А Пэшент

Пациент. Глава 13

Утром я проснулась и обнаружила миллион двести пятьдесят тысяч сообщений от подруги. Конечно, я их не считала, но перелистывание уведомлений заняло примерно минуту, а значит, их было много. Оказалось, что она познакомилась через мессенджер с парнем, который общался с ней очень странно, прям как я. И, соответственно, она решила, что это я прикинулась им, дабы подколоть. И давай мне писать. В три часа ночи.  Нормальные люди в это время спят.  Подруга была нормальной.  Во всяком случае, я так полагала до того, как увидела её послания. Разубедив её в том, что я не он, я решила позавтракать, но она не дала. В новом сообщении она написала, что он попросил познакомить меня с ним. Как выяснилось позже, она рассказала ему, что у неё есть подруга, в точности похожая на него, и у парня взыграл интерес. Знакомиться ни с кем не хотелось, но она так сильно настаивала, посылая мне зайчиков и черепашек, что я поняла, позавтракать мне не удастся.  «Ок, передай ему, что я сначала спрошу маму», — решила таким образом я отвязаться от неё, но в ответном письме меня ждал сюрприз. Она не только согласилась, но и повесила на меня новую обязанность.   «Да, ты и про меня свою маму спроси. Если она разрешит, я буду с ним говорить, а если нет, то нет. Я жду», — написала она. И я проглотила слюну, стараясь не думать о жареных грибах в сливочном соусе и куриной грудке. Вкусный завтрак, о котором я мечтала всю ночь, сегодня не светит. Придётся насладиться одним кофе. Хотя её предложение ошарашило.  «Зачем, это же моя мама?» —  написала я ей ответ.  Подруга была сильно впечатлительной, разговаривать с ней следовало осторожно и добавить: «У тебя что, своей нет?» — я не смогла. Иначе потом словесный поток о том, какая я злая, чёрствая и сухая будет не остановить.  «Я свою спросить не могу, — мой намёк она поняла правильно, — а так мне легче будет».  Звучало вполне логично. Знакомые всегда удивлялись нашим отношениям с мамой, а для меня было странным, как может быть иначе? Мама — она же самый близкий и родной человек. Кто, как не она, поймёт лучше всех и даст правильный совет? Пусть не всегда логичный. Часто неадекватный. Приправленный щепоткой глупости и килограммом иронии. Но всегда нужный, попадающий прямо в цель.  «Покажи фото», — пришло сообщение от мамы.  «А фото нет», — осведомившись у подружки, ответила я.  «А где живет?» — следующий вопрос был предсказуемым.  «Не написано», — пожала плечами я.  «И что ты думаешь я тебе скажу?» — По всей видимости она не была удивлена. А её ответ не удивил меня. В принципе, я его и так знала. А спросила только потому, чтобы не соврать подруге.   «Ну, мало ли, интересно же. Он вот на четырех языках разговаривает и интересуется историей, как я. Он много редких исторических фактов знает. Вдруг это моя судьба?» — На самом деле, я так не считала. Но почему бы и нет? Надо же когда-то начинать.  «Он точно там с тремя телефонами сидит, — последовал ответ, — на одном с вами переписывается, на другом переводчик открыт, на третьем википедия. И пудрит вам мозги. А ты такая большая, а в сказки веришь? Что за пустым аватаром может скрываться принц на белом коне? Разве ты не знаешь, как это делается?» Ну всё. Сейчас начнётся длинная лекция, и я со вздохом посмотрела на дымящийся кофе. Есть, правда, перехотелось.  «Сидит там дрищ в калошах, — продолжила сыпать сообщениями мама, — и переписывается с сотней девушек одновременно. Авось, одна и поведется и фотку ему пошлёт. Так что скажите ему, что наша мама не разрешила», — заключила она. Но после вновь написала: «Ладно, если мальчик из университета, которого вы знаете. И фотка есть. И дом...» «Да-да, — перебила её я, — и счёт в банке. Знаем, знаем». «Ну да. А что?» — не поняла моего сарказма мама.  «Хех, ладно, так ей и скажу», — согласилась я, а то разговор мог не закончиться до обеда. Которого тогда бы тоже было не видать.   А потом проснулась сестра. Умывшись, она прошла на кухню и достала из холодильника недавно приготовленную ей маску из мёда и кофе. У нее появилась фишка делать себе всякие съедобные маски. Не успевала я купить яйца, как те сразу оказывались у неё на голове, йогурты на лице, и проблема заключалась в том, что я не только перестала ими питаться, но эта смесь ещё и жутко воняла. Хотя её новое изобретение пахло вкусно. И после того, как она мне тоже предложила наложить его на лицо, я не смогла удержаться и всю оставшуюся маску съела.  Перекусив подобным образом, я собралась в университет. Сегодня была практика, и я должна была обследовать своего первого в жизни пациента. Увидев его, я настолько перепугалась, что у меня задрожало всё. Но я взяла себя в руки и попросила его высунуть язык.  Наверное, он боялся не меньше меня. Потому что исполнить просьбу с первого раза у него не получилось. Не смог он это сделать ни со второго раза, ни с третьего, стискивая челюсть, как парализованный, и пропуская через щель во рту лишь самый кончик. Подошёл профессор и спросил меня какой-то вопрос. Но мои нервы были настолько напряжены, что мозги не выдали ответа, и я прямо ему сказала: —  У меня паника, — и попросила его спросить кого-то другого. Но он не последовал моему совету, а когда я в очередной раз натянуто вежливо прошипела пациенту: — Вытащи свой язык, — профессор взял двумя руками его челюсть, открыл и вытянул застрявший, как я думала, там навсегда орган.  В это время мне захотелось треснуть долбанного недоумка в кресле по щеке. Так как на самом деле никакого усилия доктор не приложил. Можно сказать, под лёгким давлением его пальцев тот сам вывалил всё наружу.  После чего я наконец начала работу. Но профессор не отошел. Он стоял рядом и дышал буквально мне в щеку. Всё время. И тогда мне захотелось ударить его тоже. Педофил! По сравнению с ним я была ещё ребёнок!  И я в очередной раз твердо для себя решила, что замуж не выйду ни за что!  Но добил меня лаборант. Когда позвал зачем-то, грубо спросив: — Эй, ты, как тебя зовут? Он выкрикнул это так неожиданно, на весь кабинет, указав в мою сторону пальцем, что я вздрогнула.  — Кого? Меня? — прохрипела я, повернувшись и ловя на себе заинтересованные взгляды студентов.   — Да-да, тебя! — почему-то мой вопрос взбесил его ещё больше. Парень был короткий и пухлый, со всклоченными волосами и безумными глазами. В руках он держал ручку и бумагу.  —  Д... — растерялась я, забыв, как меня зовут. И первое, что пришло на ум после небольшого замешательства, это имя папы, которое я и произнесла, раскрасневшись, как помидор. Из под платка стекла на лоб капелька пота.  Лаборант смерил меня презрительным взглядом и ничего в листе не записал. Видимо понял, что на данный момент я не в себе. И это было отвратительно. Потому что окружающие тоже это поняли, противно захихикав и отвернувшись к своим пациентам.   «Не двигайся и они тебя не увидят», — посоветовал мозг, и я замерла на добрых пять минут. Ровно до окончания занятия.  Пациент, к слову, ко мне больше не вернулся. Наверно, я вела себя с ним не очень тактично и грубо. Потому что он был натуральный гад. Стоило профессору отойти, как его челюсти вновь парализовало, и нормально открыть их я так и не смогла.  «У меня будет мозоль в горле. Я слишком много сегодня орала», — посетовала я маме, когда кошмар закончился. А так же сообщила, что это был единственный мой клиент и других нет. Так как искать негде. Люди в студенческом городке и в общежитии уже шарахались от «голодных» стоматологов, которые приставали буквально к каждому в поисках очередной жертвы. Никому не хотелось подвергать опасности зубы, пусть и бесплатно. Но у меня и это не получалось. Подходить вот так к незнакомому человеку и предлагать свои услуги, как делали другие, было слишком. А ходить на занятия без пациента — бессмысленно, ведь началась практика, и каждый тренировался на своём. Делиться никто не собирался, а стоять и наблюдать, как коряво работает кто-то, было не вариант.   «Так бери с собой на улицу сестру, пусть она клиентов набирает», — посоветовала мама. У сестры не было проблем в общении. В отличии от меня она была стопроцентный экстраверт. Но её задницу так штормило из стороны в сторону при каждом шаге и даже стоя, что согласились бы на её предложение лишь озабоченные извращенцы. И тут мне пришла в голову гениальная идея: пустить рекламу на фейсбуке, где я бы описала все достоинства своих услуг без недостатков.