Глава 2

Чонгук— Чертовы американцы!Черт бы побрал всех, если честно. Я выключаю новости, сегодня вечером больше не могу выносить какой-либо чепухи.Покидая медиа-зал, направляюсь по каменному коридору в свою спальню, думая о том, как было бы здорово иметь кого-нибудь, с кем можно было поговорить о текущих событиях.Быть Чон Чонгуком одиноко. Я сам в этом виноват.Я останавливаюсь на полпути к своей комнате и кладу руку на дверную ручку самой роскошной комнаты в замке и это не кухня. Эту изысканную комнату я приберегаю для кого-то особенного. Вопреки здравому смыслу, открываю дверь, чтобы взглянуть.Простыни защищают всю мебель, напоминая, что в моей жизни нет никого, кому я мог бы доверить секреты этой комнаты. Я называю ее детской. Осматривая кровать с балдахином, роскошное постельное белье, элегантную мебель, ультрасовременную звуковую систему и, конечно же, сундук, полный игрушек, я задаюсь вопросом, не поставил ли телегу впереди лошади.Возможно, следовало дождаться женщину, прежде чем создавать единственную в своем роде комнату для наших игр.Я уже собираюсь отправится спать, когда меня отвлекает пронзительный звук, доносящийся из библиотеки. В этом нет ничего удивительного, поскольку у меня есть привычка оставлять свой телефон заряжаться там на весь день, к большому разочарованию моего помощника.Голый каменный пол остужает ноги, пока угрюмо тащусь в библиотеку. Какого черта мне, парню рабочего класса из Пусана, покупать пустой Уорвикширский замок для себя одного? Во-первых, потому что мог. Во-вторых, это место создает потрясающие пасторские визуальные эффекты для моего шоу «Лучший пекарь Сеула». А еще потому, что я ошибочно думал, что женюсь к сорока годам и это пустое пространство к настоящему времени уже будет переполнено детьми. Еще раз, Чоннук, твои мечты больше, чем твоя реальность.Я мчусь в библиотеку, полный решимости покончить с этим цифровым обменом, чтобы можно было лечь спать. Одному. Как всегда.«Пожалуйста, проверь свою электронную почту», — это сообщение, которое читаю от своего помощника Джейсона. Хмыкнув, захожу в электронную почту и вижу письмо от исполнительного продюсера.«Мы планируем продюсировать специальный американский эпизод шоу».Я не утруждаю себя чтением остального.Звоню исполнительному продюсеру, Харлоу, не заботясь, что время уже за полночь. Она управляет финансами, но прямо сейчас может забыть об этой ужасной идее.— Я знаю, почему ты звонишь, Чонгук. Но идея уже была озвучена фокус-группе. Люди отреагировали положительно и нам нужно что-то свежее. Мы теряем зрителей.— Это не моя проблема, — ворчу. — Я даю им именно то, что они хотят, с самого начала.— С годами ты стал еще ворчливее. Фокус-группа сказала, что ты зануда. Нам нужен более мягкий образ.— Харлоу, мы друзья, так что я скажу правду. У Чон Чонгука есть два состояния: голодный и возбужденный. И то, и другое делает меня очаровательным парнем, в которого все влюбляются. Ворчливый — мой стиль.Харлоу вздыхает.— Как бы мне ни нравилось, когда ты говоришь о себе в третьем лице, — саркастично говорит она, — бренд Чон стал менее очаровательным, чем раньше.Она делает паузу, ожидая моего ответа и я позволяю тишине повиснуть на мгновение. Возможно, она и права.— Ладно, — отвечаю сквозь стиснутые зубы. — Я согласен. Но в том, кто пройдет в шоу, последнее слово за мной.— Конечно, — щебечет Харлоу, ее лучезарную улыбку слышно даже через телефон. — Спокойной ночи, Чонгук.Я вешаю трубку и направляюсь к своей ожидающей пустой кровати королевского размера.К сожалению, я не могу отшлепать американца по всемирному телевидению, но нахожу утешение в перспективе, фигурально выражаясь, заставить самоуверенного колониста подчиниться.