16

Носом укуталась в руины пухового одеяла, чтобы со стороны была видна лишь макушка, а лучше бы совсем ничего. Дверь в комнату протяжно, но по-родному скрипнула, за этим последовали не менее родные шаги и запах, которым мог владеть родной мне человек.Стив проскользнул ко мне под одеяло, пустив в ход самые мерзкие способы меня пробудить, на что и получил веский ответ:– Доброй ночи, Стив.Рука Стива замерла, поднялась, оставив после себя горячий след, она оказалась у него в волосах на макушке: он нервно начал перебирать волоски на голове.– Малышка, я что-нибудь опять натворил?– Нет, просто сегодняшний день - отстой.– Почему? – он бросил этот вопрос в пустоту, но прекрасно знал ответ.– Потому что, Стив.– Потому что Алекс мог умереть?- Да, - я окончательно завелась, только не в ту сторону. – Да, черт возьми. И не только он - мы все могли оказаться на том свете, а ты спокойно предлагаешь забыть обо всех событиях, да?– Ты проводила того приторного?Он перевёл тему к Мэтту.– Да, он тоже беспокоится, кстати. Ведь события этого дня так просто не испарятся.– Ты предлагаешь мне скулить о том, что мы сделали? Глория, не дури. Он мог тебя убить, он чуть не убил Алекса, он чуть не убил нас всех.– Вот именно, Стив, – я ребячески улыбнулась. – Именно поэтому я говорю тебе спасибо за помощь.  Он долго смотрел в мое лицо, в мои глаза, выискивая там истину, но сдался и устало накрыл ладонью глаза. – Я тоже тебя люблю, Глория.

///POW JULIA///Я маленькими шагами двигалась по коридору, где-то должна быть дверь...Прямо перед моим носом распахнулась дверца и из комнаты вылетел лохматый парниша в растянутой футболке цвета пыльной розы.– Черт, прости! Ты не ушиблась? – он взволнованно посмотрел на меня.  Джей ушел на кухню и больше не возвращался в гостиную, значит, всё это время он был здесь. Чем он тут занимался в одиночестве? В комнате не были разбросаны вещи, не было каких-то признаков того, что он занимался чем-то определённым, неужели он просто б ы л здесь?  Дверь хорошо прилетела мне по переносице, но терпимой становится всякая боль, когда перед глазами стоит такой грустный парень, сидящий в темноте и одиночестве на втором этаже в своей комнате, перед которым и слезу пускать не хочется.– Я... М...– Ты всё-таки решила переночевать у меня? – с некоторой печалью в голосе улыбнулся Джей, словно сочувствуя мне или самому себе.– Лори сказала, что Джиму нужно уединение, а ты...– Да, бездельник, зато гостеприимный, –он произнёс последнее слово, а затем деликатно позволил мне войти в комнату.  Она оказалась чистой, просторной, свободной от постороннего мусора и негативного отражения мыслей хозяина. В комнате действительно находились многочисленные подушки, несколько кресел, будто все ненужное относили к Джею, но он сумел обойти это – комната сияла от чистоты и уюта. На стене висели плакаты с различными музыкальными группами, около большой кровати стоял комод из темного дерева, на нём красовалась лампа, которая и была небольшим источником света, в углу одиноко расположилась гитара и барабанная установка. – Здесь такое всё свежее...   Произнеся это, я лёгкими шагами подошла к окну, внимая прохладный воздух и багровый закат вдалеке. Однако некоторая деталь смутила меня: кровать была большая, такая же просторная, но одна.– Не смотри так болезненно-страшно на кровать, пожалуйста,– с некой досадой произнёс Джей, пытаясь меня увести прочь от навязчивых мыслей. – Мы не маньяки, правда. Я буду спать в гостиной.– На этом жутком и неудобном диване?    У нас такой же диван стоял несколько лет назад в гостиной, но как только отец умер, на нём стало некому обитать – теперь его законное место в чулане, чтобы тараканов отпугивать. Но спать на нем совершенно убийственно: костей не соберёшь.– Лори меня подобрала с улицы, словно бездомную собаку, а в итоге получается, что я должна вытеснять тебя?– Мы рады, что ты не побоялась нашей бурной компашки, – Джей улыбнулся, подпирая плечом дверной косяк.   Он всё ещё стоял там, быть может, опасаясь сократить дистанцию между нами.– Вы смотритесь как семья: каждый занимается своим делом, но никто не остаётся один, – серьезно произнесла я, пожелав поставить точку на этом.– Что насчёт твоих домашних? Не будут волноваться? – спросил он, несколько проигнорировав мои предыдущие слова , будто готовился к неприятному разговору.  Звон в ушах, гул и полушепот мамы. Я встряхнула головой и улыбнулась, глядя в пол, как всегда и выглядела, когда мама отчитывала меня за каждую оплошность. Смотреть в пол всегда безопасно, потому что, в случае чего, можно не пытаться зажмуриваться или быстро моргать, чтобы не потерять сознание от сдавливающего ощущения в груди. – Думаю, что я не смогла бы прийти домой в таком состоянии, – солгала я, раскрасневшись по самые уши.  Я просто не хотела находиться там, вместе с ней, дышать одним воздухом и слышать этот треклятый гул в ушах.– Хорошо, оставим эту тему, – он понимающе кивнул.   В мире существуют простые люди, которые понимают с полуслова, лишь по выражению лица, по запинкам и паузам, перед которыми не нужно выдумывать оправдания, чтобы не пришлось отказываться продолжать диалог в очередной раз.  Джей наконец прошел к окну, бросив кроткий взгляд в сторону гитары, он поспешно устремился к другому предмету в комнате, словно убегая от чего-то.– Ты музыкант или любитель? – тихо спросила я, опасаясь холодного ответа.– Мы все здесь любим музыку, любим творить и отрываться, – Джей игриво сдвинул брови, ухмыльнувшись, как после раскрытия вселенской тайны. – Я бы сыграл тебе, но не могу брать в руки инструмент, извини.– Не можешь? – с недоумением посмотрела я.– Воспоминания хуже пуль в черепушке, – печально улыбнулся Джей, оторвавшись от окна.  Его взгляд устремился целиком на меня, он несколько секунд выжидающе смотрел, будто боялся спугнуть своим дыханием маленького зверька, а затем сел на край кровати.– Мы можем остаться в одной комнате, Джей, правда, – я села на противоположный край кровати, ощущая тепло от его спины. – Я же вижу, что ты не без мозгов...  Послышался звонкий смех, а затем падение – Джей всем телом плюхнулся назад, поэтому его голова оказалась около моих ног. Его кудри мягко разбежались по одеялу, а глаза мирно подрагивали под тяжестью век.– Такое умиротворение, когда здесь есть ещё кто-то, – Джей улыбнулся и открыл глаза, чтобы видеть меня снизу получше. – Пожалуйста, скажи что-нибудь.– Кажется, тебе отвратительно на душе, Джей. Очень отвратительно.– Хочешь послушать? – рассмеялся он и одарил яркой улыбкой.– Могу попробовать себя в качестве психолога, – он игриво кивнул в ответ. Прокашлявшись, я вступила в игру и спросила: – Сэр, чем беспокоит вас день грядущий?  Джей удивился, как дети дивятся чуду или фокусу, но сосредоточился на нашей коммуникации. – А если не только грядущий день, то платить нужно? – он чуть приподнялся, прижался спиной к стене, соприкасавшейся с изголовьем кровати, и закусил нижнюю губу, ожидая увидеть реакцию. – Задавай любой вопрос, на какой хочешь получить ответ.– Любимый цвет?– Зелёный.– Любимый музыкальная группа?– The Beatles, – он поймал мой удивленный взгляд. – Да-а, правда! С детства услышал и не перестаю любить.– Хорошо. Как часто ты улыбаешься?– Стараюсь.– Как часто ты грустишь?– Само получается.– Сколько ложек сахара предпочитаешь?– В чем?– Во всём, где оно необходимо.– Джулия, – он улыбнулся и с наслаждением закатил глаза, судя по всему, от моих вопросов. – Три, не больше. – Готовка или выпивка?– Что это ещё за вопросы? – он с доброй усмешкой выдохнул. – Предпочитаю готовить и пить.– Какой самый счастливый день в твоей жизни?– Когда я встретил Стива и Алекса, затем Лори и... – он запнулся, но продолжил: – и Беккс.– Какой самый печальный день в жизни? – Когда Беккс умерла.