Часть 4

*5:32*

Все только заселились в отель. У парней было целых два дня на то что бы отоспаться, погулять по городу и просто отдохнуть перед очередными репетициями.

- Я сейчас помру, - сказал рыжик, оставил чемодан у входа в номер, кинул сумку с вещами куда-то в сторону и упал лицом в кровать.

- Тебя потом Коë убьëт сверху за это, кто выступать будет, - ответил Дазай и закрыл дверь в номер.

- Я спать, - Чуя натянул на себя одеяло и укутался вместе с головой.

- Эй, а одеяло мне?

- Обойдëшься.

- Ну спасибо.

- Всегда пожалуйста.

Через 2 минуты рыжик уже крепко и сладко спал, Дазай же лëг на вторую сторону кровать, и заснул как есть, без одеяла.

*17:15*

Дождь, за окном, всë также шëл. Накахара спал и Дазай только проснулся.

Парень подошëл к зеркалу и тумбочке, стоявшей напротив кровати, упëрся в тумбочку ладонями и посмотрел в зеркало.

Коричневые глаза смотрели в полутемень, ибо на улице не светло из-за погоды, а свет не включая, коричневые волосы торчали во все стороны, глаза опустились на бинт на шее, потом на голубую рубашку с растëгнутыми пуговицами, а после на ладони, одна из них, как и большая часть руки, также была замотага в бинт.

Осаму взял свою сумку, порылся там, достал не большую стеклянную коричневую баночку с белой крышкой без этикетки. Достал бутылку воды, открыл баночку, достал одну таблетку и выпил.

Положив баночку обратно в потайной карман сумки, парень достал потрëпаный жизнью блокнот и карандаш. Кинув сумку обратно на пол пошëл в сторону кровати где спит Чуя, село на пол, открыл блокнот и начал рисовать.

Чуя всë также сладко спал, а Осаму рисовал. Рыжие локоны падали ему на лицо, Накахара тихо сопел и временами бубнел себе что-то под нос, но разобрать было сложно.

- Я ненавижу всей душой, всë то что связано с тобой, - начал тихо петь себе пол нос шатен, продолжая рисовать, - клянусь убью, однажды тебя, ты бесишь с каждым днëм сильней, мечусь средь тысячи огней, в вине сознание губя...

Шатен продолжал петь, а потом молча рисовал.

Наконец-то, дорисовавши, Дазай закрыл блокнот, положил его в тумбочку со своей стороны и пошëл в душ.

Через минут 10 проснулся рыжик.

- Так, Чуя, нужно встать, давай, ты сможешь, - с этими словами рыжик свалился с кровати вместе с одеялом и запутался в нëм.

В этом момент Осаму вышел из ванной.

- Ха-ха, ты что играешь в гусеницу?

- Не смешно, Осаму!

- Та ладно, смешно как по мне, - ответил шатен, но всë таки помог Чуя распутаться и встать.

- На улице дождь закончился, обожаю этот запах после дождя, и сейчас наверное людей почти нет, погулять хочется. - Сказал рыжик, стоявши у только открытого окна, и вдыхал запах свежести.

- Так, давай сходим прогуляемся по Праге.

- Давай, только ты угощаешь кофе! - сказал Чуя и улыбнулся.

- Эй, а почему я?

- Потому что.

- Накахара, а вы не обнаглели?

- Не-а.

- Ну ладно, так уж и быть.

Парни собрались, и пошли гулять по вечернему городу.

Запах дождя почему-то очень сильно сейчас напоминал хлорку и впивался в нос не спрашивая разрешения. Рыжик начал чихать.

- Апчхи.

- Будь здоров.

- Апчхи.

- Будь здоров.

- Апчхи.

- Будь здоров.

- Апчхи.

- Будь здоров.

- СУКА.

- О, что-то новенькое за последнюю минуту, радуйся что мало шансов того, что местные жители знают японский.

- Это означает что я могу тебя обзывать, и не подумают о том что я некультурный человек, и правильно, я сама культура.

- Ага, аристократ прям.

- Да, аристократ.

- Ну да, ну да, помним мы как ты напился и орал матом на левого человека на улице.

- Заткнись, Осаму.

- Хах.

- О, смотри, там кафе есть, ты же мне кофе должен, - улыбнулся Чуя.

- Ох, пошли.

Уютная и в то же время солидная кофейня. Белые тонкие и мягкие шторы, кожаные кресла, высокие столы, кирпичные стены на которых по всему кафе весят картины.

В некоторых местах стоят полки с книгами, возможно их можно взять почитать, но парни пришли сюда не за этим.

Сделав заказ, сели за один из свободных столиков, Чуя сразу достал телефон, а Дазай смотрел в окно. Точнее в отражение Чуи в окне. Блеклые, из-за того что шатен смотрит в окно, рыжие волосы, по лопатки, завязанные в низкий хвост, светлая, почти белая, кожа, тонкие кисти и пальцы рук, с мазолями, натëртыми гитарными струнами, на руке висит магнитный серебряный браслет и две фенечки, красная и белая, голубые глаза напрямленые в телефон, внезапно поднимаются и смотрят прямо, на Осаму.

- Хэй, ты чего завис?

- А...ничего.

Дазая спасло то, что в этот момент принесли кофе и пирожные.

Парни поели, расплатились и пошли дальше гулять по уже почти ночной Праге.

Автор очень хочет в Прагу.

По пути они ещë зашли в местный магазин, купили бутылку коньяка, сами не зная зачем, но решили выпить.

На часах пол 10-го вечера, а парни всë ещë гуляют.

Временами капает грибной дождь, но это не сильный ливень, который был днëм и прошлой ночью, поэтому не страшно.

- А знаешь, сейчас такая атмосфера, скажи? - произнëс Чуя и сделал глоток коньяка из пластмасового стаканчика. Холодная жидкость разлилась по телу, начиная прогревать его, коньяк был не плохой, но довольно дешëвый, от него легче спьянеть.

- Не думаешь что нас могут оштрафовать на распитие алкоголя в общественном месте? - сказал Дазай, но так же пил коньяк.

- Не знаю, сейчас уже поздно, может повезëт?

- Надеюсь, хотя мы не в СНГ, тут полиция лучше работает.

- Ты что, был в СНГ?

- Да.

- Воу, расскажешь?

- Как-нибудь, потом...

- Ладно.

Парни продолжали пить, говорит о всякой херне, но им было всë равно интересно слушать друг друга и рассказывать что-то.

Такими темпами они опустошили уже половину бутылки за 20-30 минут.

Обое уже были пьяны, но в меру, глаза слипались, мысли бушевали в голове, тело не слушалось.

- Чу-

- Что?

Ничего не ответив, Дазай обхватил рукой шею рыжика, приятнул ближе и поцеловал.

Чуя был не против, либо сам, либо это алкоголь так действовал. Он ответил на поцелуй, не отрываясь перелез на колени Осаму, а точнее ближе, на бëдра, уложив согнутые ноги по бокам, закинул руки на плечи шатена и прижался к его груди своей. Дазай же обхватил одной рукой талию Чуи, а другую положил на зад.

Целовались они так долго, временами делая перерывы, выпивали ещë по не многу коньяка и продолжали.

До большего дело не доходило, не настолько они были пьяны, что бы трахаться на скамейке в парке, тем более фонари работают, но целоваться им это не мешало.

Минут 10 шëл грибной дождь, но парни всë равно сидели и целовались.

Дазай пахнет какими-то ягодами, возможно шампунь или гель для душа, и тем самым коньяком, этот запах сводит с ума рыжика, может это, опять же, действие алкоголя, или он просто начинает понимать, что реально чуствует к лучшему другу, неизвестно.

Спустя какое-то время, они решили вызвать такси, что бы доехать до отеля. Но не хотелось переставать целоваться, уходить от туда.

Надеясь что их впустят в машину, ибо они были мокрые из-за дождя, пьяные и с недопитой бутылкой коньяка. К их счастью водитель оказался добрым, но что бы салон не стал мокрым, он достал плëнку из багажника и постелил на задние сиденья.

Уже в отеле, Чуя отключился, напился до состояния «Сдохните меня».

Дазай же сидел, смотрел на сопящего Чую, допивал коньяк и вспоминал его губы. Мягкие, пахнущие алкоголем, ещë вкус мятной жвачки, которую от жевал перед их поцелуем, мысли о том, играли это в Чуе чуства или кол-во выпитого алкголя, ведёт рыжик пьянеет довольно быстро и сильно.

Допив коньяк, Осаму положил бутылку на пол около кровати, и вспомнил песню на украинском. (Да, он частично знает русский и украинский языки, не спрашивайте.)

- Важко не чути, важко не бачити очейПовільна отрута, колір втрачених ночейНамалюй собі менеВідпусти і біль минеДозволь відчувати твої думкиДозволь підбирати пароліЗнов і знов і зновВажко не бути просто втратити контрольТебе не забутиАле в тебе інша рольНамалюй собі менеВідпусти і біль минеДозволь відчувати твої думкиДозволь підбирати пароліЗнов і знов і зновДозволь відчувати твої думкиДозволь підбирати пароліЗнов і знов і зновПродиратись на волюКрізь лід обіцяючих сонцеслівТвій хід я залишаю з собоюЗнов і знов і знов

А на этом я закончу эту главу, она получилась довольно долгой, дольше, чем обычно, но надеюсь вам понравилось. Спасибо что читаете, люблю, целую Пока, мои хорошие