Глава 27

Нечто чуждое - несмотря на отчаянное сопротивление - овладело мышцами.

- Они захватили тебя, Томас! - кричала Бренда. - Борись!

Томас толкнул Бренду - и девушка упала. Хорхе метнулся было защитить ее, но Томас опередил его - ударил, в кровь разбив ему губу.

- Я... вам... не позволю! - На сей раз это был крик. Такой сильный, что от натуги заболело горло. Мозг словно превратился в машину, запрограммированную выдавать одну-единственную фразу-предупреждение.

Бренда тем временем поднялась на ноги, Минхо недоуменно взирал на друга, а Хорхе - глядя на Томаса полными гнева глазами - утирал кровь с подбородка.

Предохранитель! Конечно же, он не позволит отключить имплантат. Томас хотел крикнуть друзьям, чтобы его усыпили, и не смог. Оттолкнув Минхо, он шаткой походкой направился в соседнюю комнату. На полпути схватил нож возле мойки. Томас пытался бросить его, но пальцы только крепче сжимались на рукоятке.

- Томас! - прокричал Минхо, выйдя к тому времени из ступора. - Борись, чувак! Гони этих уродов из головы!

Томас - ненавидя себя за слабость, за невозможность сопротивляться - обернулся и поднял свое оружие. Говорить не получалось. Тело полностью превратилось в живой предохранитель, не дающий отключить имплантат.

- Чего, убьешь меня, кланкорожий? - спросил Минхо. - Зарежешь, как Чака? Ну давай, давай тогда! Кинь в меня нож!

Томас успел испугаться, что именно это и произойдет, однако в следующую секунду тело развернулось в противоположную сторону. И тут вышел Ганс. Похоже, он - главная цель. Тело Томаса убьет любого, кто способен извлечь имплантат.

- Какого черта? - произнес Ганс, изумленно воззрившись на Томаса.

- Я... тебе... не позволю.

- Этого я и боялся, - пробормотал Ганс и крикнул остальным: - Сюда, ребята, помогите мне!

Томас представил, как у него в голове крохотные паучки крутят лапками крошечные колесики механизма - того, что управляет им сейчас. Он стиснул зубы, напрягая волю, однако рука еще выше подняла нож, пальцы крепче сжали рукоять.

- Я те... - Договорить он не успел. Кто-то накинулся на него, выбив из руки нож.

Томас упал, кое-как выгнул шею - и увидел над собой Минхо.

- Никого ты здесь не убьешь, - предупредил друг.

- Слезь! С меня! - завопил Томас, а по чьей воле: ПОРОКа или по своей, - было уже не понять.

Минхо, пыхтя и отдуваясь, надежно прижал Томаса к полу.

- Не слезу! Пока мозги тебе не прочистят!

Томас хотел улыбнуться, но напряженные - все до последнего - мускулы не исполнили даже этой простейшей команды.

- Томас не вернется, пока Ганс не выключит имплантат, - сказала Бренда. - Ганс?

Седой опустился на колени рядом с Томасом и Минхо.

- Поверить не могу, что работал на этих людей. Работал на тебя. - Последнее слово, глядя Томасу в глаза, Ганс практически выплюнул.

А Томас беспомощно наблюдал за происходящим. Все нутро кипело от бесплодных усилий, попыток расслабиться и не мешать Гансу. В следующую секунду живот налился жаром, волна которого устремилась вверх. Томас взбрыкнул и начал высвобождать руки. Тогда Минхо, подобрав ноги, сел ему прямо на спину.

Предохранитель спровоцировал выброс адреналина, и Томас сумел-таки скинуть друга, вскочил на ноги и, подобрав нож, прыгнул на Ганса, ударил, но тот предплечьем отвел лезвие. Полилась кровь. И вот уже седой и юноша сцепились на полу. Как ни противился Томас, его рука продолжала колоть и рубить.

- Держите его! - крикнула где-то рядом Бренда.

Томаса схватили за руки. Кто-то дернул его сзади за волосы, и Томас, завопив от боли, махнул не глядя ножом. Слава Богу, Минхо и Хорхе его пересилили, начали потихоньку стаскивать с Ганса. Спина ударилась об пол, нож вылетел из руки. Кто-то ногой оттолкнул его в дальний угол кухни.

- Я вам не позволю! - вопил Томас. Он ненавидел себя, хоть и знал, что не управляет собой.

- Заткнись! - прямо ему в лицо прокричал Минхо. Хорхе тем временем ухватил Томаса за руки. - Ты спятил, чувак! Они тебя с ума сводят!

Отчаянно хотелось сказать: да, мол, ты прав, я сам себе не верю. Минхо же обернулся к Гансу и крикнул:

- Давай уже прочистим ему череп!

- Нет! - закричал Томас. - Не-ет!

Он отбивался со звериной яростью, но четверо оказались ему не по зубам, тем более что каждый схватил его кто за руку, кто за ногу.

Они оторвали его от пола и вынесли в короткий коридор, где Томас умудрился сбить со стен несколько картин в рамках. Зазвенело стекло.

Томас кричал. Сил сопротивляться не осталось - всю энергию забирало восставшее тело. Бросив попытки пересилить предохранитель, Томас боролся с друзьями и Гансом, произносил запрограммированные слова.

- Сюда его! - прокричал Ганс.

Они вошли в тесную лабораторию: два стола с инструментами и койка; над матрасом висела грубая копия маски-вспоминалки.

- Уложите его! - скомандовал Ганс, и Томаса швырнули на койку. Но и тогда он не затих. - Кто-нибудь, перехватите эту ногу. Надо вырубить нашего драчуна.

Минхо, державший до того Томаса за одну ногу, всем весом налег на обе. Томас сразу же вспомнил, как они с Ньютом точно так же удерживали Алби во время Метаморфозы.

Ганс гремел инструментами на столиках. Потом порылся в ящиках стола и, вернувшись, приказал:

- Держите его как можно крепче!

Взревев на пределе возможностей глотки, Томас совершил последний рывок. Одну руку - ту, которую держала Бренда, - удалось освободить, и Томас врезал Хорхе.

- Хватит! - крикнула Бренда, пытаясь вновь удержать Томаса.

Тот выгнулся дугой.

- Я... вам... не позволю! - Еще никогда он не чувствовал такого отчаяния.

- Проклятие, да держите же его! - воскликнул Ганс.

Бренде все же удалось вновь схватить Томаса за руку и придавить ее собственным весом.

Внезапно что-то кольнуло в правую ногу. Странно было сопротивляться чему-то и одновременно желать этого всем сердцем.

Когда наконец в глазах начало темнеть и конечности ослабли, Томас вновь обрел контроль над телом.

- Ненавижу этих утырков, - сказал он и отключился.