Глава 37

—Привет.—Разница в один часовой пояс значительно облегчает общение, – первым делом констатировал он. Сердце подпрыгнуло, стоило мне услышать его голос.—А обычно причина в часовых поясах или в твоем забитом графике? Его задумчивое хмыканье отдалось во всем теле.—Определенно в поясах. Я забралась с ногами на кровать.—А почему звонишь?—Хотел услышать твой голос, – откликнулся он. Этих слов оказалось достаточно, чтобы разогнать надо мной грозовые тучи.—С чего вдруг?—Хотел узнать, настолько ли он печален, насколько грустны написанные слова.—Иногда ты разговариваешь будто цитатами из песен, – тихо сказала я, не сумев, однако, подавить улыбку на лице. Чжэ Ён, должно быть, услышал это по моему голосу.—Издержки профессии, – усмехнулся он и вернулся к прежней теме. – К счастью, ты не звучишь грустной. Так что мне даже не придется пускать в ход план «Как развеселить Эллу». Я насторожилась.—Если даже я не грущу, немного веселья не повредит.—Увы и ах, предложение снова станет доступно по истечении некоторого времени.—Ну хорошо, – я рухнула на подушки и уставилась в потолок. – Вы в гостинице? Я услышала шебуршание, подозрительно напоминающее звук одеяла.—Уже несколько часов. Зарегистрировались и разошлись по номерам. К слову, еда здесь не так хороша, как в Чикаго, – добавил он.—Ты про гостиничную?—Я в целом. Мечтаю о вашей пицце по-чикагски с прошлого раза.—Ты наверняка мог бы ее заказать, и нашлись бы люди, готовые землю перевернуть, лишь бы доставить тебе настоящую пиццу по-чикагски, – отметила я.—Вполне вероятно, – его голос зазвучал глуше. – Но не стоит кого-то нагружать бессмысленными хлопотами, если я могу просто денек подождать. Я потерянно пригладила свободной рукой одеяло.—Кто-нибудь другой точно бы воспользовался возможностью.—Я должен это делать, просто потому что могу?—Конечно, нет, – я тихо вздохнула. – Думаю, сегодня просто не слишком удачный день.—Что случилось? Звучало, будто ему правда не все равно, и я без дальнейших раздумий рассказала про вечер. Часть деталей опустила, на других, наоборот, сделала акцент. Больше всего на факте, что Мэл бесцеремонно встала и ушла. Я снова и снова к этому возвращалась в мыслях.—Рискну задать неуместный вопрос, – начал Чжэ Ён, когда я закончила. – Почему ты не говоришь о них со своими сестрами?—О наших родителях?—Да. Твои сестры не говорят о них. Не пойми меня неправильно, я не думаю, что просто взять и уйти было правильно. Но ты когда-нибудь спрашивала, почему Мэл так поступает? Объясняла ей, что тебе тоже больно? Я собралась было ответить, но в голову не шло ни одно объяснение. Я смирилась с этим в последние годы, потому что... потому что...—Мне страшно, – прошептала я. Странно говорить такое. Неловко.—Почему? Я оглядела комнату в поисках ответа, который я, чтоб не спотыкаться о него день за днем, так хорошо запрятала.—Она подумает, я не ценю всего, что она для нас сделала. Я ей так благодарна, но... если я заговорю про родителей... Что, если ей от этого будет плохо? Или она разозлится? Что, если она разозлится на меня и... и...?—И не будет больше с тобой разговаривать? Да? – осторожно спросил Чжэ Ён. Я прикусила язык, стараясь сдержать подступающие слезы. В яблочко.—Я не хочу, чтобы она злилась на меня. – Я вдруг снова ощутила себя ребенком, которому слишком рано и внезапно пришлось сказать родителям «прощай».—Она не бросит тебя из-за ссоры, Элла, – уверенно сказал Чжэ Ён. Мне так хотелось завернуться в его слова, спрятаться у него в объятиях и забыть про весь остальной мир...—Ну а вдруг? Короткая тишина.—Ты тоже многого лишилась, нет? Разве ты, как и она, не потеряла родителей? Разве тебе не пришлось так же, как и твоим сестрам, оставить всю прежнюю жизнь позади? Я колебалась.—Да, но...—Нет, – прервал он мои спутанные размышления. – Никаких «но». Ты потеряла не меньше, чем они. И Мэл знает это, уверен. До чего странно, как хорошо Чжэ Ён узнал меня за такое короткое время. Он подобрал именно те слова, которые мне нужно было услышать, за которые я могла бы уцепиться, не в силах уследить за ходом собственных мыслей.—Хочешь рассказать, что случилось с ними? Я имею в виду с твоими родителями, – тихо и осторожно спросил он. Я закрыла глаза, меня накрыло волной воспоминаний. Ночь. Синие огни. Громкий звонок в дверь, который разбудил меня. Двое полицейских за порогом.—Авария. Все, что мне удалось выдавить. Прозвучало невероятно... банально. Такое происходит каждый день. Об этом постоянно говорят в новостях. Автомобильные аварии описывают в каждой второй книге. Но все равно в груди обожгло, стоило вспомнить слова полицейских. Мое замешательство, усталость, отчаяние и, наконец, ужас, когда я осознала, с какими новостями позвонили нам в дверь. Лив в это время спала наверху и ни о чем не подозревала. Тогда я еще не знала, что эта авария перевернет всю мою жизнь. Мне пришлось оставить друзей, чьи имена я уже почти забыла. Школу, в которой я тогда училась, – от воспоминаний о ней осталось лишь несколько размытых картинок. Переезд в Чикаго затмил всё. Новые друзья. Новая школа. Новые планы на будущее.Новая я.—Обычная история. Ты наверняка уже кучу раз слышал такое в новостях, – продолжила я. – Врезается пьяный водитель. Пара гибнет на месте. Водитель скрывается. Сама не ожидала, что смогу говорить так холодно. Кажется, эмоции отступили в безопасное место. В такие минуты мой мозг функционировал на автопилоте.—И вы переехали к сестре?—Да. Я бросила взгляд в окно, сквозь которое проникал свет фар проносящихся мимо автомобилей и отбрасывал тени на стены моей комнаты.—Она уже несколько лет как жила здесь, в Чикаго, строила карьеру. А потом... появились мы. И тут же превратили ее в законного опекуна двух несовершеннолетних.—Вы хорошо ладите?—По большей части да. В дни, когда родители не упоминаются в разговорах, – вздохнула я. У Чжэ Ёна раздался какой-то шум.—Подожди секунду, – сказал он, после чего тихий щелчок возвестил об отключении звука микрофона. В ожидании его возвращения на линию я перекатилась на бок и выдернула из-под себя одеяло. Хотя я была не в пижаме, встать и переодеться оказалось выше моих сил. Еще один щелчок.—Прости. Под дверью без предупреждения появился Мин Хо.—Ваши номера далеко друг от друга?—Нет, прямо по соседству. Он побил собственный рекорд в Mario Kart и решил сообщить мне об этом.—Как мило.—В этом весь Мин Хо. Еще один щелчок. Недолгое молчание. Потом:—По крайней мере когда не врывается ко мне без предупреждения. Я подтянула к себе ноги и свернулась под одеялом.—Ему тоже нельзя знать, да?—Честно говоря... – начал Чжэ Ён, и я насторожилась. – Я рассказал ему. Всю усталость тут же как рукой сняло.—Ты что??? Я-то думала, все непременно должно оставаться в тайне.—Он и помогает там все хранить, – пояснил Чжэ Ён. – Я не такой скрытный, как хотелось бы, а Мин Хо прикрывал меня, даже не зная, что происходит.—Как минимум тебе теперь есть с кем поговорить об этом... Сдержать нотку унылости в голосе не получилось.—А ты, если хочешь, можешь поговорить со мной. Я застонала и перекатилась на спину.—Можно подумать, ты не знаешь, как это работает. Я не могу поговорить с тобой о тебе же! Его тон стал дразнящим.—Почему? Что такого, о чем мне нельзя знать, ты хочешь обсудить?—Между нами, девчонками? От раздавшегося в динамике низкого смеха у меня побежали мурашки по рукам.—Ничто человеческое мне не чуждо, Элла.—Слабая отговорка, если тебя интересует мое мнение.—К счастью, оно меня не интересует.—Твои слова ранят меня! – я театрально схватилась за сердце, пусть даже он этого не видит. Он снова засмеялся.—Тебе стоит признать, это был опасный момент. Что еще я мог ответить? Я издала неопределенно-возмущенный звук и усмехнулась.—Ну хорошо. Квиты. Чжэ Ён набрал воздуха, будто собирался возразить, но, кажется, передумал.—Завтра тебе не обязательно наряжаться, словно на чай к королеве, – сменил он тему.—Ты и правда не собираешься мне говорить, куда мы идем после концерта? – взмолилась я еще раз.—И испортить недели подготовки? Однозначно нет. Недели?—Ты что, готовился все две недели?—Возможно, не все время, – заверил он. – Но тут было что планировать. Мысленно я перебрала все возможные варианты, требующие некоторой подготовки.—В любом случае, если я не хочу, чтоб Мэл больше никогда со мной не заговорила, мне придется вернуться домой той же ночью.—Как, по-твоему, что нас ждет?—Не знаю, – я решила поразмышлять вслух. – Кемпинг? Чжэ Ён рассмеялся.—Небольшой спонтанный поход? Прогулка до твоего гостиничного номера? Я потрясла головой.—Мимо, всё мимо. Ты даже не близко. Что, впрочем, хорошо, – добавил он. – Я расстроюсь, если завтра не увижу твое изумленное лицо.—Ты злой! – раздраженно простонала я. Снова смеется.—Я сейчас скину тебе адрес, где будет концерт. Мне сказали, это в районе Запад-Луп. Найдешь дорогу?—Думаю, да, – заявила я. Я не держала в голове все районы Чикаго, но мне частенько доводилось гулять по Западу-Луп.—Скажи я «нет», ты прислал бы лимузин?—Воу. Какие скромные запросы, – закашлялся Чжэ Ён. Я уткнулась в подушку, пытаясь скрыть улыбку.—Прости. Хочу посмотреть, как, звездный, ты выйдешь из лимузина и твои фанаты попадают в обморок.—Не знал, что у тебя под окнами всегда торчат толпы фанатов NXT.—Не толпы. Но ведь Лив – еще какая фанатка. Бьюсь об заклад, она тут же тебя узнает.—Увидеть твое выражение лица, если я сам за тобой заеду... Риск почти оправдан.—Иногда твой внутренний садист слегка перегибает палку.—Ты слишком облегчаешь нам с ним задачу, – он взял примирительный тон. – Не волнуйся. Я тебя встречу.—Мне стоит что-нибудь захватить с собой?—Только себя и терпение. Возможно, мы задержимся допоздна. Моя фантазия скакнула до небес, но я ее задавила и тихонько откашлялась.—Наверное, в таком случае мне пора ложиться, а не то придется ставить капельницу с кофе.—Ты сможешь просто, как нормальный человек, выпить его, – после этих слов он зевнул.—Кофе абсолютно несъедобен!—Секунду. Ты не пьешь кофе? Сколько недоверия в голосе!—Только если совсем вымотаюсь. Я днем съедаю так много сахара, что, если к нему еще и кофе добавится – я никогда не засну.—Я слишком устал для дискуссии и только поэтому приму такой ответ. Теперь, когда он упомянул это, мне и в самом деле послышалась усталость в его голосе. Сильнее прорезался акцент, будто каждое слово на английском давалось Чжэ Ёну с трудом.—Тебе давно пора спать.—Хм, – вяло хмыкнул он. – Наверное.—И почему ты этого не делаешь? Я рассеянно теребила простыню. Несколько секунд он раздумывал над ответом. На мгновение мне показалось, что он уснул.—Хотел убедиться, в порядке ли ты. Мое сердце встрепенулось. Пытаясь унять его, я прижала руку к груди.—Да, я в норме. Это даже не ложь, пока мы разговаривали, хаос этого вечера относительно улегся. Высказанные вслух опасения перестали казаться такими угрожающими.—Хорошо... Должно быть, он уже совсем спит.—Спокойной ночи, Чжэ Ён. Я подождала, не ответит ли он. Но до меня доносилось только глубокое дыхание, и я повесила трубку. А спустя несколько минут заснула и сама.