Глава 12 Увидимся никогда

    Джейден провел утро, разгребая снег, а я провела его, пытаясь понять, что, черт возьми, со мной не так. Я сварила кофе и подумала, не налить ли ему термос, но по тому, как мужчина швырял снег, поняла, что он его не возьмет. Точно так же, как я сидела со своими мыслями, пытаясь разобраться в них, он работал над своими собственными, кряхтя, потея и заставляя спину болеть. Итак, я наблюдала за ним из окна, держа свой кофе в руках больше для тепла, чем для того, чтобы на самом деле пить. И все это время я смотрела на этого мальчика, теперь мужчину, с которым никогда не ожидала столкнуться снова. Того, от которого я убежала. Ничто не имело смысла. Наконец, после многих лет размышлений, почему он не попросил меня остаться, почему не пошел со мной, почему не боролся за меня, я поняла причину.   И почему-то от этого мне стало еще больнее, чем когда я вообще ничего не знала. Я был зла на него за то, что не сказал мне, за то, что лишил меня выбора, что делать, если бы я знала все факты. И я была благодарна ему — за то, что он любил меня достаточно сильно, чтобы отпустить, оградить от правды, потому что хотел моего счастья больше, чем своего собственного. И мне было грустно. Боже, мне было так душераздирающе грустно. Мне было грустно из-за потери, которую ему пришлось пережить в одиночку, из-за тех лет, которые мы потеряли, когда могли быть вместе, из-за выбора, который он должен был сделать. За отсутствие выбора, который он мне дал. У меня были планы. Четыре недели в Греции, затем работа в речном круизе в Австрии, а затем трехмесячный пеший поход вдоль юго-западного побережья Соединенного Королевства. Теперь у меня была новая жизнь, и независимо от того, были ли у Джейдена добрые намерения, когда он отпустил меня, или нет, он решил не быть ее частью. И теперь... теперь он хотел, чтобы я... что? Я в Уэллхейвене ненадолго. Приехала, чтобы обнять свою семью и съесть немного пирога.   И не должна была застрять в хижине со своим бывшим мужем, и уж точно не должна была спать с ним. Он все испортил. И теперь у меня в животе появилась новая тоска, которую я не испытывала так давно, что действительно думала, что покончила с ней. О нем. Но действительно ли я когда-нибудь теряла его? Или я просто пыталась отрицать его существование, притворяться, что со мной все в порядке, ради того, чтобы двигаться дальше? Все утро мои мысли кружились в такой жестокой буре, швыряя меня волнами между гневом и печалью, пока я не почувствовала ничего, кроме измождения.   Джей вошел внутрь где-то через час, стряхивая с себя снег, как мог, на крыльце, прежде чем войти внутрь. За ним последовал небольшой след сигаретного дыма, и он снял шапку и пальто, повесил их у огня, прежде чем его взгляд, наконец, нашел меня. — Тротуар чист, и я откопал твою машину. Скиддер только что приехал со своим снегоочистителем. Он не такой большой и не такой хороший, как городские, но пройдет некоторое время, прежде чем они доберутся сюда. — Джейден выглянул в окно. — В любом случае, за ним идет какая-то команда с песком, чтобы попытаться сохранить дороги пригодными для движения, по крайней мере, на некоторое время. Так что ты должна быть готова ехать. Его глаза на мгновение встретились с моими, а затем он прошествовал на кухню, налил себе виски. Моя грудная клетка уменьшилась на три размера, давление на легкие было таким сильным, что я чуть не упала. Но вместо этого я скрестила руки на груди, чтобы успокоиться, насколько могла, вошла на кухню и прислонилась бедром к столешнице.   Я не хочу уходить. И не могу остаться. Прошлая ночь ничего не значила. Прошлая ночь значила все. Я не знаю, что делать. Пожалуйста, скажи мне, что делать. — Джейден... — сказала я, и он оперся руками о стойку, прежде чем посмотреть в сторону, где я стояла. Его глаза были налиты кровью и блестели, и всего один его взгляд украл все слова, которые я могла бы произнести. — Пошли, — сказал он, выпрямляясь. — Одевайся. Я отнесу чемодан. Ненавидела то, как мы молчали, пока я собирала то немногое, что достала из сумки, в основном туалетные принадлежности и одежду, которую мы скинули на пол прошлой ночью. Еще больше ненавидела то, как Лось скулил у моих ног, когда я надевала пальто, как будто знал, что я ухожу. Как будто знал, что на этот раз не вернусь. — Я люблю тебя, Лось, мальчик, — сказала я, опускаясь на колени, чтобы прижаться лбом к его лбу. Он лизнул меня в лицо, когда я поцеловала его, и сдержала слезы, когда снова встала. — Веди себя хорошо.   Джейден держал руки в карманах, но вытащил их, как только я попрощалась с Лосем, схватив чемодан. Мы молча вышли на улицу, и он помог мне положить багаж в арендованную машину, а потом мы стояли у водительской двери. — Спасибо, — наконец выдавила я. — За то, что приютил меня. Я... — Я улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку. — Надеюсь, была не слишком назойливой. Джей поморщился от моих слов, покачал головой и, сглотнув, посмотрел на дорогу. — Я поеду за тобой, — сказал он. — Просто чтобы убедиться, что доберешься нормально. — Ты не обязан этого делать. — Я знаю. — Знаешь, если бы у тебя был телефон, я могла бы просто написать тебе и сообщить, что все хорошо, — снова попыталась пошутить я. Джейден попытался улыбнуться, но улыбка не получилась. — Да уж. Береги себя, Элиза, — сказал он, а затем повернулся ко мне спиной, прежде чем я успела что-нибудь сказать в ответ.   Я стояла там и смотрела, как он уходит, запрыгивает в свой грузовик и заводит двигатель, позволяя ему работать на холостом ходу, пока ждал, когда я сяду и поеду первой. Моя грудь горела огнем, слезы щипали глаза. Я уже однажды попрощалась с этим человеком. И никогда не думал, что мне придется делать это снова. Никогда не думал, что во второй раз будет еще больнее. Прежде чем успела упасть хоть одна слеза, я скользнула в свою машину, двигатель слегка застонал, когда завела его. Когда проверила свои зеркала, мой взгляд поймал взгляд Джейдена в зеркале заднего вида. Всего сорок восемь часов назад точно знала, кто я такая. Я знала, каков был мой план, куда вела моя жизнь, что увижу, сделаю и исследую дальше. Я знала, где была, и, самое главное, знала, куда иду. Но потом неожиданно налетела метель, перевернув все вверх дном. И теперь я чувствовала себя более потерянной, чем когда-либо прежде.