зелёным. Незнакомец снял капюшон, и Роут выронил меч.

Перед ним стоял Айомхар Бриллар, король Монтистена.

— Присядь, - попросил Хейм. - Думаю, мне следует объясниться.