Глава 30

Я: Любимое блюдо?Чжэ Ён: Чачжанмён.Чжэ Ён: НЕТ, подожди!Чжэ Ён: Нэнмён.Чжэ Ён: ...Пицца? У меня ведь могут быть три любимых блюда?Я: Ты можешь выбрать только одно, и тебе придется есть его до конца своих дней...Чжэ Ён: Тогда токпокки.Я: И снова что-то новое?! :DЧжэ Ён: Сама сначала попробуй выбрать что-то одно.Я: Элементарно – шоколад.Чжэ Ён: Хорошая попытка, но шоколад – это не блюдо.Я: Тогда шоколадный торт. Лучше?Чжэ Ён: Мне стоит переживать из-за количества потребляемого тобой сахара?Я: ...Возможно. Но! Я сравняла счет, поужинав салатом!Чжэ Ён: ...Чжэ Ён: По-моему, это не совсем так работает.Я: Тс-с-с. Пряча улыбку, я перечитывала ночную переписку. Снова и снова прокручивала вниз, будто могла так заставить Чжэ Ёна ответить. В Корее сейчас должно быть около полуночи, и мне интересно, лег он уже или еще работает.—Прие-е-ем, земля вызывает Эллу. Лив помахала рукой прямо у меня перед глазами и отвлекла меня от размышлений. Я моргнула, чтобы вернуться в настоящее. И отозвалась:—Да?—Я спросила, что ты об этом думаешь, – повторила она. Не слишком помогло. Последние несколько минут мое внимание занимали телефон и каша на столе – не могу сказать, что уловила хоть что-нибудь из разговора, в который Лив пыталась меня втянуть.—О чем?.. Я понадеялась, что на моем лице в равной мере отобразились раскаяние и просьба кратко ввести меня в курс дела. Правда, в последнее время я, кажется, слишком часто прибегала к этому способу.—Да где ты витаешь? Уже не первый день! Ты даже тише, чем обычно, а это надо еще ухитриться, – поморщившись, проворчала Лив. Я пожала плечами, надеясь как-нибудь соскочить с темы. Запас отговорок постепенно подходил к концу.—Думаю о тестах на следующей неделе. Тут уже нахмурилась Мэл.—Кому-кому, а тебе волноваться не стоит. Ты ведь постоянно ночами не спишь и зубришь. Ну да. Я пытаюсь. Но в девяносто девяти процентах все заканчивается перепиской с Чжэ Ёном, хотя об этом лучше не распространяться. Когда у меня ночь – у него дело к вечеру, и, как правило, находится час-другой свободного времени, когда мы можем пообщаться. Хотя «свободного» – это преувеличение. Просто времени, когда нет интервью, концертов, репетиций, встреч или тренировок, которое можно посвятить таким занятиям, как еда, работа над новыми песнями или общение. Я так и не выяснила, когда именно он успевает спать. Но теперь, кажется, поняла его слова о том, что, если выбора нет, можно привыкнуть спать и поменьше.—Да, – уклончиво протянула я. – Только материала так много, и я не знаю, смогу ли все удержать в голове. Или хотя бы заставить себя его выучить. Мэл ободряюще улыбнулась мне. Ей казалось, волноваться не о чем.—Куда после начала учебы делась твоя уверенность в собственных силах? Вероятно, туда же, куда испарилось желание учиться. Я пожала плечами.—Ты справишься, Элла, – сказала Лив. Встав, она отнесла пустую тарелку в раковину и повернулась к Мэл.—Теперь мы можем пойти к Чарли? Мэл кивнула и, тоже поднявшись, ободряюще потрепала меня по плечу:—Она права, Элла. Ты справишься. Лив, я быстренько переоденусь и можем идти. Они разошлись по комнатам, а я осталась сидеть на кухне, прокручивая в голове их слова. Ты справишься, Элла. Я ковыряла кашу. Съела нарезанные в нее кусочки банана. Сестры верят в меня – казалось бы, должно успокаивать. А вместо этого у меня свело живот и пропал аппетит. А я вообще хочу справиться? Стоило подумать в этом направлении, как у меня разболелась голова. Если не учеба, то что? Именно за нее я так крепко цеплялась с тех пор, как... Как, собственно, что? Как мы с Лив переехали к Мэл? Как умерли родители? Учеба стала константой, которая помогала мне держаться. Которая оставалась простой и неизменной, пока все остальное вечно несется вокруг, будто в смерче. Мои размышления прервал будильник на телефоне. Если я хочу успеть на работу, то у меня всего двадцать минут, чтобы одеться, расчесать гнездо на голове и добежать до автобусной остановки. Со стоном я отодвинулась от стола и встала. Хорошо, что я уже наловчилась собираться со скоростью света.—Для воскресенья ты какая-то загнанная, – поприветствовала меня Лана, откладывая вязальные спицы. В итоге ценой пропущенного автобуса и небольшого опоздания я все же добралась до музея.—Для воскресенья я слишком уж далеко от моей кроватки. Я рухнула на свободный стул рядом с ней.—А вот ты выглядишь слишком бодрой для человека, который вчера обогнул половину земного шара. Она откинулась на спинку стула и скрестила ноги.—У меня иммунитет к смене часовых поясов.—Разные туфли на тебе по этой же причине? – я кивнула на ее шпильки: одна туфля черная, другая – красная. Лана тоже посмотрела на свои ноги.—Видимо, с самой посадки я действовала на автопилоте, а сейчас так бодра, потому что каждые полчаса принимаю кофе.—Очень здоровая замена сну, – сухо отметила я. – Но, пожалуйста, открой секрет: как тебе, несмотря ни на что, удается выглядеть так, будто ты за всю жизнь ни единой ночи не спала меньше восьми часов?—Хороший уход за кожей и многолетний опыт маскировки кругов под глазами.—Ты поделишься знаниями с наивными маглами или это из разряда тайн, которые уносят с собой в могилу?—Ну, во-первых, поздравляю! Ты наконец-то примкнула к фанатам «Гарри Поттера», да? – она усмехнулась. – А во-вторых, все зависит от размера вознаграждения. Пожалуй, на будущее надо поискать друзей, с которыми потом не надо расплачиваться.—Как насчет такого? – я наклонилась к ней, будто собираюсь предложить потрясающую идею. – Ты сможешь через две недели взять мою смену, да еще и получить за это деньги! Я сложила руки в умоляющем жесте, понадеявшись, что жалостный взгляд получился достаточно убедительным. Лана открыла было рот, но тут же закрыла.—Знаешь, у тебя такой невинный вид, что я на секунду поверила в выгодность этой сделки. Я опустила голову еще ниже, а сложенные руки подняла еще выше.—Пожалуйста-пожалуйста?—Воскресную смену?—Ее самую, – кивнула я.—Без проблем. Она собрала пряжу со спицами и запихнула в сумку.—Но, если я умру от скуки, передай моей семье, чтоб дневники жгли не читая. У меня вырвался смешок.—Думаю, это можно устроить. Лана закрыла молнию на сумке и встала. Пригладила блузку цвета бордо, заправила за уши волосы. Не помню, чтобы когда-нибудь видела ее в брюках – но сегодня на ней именно они. Пастельного оттенка, с пояском и подворотами чуть выше щиколоток. Из всего наряда выделялись лишь туфли разного цвета. И даже они смотрелись на Лане не как случайность, а словно так и задумано.