Глава 103. "Что ты хотел сказать мне, в чем признаться?"
3 декабря 2024, 12:06Глава 103. "Что ты хотел сказать мне, в чем признаться?"
Ноги не слушались его и Чжан Ци, помимо своей воли, подошёл к Хань Вэньчэну. Молодой человек с удовлетворенной и злорадной улыбкой посмотрел на него. - А теперь на колени перед своим императором! - Мой император - Цинь Шихуанди, - ответил Чжан Ци. - Правда? - усмехнулся Хань Вэньчэн. Одним своим взглядом Хань Вэньчэн заставил ноги мужчины подкоситься и, сам того не желая, Чжан Ци рухнул перед ним на колени. Хань Вэньчэн снова довольно усмехнулся: - Ну, А-Ци, так кто твой император? - Цинь... - Чжан Ци почувствовал, что слова застряли у него в горле и он начал говорить совсем не то, что думал: - Ты... Ты! Хань Вэньчэн звонко расхохотался. - Вот. Вот! Понял теперь, какова моя сила и кто твой истинный император? Встань с колен! Чжан Ци попытался встать, но не смог. Колени будто бы приросли к полу. Хань Вэньчэн хохотал до упаду, развлекаясь новой забавой. Ну как он это делает?! Что за магия такая? - Пёс... - проговорил Хань Вэньчэн. - Пёс. Ты всегда был псом. Только теперь ты мой пёс, - Хань Вэньчэн почесал его за ухом. - Чего ты добиваешься, зачем тебе все это? - Ничего. Просто развлекаюсь со своим псом. Продолжая улыбаться, Хань Вэньчэн схватил Чжан Ци за руки, поднял и усадил на кровать. - Слышал, ты снова с Бай Чжэнмином. - Да. Тебе-то что с этого? Чжэнмин мой любимый человек. А ты - просто моя игрушка. Сам разденешься или мне помочь? - Прекрати все это. - А-Ци, что прекратить? Мы же ещё ничего не начали. Руки Чжан Ци помимо его воли потянулись к одежде и, к своему стыду, он начал раздеваться. Хань Вэньчэн снова принялся хохотать. - Ну, хороший я кукольник? Как видишь, я научился управлять не только терракотовой армией, но и людьми. - Прекрати, пожалуйста. - Нет... Снимай с себя все-все. Вскоре Чжан Ци остался без ничего, сгорая от стыда и унижения. Обсидиановые глаза сжигали его заживо, казалось, они наполнились абсолютной чернотой. Толкнув его на кровать, Чжан Ци примостился сверху. Поймав губы Чжан Ци, он начал целовать и кусать их до крови. - Вэньчэн, что ты делаешь, мне больно! - Что не так, А-Ци, разве ты этого не заслужил? Их губы сливались в неистовом яростном поцелуе с привкусом крови. Не смотря на все это, Чжан Ци почувствовал, что по-прежнему любит этого человека. Любит таким, каким бы он ни был, и ничего не может с этим поделать. Зубы Хань Вэньчэна впивались в его шею и соски, кусая, будто бы он был голодным зверем. Чжан Ци издавал лишь глухие стоны, шепча: - Прекрати... Потом его руки потянулись к мучителю и обняли его за шею. - Вэньчэн... Мужчина уже не знал, Хань Вэньчэн заставил его сделать это, или он сделал это сам. - Уговоры не помогут, раздвигай-ка пошире ноги, Господин, как тебя там! - Ты мне мстишь... Хань Вэньчэн усмехнулся: - Нет. Ты просто моя игрушка. Чжан Ци почувствовал, как он входит в него, грубо, будто хочет разорвать, и вскрикнул от боли. - Что-то не так, А-Ци? - с издёвкой посмотрел на него Хань Вэньчэн. - Ты же солдат, а солдаты привыкли терпеть боль. Сегодня я буду всю ночь иметь тебя, как пожелаю, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Так что смирись и получай удовольствие. Чжан Ци снова вскрикнул, потому что боль стала нестерпимой. - Вэньчэн, пожалуйста... - Для тебя я не Вэньчэн, а император. Умоляй меня. Чжан Ци понял, что сопротивляться бесполезно - Хань Вэньчэн наполнился такой силой, что его невозможно было одолеть. Он закрыл глаза, то и дело вздрагивая и морщась от боли. Он слышал тяжёлое дыхание Хань Вэньчэна, который врезался в него все глубже. - Вот увидишь, скоро тебе понравится. Чжан Ци чувствовал себя таким беспомощным и униженным перед этим мальчишкой, что хотел провалиться сквозь землю от стыда. Ко всему прочему, на него начало накатывать неистовое возбуждение. - Хочешь кричать - кричи, - сказал ему Хань Вэньчэн. - Ну, что ты молчишь? Тебе же нравится то, что я делаю? Нравится, признайся? - Прекрати. - Прекратить? - в самый пик возбуждения Хань Вэньчэн вышел из него. - Ну что, останешься голодный? Чжан Ци захотелось от души врезать ему, но рука его так и зависла в воздухе, парализованная магическим взглядом Хань Вэньчэна. - Собираешься ударить своего императора, пёс? Умоляй меня, умоляй, чтобы я продолжил, если хочешь получить удовольствие! - Да пошел ты! - А-Ци... - лукаво посмотрел на него Хань Вэньчэн. - Я же шучу. Чжан Ци попытался встать, но Хань Вэньчэн снова пригвоздил его к кровати, схватив его ладони в свои и растянув его руки на подушках. - Так мне продолжить? Чжан Ци решил ему вовсе не отвечать и прикрыл глаза. Однако губы, не подчиняясь ему, разомкнулись и он сказал: - Да, да! Сделай это со мной... Хань Вэньчэн злорадно захохотал. - Мог бы сразу об этом попросить и я бы тебя удовлетворил. - Вэньчэн, у тебя начинается искажение ци, ты сходишь с ума... - Со мной все в порядке, переживай лучше за свое разорванное место, которое ещё долго будет болеть. Я спас твою шкуру от стражников, которые, если бы не я, давно бы увели тебя куда следует. И где моя благодарность? - Какой ты стал... - Какой? - Ужасный. Зубы Хань Вэньчэна снова впились в его сосок. Чжан Ци вскрикнул от боли, на глазах выступили слезы. - Вэньчэн... - Что? - посмотрел на него молодой мужчина. - Что ты хотел сказать мне, в чем признаться? - Ни в чем... - Хорошо, я буду милостив сегодня и продолжу. Чжан Ци не сдержал крика, когда он снова вошёл. Хань Вэньчэн продолжал крепко держать его руки в своих. Его толчки были частыми, глубокими, неистовыми. - Вэньчэн... - проговорил Чжан Ци. Из его глаз потекли слезы и он ничего не мог с этим поделать. Вскоре он начал привыкать к боли и только вздрагивал, когда Хань Вэньчэн делал особенно глубокие толчки. Неужели он любит вот этого человека? Этого демона в короне? Вскоре стало и больно, и хорошо одновременно. - Кричи, не сдерживайся, - шепнул ему Хань Вэньчэн. Изо рта Чжан Ци вырвался позорный крик страсти и удовольствия, который вытянул из него своей силой этот монстр. - Вэньчэн... - Тебе так понравилось, что захотелось ещё? - усмехнулся, глядя на него, Хань Вэньчэн.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!