1.3.3

Ивисон втащила Эдварда в свою комнату. Тут же в его нос попал лёгкий, почти неощутимый запах мяты, приятно смешанный с свежезаваренным чаем. После того, как рука Ивисон оторвалась от него, он оглядел комнату. Основные стены были фиолетово-розовые, а на стыке с птинтусом картиной по стене росла яркая свежая трава. От стыка стены и потолка к той самой траве летели золотые кленовый листья. Полоток же был окоймлён подсветкой, которая в данный момент была выключена мягким белым светом, и множеством полупрозрачных звёзд. Посередине этого потолка была плоская круглая лампа, от которой будто исходят лучи солнца к прозрачным звёздам. Пол этой комнаты украшал мягкий золотистый ковёр, строившийся будто полянка в лесу. Но предметом интерьера был не только ковёр. Вся оконная стена менялась на один большой шкаф цвета палисард с почти незаметными на нём дверками. Этот шкаф продолжал подоконник большого окна и содержание на нём подушек и пледа говорило для чего использовалась эта зона. Стена от шкафа до двери продолжалась рабочим столом такого же цвета. Над столом шли так же полки, украшенные глиняными изделиями и бумажными подделками. На самом столе стояла лампа, которая могла поворачиваться в любую сторону, часы, которые Ивисон когда-то давала Эдварду, неубранные краски и исписанные листы. У края стола был оставлен сложенный мольберт. На всю комнату был лишь один мягкий стул, покрытый вязаным чехлом. Кухни взор Эдварда не достиг, но кровать и стену над ней он успел рассмотреть за те секунды, пока Ивисон готовилась. Ложа для сна была аккуратно заправлена. Казалось, будто если на неё упасть, то ты попадёшь в другой мир. По сравнению со своей остальной комнатой кровать сильно контрастировала своим ярким красным цветом одеяло и белой "начинкой". И даже в кровати были шкафчики в белой окантовке. Над кроватью висела лампа в виде полумесяца, обклеенный маленькими звёздочками. Рядом с ним висел плакат с надписью в разных стилях «Я разрешаю себе жить так, как я хочу». Рядом с кроватью была так же небольшая тумба на колёсиках с двумя выемками. Ивисон выдвинула Эдварду единственный стул к подоконнику, а сама занесла место непосредственно на само пространство у окна. Зафиксировав гитару в удобном положении, Ивисон оканула взглядом Эдварда.

- Абсолютно объективное мнение. - сказала она.

Эдвард лишь кивнул, видя волнение в изумрудных глазах Ивисон. Хозяйка мягкой атмосферы и магии в каплях воздуха вдохнула эти ароматы и, немного прикрыв глаза, начала перебирать пальцами по струнам гитары. Музыка, срывающаясь со струн под её ловкими пальцами, превращалась в дурман и завораживала. Сердце стало биться чаще и атмосфера комнаты стало ещё больше приятным и по-родному нежным. Эдвард следил за лёгкой улыбкой Ивисон, будто она сама пела эти ноты. Когда короткая магия развеялась с последней нотой, Ивисон выпримялась.

- Я жду комментариев. - серьёзно сказала она. - Вау... - тихо сказал Эдвард, всё ещё смотря на Ивисон.

Та пощёлкала пальцами у его лица, заставляя отвлечься.

- А так? - спросила она, положив руки на гитару.- Это... просто.... Вау....

Эдвард просто не мог найти слова, которые подошли бы под описание тех чувств, которые он испытал.

- Ладно, я поняла. - сказала Ивисон, убирая гитару. - Можешь идти. Сегодня тренеровки не будет.

Ивисон убрала гитару, чтобы проводить Эдварда к двери. Считанные мгновение понадобились, чтобы тот снова вошёл в транс. Приложив немного сил, Ивисон всё же смогла проводить гостя к двери.