Глава 34. Провал

Яркое и беспощадное солнце медленно поднималось над горизонтом. От ночной прохлады уже не осталось и следа, и если утром Кьяра еще могла переносить эту нескончаемую жару, то сейчас становилось все тяжелее… Спасала вода, окутавшая ее ноги почти по самое колено. Уже ничуть не тревожась о промокшей обуви и подоле платья, девушка не спеша собирала лилии в красивый букет.

Когда букет показался ей достаточно пышным, она подняла голову и отыскала взглядом принца. Эмин терпеливо ждал ее, сидя на песке рядом с конем. Старший принц выглядел задумчивым и отстраненным…

— Я действительно могу сорвать столько, сколько хочу? — уже в третий раз уточнила северянка, подойдя ближе к берегу оазиса.

Тогда принц перевел на нее задумчивый взгляд серых глаз.      

— Я ведь сказал — да. Пройдет всего каких-то три или четыре дня, и все эти цветы погибнут от палящего солнца, не стоит их жалеть. В вазе они всяко протянут дольше.

Кьяра задумчиво кивнула. Она обратила внимание — рядом с принцем на песке уже лежал букет собранных цветов. Вот только — для кого?

— Такая красота, и живет так мало?..

— Этим лилиям нужны недели обильных дождей, чтобы проснуться и расцвести. Это происходит даже не каждый год, сомневаюсь, что тебе удастся увидеть это еще хоть раз, если ты, все же, решишь добраться до дома, — усмехнулся старший принц. — Так что, нарви для себя столько цветов, сколько пожелаешь.

Кьяра кивнула. Когда она вдоволь налюбовалась красотой оазиса, принц бережно убрал цветы в подседельные сумки и помог Кьяре забраться на коня. На самом деле помощь Кьяре не требовалась — наездницей она была совсем неплохой. Попробуй уж не научиться езде, когда твоя жизнь на севере зависит от погони за диким оленем по глубокому снегу. Но не помочь Эмин не мог, Кьяра, в свою очередь, не могла отказаться, здесь, в стране песков, помощь была тем, что называлось «хорошие манеры». А уж у принцев манеры были ну просто замечательные.

— Спрячь лицо, тебя не должны тут видеть, — произнес Эмин, сев в седло позади Кьяры и направив коня прочь от оазиса. — Здесь часто ходят караваны, слух о расцветших лилиях уже пошел, нам встретится много людей.

Кьяра охотно укрыла лицо — куфия прекрасно спасала от пустынной пыли. Как Эмин и сказал — уже на подъезде к городу им начали попадаться направляющиеся в сторону пустыни люди — пешком или на конях.

— Они все едут посмотреть на лилии?

— Да. Их срезают, не трогая луковицы, чтобы у лилий был шанс расцвести еще хоть раз. Какая-то их часть целебна, и люди готовят из лилий снадобья.

— Снадобья?! — Кьяра сейчас же обернулась к принцу. — Лилии целебны?! Почему же вы мне не сказали раньше, я бы набрала втрое больше цветов!

— Ты ведь разбираешься в травах, — возразил Эмин.

— Да, в северных!.. Лилии не растут на севере! — возмущенно пробормотала Кьяра, на что Эмин лишь усмехнулся.

— Откуда же я мог знать? — насмешливо спросил он, и Къяре ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть. — Совсем никаких лилий? — уточнил принц спустя минуту езды.

— Совсем. Я вижу это красоту впервые в жизни, — подтвердила северянка, бросив взгляд в сторону седельных сумок, откуда выглядывали нежные белые и розовые лепестки. Во всех книгах, что ей довелось изучить, еще ни слова не попадалось про целебные свойства лилий. А значит, ей просто необходимы знания, хранящиеся в одной светлой голове… Осталось лишь найти к этой светлой голове подход, Яр совершенно точно не будет ничего рассказывать ей просто так. Затылком девушка буквально чувствовала задумчивый взгляд принца.

— В таком случае — какие цветы распускаются после сезона дождей на севере? — спросил он, как вдруг услышал тихий смешок.

— На севере? — Кьяра покачала головой. — На севере после дождей уже не растут никакие цветы. У нас это пора увядания. После буйного цветения приходит похолодание, цветы увядают, трава начинает желтеть, и… Господин Эмин, прежде я не задумывалась, но… — Кьяра осеклась. — Неужели в пустыне не бывает осени?..

В этот же момент Кьяра заметила, как Эмин заставил коня сбавить ход. Вместо галопа тот пошел легкой рысцой, и пустьгородская стена уже находилась в поле зрения — добираться до нее требовалось еще долгих двадцать минут. Неужели принц приструнил коня, чтобы лучше слышать слова северянки?

— Я знаю, что на север и на восток от моей страны смена сезонов выглядит куда более явно. Порой это заметно даже в Атааре — это наш самый северный и самый зеленый город. Но никогда во всей империи Эр-Нари не было холодно. Мы можем круглый год выращивать фрукты, овощи и полезные травы, ведь самой холодной может быть только ночь в пустыне.

Кьяра задумчиво опустила взгляд.

— Вы показали мне прекрасные цветы, которых я не видела никогда в жизни, — тихо произнесла девушка. — Хотела бы я вас отблагодарить, и показать вам осень…

Почему-то сердце болезненно сжалось. Кьяра почувствовала себя глупо — в этот момент она жалела принца. Жалела повелителя пустыни, потому что никогда прежде ему не доводилось переживать осеннюю пору! Да, он жил в мире, где никогда не бывает холодов и снегов, где круглый год можно выращивать еду! В стране, через которую лежал путь всех купцов и торговцев! Империя Эр-Нари была богата и величественна. А Кьяра сочувствовала принцу, прежде никогда не видевшему листопада.

— Вы и представить себе не можете, как это красиво. Приходят дожди, и с гор в долину медленно спускается туман, — начала девушка. — Трава блекнет, желтеет, а деревья… Листья на деревьях становятся желтыми. Красными. Багряными. Мой дом, он… Он находится на холме, откуда видно все мое поселение, видна вся долина, кусочек моря и окружающие нас горы. И каждое утро я могла смотреть, как раскрашиваются все до последнего зеленые листочки. Лес становится золотым. И только вечнозеленые макушки елей выглядывают из-за листвы. Да, осенью уже ничего не цветет. Но этот месяц или два — мое самое любимое время в году. Яркое буйство красок перед тем, как наступит долгая и бесконечно-белая зима, — мечтательно произнесла северянка, чувствуя, как сердце сжимается от тоски по родному дому, и для того, чтобы отогнать грусть, она вдруг чуть повернулась, вздернула подбородок и попыталась взглянуть принцу в глаза.

Эмин бросил на нее взгляд. Пусть куфия почти полностью прятала ее лицо, каким-то неведомым образом принц все-равно прочитал по голубым, как льдинки, глазам — Кьяра с вызовом усмехалась.

— Это в вашей безумно жаркой пустыне я чужая, неумелая, неповоротливая, и несмышленая. Посмотрела бы я на вас, южан, оказавшихся посреди заснеженного леса. Там я — другой человек.

Принц внимательно прищурился, не отводя взгляда от ее глубоких глаз.

— Другой? Еще более несносный, или, все же, наоборот? — с вызовом ухмыльнулся он.

Кьяра хмыкнула.

— Еще более, — вдруг заявила она. — В своей стране мне нечего бояться. Я слабая здесь — среди песков. Дома со мной мало кто может сравниться.

— С тобой? — Эмин фыркнул, а затем вдруг Кьяра почувствовала, как легко и бесцеремонно он перехватил ее руку и расположил у себя на ладони — рука принца по сравнению с маленькой ручкой девушки показалась огромной. — Кьяра, ты не единственная северянка, которую я встречал. Северяне крупные, сильные и выносливые. А ты — какая-то ошибка. Пока я нес тебя во дворец с рынка, я перебрал десяток известных мне рас, и северяне были последними в моем списке, пока ты не очнулась и не открыла рот.

Кьяра нахмурилась и упрямо вернула руку принца к поводьям.

— Сила измеряется не только в мышцах и размере рук, — ворчливо отозвалась девушка. — И мой дед по телосложению ни в чем не уступает Арвилю! Разве же моя вина в том, что я пошла в мать? И уж в чем я точно не виновата, так это в том, что несколько месяцев в плену я питалась водой и галетами, а ваша еда для меня слишком острая и пряная! — громко заявила девушка и замолчала.

На этом разговор закончился. Принц о чем-то задумался, а Кьяра начала перебирать в голове ругательства, пока не осознала — они уже подъезжали обратно к городским воротам. Тогда Кьяра решилась задать вопрос, что очень долго крутился в ее голове.

— Господин Эмин, у меня есть просьба, — произнесла светловолосая девушка, заставив принца удивленно вскинуть брови.

— Вот как? Ну и чего же ты еще хочешь?

Кьяра смутилась, потому как понимала — после очередной их перебранки принц с легкостью мог бы отказать, а она не смела бы возразить. Но все же, шанс, что выпал ей этим утром, был слишком соблазнителен… Слишком.

— Господин Эмин, можем ли мы проехать через базар? — тихо спросила девушка, затылком ощутив его внимательный взгляд.

— Может быть. Для чего? — сперва поинтересовался принц.      — Я бы хотела заглянуть в лавку с травами. Мне ведь нельзя покидать дворец, мне не хотелось бы упускать такой шанс…

Принц ответил не сразу. Какое-то время он размышлял, а Кьяра затаив дыхание, ждала. Она знала — младший принц Амиран не думал бы ни секунды, сейчас же повел бы ее на рынок, позволил бы заглянуть в каждый уголок и в каждую лавку! Но старший брат… С ним девушку связывали отношения иного характера. Не сосчитать, сколько раз он выводил Кьяру из себя, и сколько раз сама северянка доводила принца до ярости. Он вполне мог бы отказать, даже не задумываясь! Но вместо этого Эмин, почему-то, вздохнул и тихо произнес.

— Да, Кьяра, мы можем проехать через базар. А ты можешь мне обещать, что я не пожалею об этом решении?

— Я буду тише мыши, — ни секунды не раздумывая заявила северянка, но, к сожалению, она не имела глаз на затылке, чтобы увидеть, как снисходительно улыбнулся ей принц — он почему-то не верил.

Сам Эмин с трудом осознавал, что согласился на эту крошечную авантюру. Еще вчера он желал прогнать Кьяру прямо в пустыню за очередной ворох неприятностей, что принесла ее выходка! А сегодня он показал ей оазис с лилиями и согласился отвезти в лавку травника… И почему? Потому что принцу пустынной страны хотелось доказать, что юго-восток ничем не хуже севера? Или потому что хотелось заставить северянку поверить, что пустыня не так ужасна, как может показаться?.. Не дать северянке, влюбленной в горы и леса, увидеть чудо пустыни из миллионов лилий было бы глупой ошибкой. Поворачивая коня в сторону базарных рядов Эмин уже знал — Рэмма, уже наверняка хватившаяся Кьяры, устроит ему хорошую взбучку. Ей одной это было дозволено. Но разве не стоила того искренняя благодарная улыбка колючего северного зверька? Улыбка, которую принцу довелось увидеть впервые.

Лавка травника встретила их темнотой и навязчивым запахом лекарств. Ароматы миллионов трав переплелись друг с другом и смешались в один тяжелый дух. От него кололо нос, но северянка ощущала себя в лавке травника, словно в родном доме. Стоя в дверях, Эмин наблюдал, как девушка изучала засушенные пучки, открывала ящички с надписями. Пожилой владелец лавки не говорил ей ни слова — он стоял за прилавком и с задорной старческой улыбкой наблюдал, как девушка ловко изучает ассортимент — он помнил ее еще с предыдущего посещения, когда хрупкая белокожая рука опустила на его прилавок несколько пучков трав. Старик привык продавать товар лекарям или местным ведуньям. Снадобья попроще он делал и сам — продавал обычным жителям. Но эта девушка отличалась от всех его посетителей! Впрочем, ввиду последних событий он хорошо догадывался, кем была его гостья — после празднования о новой наложнице принцев судачил весь город.

Заметив в дверях высокую фигуру, прибывшую вместе с белокожей госпожой, он тут же столкнулся с внимательным взглядом пронзительных серых глаз. Тогда улыбка с лица старика исчезла. Он поклонился. Ниже, чем следовало кланяться знатным господам, и Эмин мысленно усмехнулся — старик был весьма смекалист. Спустя минуту Кьяра положила перед владельцем лавки несколько пучков трав. Старик бросил на них беглый взгляд.

— Госпожа, в прошлый раз вы интересовались северными травами, — начал он, тут же поймав на себе заинтересованный взгляд. — Я купил несколько пучков с проходящего через наш город судна, но я не так искусен, как врачи, и еще не успел понять, что приобрел. Это был интерес. Могу ли я просить вас взглянуть?

— Конечно, — Кьяра тут же оживилась, а лавочник, улыбнувшись, нырнул под лавку и достал сверток.

Разложив его на прилавке, он продемонстрировал Кьяре свою покупку. Маленькая тонкая женская рука скользнула по пучкам трав, пальцы терли листья, Кьяра внимательно изучала находку. Куфия скрывала ее лицо, но по голубым глазам было ясно — девушка улыбалась.

— Я хотела бы купить у вас все эти травы. Это дягель, вереск, листья морошки… — девушка перечислила еще несколько названий, с любовью поглаживая засушенные листья. — Если не уметь с ними обращаться — ничего путного не выйдет, вам будет выгодно продать их именно мне.

— Я не сомневаюсь в этом, госпожа, — мужчина улыбнулся, уложил к северным травам те, что Кьяра выбрала прежде, и протянул сверток девушке. — Подарок.

— Подарок?.. — растерялась Кьяра. — Ваш товар дорого стоит. Если это ваш хлеб, зачем вы мне его дарите?..

Почему-то старик растерялся, но прежде, чем он нашел, что ответить, на прилавок опустилась одна дорогая монета.

— Сделайте мне одолжение: я оплачу, а вы подарите подарки тем, кто в них нуждается, — произнес спокойный низкий голос старшего принца. — Надеюсь, этого вам хватит. Идем.

Эмин забрал сверток и, легко поймав пальцами край собственного кафтана, надетого на северянке, потянул ее прочь. Оказавшись на улице, Кьяра растерянно посмотрела на принца, и на то, как он спрятал сверток в седельную сумку к лилиям.

— Кьяра, будь добра, никогда не принимай подарки на базаре, не всегда это подарки от чистого сердца, — произнес принц.

— Я и не хотела, я готова была заплатить… — растерянно произнесла девушка. — Он меня узнал, да? И, кажется, вас тоже.

— Да, узнал. Поэтому нам стоит поскорее убраться, пока он не решил кому-нибудь растрепать, я не хочу внимания, — ответил принц, и протянул Кьяре руку, чтобы помочь ей сесть в седло, как вдруг что-то выпало из-за пазухи.

Присев, Кьяра подобрала маленький флакон из тонкого стекла, наполненный почти бесцветной жидкостью. В таком же флаконе прежде принц хранил абсолютно бесполезный отвар, что каждый день готовил для него предыдущий лекарь… Тот отвар был темным и пах десятком разных трав. Этот выглядел как чистейшая эссенция…

— Спасибо, — сухо поблагодарил Эмин, забрав флакон из рук Кьяры, и недовольно взглянул на порвавшуюся цепочку, из-за которой стеклянный сосуд и оказался на песке. — Это мне не стоит терять.

— Кажется, Яр хороший врач. Это лекарство, верно? Даже его внешний вид куда лучше предыдущего.

— К счастью я не имел возможности его проверить, — ответил Эмин и спрятал флакон в сумку к травам, после чего крепко застегнул ремешок. — Идем, Кьяра.

Девушка кивнула. Она протянула тонкую руку к луке седла, намереваясь взобраться на коня, как вдруг... Кьяра и осознать не успела, как сильные руки принца поймали ее за талию, оторвали от земли, словно легкое перышко, дернули в сторону, и вот она уже оказалась в тени крошечного проулка, утопая ногами в желтом песке улиц.

— Господин Эмин, что вы де… — воскликнула было Кьяра, едва осознав, где находится, но уже в следующий миг горячая рука принца опустилась ей поверх губ.

— Тихо, — шепнул Эмин.

Кьяра обескураженно застыла. Потребовалось время, чтобы осознать, что случилось, и где они теперь находились. Это был крошечный проулок между двух каменных домов. В отличии от улиц он не был вымощен камнем, а тень от зданий не позволяла прогреться песку под ногами до обжигающей температуры. Проулок был настолько узкий, что здесь свободно прошел бы лишь один человек некрупного телосложения, другим же пришлось бы поворачиваться, или вовсе протискиваться боком. И если Кьяра была хрупкой и изящной, то принца к подобным отнести было нельзя… Это на фоне громадного Арвиля и пары десятков натренированных стражников Эмин и Амиран особо не выделялись, но на фоне прочих они были выше и крепче. Особенно Кьяра ощущала это сейчас, когда высокая фигура принца буквально прижимала ее к стене из белого камня…

Кьяре пришлось задрать голову высоко наверх, чтобы увидеть лицо Эмина. Места было чертовски мало, принц находился слишком близко. Неприлично близко. И вряд ли бы он полез в эту щель без какой-либо причины, а уж тем более не закрывал бы Кьяре рот столь бесцеремонным способом. В голове девушки невольно всплыли воспоминания из пустыни. Она вдруг вспомнила, как жарко и душно было лежать на песке под накидкой, пережидая бурю. Она вдруг вспомнила, каким горячим был принц, когда она прятала лицо на его плече от страха перед песчаной стихией.

Девушка терпеливо молчала. Она видела взгляд Эмина, суровый и холодный, он был направлен куда-то на торговую улицу, принц чего-то ждал. Ждала и Кьяра, быстро смекнув, что в сложившейся ситуации ей не стоит даже пытаться искать повод для возмущений. Наконец мимо них проплыли несколько фигур, чьи лица были спрятаны под куфиями. Они шли не торопясь, словно пытались не привлекать внимание рыночной толпы. Кьяра заметила, как внимательно прищурился принц. Лишь после этого девушка решилась и мягко прикоснулась к его руке. Эмин, будто бы напрочь забывший о хрупкой девушке перед ним, коротко вздрогнул и опомнился. Он убрал ладонь от ее лица.

— Почему мы здесь? — спросила Кьяра. — Вы прячетесь от стражи Арвиля?

— С чего бы? — принц удивился. — Уж они-то мне явно не враги, очень даже наоборот.

— А с господином Амираном нам приходилось от них удирать.

— Потому что этот дурень забыл предупредить Рую о своем отсутствии и не желал получить лекцию о безопасности и десять лишних тренировок сверху, — принц фыркнул. — А ты побольше разговаривай, сдала мне братца с потрохами, теперь эту лекцию он прослушает от меня. Еще и тебя тогда прихватил в город!

Кьяра скривила губы.

— Ну, хотя бы меня не сдавайте. Ссориться с принцем Амираном я бы хотела в последнюю очередь, — вполголоса произнесла Кьяра, что заставило Эмина нахмуриться.

— Не понимаю, почему тогда со мной ты ругаешься абсолютно каждый раз?

— Так вы каждый раз выводите меня из себя!

— Как странно, я считал, что происходит ровно наоборот, — огрызнулся принц, а затем осторожно выглянул из укрытия.

— Вы не ответили, почему мы прячемся, — упрямо заявила Кьяра. — Если так и не расскажете — я выйду отсюда.

— А, вперед, — Эмин безучастно хмыкнул. — Вот тот человек как раз точит на тебя зуб, а я понаблюдаю за ситуацией.

Кьяра сейчас же притихла, и уже сама сосредоточенно выглянула из-за угла. О ком говорил принц она поняла далеко не сразу. Она видела людей в куфиях, ненадолго остановившихся перед какой-то лавкой, но совершенно не различала их лиц. Да и как, если были видны лишь глаза! Однако, присмотревшись, она стала улавливать в одном из мужчин смутно знакомые черты…

— Это же…

— Советник Даир, — подтвердил старший принц, а затем ухмыльнулся. — Очень хотелось бы знать, что он делает в моем городе, да еще и инкогнито. Такие люди не появляются среди горожан просто так…

— Как так? — уточнила Кьяра.

— На своих ногах. Знать его уровня не нуждается в походах по рынку, они передвигаются в паланкинах от дворца к дворцу, и не марают руки о деньги и торговцев — для этого есть слуги.

— Но вы же здесь тоже на своих двух, — напомнила принцу Кьяра, не сводя с фигуры советника внимательного взгляда.

— Ага, — подтвердил Эмин. — Сильно похоже, что я ни от кого не скрываюсь?

Осознав суть сказанных слов, Кьяра притихла. Принц выбрался в город в тайне ото всех, кроме главы собственной стражи. Принц был одет в самую простую одежду, стараясь слиться если не с горожанами, то хотя бы с низшей знатью, ведь никуда не спрячешь пронзительные серые глаза. Принц в последнюю очередь желал, чтобы окружающие знали, кто находится среди них. Того же желал и советник в темном плаще и куфии.

— Идет сюда!.. — вдруг шепнула Кьяра и вновь юркнула за угол, где они скрывались.

Эмин не пошевелился. Он размышлял. Наконец несколько фигур проплыли мимо них в обратную сторону, на этот раз их стало на одну больше.

— Кьяра, иди обратно в лавку травника и жди меня. Попробуешь бежать — бога ради. Только помни о пустыне и бурях, — хмыкнул принц, а сам подтолкнул девушку в сторону лошади, как вдруг Кьяра крепко впилась пальцами в рукав его плаща.

Принц удивленно посмотрел вниз, и тут же столкнулся взглядом с пронзительными голубыми глазами. Кьяра смотрела на него уверенно и сурово.

— Я иду с вами, — заявила она. — Проблем от меня не будет.

В ту же секунду Кьяра услышала абсолютно неразборчивую брань на южном диалекте. Эмин посмотрел в сторону удаляющихся фигур, затем вновь на Кьяру, а потом, обреченно вздохнув, перехватил руку девушки и крепко сжал ее ладонь в своей. Времени на раздумья не было.

— Если оплошаешь — это будет последний раз, когда я тебе поверил, — предупредил принц, и потянул Кьяру за собой вглубь рыночной толпы.

Девушка бросила обеспокоенный взгляд на их сцепленные руки. Ладонь принца была обжигающе горячей, и Кьяре казалось, что от этого ей становится еще жарче в и без того невыносимо жарком пустынном городе, но вырывать руку она не стала. Почему-то Кьяра знала — Эмин ее руку не отпустит.

К удивлению принца Кьяра бесшумно следовала за ним, не отставая ни на один шаг. Она буквально предугадывала каждое его действие — останавливалась, уходила в сторону или пряталась с краю от прилавка. Кьяра была словно крошечный северный зверек — маленький юркий хищник с белой шубкой. Когда-то послы с северных стран подарили императору Селиму белоснежную мантию из десятков шкурок, и долго рассказывали об удивительном маленьком хищнике, вот только Эмин никак не мог вспомнить его название… Да и голова принца в тот момент была забита совсем иным.

Фигуры, следующие сквозь рыночную толпу, уходили все глубже и глубже в рабочие кварталы. Здесь рынок, окружавший дворцовую стену плотным кольцом, приобретал совсем иной окрас… Все реже встречались лавки с украшениями и тканями, все чаще — лавки с едой, специями, фруктами. Стали попадаться кузницы, затем мастерские, откуда-то донесся запах дубильни. Да и люди на рынке стали совсем иными — в части базара, расположенной рядом с воротами, встречались знатные люди, дети из знатных семей, серые глаза не были там чем-то удивительным. Здесь же Кьяра начала ловить на себе взгляды прохожих — горожане были одеты проще, чаще они были заняты работой, нежели покупками, да и толпа поредела…

Фигуры впереди внезапно остановились. Начали о чем-то говорить. А затем — оглядываться…

— Сюда! — вдруг сама того не понимая шепнула Кьяра, и потянула принца в сторону такого же проулка, разве что чуть менее узкого, чем предыдущий.

Принц послушался, и, оставшись незамеченными, они вдвоем юркнули в укрытие. Кьяра ощущала азарт. Пользуясь своей хрупкостью и незаметностью, она решилась посмотреть из-за угла за тем, что происходит на улице. Фигуры все еще о чем-то тихо переговаривались, но Кьяре было чертовски плохо их видно, и абсолютно не слышно — мешал стук, доносившийся из лавки. Прямо перед носом Кьяры располагался магазинчик, где измельчали травы, специи и орехи для приготовления приправ и сладостей. Пять или шесть ступ были наполнены различными ингредиентами, а огромные песты обрушивались сверху, измельчая продукты в пыль и порошок. Где-то чуть поодаль шуршали каменные жернова, перемалывая орехи и зерно для масел и муки. Протяни Кьяра руку — она с легкостью коснулась бы спины одного из работяг — он-то и перегораживал северянке вид. Девушка с трудом отслеживала действие фигур в темных мантиях.

— Они все еще стоят на месте, — сообщила она Эмину. — Вы уверены, что тот человек — советник Даир?

— Его рожу ни с чем не перепутаю, — с неприязнью фыркнул старший принц и прочистил горло.

— Но рожи там и не видно, — ответила Кьяра. — Как я понимаю, вы питаете к нему такую же неприязнь, как и я. Этот человек опасен?

— Для тебя не особо, ему запрещено появляться в моем дворце после выходки с тобой. А для меня и Амирана — вполне.

— Чем? Разве вы не вторые после императора по значимости во всей империи?

— Так-то оно так, — согласился принц. — Но это еще ничего не значит. Вроде бы ты упоминала, что твой дед — глава твоего поселения? Скажи, был ли хоть один человек, что хотел бы занять его место?

— Конечно нет, дедушка был самым достойным, — ответила Кьяра. — Он силен и мудр, все прислушиваются к его решениям.

— В таком случае, ты не поймешь того, что происходит у власти, — Эмин грустно усмехнулся и тихо откашлялся, но Кьяра не собиралась сдаваться.

— Попробуйте мне объяснить, пока нам не пришлось преследовать Даира дальше. Он все еще чего-то ждет.

Эмин сосредоточенно вздохнул.

— Не всегда страной правит мудрый и достойный человек. Я повидал десятки тупейших королей, упивающихся властью и деньгами, пока их подданные умирали от голода и болезней. Реальная власть порой находится в руках тех, кто стоит в тени — у советников. Имея достаточно рычагов, легко можно сделать правителя своей марионеткой, получив власть над всей страной, а вместе с властью — богатства, уважение… К сожалению для некоторых — мой отец достаточно умен, чтобы самостоятельно управлять страной, но даже он не может противостоять некоторым людям, что по статусу ниже… А к сожалению для меня — отец слишком доверяет Даиру. Этот тип слишком близко подобрался к трону, — Эмин вновь откашлялся, но на этот раз громче.

— Слишком близко? Насколько?

— Госпожа Хатэм, нынешняя жена отца, родная сестра советника, а значит вся ее семья породнилась с императором. Включая Даира, — хрипло ответил принц. — И это чертовски плохо, потому что я не смогу так просто избавиться от него, когда займу место отца.

Кьяра задумчиво поджала губы. Не сводя взгляда с фигур вдалеке, она размышляла о том, каким сложным было устройство этой страны. В ее родном поселении не было никаких тайн и дворцовых игр, был один сильный человек, чьему решению добровольно подчинялись все люди, чтобы выжить в сложные времена. Вот и все.

— Вы в порядке? — спросила Кьяра, когда вновь услышала кашель и хриплый вдох за своей спиной, но принц не ответил, лишь приблизился к девушке, чтобы тоже выглянуть из укрытия — так северянка решила.

Фигуры в темной одежде по-прежнему чего-то ждали и переговаривались. Эмин приблизился сильнее, от чего Кьяра ощутила на себе вес его тела.

— Не выглядывайте так сильно, вы заметнее меня! — возмутилась девушка, стараясь не упускать из вида фигуры, которые вдруг развернулись и направились обратной дорогой, прямо в их сторону. — Господин Эмин, он идет сюда!.. — прошептала северянка, и, наконец, обернулась.

В тот момент Кьяра осознала, что происходило. Осознала, почему принц не отвечал, почему она все яснее и яснее ощущала вес его тела на своем... Эмин с трудом опирался рукой на каменную стену дома. В тот момент ему было абсолютно наплевать, что советник Даир возвращался по дороге в их сторону — ему было плевать на все. До побелевших костяшек он стискивал воротник своей рубашки, с огромным трудом он делал каждый вздох, и лишь по закрытым глазам и нахмуренным бровям Кьяра поняла, каких усилий Эмину стоило сохранять спокойствие в этот миг: принц вновь задыхался прямо на ее глазах. И чем больше времени проходило — тем труднее было вздохнуть.

— Господин!.. — растерянно воскликнула северянка в панике и растерянности уставившись в его медленно бледнеющее лицо. — Что с вами?!

Эмин едва приоткрыл глаза, уставившись куда-то в пустоту. С его губ сорвался хриплый вдох, его ноги подкосились и он почти рухнул на песок — маленькая Кьяра успела подставить ему плечо, пока принц вновь не взял себя в руки и не оперся о стену.

Уже в следующее мгновение Кьяра начала лихорадочно оглядываться по сторонам. Ситуация оказалась непростой. Они по-прежнему стояли в крохотном проулке между лавкой, где измельчали травы, орехи и специи, и лавкой с фруктами, и, несмотря на попытку спрятаться, были чересчур заметны для проходящих мимо людей. Советник Даир приближался. Принц с каждой секундой задыхался сильнее, но почему?.. По какой причине?! Он с шумом ловил ртом горячий пыльный воздух рынка. А во взгляде серых глаз все яснее читалась нарастающая паника…

Кьяра огляделась. Понимая, что времени мало, она схватила принца за руку и дернула вглубь узкого проулка, туда, где их хоть немного скрыла бы тень, и Эмин послушно последовал за северянкой. Головой он прекрасно понимал, в какой оказался ситуации — мозг прекрасно соображал, и буквально заставлял ноги передвигаться, следовать за крошечной северянкой. Но тело почти не слушалось — каждый вдох давался все с большим и большим трудом. Им удалось уйти глубже на несколько метров прежде, чем ноги отказались идти и принц сперва привалился плечом к стене, а затем медленно опустился на горячий песок. Здравый рассудок уступал место панике. Воздух в его легких кончался.

Кьяра испуганно упала перед принцем на колени. Привалившись спиной к стене, он сжимал в кулак воротник одежды, силясь оттянуть ее от горла, каждый вдох отзывался хрипом. Серые глаза Эмина сосредоточенно блуждали по сторонам: неожиданно оказавшись в страшной и безвыходной ситуации принц отчаянно искал решение, но никак не мог его найти!..

— Я прошу, скажите, что с вами?! — голос Кьяры буквально ворвался в сознание, получилось сфокусировать зрение на ее голубых глазах.

На лице северянки читались испуг и паника. Затем она огляделась по сторонам и вдруг приблизилась к принцу, вдруг обняла его за шею и спрятала его лицо — темные фигуры, почти не обратив на них внимания, прошли мимо… Мало ли на улицах бедняков?..

Кьяра чувствовала страх. Еще пару минут назад они вдвоем ловко выслеживали советника, намереваясь узнать о его планах, а теперь принц вновь задыхался на ее глазах! Как и в тот день, в коридоре особняка советника Шерхама, он с трудом втягивал воздух в легкие. Было лишь одно отличие — в тот раз принц и вовсе не дышал… Медлить было нельзя.

Кьяра отстранилась от Эмина. Она не удивилась, когда поняла, что ее попытка спрятать лицо наследника империи не вызвала никаких эмоций — принц был целиком и полностью сосредоточен на попытке усмирить собственный организм, и плевать он хотел на северянку. А значит, не стоило спрашивать и его разрешения на созревший в голове единственный план спасения… Кьяра заключила в ладони его лицо и не без труда заставила Эмина посмотреть ей в глаза.

— Я сейчас вернусь. Вы слышите? Я вернусь. — отчеканила Кьяра, вскочила на ноги и ринулась прочь.

Не было времени размышлять о том, что подумает о ней принц. Времени не было вообще ни на что, кроме одного — срочно надо было действовать! Люди вокруг почти не замечали, как маленькая юркая фигурка буквально проскальзывает мимо них. Кьяра не бежала, она буквально летела! Пытаясь проследить за Даиром, они с принцем потратили пятнадцать минут медленным шагом. Значит бегом она справится за пять, а если постарается, то и меньше. Цель была проста и находилась в подседельной сумке коня. Снадобье, что приготовил Яр… Как же вовремя она о нем узнала! Как же вовремя увидела, как принц убирал склянку с лекарством туда же, куда убрал купленные северянкой травы… А если бы он не выронил лекарство? А если бы Кьяра это не увидела?! Северянка была уверена — по пути она точно перегнала фигуру в темном одеянии, а возможно даже отпихнула его в сторону, но сейчас ей было абсолютно плевать — лишь бы никто не бросился в погоню.

Конь испуганно заржал, когда Кьяра ураганом налетела на него и запустила ладонь в сумку, мгновенно нащупав стеклянный флакон на самом дне. Секунду девушка потратила на размышления о том, как вернуться обратно. Решение оставить коня было правильным — бог знает, сколько времени его огромная неповоротливая туша пробиралась бы через рыночную толпу! А маленькая Кьяра, приученная бегать даже по заснеженному лесу, была куда быстрее.

Не было времени переводить дыхание. Сжав в руке лекарство, она стрелой бросилась обратно — ее сердце колотилось как бешеное, тело горело от бега под палящим солнцем и духоты. Но она не обращала никакого внимания… Толпа людей, прилавки, городская стража, все эти преграды не имели для нее никакого значения — она неслась вперед, то сбивая людей с ног, то просачиваясь сквозь массу народа. Она боялась. А что, если кто-то заметил принца? А что, если он уже совсем не может дышать?!

К ее безумному облегчению принц по-прежнему находился там, где Кьяра его и оставила. Он сидел на желтом песке, одной рукой подперев голову, а второй по прежнему с силой оттягивая высокий ворот рубашки. Он побледнел, на лбу выступил холодный пот, было видно, как дрожат его напряженные руки. Кьяра хотела бы вздохнуть с облегчением, но еще было рано — она упала перед Эмином на колени и вновь заглянула в его лицо. В тот же миг в серых глазах принца мелькнуло искренне недоумение. Казалось, он и не верил, что северянка вернется. Кьяра откупорила склянку, прижала к его губам, заставила принца запрокинуть голову и выпить содержимое, а потом… Потом оставалось только ждать. Долго и мучительно ждать. Сперва Эмин закашлялся, с трудом проглотив содержимое сосуда, а затем с еще большим хрипом втянул воздух. Окончательно растеряв все силы, Эмин наклонился вперед и уткнулся лбом в ее худое плечо. Северянка замерла. Она готова была не шевелиться и полчаса, и час, если только ее опора поможет принцу прийти в себя, а пока она оглядывалась по сторонам, боясь что кто-то может их заметить.

Наконец, когда она сделала все от нее зависящее, Кьяру одолели эмоции — ее руки задрожали, а к горлу подступил ком. От страха ее тело бросило в холод, она в напряженном ужасе перевела взгляд на принца. Его тяжелое горячее дыхание ощущалось где-то на ключицах, его темные волосы щекотали лицо. Кьяра невольно подняла трясущуюся ладонь и опустила на его макушку.

— Вам… Вам становится лучше?.. — спросила она дрогнувшим голосом спустя пять бесконечных минут, но принц ничего не ответил.

Кьяра нервно проглотила слюну. Только сейчас она осознала, как запыхалась от бега, как растрепались ее волосы и сбилась куфия. Почему это произошло с принцем вновь? Что стало причиной состояния Эмина? Он ничего не ел и не пил! Но выглядел ровно так же, как и в тот день в доме советника Шерхама. Ну, может лишь чуточку лучше? В этот раз он мог хоть сколько-нибудь дышать…

Казалось, время тянулось бесконечно долго. Вслушиваясь в каждый вдох принца, мысленно северянка молилась всем своим богам. Как бы сильно старший принц не раздражал и не выводил ее из себя, Кьяра вовсе не желала ему смерти… Более того, она даже не представляла, что будет делать, если окажется с трупом наследника империи на руках! Буквально умоляя лекарство Яра подействовать поскорее, девушка устремила взгляд в сторону рынка. Кусочек дороги виднелся сквозь узкую щель между домами, где они прятались с принцем. Там ходили люди, шумела работа, стучали ступы, шумели жернова…

Рука принца вдруг коснулась головы Кьяры. Вздрогнув всем телом, она вновь взглянула на его макушку, и лишь сейчас, спустя долгих двадцать минут осознала, что его дыхание стало легче…

— Вы дышите?.. — воскликнула она, но вместо ответа услышала лишь тяжелый шепот.

— Отвернись от дороги, Кьяра… Не показывай свое лицо, пока я не способен тебя защитить, — с трудом прошептал принц, и наощупь натянул на ее голову сбившийся платок. — Тебя знает весь город…

Кьяра растерянно кивнула. Еще несколько минут принц медленно приходил в себя — он все еще хрипло дышал, но на этот раз глубже, спокойнее. Теперь он мог говорить.

— Нужно убраться от сюда, быстро, — прошептал он едва слышно, и прежде, чем северянка успела возразить, он попытался встать на ноги.

— Вы еще не пришли в себя! — воскликнула девушка, и, хоть Эмин не просил, поднырнула ему под плечо, стараясь поддержать, но получилось плохо, для нее рослый натренированный мужчина был слишком тяжелым.

Принц опирался на стены.

— Не важно, идти уже могу, — с трудом произнес он, и двинулся в противоположную от рыночной улицы сторону.

— Но мы пришли оттуда! — вновь попробовала возразить Кьяра, однако принц мотнул головой.

— Туда мне нельзя, — твердо ответил Эмин, и сделал шаг, стараясь как можно меньше опираться на Кьяру — все его тело буквально взбунтовалось: голова кружилась от долгого недостатка воздуха, руки дрожали, ноги едва ли слушались. В глазах все плыло.

— Вы с ума сошли! — воскликнула северянка. — Почему вам спокойно не сидится?! Дайте лекарству подействовать! Сейчас же остановитесь!

— Не дам, — возразил принц полушепотом.

— Вы что, издеваетесь надо мной?! — совсем опешила Кьяра, услышав столь твердый и решительный ответ, но принц с трудом и явным раздражением в голосе пояснил.

— Если оно подействует окончательно, ты в жизни не дотащишь меня до дворца!.. — на длинную и громкую фразу ушло больше сил, чем Эмин рассчитывал, в голове что-то загудело и он, зажмурившись, привалился плечом к стене и на мгновение остановился.

Кьяра растерянно уставилась на Эмина снизу вверх. Она быстро смекнула, что Яр не только приготовил лекарство, способное помочь принцу, но еще и предупредил о побочных эффектах. Несмотря на то, что дышать было все еще тяжело, а тело едва ли слушалось старшего наследника, он упрямо продолжил следовать к оставленному у лавки коню, а северянка всеми силами старалась ему помочь.

— Об этом можно было сказать и сразу, — голос Кьяры донесся словно из-под толщи воды, принц перевел на девушку взгляд и увидел в ее глазах панику и испуг. — Эй, вы… Господин Эмин! — воскликнула она, но принц сперва не понял, почему Кьяра вновь так испугалась. — Эмин! — вновь прозвучал ее звонкий голос, и собственное имя оказалось последним, что принц услышал. Дальше наступила лишь кромешная тьма.