Глава V. Наставление

Сидя на кухне и выпивая сладкий чай с блинами, я слушал новости, которые транслировались по телевизору. Сделав глоток чая, я услышал стук. Встав с места, я тихонько подошёл к двери. Стук повторился. Я раскрыл дверь и спросил:- Да?- Мухаммад. Мархаба, ахи. Это я, Рахим. Улыбнувшись другу, я протянул руку и поздоровался с ним. Пройдя на кухню, я налил Рахиму чай и поставил рядом тарелку с блинами. - Спасибо. Как ты?- По воле Всевышнего. Ты как?- Так же. Слышал, Сааду руку ампутировали?- Да, знаю. Как он?- Плохо. Места себе не находит. Я утром был у него, сказал ему, что загляну к тебе и он...- Что?- Он сказал, передай Мухаммаду, чтоб его язык был проклят. - Хм... В Исламе проклинать большой грех. Передай это ему. - Я ему уже передал, что он идиот. Что у вас стряслось? К чему такая ненависть?- Я лишь хотел помочь ему, а он злился на меня и вот. Не знаю, теперь все свои неудачи на меня валить будет. - Скажи лучше, откуда о его делах знал?Замерев, я посмотрел на тень Рахима. Друг сидел ровно и внимательно смотрел на меня. - Значит, чувства меня не подвели? Саад - вор, да?- Ну, есть немного, махинации крутит. Ты как узнал?- Не знаю... - Ты младше него, Мухаммад. Тебе не стоит лезть туда, что тебя не касается.- Разве исправить ошибку, это не верно?- Смотря кому. Да и что ты исправил? Назвал его лгуном и вором? Это исправление?- Я не знал как быть, вот и...Не успев договорить, я почувствовал отвратительный запах. Меня резко начало тошнить. Закрыв ладонью нос и рот, я еле произнёс:- Фу! Что это? - Что случилось? - спросил удивлённо Рахим. - Блин, тебе плохо?Друг подскочил с места и попытался выпрямить меня. Но вонь стала ещё сильнее. Отвратительный запах какой-то гнили исходил прямо от Рахима. Понимая, что я вот-вот вырву на друга, я оттолкнул его и подбежал к кухонному окну. - Рахим! Что с тобой? В чём ты вымазался?- Я?!? - удивлённо спросил друг. - Ты чего? Я утром купался.- От тебя воняет, просто невыносимо воняет.- Да ладно? Чем?- Ты нюхал, как пахнут сдохшие животные?- Нет, я этим не занимаюсь.- Но от тебя пахнет именно так. - Саад был прав, когда сказал, что у тебя с головой что-то не так. Больше ничего не говоря, Рахим покинул мой дом. Я ещё пару минут пытался вдыхать свежий воздух. Наконец-то поняв, что мерзкий запах покинул комнату, я направился во двор. Спускаясь по ступенькам, я почувствовал приятный аромат. Улыбнувшись, я произнёс:- Майсун?- Как тебе это удаётся? Я молчу, думаю, почувствуешь меня или нет.- Я тебя всегда чувствую.- Как это приятно слышать. А ты куда?- Я просто, во двор. Хотел до пляжа пройтись. Я так давно не плавал.- Можно я с тобой? Я переживаю за тебя Мухаммад. Разреши помогу тебе, но не принимай это за унижение или ещё...- Нет - нет. Я тоже понимаю, что без помощи дальше своего подъезда уйти не могу. Майсун взяла меня за локоть, и мы направились к пляжу. Всю дорогу мы с Майсун беседовали, мне было приятно слушать приятный и слегка писклявый её голос. Я не мог видеть Майсун, но зато, находясь с ней рядом, мне было приятно. Наконец-то дойдя до пляжа, мы сели на песок. - Что тут? Опиши мне.- Люди бегают. Чуть дальше женщины сидят с детьми. Хочешь, пошли я тебя к воде отведу?- Буду благодарен. Майсун взяла меня за руку и повела к воде. Я не раздевался. Был в своей майке и шортах. Майсун всегда носила хиджаб. Зайдя по колено в воду, я не мог остановить свою улыбку. Мне безумно хотелось нырнуть, но я не рисковал. Майсун начала брызгать на меня водой и смеяться. Я стоял один, пытаясь брызнуть на её силуэт, но она быстро отбегала. Играясь с ней, я увидел, как Майсун замерла и подошла ко мне ближе. Крепко схватив мою руку, меня словно ток ударил, я был так счастлив. Но грустный голос Майсун изменил моё настроение.- Пошли, надо уходить... - шёпотом произнесла она.- Как? А что случилось?- Люди на нас смотрят, не все знают, что ты слеп Мухаммад, меня могу не понять просто. - Ну и плевать. Ты же знаешь, твои родные знают. Самое главное, что Бог знает, Майсун. - Да, но этого не знают те женщины, которые уже сверлят нас недовольным взглядом. Они знакомые моей мамы, мне не нужны проблемы. Давай уйдём. - Ну, хорошо, пошли. Прижавшись к руке Майсун, я двигался за ней. Я взял в руки обувь и шёл за Майсун молча не зная, что сказать. Вдруг мимо нас прошли две девушки, судя по голосу юные, и крикнули:- Хоть бы ночи дождалась, ха-ха-ха!Я резко развернулся. Майсун тут же меня отдёрнула:- Не надо, Мухамм. Лучше быстрее уйти.- Кто это такие? Что они себе позволяют?- Это с моего университета девушки. Давай быстрее уйдём. Продолжая идти за Майсун, я оглядывался по сторонам. Тут Майсун замерла и зажала мою руку сильнее.- Что такое? - спросил я.- Сейчас мимо этих женщин пойдём, если они что-то скажут, не вздумай отвечать им. - Хорошо...Медленно идя за Майсун, я держал голову ровно. Увидев несколько силуэтов сидящих на земле, я услышал, как женщины шепотом говорили друг другу: - Совсем совесть потеряла. - С мужиком публично резвиться! Даже не стыдиться, что знаем мы её!Я остановился и развернулся к сидящим женщинам.- Мухаммад! Пошли, не смей! - выкрикнула Майсун, дергая меня за руку. - Да кто вы такие, чтобы судить нас? - недовольно обратился я к женщинам.- Да кто вас судит? Постыдился бы лучше! - выкрикнула кто-то из женщин.- Стыдитесь вы, что на добро злым словом говорите. Вы обязаны тысячу раз оправдать братьев и сестёр своих прежде, чем осудить их в чем-то. - Не надо, ахи, пошли от них! - недовольно сказала Майсун и потянула меня вперёд. Женщины больше ничего не говорили. Мы шли молча. Зайдя во двор, Майсун села на скамейку и заплакала. - Ну, зачем ты? Не плачь сестра. Ты бойся того, что Бог увидит, а не того, что люди скажут. Сплетни - это быстротечная река, и если это слух, то река вскоре пересохнет. - Тебе не понять, Мухаммад. Слухи способны уничтожить жизнь девушки, превратив её в бесконечные слёзы. - Майсун, бесконечные слёзы могут быть у меня. Потому что я наказан Свыше. А тебе за что плакать? За то, что помогаешь мне? Тогда ты глупая, если за добро, ты будешь винить себя.- Я очень хочу помогать тебе.... - Правда? - улыбнулся я.В этот момент, нас прервал женский крик соседки Камран:- Майсун, поднимайся, бегом ко мне! - Иду сестра! Всё Мухаммад, мне пора. До встречи. Я даже ничего ответить не успел, Майсун подскочила с места и убежала. Поднявшись домой, я зашёл в свою комнату. Проходя мимо своего окна, я направился к столу. Нащупав на столе лист бумаги и карандаш, я сел на стул и задумался. Ударяя постоянно карандашом по листу, я вспомнил красивый вид пустыни. Будучи зрячим, я часто любил пропадать в пустынях с друзьями. Набросив пару эскизов, я закрыл глаза и, представляя прекрасные барханы, постарался нарисовать их.Рисуя без остановки и спеха, я вспоминал как выглядела наша пустыня во время заката. Оранжевое солнце, теплый ветер, и тишина. Наслаждаясь воспоминаниями, я старался передать всю эту красоту на листе бумаги. - Мухаммад, сынок, иди, поешь - раздался мамин крик из кухни.- Сейчас, мам. Отложив карандаш на стол, я встал с места и подошёл к окну. Аккуратно прислонив лист бумаги к стеклу, я поднял его вверх, напротив своих глаз. Яркий свет начал мелькать и в центре этого света раскрылся чёрный цветок. Его стебли подобно змеям, расползлись по всей бумаге. Сплетаясь в разные узоры, я начал видеть очертания своей картины. Пески, барханы, закат. Всё это было столь красиво, что я наблюдал за этим явлением с огромным наслаждением. Казалось, что пески пустыни двигались и сыпались куда-то вниз. Рассыпавшись в углу рисунка, пески стали изображать какой-то текст. Наблюдая за песочной надписью, я прочёл:« Кто ядом своё тело травит, тот не боится рока. Он двери Рая закрывает, ступая к аду ненароком». Пытаясь понять, к чему была эта надпись, я отложил лист бумаги и побежал на кухню. Сев за стол, я почувствовал запах, который исходил от стола. Мама поставила что-то на стол, по звуку мне показалась, что это был графин с соком. Внимательно смотря на силуэт мамы, я спросил её:- Как себя чувствуешь?- Я? - удивлённо переспросила, мама. - Да, хорошо. Почему спрашиваешь?- Мам, на столе что? Соусы стоят? Это, наверное, вредно для организма. Давай, не будем их есть? На кухне находился брат, который что-то полоскал в раковине. Не дожидаясь маминого ответа, брат произнёс:- Мухаммад, тебя что-то беспокоит?- Нет. Просто, я думаю, что это яд для нашего организма. - От соусов ещё никто не умер. - Но это постепенная смерть, благодаря этим химикатам, мы умираем постепенно. - Мухаммад, с кем ты общаешься в мечети? - недовольно спросил брат.- Что?! Ты что такое говоришь? Я ни с кем там не общаюсь!- С тех пор как ты зачистил туда, ты стал странным. То друзьям что-то внушаешь, сейчас в пище яд видишь. Что с тобой происходит? - Зачем ты так, Раад? Я стараюсь как лучше сделать... Почему меня все за сумасшедшего считают? Вам проще признать, что я болен, чем поверить моим словам?Брат тяжело вздохнул и отошёл от стола. Я сидел в обиде, понимая, что уже начинаю напрягать и родного брата. Мама, ничего не говоря, подошла к столу и, забрав все соусы, сказала: - Ничего. Если ты думаешь, что это для нас опасно, то я верю тебе. Будем без соусов. Раад, позови отца, садитесь кушать. Брат резко вышел из кухни. И снова среди всех, даже среди самых родных, понимающей остаётся только мама. Чем больше дней проходило, тем больше я понимал, как всё-таки много значит для нас мать. Доев плов, я поднялся с места и направился к своей комнате, как вдруг кто-то постучался в дверь. Раскрыв её, я услышал, как со мной поздоровались. По голосу я сразу узнал своего соседа Расула. Это старший брат Майсун, ему двадцать пять лет. Как он выглядел, я не знаю, но его силуэт переливался чёрными вспышками. Это мне сразу давало понять, что рядом стоящий человек испытывает какие-то душевные эмоции. - Мархаба, Мухаммад. Выйди-ка в коридор. - Мархаба. Ты проходи, дома погово... - Выйди. Мне на пару слов.Шагнув вперёд, я закрыл за собой дверь и всматривался в черный силуэт, который просто кипел, лопаясь чёрными пузырями. Расул взял своей рукой меня за лицо и навёл мой взгляд на себя.- Ну и цвет глаз. Значит правда, что Аллах ослепил тебя... - Расул, не надо мне так сжимать лицо. - Почему? Боишься, что глаза выпадут? - Мне больно. - Больно тебе будет, когда я твоё лицо сломаю, а не сожму. - Что я сделал? За что ты так?- Не строй из себя жертву. Или я смотрю такой образ тебе даже на руку? Послушай меня, крот! Если я увижу, что ты хоть за километр повернёшь голову в сторону моей сестры, даю слово, я тебя лишу даже слепоты.

- Что?!- Я выкалю твои эти глаза, понял меня?Ударив по руке Расула, я оттолкнул его в сторону и выкрикнул:- Что ты себе позволяешь?! Я не посмотрю, что ты старше меня, Расул! - Ты что не понял? Держись подальше от сестры! Я тебя сейчас не трогаю, только потому, что ты и так тронут Богом. Не выводи меня, урод! - Майсун мне друг и я к ней как к сестре отношусь...- Она тебе не друг! Забудь её, ты меня услышал? Слух есть?Тут крик Расула прервал голос моего брата, который, скорее всего, стоял у входа и наблюдал за этим.- Ещё раз его оскорбишь, я тебя с лестницы спущу! - недовольно произнёс брат. - Твой сопляк, оскорбляет честь мой сестры!- Оскорбить только ту честь можно, что на оскорбления расположена.- Что ты сказал?- Не надо Раад! - выкрикнул я и подбежал к брату. - Ты что сейчас сказал? Ты что хотел этим сказать, а?! - на весь подъезд крикнул Расул.- А что, со слухом плохо у тебя? - иронично переспросил брат. В эту минуту меня со всей силы толкнул Расул. Ударившись головой об стену, я услышал сильный грохот. Я понял, что Расул и Раад подрались. Не зная, что мне делать, я забежал в дом и крикнул отцу. Ничего не понимая, папа отодвинул стоящую рядом с ним маму и выбежал в коридор. Схватив за плечи Раада, и разняв ребят, папа пытался успокоить парней. При отце ребята, естественно, ругаться не имели права и молча встали в стороны друг от друга. - Что такое? Раад?! Взрослые мужчины, что вы себе тут позволяете? - Уважаемый Мухтади, ваши сыновья первыми набросились на меня! - сказал Расул, пытаясь отдышаться. - Называя моего брата уродом, это ты называешь «набросились на тебя»? - недовольно выкрикнул Раад.- Тихо! А ну прекратите! Расул, ты, правда, так оскорбил моего сына?- Да, это правда. Но исключительно за его дерзость мне. Я прошу Вас, пусть он не приближается к моей сестре. Моя сестра приличная девушка и...- Я знаю, Майсун. Что случилось?- Ваш сын, пользуясь своей слепотой, постоянно пытается держаться за мою сестру. Гуляет с ней, играет с ней в многолюдных места. Простите, Уважаемый Мухтади, но для помощи вашему сыну есть трость, а не моя сестра. А для его глаз есть его брат и его друзья. Майсун - не ребёнок, она взрослая девушка и...- Это можно было всё спокойно объяснить Расул, а не проявлять агрессию. Я понял тебя. - Спасибо Мухтади. Мира Вам.- И тебе мира.Схватив меня и Раада под локоть, отец завёл нас домой и, хлопнув за собой дверью, недовольно крикнул мне:- Мухаммад, иди к себе в комнату!Тихонько зайдя в свою спальню, я стоял у двери и слушал, как отец ругал Раада. И снова обида, снова я как кусок... Как ненужный человек. Я не смог отстоять своё мнение, я не смог заступиться за брата. Я лишён только зрения, а ощущение такое, будто всего лишён: ума, речи, действий. Я объект жалости, не более. В комнату постучались, и я услышал мамин голос.- Мухамм... Что случилось?- Ничего не случилось... - Там Фахад к тебе пришёл, спрашивает: не выйдешь гулять?- Ничего не хочу...Мама тихонько подошла ко мне и обняла меня. Прижав мою голову к своей груди, она гладила меня и, целуя мою голову, говорила:- Моё «небо», когда в нас горит костёр обиды, мы можем плакать, но слёзы лишь тушат огонь, но не смоют его дров. Дрова ты должен сам поднять и расчистить душу от углей, что в тебе так глубоко засели и травят тебя. - Я не могу мам, не могу... Устал уже. - А что ты сделал, что устал?- Устал ощущать себя никем. - Так не ощущай... «Небо» моё, ты ничего в себе не меняешь, кроме того, что запираешься тут и плачешь. Ты взрослый мужчина уже и...- Я калека, мама! Я урод!- Я сейчас тебе волосы вырву!- Ха-ха, ну мама.- Твоя сестра так не плакала за свою жизнь, как ты тут ноешь. Всё Мухаммад! Сегодня последний раз, что ты слезами тушишь свой огонь. Теперь соберись и разгреби эти дрова, что в душе засели. Тут в комнате раздался голос Фахада.- Простите... Тётя Ляяля, а Мухаммад тут?- Да-да. Проходи Фахад, пойду к мужу... - погладив меня по спине, мама вышла из комнаты. - Мархаба ахи - поздоровался друг.- Мархаба. Фахад...- Эм... Не хочешь в кино сходить?- Очень смешно...- Ах да... Аха-ха-ха прости ахи, я иногда забываюсь. - Может на сафари? Покатаешь меня.- Ну, поехали. Я и Фахад, выскочили во двор. Сев в такси, мы направились к сафари - парку. Расплатившись с водителем, Фахад, держа меня за руку, повёл к квадрациклам:- Сейчас выберем машину и рванём с тобой. Какой цвет нравится? - Блин Фахад, мне какая разница какой цвет?- Ну ладно тебе, не кричи. Уже спросить нельзя что ли?!Я улыбнулся Фахаду и снял с себя кеды. Взяв обувь в руки, я пошёл вперёд. Шагая по горячему песку, я наслаждался тишиной пустыни и приятным ветром, который поднимал крупицы песка и бил ими по лицу. - Эй - Эй, Мухаммад, ты куда пошёл? - кричал Фахад, побежав за мной.Я шёл не останавливаясь и не открывая глаз. Солнце садилось. В моих глазах всё было ярко красного цвета. Я развёл руками в стороны и пытался обнять ими огромное солнце, которое я видел стоя с закрытыми глазами. Медленно поднимая веки, я смотрел на переливающийся свет, то красный, то оранжевый.- Ты куда идёшь? Тебя Мухаммад зовут, а не Моисей. Чего встал, посредине пустыни раздвинув руки? Или ты думаешь, что эти пески сейчас разойдутся в стороны?- Заткнись Фахад. Просто встань и посмотри на этот закат.- А ты что, видишь его?- Нет... Я чувствую его...- Блин... Ладно, сейчас и я попробую. Фахад стоял рядом и молчал, что он делал, я не знаю, но я ощутил какой-то приторный запах. Почувствовав неприятный аромат, я повернул голову назад. Пытаясь понюхать Фахада, я понял, что запах шёл не от него. Развернувшись, я увидел, как к нам приближалась тень, напоминающая чёрный кусок, тухлого мяса. Вонь была не выносимой.- Вы что делаете? Загораете в одежде? - спросил Рахим.- О, ахи. Ты что тут делаешь? - удивился Фахад.- Я тут неподалёку, отдыхал... А вы?- А мы... А мы решили попрощаться с солнцем, - сказал Фахад и толкнул меня в плечё. - Рахим... Извини, что спрашиваю, но чем ты питаешься? - спросил я, еле сдерживая себя, от тошнотворного запаха. - Да что такое? Опять во мне минусы хочешь найти?- Причём тут минусы, ахи? Я чувствую, что твоя душа тухнет, ты что?!Не успев договорить, я резко замолчал. В уме проскочила фраза, которую я сам же написал:«Кто ядом своё тело травит, тот не боится рока. Он двери Рая закрывает, ступая к аду ненароком».- Кто ядом травит своё тело... Что ты куришь? - резко спросил я.- Обычные сигареты...- Ты сейчас курил их?- Нет...- Блин, Рахим. Что ты употребляешь?! - Песок тебе мозг засорил? Угомонись сейчас же! - Ты постоянно грыз ногти, когда мы на пляже были, ты широко раскрывал глаза, когда я с тобой говорил, а в мечети вёл себя как нервостеник. Ты употребляешь что-то, да? - Да пошёл ты! - выкрикнул Рахим!- Ахи! Тебе надо бросить это или ты погубишь себя!!! - крикнул я другу.- Мухаммад...- Что?- Иди в зад! Больше ничего не сказав, гнилая тень Рахима начала отдаляться от нас. Фахад молча, сжал мою руку и шепнул мне на ухо:- Успокойся ахи, я верю тебе. Я тоже подозревал, что с ним что-то не то. - Я должен его переубедить. Главное, что ты начал верить мне Фахад.- Да брось, я всегда тебе верил. - То же самое случилось с Саадом, я знал, что он погубит себя, но он меня не послушал. Отвези меня домой. Завтра уже решим что-нибудь. Фахад схватил меня за руку, и мы поехали домой. Пробегая по двору, из-за угла нашего дома резко выпрыгнул Халиб и, закрыв мне руками глаза, выкрикнул:- Угадай кто?- Как смешно. Можешь не закрывать мне глаза, я и так не вижу. А по голосу - это Халиб.- Блин, да ты талант... гей-глазка. Убрав от моего лица руки, я увидел тень Халиба, которая просто искрилась и блестела. От него исходил какой-то приятный запах. Смотря на его силуэт, я начал улыбаться.- Что ты делал? - спросил я.- В каком смысле? - удивился Халиб.- Твоя тень, она сияет прямо. Что-то случилось?- Сияет? А ну-ка иди сюда. Халиб схватил меня за руку и куда-то побежал. Фахад бежал за нами, постоянно возмущаясь, чтобы Халиб так не спешил. Наконец-то остановившись и спрятавшись за чем-то крупным, по ощущениям за деревом, Халиб толкнул моё лицо рукой и спросил:- Смотри прямо. Видишь что-нибудь?- Да... Силуэт идёт.- Он так же светиться?- Да. И запах приятный.- Это же Камра! - выкрикнул Фахад.- Тише ты, тебя комментировать не просят - недовольно сказал Халиб и толкнул Фахада.- Камра? Вот оно что... О чём вы говорили, что так сияете? - поинтересовался я.- О чём ещё? О женитьбе кончено.- Фу! Только не ты! - возмутился Фахад.- Ты рот заклей свой! Дрыщ! - Ха-ха. Тише эй. Так ты серьёзно? У вас брак намечается? - спросил я.- Да-да. Фахад, ты же не в обиде, если я тебя не приглашу?!- Иф, тоже мне. Фахад поднялся с места и ушёл. Халиб засмеялся и, помогая мне встать с места, выкрикнул Фахаду:- Ну дрыщ, ну дрыщок... Ну не обижайся, эй.- Пошёл ты.- Ха-ха. Ну брось дрыщдан. Какая свадьба без такого сухофрукта как ты?! Смеявшись с друзей, мы дошли до нашего двора. Медленно шагая и расспрашивая за намечающуюся свадьбу, я почувствовал как на что-то наступил. Раздался писк какого-то животного. Я отпрыгнул в сторону и, раскрыв широко глаза, пытался разглядеть силуэт.- Что это было? - испуганно спросил я парней, приставив ладонь к своей груди.- Да ничего страшного, это котёнок был. - Ответил Халиб и взял меня за руку.- Где он? Дай его мне.- Ради Аллаха! Обычный кот, ты не убил его, не переживай. - Всё равно дай мне его. - Он вшивый и вонючий! Ты делаешь омовение, тебе оно не нужно.- Блин Халиб! Дай мне уже этого кота!Вдруг тень Фахада дёрнулась и приблизилась ко мне. - Протяни руки, держи котёнка, - сказал Фахад.Я вытянул руки вперед и ощутил маленький, тёплый комок шерсти. Я улыбнулся и прижал его к груди. - Ну, и зачем тебе этот уродец? - недовольно спросил Халиб.- Он не уродец. Он теперь мой. Мне всё равно как он выглядит. Чтобы не создал Бог, оно прекрасно. - Тоже верно, - сказал Халиб, обняв меня за плечи.Так мы направились по своим домам. Зайдя к себе, я прижал котёнка к груди и услышал голос сестры. Она сидела на кухне и, рыдая, что-то рассказывала маме. Испугавшись за сестру, я поставил котёнка на пол и забежал к ним.- Что случилось? - спросил я.- Иди к себе Мухаммад, - сказала мама.- Но...- Иди сынок, потом поговоришь с сестрой. Послушав маму, я вернулся в свою комнату. Широко раскрыв глаза я пытался найти силуэт кота. Медленно шагая по комнате, я заметил маленький бледно-жёлтый шарик. Улыбнувшись, я присел на пол и протянул руки к пушистому комочку.- Не бойся меня. Если меня начнут и животные избегать, я точно погибну, - говорил я, взяв на руки котёнка. - Ты будешь у меня храбрым, как лев. Я не знаю, мальчик ты или девочка, но назову тебя Асад. Это львиное имя и ты его достоин. - Всё хорошо ахи? - резко спросил меня, вошедший в комнату Раад.- Да. Я котёнка нашёл, взял его себе.- Ясно... Ну если хочешь, пусть будет у тебя. Там Рабия пришла.- Я слышал. Что-то случилось у неё?- С мужем поругалась. - Она не имеет права приходить и плакаться матери. Если муж узнает...- Не узнает. Не переживай за это. Скоро время намаза.- Я в мечети буду. Сейчас умоюсь и пойду.- Хорошо.Я взял котёнка на руки и зашёл в ванную. Аккуратно нащупав раковину, я открыл воду и осторожно помыл мордочку котёнка. Улыбаясь, я вытянул по памяти полотенце и вытер животное. Поставив Асада на пол, я умылся и, надев чистую одежду, направился к мечети. Поднимаясь по ступенькам к храму, я видел множество теней, которые направлялись к мечети. Следую за ними, я почувствовал неприятный запах. Вращая головой по сторонам, я увидел сидящий на земле силуэт. Подойдя к нему, я ощутил неприятный запах гнили. - Рахим? - спросил я.- Хм... Тебя нельзя называть слепым, сейчас ты видишь больше, чем когда-либо. - Я могу присесть рядом?- Садись.- Ты курил?- Да...- Я вижу, как от тебя исходит чёрный дым. Рахим, почему ты тогда не вошёл с нами в мечеть?- Испугался...- Чего?- Я не достоин, чтобы туда ходить. Меня что-то держит каждый раз. - Каждый раз? Ты туда пытался ещё ходить?- Да. Когда ты сказал, что от меня воняет. Я если честно испугался... Решил прийти сюда и...- И?- И не смог зайти. - Знаешь, Пророк говорил, что если ты заколешь себя копьем, то в огне ада, будешь колоть себя этим копьём снова и снова. Это значит, что любой убивший себя сам, будет себя так же убивать постоянно в аду. Зачем ты себя сам убиваешь ахи? Разве нет тех, ради кого стоит жить?- Нет... Я сам по себе...- А мама?- А что она? Она не знает о моих увлечениях. - Не думал, что с ней будет, когда узнает? Каждый стресс, который ты принесёшь своей матери, равен нескольким переломам костей. Знаешь что это за боль? Давай я помогу тебе?- Поможешь? Как?- Сможешь бросить то, что начал?- Нет...- А хочешь?- Не знаю... В этот момент раздался Азан. Призыв к молитве оглушил всю улицу. Я поднялся с места и, взяв Рахима за руку, сказал:- Вставай, пошли в мечеть. - Нет. Ты иди, я домой. У меня дела ещё.- Но... Ну, ладно... Отпустив друга, я направился в храм. Пройдя в зал, я приступил к молитве. Завершив намаз, я начал просить Всевышнего, наставить Рахима на путь истинный. Пока я молился за своего друга, я почувствовал возле себя тепло. Раскрыв глаза и посмотрев в сторону, я увидел белый силуэт. Он светился как алмаз, и освещал прекрасные стены храма. Зал в мечети мне казался каким-то озером. Я не видел ковров, мне виделось, что я стою на льду. Стены словно водопад, напоминали быстрое течение воды, среди которого виднелись узоры цветов. А потолок был подобен небу, по которому плыли облака. Подойдя к светящемуся силуэту, я улыбнулся и сел рядом:- Ас-саляму Алейкум, Мухаммад.- Ва алейкум Ас-сялам, дедушка Хаджи. Как Вы?- По воле Аллаха. Всё ещё прихожу в этот храм. А ты как? Начал ли ты видеть?- Нет ещё. Но я уже могу узнавать людей, разглядывать эту мечеть. - Я так и думал. Твой друг сюда ходит часто...- Какой?- Худоватый такой.- А... Это Фахад. Часто?- Да. Я его часто стал тут видеть. Ничего не ответив, я улыбнулся дедушке и, попрощавшись с ним, поспешил домой. Не успев выйти из храма, я услышал, как меня позвали: - Мухаммад! Ас-саялм Алейкум , ахи.- Мулла? Ва алейкум Ас-салям. - Да, это я. Мухаммад, прошу, скажи, какой ты видишь нашу мечеть?- Ну как Вам сказать... Каким должен быть храм Бога?- Безумно красивым....- Вот таким и вижу. Все как в воде, в волнах которого отражается небо. - МашаАллах! Я так и думал. Подожди, а я какой? Каким ты меня видишь?- А ты всего лишь человек, который хочет дополнить эту красоту, своими знаниями. - Эм... А я не как не кажусь тебе? Ну, может я тоже, как-то переливаюсь или что-то ещё...- А Вы чем-то особенны, Уважаемый Маджид? - Нет... Просто, я подумал, может я...- Раз Вы Мулла, то Вам будут какие-то поблажки? Или что Вы думаете, Мулла? Свет вашей души даже капли не выделяет по сравнению с тем светом, что исходит от дедушки Хаджи. Умён не тот, кто Куран читал, умён тот, кто его истину познал. При всём уважении к Вам, сердце дедушки больше к Богу расположено, чем Ваше. - Я... Ты меня не так понял Мухаммад...- Вы правы... Не мне ваши чувства судить... Ас-саляму Алейкум.Наблюдая за выходящими тенями, я направился за ними. Выйдя к дороге, я вызвал такси и уехал домой.