24

Костька, видимо, был не таким уж слабеньким, каким казался – он очень быстро меня нагонял, так что у самых дверей своей комнаты я была им настигнута и крепко схвачена. - Только не бей! – я закрылась руками и прижалась спиной к своей двери, зажмурившись. Прощай, мир! - Не собираюсь я тебя бить! - Мам-ма! – снова запищала я от страха, рванулась и побежала прочь по коридору. - Да стой же ты! Ты все не так поняла! Карамелька! - Я не против! Честное слово, можете встречаться с Избранной, я ни в коем случае не против! Я благословляю вас обоих, только не бейте! – я съехала по перилам на лестничную площадку пониже, на следующую, добралась до первого этажа и, подгоняемая звуком быстрого топотка по ступеням, ломанулась в сторону выхода, мимо медпункта. - Стой! – у поворота к выходу, он все же настиг меня во второй раз и схватил так крепко, что я с отчаянием поняла, что все, песенка спета, занавес опущен. Прощай мир, дубль два. - Только не по лицу! – пискнула я, зажмурившись и сжавшись. - Да о чем ты вообще?! – Костя меня сильно тряхнул, голова опасно качнулась. Совсем как у тех собачек которых ставят в машинах у лобового стекла, чтобы они качали головами в такт кочкам. Кач-кач-кач. - Это она начала! Я не хотел ее целовать, слышишь? - Да-целуйся-на-здоровье-мне-что-ли-тебе-это-запрещать? – отбарабанила я, - отличная-же-девчонка-в-самый-раз-для-женитьбы-избранная-же-ну-чего-ты-а? - Да тебя я люблю! Тебя! Я открыла рот, чтобы что-то сказать, закрыла, подумала, снова открыла, покрутила головой по сторонам, закрыла, закатила глаза на потолок, еще подумала, снова открыла и закрыла рот. Потом резко опустила голову и сказала: - Кому проспорил? Костя беспомощно на меня взглянул и выпустил мои плечи. - Вовке. - Ясно. Можешь передать ему, что я поверила. И что он придурок. Не смешно ни разу, - я разозлилась, - Кость, не позволяй этому гаду так над тобой издеваться, слышишь? Твое дело, кому симпатизировать, а не его. И любить тоже надо по своей инициативе, не чужой. Радуйся, что это была я, мне уже сердце не разбить, оно и так разбито. Будь осторожней со словами, ладно?- Прости, - Костя стыдливо смотрел в сторону, сложив руки на груди, и кусал нижнюю губу. - Все нормально. Правда, нормально, - я рассмеялась, и похлопала Костю по плечу, - а Мадинка и вправду очень симпатичная. Не бойся, что она Избранная, отличная девчонка. - Но я правда не хотел с ней… - Верю. Я на будущее, - я хитренько подмигнула Косте, - куй, пока горячо. Я пойду, побегаю немного. - Хорошо. В лесу все те волнения, которые зудящими ранками покрывали все мое существо, исчезли. В волчьем теле не было этих проблем, была только я, ветер и лес. Сначала я прибилась к небольшой компании своих собратьев, но потом свернула к своему любимому озеру с принцем водяных. Мне пришлось сделать три круга вокруг водоема, пока он меня заметил и вылез на берег, мокрый, холодный и страшный, но очень одинокий и дружелюбный. Мы поздоровались, обменялись несколькими новостями из наших миров, я пожаловалась ему на Избранную и то, как она коллекционирует всех моих знакомых мальчишек. - Грустно, - прошептал принц, - это правда, грустно. - Ага, - я печально вздохнула и улеглась на камнях. - Но, может, ты могла бы с ней посоревноваться? – шепот парня меня успокаивал. - Если бы у меня была внешность, приятный характер, все возможные силы разных рас, внешность и связи, то еще могла бы. Но у меня нет ни внешности, ни характера, ни расовых сил, ни связей, - пробурчала я. Принц водяных был тем единственным, кому я могла жаловаться на все подряд. Иногда мне казалось, что ему все эти мои жалобы даже приятнее, чем все остальное. Он ими как будто питался. - Возможно. Но попытайся взять их силой, - шептал водяной, проводя скользкой ледяной ладошкой по моей шерсти, - ты сильная, Василиса. Если у тебя будет власть над Избранной, то и над ними тоже. Восхищение сильным соперником может потом стать чем-то большим. - Оно мне надо? - Не знаю. Но ты можешь это сделать. - Может и могу, а может и не могу… слушай, а что ты вообще думаешь о вампирах? - Ничего не думаю. Они просто есть, как и оборотни, и охотники, и Избранные. Меня они не колышут, - водяной коснулся пальцами моих ушей, и они рефлекторно дрогнули от льда его кожи, - когда соберешься умирать, то попроси тебя утопить, хорошо? Я был бы рад видеть тебя фрейлиной моей сестрички. - И крутить с фрейлиной шуры-муры? – хмыкнула я. Водяной тихо рассмеялся: - Можно. Если ты хочешь. - Можно. Если ты хочешь, - ответила я ему его же словами. Мы снова рассмеялись, я – с хрипловатым подрыкиванием, а он – тихо, словно слабый старик.- Да-а, забавно будет, - он взглянул на меня темными от воды глазами, - правящий принц и фрейлина его сестрички. - А фрейлина будет против, а принц все равно будет настаивать, а невеста принца будет что-то подозревать, - развила мысль я. - Свидания в ночном саду, - принц уже не сдерживал улыбки. Он еще помнил о земной жизни, - фрейлина-Золушка, танцы на маскараде. - Записки с розами. - Играть на одном фортепиано по ночам. - Потом фрейлина сбежит, а принц отречется от трона и последует за ней, и найдет ее горничной у своего старого друга. - И потом будет дуэль, - принц тихо рассмеялся, - это правда забавно. - Когда двум нелюдям нечего делать, - захихикала я, - ну, я попытаюсь утопиться, когда начну умирать, вот специально для тебя. - Спасибо. Я поплыл, у меня там подданные, - принц на прощание потрепал меня по загривку и нырнул в озеро. Я осталась задумчиво смотреть на стальную гладь мертвого озера с утопленниками. Грустно все это. Люди, которые после смерти не освободились, а остались жить в телах монстров. Охотники их уничтожают, они зачем-то сопротивляются. Пытаются быть живыми, хотя уже давным-давно потеряли тех себя, что были до попадания в тела волчат. А охотники убивают, убивают их, чистят землю от мертвых душ, живущих в телах волков, мертвецов, утопленников. Грустно. Правда, грустно. Я кое-как заставила себя подняться и побрела к особняку медленно, раздумывая и не замечая движения. Под лапами похрустывали сучки, и шелестели опавшие рыжие иглы. Когда Костя обнимал меня у лестницы, я ведь действительно тогда подумала, что ему нравлюсь. Хотя, тот его взгляд, снизу вверх, с моего плеча, он не жалобный и не грустный был. Он был пронзительным, чуть удивленным и заинтересованным. Точно. Если бы Костя меня любил по правде, разве стал бы он целоваться со мной при всех тогда, во время игры в «кис-брысь»? Конечно нет, это очевидно! А Женька, который всегда смотрел на меня с восторгом и так умильно просил списать, нравилась ли я ему, или ему нравились только мои конспекты? Земляничкин, сволочь, до сих пор не заметил моих по нему вздыханий! Я ощутила, как меня заполняет злой азарт. Не хотите меня любить – так я вас заставлю! Вы у меня все попляшете, вы все на колени встанете, дайте только сроку! Я расхохоталась. А при виде этой Избранной вас всех и подкосило, верно? Избранная, тоже мне, причина! Любить эту дуру, да как можно? Не прощу! А использовать ее можно, интересно? В качестве и хлыста, и пряника, пойдет. Взгляды Женьки, припирание к стене Земляничкиным, поцелуи после операции с Коськой, Мадина, а ты хитра! Я так весело разозлилась, что сорвалась с места и снова убежала в лес, взрывая лапами подгнивающую лесную землю. Принц говорил про силу, и я ее использую! Канари – не простой звук. Я докажу, что могу быть Канари всегда, в волчьем теле или человеческом. Сила, мощь, размах, все это в моей власти даже когда я – щуплая десятиклассница с широкими запястьями. Я замерла у дерева и вдохнула влажным черным носом воздух. Сила. Боитесь ли вы силы, дорогие мои мальчишки? Не хотите ли попробовать ее на вкус? К особняку я подобралась уже под утро – раньше никогда не прогуливала школу, а сегодня прогуляю. Не делайте как я, дети, учитесь всегда. - Василиса! – звонкий голосок Мадины долетел до моих ушей еще на краю поляны, когда я выбиралась из леса. Она стояла на пороге, кутаясь в коротенький халатик. Куда делись те длинные теплые брючки, которые я вытащила из самых низов кладовки? А свитер? Откуда взялись эти мини-шорты и обтягивающая майка? Мадина спрыгнула с крыльца и бросилась ко мне, обхватила меня за шею и принялась трепать по загривку: - Костя мне сказал, что ты – Канари, когда учил обращаться.

Женя

Слава

Земляничка

Мадина