1

я хватаю его за рукав.совсем как несколько лет назад, когда он тащил в меня зоопарксмотреть на павлинов. вот мы - бесполые андрогины,приклеенные ровно по середине.с телами, сделанными на дешевой съёмной квартире из поддатливой глины бедным художником, умирающим от малярии.

со временем мы все больше напоминаем единое тело. если он целует женщину на последних местах вагона,то это общий опыт, а не измена.если он бьёт себя по лицу, то на мне вздуваются вены и вырастают порезы.нужно было привыкнуть к тому,что весь мир - только фон для пьесы,в конце которой мы окажемся одним человекомв ослепительно-белой рубашке.подобные платоновским душамв усовершенсвованной версии все в нас намного лучше и совсем не чувствует болипосле жизни, потраченной на упражнения по укреплению воли и внимания.он кидает мне в грудь кинжалы и никогда не промахивается,читает огромные книги по истории и географии, начиненные фактами.а потом приставляет лезвие к своей шее и спрашивает,как звали первого президента ирландии;я отвечаю на любой вопрос, потому что состою из его памяти и воспоминаний. мы переполнены жизнью,мы и есть жизнь в ужасных проявлениях насилия над собственном телом.сегодня он говорит, что вечер июня - отличное время для смерти,и я не задумываясь за ним следую,зная это самое правильное решение.