Глава 2

Следующий день начался с дождя. Крупный, редкий и тихий он быстро прошел через лес и направился в сторону пансиона, оставив после себя двойную радугу над огородом. Следом солнце выбралось из облаков, заиграв лучами в каплях на траве, и начало не спеша подниматься над землей. Стая гусей, пролетая над гостевым домом, нарушила тишину этого утра и всё вокруг стало постепенно просыпаться.

Первым встал Оливер. Он всегда был ранней пташкой и часто засыпал раньше других, за исключением вечеров, когда ему становилось грустно и он не мог заснуть, сдерживая слезы. В такие вечера он спускался на первый этаж, чтобы выпить горячего чая с мятой на кухне, где обычно совершенно случайно встречал Сэма и тот помогал ему успокоиться.

Комната Сэма находилась на первом этаже рядом с кухней и обычно он вставал вторым, потому что как бы тихо Оливер не старался пробираться на кухню по утрам, у него это не получалось. Дом был старым, половицы скрипели и никто не мог пройти незамеченным мимо комнаты Сэма кроме Оливии.

Оливия обитала в башенке на третьем этаже. Никто не знал когда она просыпалась или когда ложилась спать, её окно было вечно открыто потому что она использовала его вместо входа и выхода. Она выбиралась из окна на улицу и легонько парила над землей в сторону леса или пруда, иногда даже в сторону конюшни, пропадая неизвестно где на целый день. Время от времени она возвращалась в гостевой дом, но чаще всего её перемещения оставались незамеченными никем кроме Сэма, который следил за каждым постояльцем их дома. Оливер избегал сестру и старался с ней не пересекаться, а Гай никогда не искал с ней встречи намеренно, но они случались и так же быстро заканчивались, потому что они просто игнорировали друг друга.

Гай жил в комнате на втором этаже у лестницы, которая находилась в противоположной части дома от комнаты Оливера. Им нельзя было долго взаимодействовать из-за их особенностей, это было болезненно для обоих, но Гай всё равно поселился на том же этаже и иногда они быстро встречались на лестнице. Такие редкие случайные встречи оба мальчика очень ценили.

На кухне Оливер обнаружил свежеиспеченный хлеб, кусок сыра и немного овощей - огурцы, помидоры и редис. Мальчик понял, что к ним заходил мистер Филлс. Улыбнувшись, он наполнил чайник водой и поставил кипятиться на плиту, чтобы заварить чай.

Чаще всего дети из гостевого дома готовили себе сами те продукты, которые им приносили из пансиона, но иногда приходил садовник - мистер Энтони Филлс и приносил им хлеб, который испек сам, овощи и фрукты, которые он растил на большом огороде и другую готовую еду - каши, супы, колбасу. Он был добрым и хорошо относился к детям, но Оливер его немного побаивался, так что чаще всего с ним общался Сэм.

Как только чайник закипел на кухню вошел Самюэль.

- Я разбудил тебя? - Оливер обернулся на вошедшего друга, но Сэм махнул рукой и проковылял, опираясь на костыль, к скамье перед столом.

- Запах хлеба, - Самюэль улыбнулся и сел на скамью, - мистер Филлс сегодня очень щедр, может сделаем сэндвичи на всех?

- Да! Я как раз об этом думал! - Оливер рассмеялся, он налил им чай и они вместе принялись делать сэндвичи, обсуждая задание по математике, которое нужно было сдавать в понедельник.

Не смотря на разницу в возрасте всех детей в гостевом доме обучали по единой программе всего пара учителей. Миссис Дэвис преподавала все гуманитарные предметы - историю, литературу, языкознание и даже музыку, где дети просто слушали разные музыкальные произведения, старались запомнить мотивы и названия. Математику, географию и биологию преподавал мистер Рикон. Оба учителя жили в пансионе и приходили в гостевой дом проводить занятия, чередуя их с занятиями в школе святого Люминэ. Расписание занятий висело в холле дома на первом этаже, прямо перед входом в светлую гостиную с эркером, которую переоборудовали в учебную комнату с партами и меловой доской.

Математика была в понедельник после обеда, так что у детей еще было время подготовить задание. Занятия проходили с понедельника по субботу. По субботам приходила миссис Дэвис и включала им музыку, а в воскресенье дети могли отдохнуть. Но это воскресенье стало для них особенным.

Примерно через два часа на кухню вошел Гай и увидел на тарелке сэндвичи, прикрытые кухонным полотенцем. Он налил себе чай и взял один, а затем выглянул в окно, которое выходило в сторону малого огорода и небольшой клумбы, расположенной перед оградой. На корточках перед клумбой в земле ковырялся Оливер, выкапывая маленькие ямки, чтобы посадить новые семена. Гай вспомнил, что мистер Филлс запретил временно заходить в огород и это мгновенно разозлило его. Он хмурился и злобно кусал свой сэндвич, глядя уже не на Оливера, а скорее сквозь него. Он был погружен в мысли и не заметил, как сзади кто-то вошел на кухню.

- Вы поругались?... Или твой сэндвич чем-то провинился? - Сказал с усмешкой Сэм и оперся плечом о дверной проём.

- Сьюзи... - недовольно ответил Гай и засунул остатки сэндвича целиком в рот, при этом чуть не подавился и принялся запивать чаем.

- Прожуй хорошенько и проглоти свой чай, а то сейчас я тебе скажу такое, от чего ты подавишься еще сильнее, - Самюэль загадочно улыбался и это напрягло Гая ещё сильнее. Он дожевал сэндвич и выпил ещё немного чая, после чего сел на скамью, скрестив руки на груди и посмотрел на друга, ожидая, что ему скажут.

- Примерно пол часа назад приходил мистер Рикон... - Начал Сэм растягивая слова, что раздражало Гая ещё сильнее. Его вообще сильно раздражало, когда Самюэль начинал говорить загадками, это часто вызывало тревогу. Поэтому он недовольно вскинул брови и снова потянулся к чашке чая.

- Но сегодня воскресенье, он никогда не приходит в воскресенье, - отпив чая, сказал Гай.

- Да... но послушай и лучше отставь чашку, потому что сейчас ты сильно удивишся, - Сэм нарочно тянул, ему нравилось дразнить нетерпеливого друга. - Он отменил свое занятие на завтра, потому что сегодня вечером сюда приедет новый учитель и будет жить с нами, так что нас попросили подготовить ей комнату на третьем этаже...

Гай подавился снова и принялся кашлять, Сэм тихонечко рассмеялся и развел рукой.

- Учитель? Что? У нас будет замена? И почему она будет жить с нами в доме? - Голос Гая звучал возмущенно, но на самом деле эта новость его сильно встревожила. Потому что за два года, что он здесь жил ни один преподаватель не стремился поселиться в гостевой дом. Они все были добры к детям и относились к ним с пониманием, но все равно опасались их и не хотели жить под одной крышей.

- Во-первых, я посоветовал не пить чай и ты меня всего оплевал, - Сэм с добрым укором отряхивал рубашку. - Во-вторых, это будет не замена, а новый предмет, как сказал мистер Рикон...

Самюэль сделал паузу, чтобы дать переварить другу два первых пункта и через минуту продолжил:

- И в-третьих, обо всём остальном она расскажет нам сама сегодня вечером, когда приедет... ну, так мне сказал мистер Рикон.

Опять настала пауза и Гай хмурился. Сэм знал, что его друг не любил перемены. Ему нравилось жить их спокойной размеренный жизнью, когда их никто не беспокоил и было понятно что их ждёт завтра. Он даже не любил самых обычных перестановок в расписании их занятий, он этого не говорил вслух, но всегда задумчиво хмурился прямо как сейчас на кухне и все же в этот раз он нарушил затянувшееся молчание первый.

- Я понял... - резко сказал Гай. - И ты хочешь, чтобы я подготовил комнату?

- Ты очень догадливый, - Сэм мягко улыбнулся, склонив голову набок.

- Ну, это несложно... Оливия не будет этого делать, Оливер боится ходить на третий этаж из-за сестры, а ты... твой костыль и третий этаж плохо совместимы, поэтому это могу сделать только я, - Гай обречено выдохнул. Он звучал недовольно, но на самом деле был рад помочь друзьям.

Так они ещё недолго общались на кухне, Гай съел ещё один сэндвич и налил Сэму чай. Они оба строили предположения о новом предмете и учителе, но в скором времени разошлись каждый по своим делам.

В то же время на опушке леса возле конюшни на дереве притаилась Оливия. Она смотрела в сторону стоил и выжидала, когда конюх, он же по совместительству смотритель курятника и коровника, уйдет и собиралась пробраться внутрь. Конюх-смотритель пересчитал коров, которые паслись на поляне, потом пошел проверить кур, которые тоже выгуливались рядом, но в отдельной зоне за небольшой изгородью, а затем прошел через конюшню и вышел во внутренний двор, направляясь куда-то мимо галереи в сторону пансиона. Вероятно он собирался на кухню к поварихе. Некоторые дети считали, что у этих двоих роман, а другие думали, что он просто выпрашивает у нее выпечку, которую все в пансионе обожали. Оливия же склонялась ко второму варианту, провожая взглядом удаляющееся пузо, торчащие из под рубашки. Когда он скрылся из виду, она спрыгнула с дерева и, паря в двадцати сантиметрах над землей, влетела в открытые ставни конюшни.

В конюшне жили пять лошадей, которых конюх чаще выгуливал во второй половине дня, но сейчас внутри было всего три лошади, которые одновременно повернулись в сторону Оливии. Она аккуратно присела на ограду денника и погладила одну из лошадей по носу.

Отсутствие двух лошадей могло означать только то, что кто-то отправился в город, но Оливия не придала этому значения, потому что такое переодически случилось. Кто-то из учителей вполне мог взять лошадь и отправиться на почту, в аптеку или просто на прогулку, особенно в воскресенье. Школа находилась примерно в двух часах от города, но по пути встречались небольшие деревушки и фермы, в которые так же могли наведываться учителя или садовник ради фермерских продуктов или рассады. И хотя в пансионе было все необходимое, на продукты из деревень все равно был спрос, особенно в учебное время, когда нужно было кормить большое количество учеников.

Оливия часто наблюдала, как рано утром кто-то с соседних ферм мог привезти молоко или мясо. Она любила наблюдать за приезжими с верхушки дерева и иногда даже забиралась на крышу школы и смотрела оттуда во двор сада, она наблюдала за учениками школы святого Люминэ, слушала их разговоры и последние сплетни. Чаще всего это была всякая ерунда о которой говорили дети, пустые разговоры - так о них думала Оливия, но всё равно слушала их с интересом.

Погладив всех лошадей несколько раз по очереди, она всё-таки решила взобраться на крышу, чтобы понаблюдать за садом. В это время должен был закончится обед и, когда Оливия поднялась наверх, ученики как раз вышли и рассредоточились по периметру сада. Кто-то сразу побежал в сторону игровой площадки, некоторые пошли посидеть у фонтана, другие просто прохаживались по дорожке и у мемориала, где располагалась могила и памятник Айлы Люмен.

Оливия прислушивалась к разговорам и услышала знакомый голос со стороны памятника. Она переместилась немного ближе и прислушалась к разговору трех детей.

- Меня вызвал директор и запретил приближаться к саду, а ещё нам придется убираться в курятнике целую неделю! Это просто несправедливо, на нас напал этот ублюдок, а наказывают нас... - Оливия знала этот голос, он принадлежал девочке по имени Сьюзи, которая вместе с двумя мальчишками часто пробиралась на территорию гостевого дома. Оливия несколько раз наблюдала, как эта троица донимала её брата - жалкое зрелище.

- Но зато я подслушала кое-то интересное! Когда я уходила, в кабинет директора пришел мистер Рикон с письмом в руке и он сказал, что сегодня сюда приедет новая учительница! И она будет жить в гостевом доме с этими ненормальными! Вы представляете себе?! - В голосе Сьюзи слышалось насмешка, она говорила очень эмоционально, мальчишки дружно удивлялись её словам, а потом все трое переключились на какую-то другую тему, но Оливия уже их не слушала.

Новая учительница? Оливия была взволнована и в то же время эта новость вызвала у нее сильную тревогу. Ведь они четверо всегда жили одни, они сами занимались хозяйством, убирались, готовили, даже стирали одежду - всё сами. К ним приходили учителя вести уроки, садовник или кто-то с кухни пансиона приносили продукты и еду, а раз в месяц из города приезжал врач ради проверки состояния здоровья детей, но на этом всё. Никто и никогда не планировал жить с ними, так почему вдруг это изменилось и чего будет дальше?

Оливия быстро летела через лес в сторону гостевого дома и через десять минут оказалась на пустой кухне. На столе прикрытые полотенцем лежали сэндвичи и в помещении всё ещё остался аромат мятного чая, который так любил Оливер. Она присела на скамью, взяла один сэндвич и прислушалась к звукам дома. Оливера было видно из окна кухни. Оливия видела его на клумбе ещё утром, когда покидала гостевой дом. Она слышала, как на втором этаже Гай перелистывает страницы очередной книги. Оливия считала, что этот мальчик слишком много времени проводит за книгами, но потом вспоминала, что ей на него всё равно. Она внимательно вслушивалась в звуки ещё пару минут, медленно жуя свой сэндвич, и наконец-то услышала звук костыля на дорожке у дома. Звук медленно преодолел ступеньки крыльца, прошёл мимо балюстрады и зашей в дом. Звук продолжил двигаться по коридору пока не остановился в дверном проеме кухни.

- Вкусно? - Сэм улыбнулся Оливии, как ни в чем не бывало, будто они уже виделись сегодня, хотя это было не так. Вернее она его видела в окне его комнаты, когда пролетела мимо в сторону конюшни, но он её точно нет, она была в этом уверена. Затем он прошел мимо нее к печи и принялся подготавливать щепки, чтобы скипятить воду. Он знал, что проще попросить Оливера или Гая, но сейчас ему просто хотелось побыть вдвоем с Оливией.

- Раз ты в это время тут, то, наверное, уже где-то услышала о новом постояльце в нашем доме? - Сэм разжёг огонь и тоже присел на скамью, принялся ждать, когда скрипит чайник на плите.

- Я бы рассказал тебе подробности, но пока ничего не знаю сам... но думаю нужно может приготовить суп, наверняка она проголодается с дороги... - Он говорил, а Оливия молча слушала и усиленно хмурилась. Их разговоры всегда проходили так - он задавал вопросы, но не ждал от нее ответов и продолжал говорить, рассказывать, отвечать за нее, стараясь считывать эмоции Оливии. Она часто уходила на половине разговора и Сэм понимал, что либо ей скучно, либо он сказал что-то, что ей не понравилось услышать. Что-то, что вызвало в ней эмоции, которые она не хотела ему показывать, но сейчас он ела уже второй сэндвич и слушала его болтовню о будущем супе.

- О! А ещё, я забыл сказать, она будет жить на третьем этаже... - Сэм звучал непринужденно, но уголки его губ замерли в улыбке, потому что он знал, что сейчас его ждёт резкая перемена эмоций.

Оливия подскочила на месте. Недоеденный сэндвич выпал из её руки, но она не стала его поднимать. Она ещё недолго сверлила Сэма таким сердитым взглядом, будто он обрек её на непереносимые мучения, а затем развернулась и вылетела с кухни. Сэм широко улыбался ей вслед, но затем встал и начал заниматься приготовлением супа.

***

Вечером все дети несговариваясь собрались в гостиной. Эта была просторная комната - наполовину учебная, наполовину для отдыха. На одной из стен висела доска и перед ней в три ряда стояли четыре парты. На первый взгляд можно было подумать, что парты стояли странно, ведь для эффективного обучения их нужно было поставить в один ряд прямо перед доской или хотя бы в два, но они стояли иначе и в этом был особый смысл.

На первом ряду были две парты, которые стояли почти вплотную - это были парты Сэма и Оливера. Оливер сидел справа ближе к окну - у него было плохое зрение, а по левую руку от него сидел Сэм - так Сэму было удобнее вставать с костылем. На втором ряду за Оливером сидела Оливия, её парта была подвинута к окну вплотную и она часто пропускала занятия или просто смотрела в сторону леса, не обращая внимания на то, что говорили учителя. Гай сидел на третьем ряду подальше от остальных за Сэмом - так он находился на комфортом расстоянии от Оливера. Проблема Оливера и Гая заключалась в противоположности и несовместимости их стихий, что иногда могло причинять головные боли и жар им обоим.

Так же в этой комнате был стол для учителей и книжный шкаф с учебниками, а в зоне отдыха возле эркера были кресла, овальный стол и даже диван. Ближе к холлу стояло пианино на котором им иногда играла миссис Дэвис, но это случалось редко.

Этим вечером все ожидали новую учительницу. Сэм и Оливер сидели на диване и радостно обсуждали какой она могла бы быть. Оливера особенно воодушевила новость о новом постояльце в их доме, ему было интересно узнать нового человека и он надеялся, что они смогут подружиться.

Сэм был уверен, что у Оливера получится, он подбадривал друга, но иногда посматривал на напряженного Гая, который сидел на небольшом стульчике у пианино. Его больше волновал вопрос не какой была новая учительница, а зачем она вообще понадобилась. По его ощущениям это не сулило ничего хорошего.

Оливия сидела на подоконнике позади всех возле своей парты. Иногда она прислушивалась к разговорам, иногда смотрела в окно из которого виднелся лес и в целом она была встревожена сильнее всех, иначе бы не пришла в гостиную вовсе. Больше всего ей не хотелось, чтобы кто-то жил с ней на одном этаже. Она редко сидела в своей комнате, но это был целиком её этаж, туда никто не поднимался и не беспокоил её. Осознание того, что кто-то будет жить рядом с ней через стенку, ходить мимо её двери и делить с ней ванную комнату вызывало у девочки отвращение.

К восьми вечера все уже изрядно проголодались, но никто так и не пошёл ужинать, дети продолжали сидеть в гостиной, будто боялись пропустить приход нового человека. И вскоре они услышала голоса со стороны главного входа. Затем дверь скрипнула и в холле послышались приближающиеся шаги. Оливия, слух которой был развит лучше других, различила два голоса - незнакомый женский и мужской, который явно принадлежал директору Зоммеру. Она слышала, как он говорит: «Наверное они в гостиной», и спустя минуту дверь в гостиную отварилась.

В помещение вошёл мужчина средних лет с пышной темной шевелюрой и в полосатом жилете, а так же с галстуком-бабочкой - отличительная особенность директора Зоммера. Вместе с ним вошла женщина. Её возраст было сложно определить, но внешность несомненно была притягательной. Большие голубые глаза сразу начали внимательно рассматривать детей, а длинные седые волосы волнами струились за спиной. Она была ниже директора даже в своих красных полусапожках на высоком каблуке. Миниатюрная и хрупкая на вид фигура, но уверенный цепкий взгляд. Она словно не принадлежала этому миру, но при этом всё чего касался её взор замирало и становилось ей подвластно. Дети завороженно молчали. Даже Оливия, которой обычно всё было безразлично, не могла оторвать взгляда от этой женщины.

- Спасибо, директор. Дальше я сама. - Сказала она спустя минуту, снимая перчатки и дорожное пальто, которые положила на пианино рядом с Гайем.

- Да, конечно. - Запинаясь мистер Зоммер закивал головой будто болванчик и поспешил покинуть дом.

Женщина ещё раз оглядела детей и направилась к креслу возле эркера. Она села, закинув ногу на ногу, и мягко улыбнулась.

- Как непрошеный гость, я представляюсь первая, - начала она, и все моментально почувствовали себя неловко от того, что даже не поприветствовали её, - меня зовут Амелия Чейн, можете обращаться ко мне миссис Чейн или просто Амелия - как вам удобно. С сегодняшнего дня я буду жить с вами в гостевом доме, а так же буду преподавать вам очень важный и полезный предмет, но об этом я расскажу завтра, когда мы с вами встретимся тут снова в девять часов утра. А теперь прошу вас представиться по-очереди и рассказать немного о себе.

Все сперва растерялись, несмотря на улыбку миссис Чейн, даже Сэму было сложно считать её настоящие эмоции. К тому же никто никогда не просил их рассказать о себе и что они могли рассказать?

- Миссис Чейн, прежде всего мне бы хотелось извиниться от лица нас всех за наше так называемое приветствие, а вернее отсутствие его... мы редко видим в этом доме новые лица... Естественно мы ждали вас и подготовили комнату, но... - Первым начал Сэм. Такова была его роль в группе. Он не считал себя лидером, но в случае чего всегда брал переговоры на себя и часто говорил за всех. И другие были рады его инициативности и доверяли ему в этом.

- Всё нормально, я понимаю, - Амелия махнула рукой и добавила, - представся.

- Меня зовут Сэм... Самюэль Крой - мое полное имя, - смущенно начал Сэм, - мне тринадцать лет и моя стихия... земля. Мне тринадцать лет... да... ммм... до того, как приехать сюда я жил с мамой, папой и тремя старшими сёстрами на ферме... мне кажется у меня нет особых интересов, но я люблю помогать другим, если могу...

Взгляд новой учительницы заставлял Сэма заметно нервничать. Он не знал, что ему рассказать о себе ведь чаще всего его занимали истории о других людях и он даже никогда не задумывался о самом себе. Единственное, что он с уверенностью знал - это то, что он любит наблюдать за другими, но такое рассказывать было слишком неловко.

- Всё хорошо, - прервала его миссис Чейн, - этого пока достаточно. Каждый из вас может рассказать всё, что считает нужным, любую мелочь или просто условность. Вам необязательно придумывать мемуары.

Она улыбнулась и указала на Оливера, будто передавая эстафету ему.

- Добрый вечер! - Внезапно звонко начал Оливер и сильно покраснел. - Меня зовут Оливер Майлдмей, мне одиннадцать с половиной, моя стихия вода. - Как под копирку протараторил он и затем продолжил так же звонко. - Я очень люблю растения, цветы и наш огород! А ещё я люблю своих друзей и надеюсь мы с вами подружимся!

В гостиной наступила тишина и внезапно Амелия тихонько захлопала.

- Мистер Майлдмей, я уверена, что мы с вами подружимся. - Она широко улыбалась и всё напряжение, как рукой сняло. Дети расслабились и очередь переключилась на Гайя.

- Гай Янг, двенадцать, огонь, - Гай всегда был немногословен и не любил говорить лишнего, а тем более не любил говорить о себе, но все же добавил, - люблю читать книги.

Миссис Чейн слегка кивала головой, будто подбадривая, но Сэм заметил, как внимательно она рассматривает мелазмы на лице и руках Гайя, наверняка делая какие-то собственные выводы. Когда пауза затянулась она перенесла свой пытливый взгляд на Оливию, которую было сложно разглядеть в полумраке учебной половины гостиной. Но все же её присутствие не скрылось от острого взгляда Амелии, которая смотрела на девочку, ожидая, когда та представиться. Но Оливия не могла и все в комнате знали это, поэтому за неё ответил Сэм.

- К сожалению, Оливия не может говорить, врачи считают, что её голосовые связки уже не восстановятся. Могу я её представить сам? - Оливия даже не взглянула на него. Она смотрела на новую учительницу спокойным изучающим взглядом и миссис Чейн смотрела на нее с легкой улыбкой в ответ, а затем кивнула.

- Хорошо, - более уверенно Сэм начал представлять Оливию. Говорить о других у него явно получалось лучше, - Оливия Майлдмей, ей одиннадцать... с половиной, её стихия воздух и она часто проводит время на улице. Любит сидеть на деревьях и вафли с кленовым сиропом.

Самюэль улыбался, глядя на Оливию, которая резко перевели взгляд на него, когда речь зашла о вафлях. Она нахмурила брови и внезапно вылетела из окна наверх в направлении своей башни. Миссис Чейн усмехнулась и хлопнула в ладоши, будто ставя точку, после чего поднялась с кресла.

- Замечательно. Я очень рада познакомиться со всеми вами. А сейчас, я бы хотела отдохнуть с дороги, завтра мы продолжим. Кто может проводить меня до моей комнаты? - она вновь оглядела присутствующих и её взгляд остановился на Гайе, который поднял руку и тоже встал с места.

Когда Амелия и Гай скрылись из виду на лестнице, Сэм и Оливер остались в гостиной вдвоем и сразу принялись обсуждать новую учительницу.

- Миссис Чейн такая красивая и добрая, - Оливер от волнения говорил всё так же звонко и был красный, как помидор. Но Самюэль видел радость в глазах друга и ему было спокойно, потому что интуиция ему подсказывала, что теперь всё изменится, но в хорошую сторону. Он надеялся, что новая учительница принесет в этот дом перемены, которые были так необходимы им всем. Так же у него были предположения на счёт предмета, который будет вести миссис Чейн и он догадывался о какой пользе для них она говорила. Но он решил не делиться этими мыслями с Оливером, чтобы случайно не напугать друга. Поэтому они просто говорили о том, как она выглядит и о её личности. О том откуда она могла приехать и что ей возможно нравится, а что не нравится. Так они провели вечер до отбоя и только перед сном Сэм внезапно вспомнил, что никто из них так и не поужинал. Суп, который он приготовил так и остался стоять на столе, накрытый полотенцами.