Один шаг

В ту минуту, когда закат загорелся ярко-красным, и по небу разлетелись огненные полосы света, Мишка сказал:⁃ Ленка, а Ленка, ну поцелуй меня.⁃ Не буду я тебя целовать, - фыркнула с презрениемдевушка и отвернулась.Ленке было 16. Светлые волосы, заплетенные в двеаккуратные косички, стройные длинные ножки и худые плечи. Серые круглые глаза, выцветшие то ли от слез, то ли от времени, смотрели с какой-то непередаваемой грустью, и только изредка смеялись, щурясь от широкой улыбки.⁃ Ну, Ленка-а-а-а! - снова жалобно протянул Мишка.Ему было чуть больше Лениного, наверное, на полгода. Но в своё время он успел вымахать, и стать, как настоящая каланча, причём довольно нескладная. Ох был худощавый, скуластый, с темно-русыми волосами, которые всегда непослушно торчали из его головы.⁃ Хватит несчастного из себя строить. Не маленький уже,а все ноешь! - Ленка резко развернулась, чтобы сказать это, отчего её юбка закружилась на ветру, оголив коленки, которые были все в ссадинах и царапинах.

⁃ Ну чего сразу ною?, - расстроенно спросил Миша и задержал на девушке взгляд, - Лен, а что с ногами то?Больно наверное?⁃ Мало ли что, - снова отрезала она и, отвернувшисьобратно, продолжала, - какая тебе вообще разница? С девочками на великах катались, я и упала.⁃ Врешь же...⁃ Ну с мальчики,.. мы с Петькой и Васькой на заброшку ездили.⁃ Часто же ты с ними ездила, раз все коленки такискалечила, - усмехнулся в ответ Мишка и продолжил, - Ты и на крыши лазить, я смотрю, не боишься, да и сегодня вот, пришла...⁃ Пришла, но ведь не чтобы целоваться с тобой! Я пришлапопрощаться.Она стояла в паре метров от него, повернувшись спиной,и, деловито скрестив руки на груди, ожидала какого-то ответа; Но Миша тоже решил помолчать.⁃ Ну и чего ты молчишь?, - раздраженно спросила Ленка, уже через несколько минут, всё также не оборачиваясь.⁃ Да вот, жду, пока ты ещё что-то скажешь...

⁃ А что мне тебе говорить? Что ты мне аб-со-лют-но не нравишься?, - девушка отчеканила каждый слог, какмонетку и тряхнула косичками.⁃ И снова врешь... ты же целый год смотрела на менятайком, я, думаешь, не видел? Или, думаешь, не слышал, как ты шептала про меня своим девчонкам; как вы потом смеялись и краснели?Ленка молчала.Мишка подошёл на два шага ближе, но между ними всё ещё было довольно большое расстояние.⁃ Я не хочу совершать глупостей на нашей последней встрече. А поцелуи - сущая глупость.⁃ А ты хоть раз кого-то целовала?, - изобразив детскую заинтересованность спросил Мишка.⁃ Да кучу раз! У меня вообще парней много было, - самоуверенно ответила Лена и снова фыркнула.⁃ Да... снова врешь, а ведь комсомольцы не должны врать... или мне забрать у тебя твой значок? - максимальнострого спросил Миша.

⁃ Много больно возомнил о себе, во лжи уличать, а теперьещё и значки забирать вздумал, - Ленка повернулась и сделала шаг в его сторону.Солнце садилось. Небо начинало терять яркие цвета, будто кто-то размазывал по нему краску: из густого, красного оно переходило в темно-розовый, малиновый и даже серый, а лучи, почти не били по глазам.⁃ Ну пойми, же, Ленка... ты можешь бесконечно врать самой себе, но что, если мы и вправду больше никогда не увидимся? Ты больше не спишешь у меня физику, и больше не поможешь мне с этой чертовой историей. А я уже не полюбуюсь, да что там скрывать, как ты поливаешь цветы в классе литературы или стираешь с доски, уверенными и строгим движением, своих тонких маленьких ручек.- Да не маленькие у меня руки! Что ты пристал? – Ленка разозлилась и топнула ногой.- Ну прости, по сравнению с моими они кажутся маленькими и хрупкими...Мишка, сдержанно и осторожно протянул ей руку, как бы предлагая сравнить размер ладони, и Лена, хоть и смотрела минуту с выражением «Вот он дурак!..», всё же протянула руку в ответ.

- Ч-чего холодная-то такая? - Миша тут же снял с себя куртку и накинул на плечи девушки. Он посмотрел ей в глаза.Ленка и сама больше не отводила от него взгляд. Она решила, раз встреча последняя, надо постараться запомнить того, с кем прощаешься; хотя, что было запоминать: она изучила его настолько, насколько позволяла увидеть школьная форма, вгляделась в каждый шрам и родинку, в ямочки на щеках...Закат почти растворился, но на их лицах ещё оставался след солнца – теплый янтарный свет.- Бабушка не волнуется, что тебя дома до сих пор нет?- Нет, ей не до меня сейчас, - буркнула Ленка, - но не будем же мы тут до самой ночи стоять...- Не будем,.. - Мишка сделал ещё один осторожный шаг в её сторону. Ребята сблизились настолько, что между ними оставалось чуть меньше вытянутой руки.- Послушай, давай хоть один раз за всё это время не будем скрывать свои чувства. Давай хотя бы раз наберемся смелости сказать это, - было слышно, как дрогнул его голос.

Ленке показалось, что она не просто чувствует своё сердце, а слышит, слышит, как оно колотится у неё в груди, больно ударяясь о стенки грудной клетки. Она закрыла глаза.- Зачем, зачем он делает это; зачем я?.. – Лена медленно подняла руку и положила на Мишино плечо. По всему телу волной пробежала легкая дрожь, и девушка почувствовала, как он сделал еще один маленький осторожный шаг. Стало слышно его дыхание: такое же волнительное и сбивчивое.- А что если я не...- Молчи,.. - прошептал Мишка и сильно сжал её плечи своими горячими руками.Ленка положила голову на его плечо; ей было плохо: никогда ещё она не была так близко к тому, кто уже год ни на минуту не выходил из её головы.- Миш... прости меня, прости; прости, что не сказала тебе раньше, - девушка, едва сдерживая слёзы, немного приподняла голову, отчего её щека коснулась Мишиной. Они горели. Наслаждаясь, (если в их случае так можно было сказать) каждым сантиметром его щёк, Ленка плавно, сама себя укоряя и ненавидя, двигалась к его губам. Дыхание, будто хотело и вовсе остановиться, было

прерывистым, а голова сладко кружилась. Страшно? Ещё бы...Едва их губы соприкоснулись, девушка почувствовала, как всё прошлое внутри сжалось, умерло, и тут же родилось нечто новое, непривычное, даже не подвластное описанию. Губы горели, а вся душа трепетала и плакала одновременно. Мысли то и дело смешивались, кричали прекратить, но Ленка уже не могла. Чувства полностью поглотили обоих ребят. Они всё сильнее прижимались друг к другу, всё приятней и больней бились сердца...- Не отпускай меня... - хрипло прошептал Мишка и изо всех сил прижал Ленку к себе. Маленькая и хрупкая, она была похожа на беззащитную птичку, которую было страшно оставлять одну.- Не отпущу, если сам не отпустишь, - было слышно, как слезы сами наворачивались у неё на глазах.- Прощай, Ленка... - Миша еще раз на мгновение поцеловал её, обняв за тоненькую талию, и отпустил.- Прощай... - снова сказал он и пошел к краю крыши.- Сто-о-ой! – вскрикнула девушка, и побежала за ним.- Даянепрыгать...чтожея,суицидниккакой?–сгоречью усмехнулся Мишка, - Я просто последний раз на это небо

посмотреть хотел; там, куда я еду, ночь по полгода, и очень холодно. Без тебя там совсем теперь замерзну.- Обещай мне, что ты вернешься, обещай! – с жаром заговорила Ленка, - Мы тогда снова встретимся, я тебе обещаю, и ты мне пообещай!- Закончу институт, работу найду, может получится уехать раньше... Пойдем, уже совсем стемнело.Девушка, всхлипывая, дала ему руку, и они пошли. Последняя встреча, первая любовь, первый поцелуй... что может ещё может так сильно изменить человека всего за несколько минут? Другой человек.Следующим утром Мишки уже не было в школе, и через неделю, и через две. Ленка ещё долго помнила их поцелуй, долго скучала.Но Мишка не вернулся.